Благоприятная пурпурная дымка постепенно становилась все темнее, пока наконец не превратилась в демоническое облако. В нем чувствовалась мощь, способная обрушить небосвод.

Глава Мин побледнел.

– Почтенный, взгляните. Неужели… Неужели…

Он не осмеливался договорить.

– Небесные врата! Кто-то разрушил Небесные врата! – взревел владыка школы Куньлунь.

Юй Ду, Юй Сюй и другие бессмертные перевели взгляд на Ло Иньфаня, который ошеломленно застыл, глядя на демоническое облако.

Она не солгала. Теперь понятно, почему Цзю Ю был так спокоен и почему демоны Пустых небес так и не объявились здесь! Сейчас, когда Небесные врата разрушены, демонам Пустых небес не составит труда уничтожить Монумент Шести миров. Даже если поспешить туда, ничего уже не изменить.

Все пути в мир бессмертных находились под усиленной охраной, даже демонам Пустых небес не удалось бы пройти незамеченными. Как же так вышло?

Неужели действительно воля Небес? Неужели шесть миров обречены?

– Слава владыке! Слава повелительнице! – Демоны ликовали, дружно преклонив колени.

Бессмертные были в ужасе, не в силах поверить собственным глазам.

– Не может быть! – побледнел Минь Юньчжун. – Как демоны Пустых небес могли проникнуть в школу Наньхуа? Это совершенно невозможно!

Ло Иньфань непонимающе посмотрел на девушку напротив.

Он множество раз отказывался от нее ради бессмертных и простых людей, но в итоге обнаружил, что не смог защитить не только ее, но и шесть миров. Чун Цзы не выглядела удивленной. Она посмотрела на Ван Юэ.

– Подводный путь в горах Тяньшань. Ты все держал в секрете, но с самого начала планировал сделать это.

– Угу, – хмыкнул Ван Юэ и добавил: – Ни Лунь, твой отец, уже использовал его однажды. Нет ничего удивительного, что я повторил тот же трюк снова. Но если бы ты не призвала орды демонов Пустых небес, путь был бы бесполезен. Нынешняя сила демонического дворца невелика. Мы бы не смогли пройти через барьер между миром демонов и миром бессмертных, не смогли бы взять под контроль школу Тяньшань, справиться с оставшимися внутри учениками школы Наньхуа и достичь Небесных врат.

Видя, что Чун Цзы хмурится, он снова улыбнулся.

– Не переживай, ученики школ Тяньшань и Наньхуа живы. Вот только Монумент Шести миров вот-вот падет, и все будут уничтожены вместе с миром бессмертных.

Минь Юньчжун взревел:

– Мы запечатали тот путь Самородящей почвой и Пятицветным камнем. Вы не могли воспользоваться им снова!

– Как ты это сделал? – медленно спросил Юй Ду.

В душах у бессмертных были те же сомнения, все взгляды устремились на таинственного повелителя демонов. Но никто не смог разглядеть под мантией его истинного лица. Наступила тишина.

– Он забрал Самородящую почву, – раздался голос Чун Цзы.

– Смешно! – Минь Юньчжун покачал головой. – Самородящая почва принадлежит богам. Однако мир богов давно уничтожен. Он всего лишь повелитель демонов. Откуда бы у него взяться такой силе?

Не только Минь Юньчжун – никто из бессмертных не поверил ее словам. Как мог кто-то обладать настолько великим могуществом, чтобы забрать божественный артефакт?!

– Мир богов уничтожен, но есть одно божество, которое не принадлежит миру богов. – Чун Цзы не отрываясь смотрела на Ван Юэ. – Во мраке Пустых небес давно нет демонического бога, Владыки демонов. Ты – его воплощение. Только бог мог забрать Самородящую почву.

Стояла гробовая тишина. Губы Ван Юэ изогнулись в улыбке.

– Тебе не стоило раскрывать это так рано.

