В густом тумане просматривались очертания множества дворцов, башен и галерей. Дороги под ногами не было видно. Четверо демонических стражей магии, что шли сзади, исчезли.

Фигура Ван Юэ двигалась впереди, словно призрак. Его черная мантия оставалась совершенно неподвижной, будто он стоял на месте. Но Чун Цзы пришлось использовать магию, чтобы оседлать ветер, иначе она не поспевала за повелителем демоном.

Наконец он остановился.

– Где мы?

– Это храм Владыки демонов.

– Почему ничего не видно? – Чун Цзы посмотрела по сторонам.

– Увидишь, если захочешь.

Стоило ему это сказать, как картинка перед глазами резко изменилась. Они были в величественном зале: огромные черные колонны высотой в десятки чжанов подпирали потолок. Атмосфера внутри была торжественной и мрачной.

В таком огромном храме не было ни ниш со статуями, ни алтаря, ни табличек. Ничего.

– А где же Владыка демонов? – с недоумением спросила Чун Цзы, и ее голос разнесся по залу долгим эхом.

– Владыка демонов и Владыка бессмертных различаются. Его сущность находится в глубинах тьмы Пустых небес, но его сознание в мире демонов повсюду, хотя никто и не может его увидеть.

– Зачем ты привел меня сюда?

– Это божество является хранителем демонов Пустых небес. Все демоны получают его покровительство. Лишь поклявшись Владыке демонов, можно стать одной из нас. – Ван Юэ как будто улыбнулся. – Если обманешь Владыку, придется заплатить большую цену. Но ты, видимо, знаешь, раз дважды заставляла меня принести клятву перед Владыкой демонов. Если хочешь вернуться к бессмертным, еще не поздно сделать это.

Девушка помолчала, а затем опустилась на колени.

– Чун Цзы клянется верой и правдой служить Владыке демонов. Если я нарушу клятву, понесу наказание.

– Дева Чун, – кивнул Ван Юэ. – Отныне ты дева Чун из демонического дворца Девяти глубин. Пурпурная демоница.

Черная мантия мелькнула перед глазами, и Чун Цзы едва различила лицо мужчины. Бледное лицо, которое она никак не могла сохранить в памяти, словно то пурпурное кольцо затуманило сознание мощной вспышкой. Храм исчез. Сейчас эти двое стояли на высокой платформе, а внизу тысячи демонов склонились в земном поклоне.

– Владыка.

Четыре стража магии почтительно стояли по обеим сторонам. Чун Цзы видела их в тот раз, когда Ло Иньфань запечатал подводный путь в школе Тяньшань, поэтому узнала. Демон желаний с призрачным лицом – главный из демонических стражей. Его прошлое было окружено тайной, никто никогда не упоминал о нем. Угасшая Лотосовая сутра в черной монашеской рясе был вторым стражем магии. Когда-то он предал школу Западного буддизма. Третьим стражем был Нечистый феникс, одетый как отпрыск аристократов. По слухам, он был принцем из клана лис-оборотней. Четвертым стражем магии была Темный нарцисс, изгнанница из школы Тяньшань.

Странно, но у перил стоял еще один человек, одетый в белое. Он выглядел надменно и кланяться явно не собирался.

Белоснежная мантия с капюшоном и шарф скрывали все, кроме глаз. Прекрасных бездонных глаз, обрамленных длинными ресницами. Взгляд был сияющим и гипнотическим. Фигура выглядела отчужденной, но в то же время излучала мощную силу. Человек был среднего телосложения и отличался элегантностью.

Нечистый феникс улыбнулся.

– Поздравляю, владыка. Вы получили прекрасного генерала.

– Дева Чун, дочь владыки Ни Луня, с сегодняшнего дня станет пятым стражем магии, – произнес Ван Юэ.

Демоны внизу кланялись и приносили поздравления, а Чун Цзы просто стояла, глядя в одну точку. Впервые с того момента, как она встала на демонический путь, девушка почувствовала такое потрясение.

Когда она пришла в себя, рядом уже никого не было, включая Ван Юэ.

Лишь человек в белом подошел ближе, склонил голову в знак приветствия и сказал:

– Поздравляю, молодая госпожа. С возвращением к народу демонов.

Голос был мужским. Чун Цзы долго смотрела на него, а затем спросила:

– Мне называть тебя Тянь Чжисе или братом Му?

Глаза человека в белом довольно блеснули. В голосе послышалось едва уловимое восхищение.

– Молодая госпожа, у тебя прекрасное зрение.

– Я узнала твой взгляд, – улыбнулась Чун Цзы, чувствуя свое бессилие. – Тянь Чжисе, Му Юй – и кто же из вас настоящий?

– Тянь Чжисе – тысячеликий демон. Все лица настоящие, и все поддельные.

Чун Цзы больше ничего не произнесла. Она шагнула вперед и протянула руку, чтобы снять с него шарф.

– Молодая госпожа. – Тянь Чжисе перехватил ее руку. – Даже если бы владыка был жив, я бы не снял этот шарф.