– Сколько раз ты клялся своим именем, догадаться было слишком легко. Еще тогда я заподозрила неладное, но предположение казалось слишком невероятным, и я никому не рассказала об этом. Вспомнила лишь недавно, когда ты использовал демоническую ци, чтобы смутить мой разум. То была необычная энергия, и я снова начала сомневаться. Но только сейчас могу подтвердить свои выводы. Теперь, когда ты забрал Самородящую почву, у меня уже нет никаких сомнений. Ты знал, что бессмертные используют ее, поэтому намеренно отправил Темного нарцисса в ловушку и заставил отдать Самородящую почву бессмертным. Они запечатали подводный путь еще и Пятицветным камнем, посчитали, что обезопасили себя, и не приняли никаких мер предосторожности. Они даже не подозревали, что ты используешь свою силу, вернешь Самородящую почву и вновь откроешь путь, чтобы застать их врасплох. Только боги наделены силой исцелять души. – Чун Цзы покачала головой. – Понятно, почему ты знал истинную личность Тянь Чжисе, а он так и не смог догадаться о твоем прошлом. Ты клялся своим именем, что не причинишь мне вреда. И это было правдой. Ты просто хотел использовать меня, чтобы помочь демонам захватить шесть миров.

Ван Юэ кивнул.

– Повелительница умна.

Чун Цзы все же кое-чего не понимала.

– Ты – бог, Владыка демонов, твоей силы достаточно, чтобы перевернуть все шесть миров. Почему ты сам не мог все сделать? Зачем тебе я?

– Потому что существуют божественные правила, – раздался четкий голос Ло Иньфаня. – Боги Небес и демонические боги одинаковы, они рождены небом и землей. Божества слишком могущественны, поэтому ограничены законами неба и земли.

Ван Юэ кивнул.

– Я могу защищать Пустые небеса в мире демонов, могу защищать или наказывать свой народ, однако не могу вмешиваться в дела остальных пяти миров, как и уничтоженные боги, которые никогда не вмешивались в дела бессмертных или демонов. Сила бога в защите и сдерживании, а не в прямом вмешательстве. Я могу искоренить бессмертных, используя тебя, но никак не собственными руками. Поэтому я помог тебе пройти этот путь. Небесная кара одинакова для всех, и все же ты поклоняешься мне, а я – Небесам.

Истинная сила не требует доказательств. Сила и надменность бога выражается не агрессией, а соблюдением законов мироздания. Сильный нуждается в правилах. Их долг защищать, а не захватывать. Захватчик никогда не станет по-настоящему могущественен. Чун Цзы вдруг осознала:

– Теперь ясно, отчего ты только принимаешь вызов, но никогда не атакуешь бессмертных первым.

– Достигший уровня Верховного демона получал право призывать демонов Пустых небес, так было всегда. Ни Лунь, получивший высшую власть, в тот год испугался, что кто-то еще достигнет уровня Верховного демона и бросит ему вызов, – сказал Ван Юэ. – Поэтому заставил демонов Пустых небес дать ему клятву подчиняться только жетону Верховного демона. Перед смертью он запечатал жетон Чарами крови. Этот шаг нанес ущерб будущему народа демонов. Возложить все надежды на тебя было недальновидно с его стороны. Хотя я Владыка, бог демонов, я был не в силах отменить клятву, данную демонами Пустых небес. Потому я воплотился в этом теле, чтобы найти того, кто сможет снять печать. Избранницей стала ты.

Он улыбнулся.

– Моя личность раскрыта, и у меня нет больше причин здесь оставаться. Тем не менее цель достигнута, и все благодаря повелительнице. Прошу, позволь мне остаться и стать свидетелем конца представления.

Все время, что он говорил, над его головой клокотали демонические облака, закрывая небо. Чистый свет Монумента Шести миров постепенно начал угасать. Чун Цзы медленно встала в строй демонических воинов и спокойно, немного сочувственно взглянула на бессмертных, что стояли напротив.

Она не хотела становиться демоном, но эти люди боялись ее превращения и постепенно вынудили пойти по демоническому пути. Но то, что случилось сейчас, – чудесная ирония. Уничтожение шести миров – всего лишь забава бога.

– Монумент Шести миров будет уничтожен. Повелительница может отдать приказ, – произнес Ван Юэ.

Оказывается, странные явления, что происходили недавно в мире бессмертных, – не результат появления демонов Пустых небес, а результат открытия подводного пути. Бессмертные замерли, взгляды их были устремлены на фигуру в центре. Зная, что ничего уже невозможно изменить, они все равно цеплялись за луч надежды, обратив ее на последнего возможного спасителя.

Его белое одеяние было запятнано кровью, взгляд опущен. От него исходили разочарование и скорбь, вызванные собственной беспомощностью. Последний бессмертный страж шести миров, несмотря на все усилия, все же вынужден смириться с тем, что уничтожение мира бессмертных неизбежно.

Он стоял в отдалении молча и неподвижно.

«Люди ничтожны, небо и земля не будут опечалены. Уничтожение мира – краткий миг, один щелчок пальцами, ведь рано или поздно наступит возрождение. Небо и земля бесчувственны, но люди – нет. Я, ты – мы все одинаковы. Всего лишь сторонние наблюдатели. Мы наблюдаем, как прекращают свое существование невинные жизни. Чун-эр, ты правда хочешь, чтобы шесть миров встали на демонический путь?»

Это его вина, и, если она действительно желает мести, он примет ее.

«Хочешь умереть вместе с миром бессмертных?» Чун Цзы улыбнулась.

– Разрушение Монумента Шести миров равно обрушению горы Наньхуа и пересыханию источника Четырех морей.

«Хочешь, чтобы я простила тебя? Только если гора Наньхуа обрушится, а источник Четырех морей иссякнет.»

«Выберешь бессмертный мир или прощение?»

Между небом и землей повисла тишина.

Ло Иньфань продолжал оставаться Ло Иньфанем. Чун Цзы не была ни удивлена, ни разочарована. Она спокойно отвела взгляд. Жетон Верховного демона выскользнул из рукава и оказался на ее ладони.

Понимая, что сейчас она отдаст последний приказ, Юй Ду, Минь Юньчжун и другие одновременно открыли рты, но ничего не сказали.

Холодный демонический блеск усиливал безупречность ее лица, создавая удивительное зрелище. Не было ни красоты, ни уродства, лишь чистота, почти прозрачность.

Вдруг вспомнилась та девочка, что впервые пришла в школу Наньхуа. Ее одежда была изношена, кожа желтой, а тело худым. Лишь большие черные глаза выделялись на изможденном лице – чистые, как водная гладь. Она подбадривала своих товарищей, когда на море поднялся шторм, вставала впереди, загораживая их от опасностей, молча сносила обиды, тихо плакала на коленях, моля о пощаде.

Почему она стала такой? В какой миг обратилась демоном?

Все с ужасом обнаружили, что на этот вопрос трудно найти ответ.

Прекрасные губы шевельнулись, и она тихо произнесла заклинание. Ее лицо было торжественно. Пока звучали магические слова, жетон Верховного демона медленно поднялся в воздух. Все присутствующие ощутили мощную демоническую ци.

В рассеянных лучах света показалось тело синего демонического зверя. Он был похож на Черного дракона, имел восемь когтей, а из его пасти и носа извергались клубы темной ци.

Склонив голову перед Ван Юэ, он гортанно произнес:

– Хозяин.

Владыка демонов кивнул и представил:

– Это демонический зверь, который охраняет глубины тьмы Пустых небес и повелевает местными демонами.

– Демоны Пустых небес подчиняются тебе? – спросила Чун Цзы.