– И верные псы порой непослушны, – холодно усмехнулась Чун Цзы, хватая его за горло. – Это ты все устроил. Ты подговорил Янь Чжэньчжу навредить мне, используя технику кошмара. Это ты подстроил тот случай с мечом, обрекая дядю на гибель!

Тянь Чжисе спокойно ответил:

– Демоническая сила, хранящаяся в мече, была оставлена для молодой госпожи прошлым владыкой. Когда бессмертные решили провести обряд очищения, мне ничего не оставалось, как найти мечу хозяина. Меч выбрал Чу Буфу. Я всегда был предан владыке Ни Луню, и все, что делаю сейчас, я делаю ради тебя. Если молодая госпожа осуждает меня, мне нечего сказать.

Чун Цзы недоуменно нахмурилась.

– Но как ты узнал, что я связана с Ни Лунем кровными узами?

– Молодая госпожа – дочь владыки, иначе жетон и меч Верховного демона не отреагировали бы на твою кровь.

– Моя кровь не смогла сломать печать на жетоне.

– Это потому, что у молодой госпожи был слабый темный дух. Время еще не пришло. Молодую госпожу пока нельзя считать истинным демоном.

– У Ни Луня не было кровных родственников, это общеизвестная истина.

– С чего бы? – Тянь Чжисе легко освободился от ее руки. – Изначально я проник в школу Наньхуа, чтобы изнутри координировать действия демонических сил и помочь владыке прорваться к Небесным вратам и достичь его великой цели. Кто же знал, что владыка увлечется девой Шуй. Дева Шуй принадлежала к школе бессмертных и погибла в одной из битв прямо на глазах у владыки. Перед смертью она заставила его поклясться, что он откажется от борьбы. Все мои многолетние замыслы пошли прахом.

– Дева Шуй? – нахмурилась Чун Цзы.

Это имя кажется ей немного знакомым, но откуда? Видимо, когда-то Янь Чжэньчжу упоминала о ней. Она была одной из многих учениц школы бессмертных, совершенно незначительной фигурой. Кто бы мог подумать, что эта женщина была связана с могущественным повелителем демонов Ни Лунем. Неужели Верховный демон отказался от своих грандиозных планов ради нее?

Тянь Чжисе продолжил:

– В битве за Небесные врата наш демонический дворец непременно должен был бы победить. Шесть миров уже были бы под властью демонов. К сожалению, любовь к женщине привела к тому, что есть сейчас. Однако владыка все же помнил о своей миссии и не бросил подданных. Перед смертью он намекнул мне на свои планы. Я мог лишь гадать, но склонялся к тому, что он заточил свою силу в мече, чтобы передать ее наследнику. Многие годы я искал его, и все было тщетно, но однажды молодая госпожа сама пришла в школу Наньхуа. Врожденный темный дух подтвердил мои подозрения.

Ни Лунь не мог нарушить клятву, данную деве Шуй перед ее смертью. Потеряв любимую женщину, он отказался от борьбы. Но такой человек, как он, не ценил жизнь и не мог просто так сдаться. Поэтому перед битвой на горе Наньхуа он обстоятельно подготовился. Меч был выкован из железа с Сердца небосвода и обладал душой. Он вложил в меч половину своей силы и с помощью духа меча скрыл судьбу своей дочери, чтобы Син Сюань или кто-либо другой не смог раскрыть ее происхождение. Используя запретные техники, он запечатал жетон Верховного демона, возложив на дочь свои амбиции по объединению миров.

– Перед уходом владыка сделал все так, как считал лучшим для своего ребенка. Он хотел, чтобы молодая госпожа испытала тяготы мира людей, чтобы стать сильнее и самостоятельнее.

– Увы, я стала попрошайкой и чуть не умерла на улицах от голода, – холодно произнесла Чун Цзы. – Хотя он и дал мне жизнь, но никогда не растил, не учил и не защищал. Все было сделано ради него самого, а не ради меня. Я не собираюсь потакать его амбициям.

Тянь Чжисе остался спокоен.

– Ты не знала его, но должна знать себя. Теперь, когда ты встала на демонический путь, бессмертные не отпустят тебя.

– Ты действительно достоин быть левым стражем магии демонического дворца Ушедшего от перерождений. Всегда наготове четкий план. – Чун Цзы рассмеялась и сжала кулаки. – Столько стараний ради меня. Какая тебе от этого выгода?

– Я хочу, чтобы ты добилась успеха, – без колебаний ответил Тянь Чжисе. – Я почти довел до победы твоего отца, но, к сожалению, потерпел неудачу. Все еще можно изменить. Ты можешь добиться победы. Шесть миров будут во власти демонов, мы будем править повсюду – вот мечта всей моей жизни.

– Не боишься, что я убью тебя?

– Нынешних способностей молодой госпожи не хватит. Ты еще не до конца овладела силой меча.

– Вот как? И что мне нужно сделать, чтобы получить ее всю?

– Стать Верховным демоном. – Тянь Чжисе заложил руки за спину и отвернулся. – Ты потомок владыки Ни Луня. Я с нетерпением жду этого дня.