Демонический зверь был с ней явно менее почтителен, чем с Ван Юэ. Он высоко поднял голову, прежде чем ответить:

– Да, Монумент Шести миров должен пасть. Отдать приказ демонам уничтожить его?

Взгляды всех теперь были обращены на Чун Цзы. Одно ее слово могло решить судьбу шести миров.

Ло Иньфань не смог удержаться и прокричал:

– Чун-эр!

Девушка не смотрела ни на него, ни на кого-либо еще. Неизвестность впереди тревожила. Она опустила длинные ресницы, задумавшись на мгновение, а затем снова подняла голову и приказала:

– Отправь их обратно в Пустые небеса.

Демонический зверь не удивился и не задал лишних вопросов.

– Слушаюсь, – произнес он, отвернулся и зарычал.

Его рев сотряс Небеса, всколыхнув воздух вокруг. Ученики бессмертных с низким уровнем совершенствования и простые демонические воины невольно закрыли уши руками, корчась от боли.

Все поменялось в одно мгновение. Демоническая ци, застилавшая Небеса, ушла туда, откуда возникла, подобно отливу. Сжалась в маленькую черную точку и исчезла, не оставив и следа.

Снова белые облака плыли в голубом небе, а прохладный ветерок обдувал многострадальную землю.

Над головой светило солнце.

Горы и реки внизу снова были яркими и живыми.

Демонический зверь исчез, и все замерли, словно оказались во сне, не зная, что делать.

Ван Юэ вздохнул.

– Ты так ждала этого момента, но исход удручает. Ты разочаровала меня, моя повелительница. Ты не демон.

– Есть ли смысл в бесконечном цикле жизни и смерти? Вместо разрушения и возрождения не правильнее ли сделать лучше уже существующий мир? – Чун Цзы посмотрела на Ван Юэ, и ее взгляд был наполнен благодарностью. – Ты же знал, что так и будет, верно? Спасибо.

Она перевернула ладонь, и жетон Верховного демона рухнул с облаков, приземлившись где-то в пыли в неизвестном месте.

Подол ее платья вспыхнул синим демоническим пламенем, которое перекинулось на все тело. Покинув его, она осталась лишь душой, связанной с демоническим мечом. Ее кровь теперь потеряна, и никто не сможет сломать печать на жетоне Верховного демона и призвать орды демонов Пустых небес.

Юй Ду и остальные почувствовали горечь в сердце, наблюдая за этой сценой.

Они всегда боялись, что Чун Цзы уничтожит шесть миров, но в конце концов именно она спасла их.

– Таков выбор повелительницы. – Ван Юэ отвернулся.

Между небом и землей появился огромный синий луч света. Судя по всему, он возвращался в глубины тьмы Пустых небес.

– Владыка! Наш бог! Умоляем, останьтесь с нами и защитите народ демонов! – Тысячи демонических воинов, рыдая, преклонили колени.

Ван Юэ поднял руку.

– После моего ухода вам некуда будет вернуться, но, пока вы верите в меня и поклоняетесь мне, я не оставлю вас без защиты. Бессмертные существуют, потому что есть демоны, а демоны рождены, чтобы уравновешивать бессмертных. Пока живы бессмертные, демоны тоже не могут быть уничтожены.

Демоны отозвались в унисон, горько подвывая.

Чун Цзы вдруг произнесла:

– Ты уходишь, но, кажется, у тебя есть незаконченное дело.

Ван Юэ вздохнул, не произнеся ни слова.

Девушка указала на пурпурное кольцо на его руке.

– Вот твой глаз. Глаз демонического бога. Наше пари еще в силе?

Ван Юэ кивнул.

– Я исполню одно твое желание в меру своих возможностей. Чего ты хочешь?

Многие, кто только что был огорчен, услышав эти слова, сменили печаль на радость. Лишь лицо Ло Иньфаня осталось ледяным.

Минь Юньчжун невольно воскликнул:

– Конечно, она хочет попросить о новом теле, о том, чтобы ты рассеял темный дух и избавил ее от меча!

Ван Юэ будто не слышал, снова обратившись к Чун Цзы:

– Чего ты хочешь?

Ло Иньфань побледнел.

– Чун-эр…

«Не надо!

Чун-эр, мы уйдем…

Не делай этого…

Ты не можешь простить меня, верно? Пусть так, но не делай этого…»

– Пожалуйста, Владыка демонов, верни Саморо-дящую почву. – Ее голос был нежным, но решительным.

Ответ был неожиданным для всех, присутствующие изменились в лице. Это прекрасный шанс вернуться к жизни, а она говорит о Самородящей почве?!

Минь Юньчжун разгорячился:

– Чтобы замуровать проход, необязательно использовать Самородящую почву. Ты… ты всего лишь ребенок!

– Мы ошиблись, и твоя ненависть обоснованна, – покачал головой Юй Ду. – Рано или поздно демонический меч будет очищен, и твои души не смогут держаться за него. Не действуй в порыве злости. Подумай… подумай о своем наставнике.

Ненависть? Сколько бы ненависти ни скопилось, она никогда не перевешивала любовь. Даже теперь, когда почти ничего не осталось, любовь все равно побеждает. Что есть любовь? Что есть ненависть? Всего лишь бесполезное трепыхание жалких людей, вот и все.

Чун Цзы повторила:

– Пожалуйста, Владыка демонов, верни Самородящую почву и запечатай подводный путь.

Ван Юэ чуть приподнял подбородок.

– Как пожелаешь.

Самородящая почва была возвращена, и путь между миром бессмертных и миром демонов оказался вновь запечатан. Больше не о чем было тревожиться.

– Теперь твои души могут лишь цепляться за демонический меч. Даже если они не очистят его, рано или поздно он поглотит души, и ты погибнешь, – задумчиво произнес Ван Юэ. – Если желаешь, пожертвуй их мне и последуй за мной в глубины тьмы Пустых небес. Там ты обретешь вечную жизнь.

«Уйти?» Чун Цзы в замешательстве подняла взгляд на небо.

Этот мир слишком огромен, чтобы полностью его постичь, но слишком мал, чтобы вместить многое. Все, что нужно было сделать, уже сделано, все подошло к концу. Уготованная ей судьба исполнилась, больше не было причин оставаться.

Все промелькнуло, словно дым. Любовь и ненависть исчезли, оставив лишь светлую пустоту.

Она ярко улыбнулась и произнесла:

– Хорошо.

Юй Ду, Минь Юньчжун и другие напряженно взглянули на Ло Иньфаня. Тот стоял неподвижно, залитый кровью, его взгляд был пустым и безжизненным. Никогда не имевший себе равных почтенный Чунхуа теперь был похож на живой труп.

Понимая, что его сердце разбито, Юй Ду шагнул к нему.

– Брат, ты…

Мощный поток бессмертной ци вырвался наружу, ужасающая сила сотрясла воздушные потоки – казалось, небо рухнуло на землю. Никто не мог справиться с этой энергией, в страхе отступая и стараясь укрыться. Ло Иньфань продолжал стоять равнодушно и недвижимо. Меч Разгоняющий волны слепил глаза, отражая солнечные лучи.

В свете меча фигура Ло Иньфаня стала постепенно размываться.

– Он жертвует себя мечу! – в ужасе воскликнул Юй Сюй. – Почтенный… он… он хочет стать демоном!

– Брат, нет! – потрясенно закричал Юй Ду.

Пятицветный барьер отгородил Ло Иньфаня ото всех.

Однажды глубокой ночью он сказал:

«Я, как твой наставник, надеюсь, что и ты не станешь впредь принижать своей значимости, а будешь заботиться обо всех живых существах, как то делают звезды на небе. Пусть этот посох называется “Сияние звезд”».

Ее сердце никогда не менялось, сияя, как звезды.

Однако его сердце изменилось.

Из-за долга он даже больше остальных боялся, что она и правда станет причиной уничтожения шести миров. Боялся настолько, что не смог ей поверить.

Любовь, таящаяся в глубинах его сердца, наконец прорвала оковы разума. Эта неожиданная вспышка вызвала боль и сожаление, разорвала его на части. Заставила думать, что смерть лучше жизни с такой болью.

Он любил ее, но заставлял себя раз за разом отталкивать и ранить. Когда он признал свою любовь, она уже не хотела возвращаться.

Ученица не была демоном. Это он. Наставник – демон!

Неужели в ее сердце он теперь и вправду чужак? Неужели она действительно не желает дать ему последний шанс? Он столько раз причинял ей боль, чуть не убил ее снова. Но если его ученица уйдет, какой смысл ему оставаться в этом мире?

Ван Юэ обратился к Чун Цзы вновь:

– Клянешься ли ты, что отдашь мне себя полностью, последуешь за мной и никогда не пожалеешь об этом?

– Она не уйдет. – Холодный голос не дал ей ответить.

Удивительное сияние разлилось в воздухе: кружилось, колыхалось, словно лента, струилось подобно шелковой нити, опадало лепестками цветов. Солнце померкло, небо и земля были тусклыми, будто в момент первозданного хаоса. Странное состояние, наполненное благоговением и надеждой.

Высшая небесная техника Зеркального сердца.

Невозможно, чтобы гора Наньхуа рухнула, а источник Четырех морей иссяк, но и лишиться ученицы нельзя. Пусть он погибнет вместе с ней, но наставник никому не позволит ее забрать! Даже богу, Владыке демонов!

Его тело был залито кровью, прекрасное лицо было бледным и застывшим, но глаза пылали алым. Он напоминал злого духа. Ужасного злого духа. Никто никогда не видел у почтенного Чунхуа такого взгляда. Он словно собирался разорвать противника на части, пережевать и сожрать заживо.

«Мне нет прощения? Это неважно.

Мне не нужно твое прощение, мне нужна только ты».

Почувствовав что-то, Чун Цзы наконец оглянулась. Казалось, она смотрит на него и одновременно куда-то сквозь. Девушка улыбалась, но ее глаза оставались пусты. В них не было его. В них не было даже ненависти к нему.

Ло Иньфань медленно подошел к ней и обнял, как множество раз в детстве, когда ученица шалила.

А она стояла и улыбалась. Ни радости, ни надежды, лишь легкая улыбка.

Вспыхнуло белое сияние, расчерчивая небо на свет и тень, и он, наконец, крепко сжал Чун Цзы в объятиях. Он не видел ее лица, но чувствовал, как она застыла. Пусть. По крайней мере, сейчас ученица в его объятиях.

Девушка не понимала: он никогда не сможет отказаться от долга, но она всегда будет важнее этого.

«Техника Зеркального сердца… Не было ни демонов, ни тебя, ни меня.

Лишь твоя мертвая любовь и мое первое эгоистичное желание обнять тебя, чтобы погибнуть вместе.

Перед тобой я никогда не был бессмертным…»

Свет угас, и две фигуры исчезли. В воздухе остался висеть лишь странный меч: его свет был кристально белым, а форма поразительно знакомой.

В нем не чувствовалось ни демонической ци, ни бессмертной.

Бессмертный меч? Демонический меч? Или самый обычный?

Но пока никто не задумывался над этим вопросом, все просто оцепенело смотрели на клинок: такой красивый, сияющий и чистый, словно снег и лед, словно сверкающие на небе звезды.

Ван Юэ хмыкнул и тихо исчез.

Когда меч вдруг взмыл в небо, пронзив облака, и через миг исчез, все ошеломленно выдохнули.