Девочка, рожденная с темным духом, после двух перерождений в конечном итоге ступила на демонический путь. Колесо судьбы поворочалось с боку на бок, но все равно упало в колею и продолжило свой путь по давно известному маршруту. До этого все сомневались и переживали, а теперь, когда дело обернулось подобным образом, страх ушел, словно камень с души свалился. Мучительное чувство вины исчезло. В конце концов, это было не их дело – произошедшее затрагивало самого выдающегося из бессмертных, главам школ было неудобно что-то обсуждать, и они просто разошлись.

Ло Иньфань стоял у главного входа во дворец Чунхуа. Его лицо ничего не выражало.

– Почему ты молчишь?! – Минь Юньчжун не сдерживался. – Я говорил тебе, что нельзя принимать в ученицы эту злобную тварь, но ты не собирался слушать! Ее темный дух не угас даже после перерождения, а ты помог его скрыть, обманув меня и главу Юй Ду. Теперь это навлекло на всех нас катастрофу. Как глупо!

– Все уже произошло, – вмешался Юй Ду. – Что говорить понапрасну. К тому же во всем этом вина не только Ло Иньфаня. Разве мы с тобой тоже не ошиблись в одном человеке?

Минь Юньчжун позеленел от гнева при воспоминании о том, что его лучший ученик оказался шпионом демонического дворца. После долгого молчания он сказал:

– Я говорю это лишь потому, что озабочен судьбой мира бессмертных. Я не виню его за намерения, а виню себя за слепоту. Увы.

– Тянь Чжисе – тысячеликий демон. Его сила огромна, нет ничего удивительного, что ему удалось нас обмануть. Ты не должен себя корить, – вздохнул Юй Ду. – Вообще-то, если вспомнить, то он был не так уж и безупречен, скрываясь среди бессмертных все эти годы. Он с неохотой пользовался мечом, потому что культивировал технику Око внутреннего демона, способную материализовать душу.

– Так или иначе, эта злая тварь уже ступила на демонический путь. Мы не можем сидеть сложа руки. Сейчас самое время устранить ее, пока она не развила свои навыки и не стала Верховным демоном. Иначе в будущем случится катастрофа, которая поставит под угрозу судьбу шести миров. Иньфань, ты должен понимать, насколько серьезна проблема, и выбрать высшее благо.

Ло Иньфань наконец заговорил:

– Это не только ее вина.

Минь Юньчжун усмехнулся.

– Мы виноваты в ее решении стать демоном? Ты это хочешь сказать?

Видя, что брат вот-вот снова впадет в ярость, Юй Ду поспешил вмешаться:

– В словах девочки есть смысл. Бессмертные тоже несут ответственность за то, что произошло, но мы были вынуждены это сделать. Ей суждено было стать демоном, мы не могли рисковать. Теперь, когда все свершилось, нам остается лишь найти способ, чтобы разобраться с последствиями.

– Все это случилось по моей вине, я сам разберусь, – холодно бросил Ло Иньфань, отвернувшись. – Пожалуйста, не вмешивайтесь.

Прошло уже больше полумесяца, как Чун Цзы попала в демонический дворец, но до сих пор она не могла привыкнуть к правилам местной жизни. Демонический дворец кардинально отличался от мира бессмертных. Взять хотя бы способ перемещения, который у демонов был предельно простым, если не сказать скучным: они лишь мысленно концентрировались на том месте, куда им нужно было попасть, и тут же оказывались там. Конечно, это действовало лишь в том случае, если противник не возводил на пути магический барьер, выражая этим свое несогласие.

Демонический дворец Девяти глубин располагался на самой крайней точке Пустых небес мира демонов. Здесь царствовала великая сила инь, отчего ночи были гораздо длиннее дней. Ночью в демоническом дворце всегда было оживленно, никто не спал: мерцало изумрудное пламя нечисти и голубые демонические огни, хотя имелись и обыкновенные светильники из мира людей. Музыка и песни не смолкали. Нечистый феникс с ватагой демонов пили и веселились каждую ночь. Жизнь в мире демонов была похожа на жизнь в мире людей – совершенно отличная от мира бессмертных.

Чун Цзы возлежала на ложе, которое стояло на высоком помосте, и задумчиво смотрела на огоньки внизу.

Демонический меч, лежащий рядом, излучал тепло.

И она, и Ни Лунь были рождены с темным духом, но мог ли самый могущественный в истории повелитель демонов и правда быть ее отцом?

Чун Цзы погладила клинок и усмехнулась.

Человек, о котором она не имела никакого представления, вдруг стал ей родителем. Ради любимой женщины он отказался от своих амбиций, но ради тех же амбиций бросил дочь. Стоит называть его за это великим или эгоистичным?

В следующий миг Чун Цзы прямо на кушетке перенеслась в главный зал. Ван Юэ сидел на просторной скамье, на полу рядом с ним, прислонившись к его коленям, расположилась прекрасная женщина. Она подняла руку, создавая иллюзию, и с неба посыпался дождь из красных и белых лепестков, которые резко выделялись на фоне черной мантии Ван Юэ.

Увидев Чун Цзы, женщина встала и, смеясь, произнесла:

– Демоница грез приветствует пятого стража магии.

– Жетон Верховного демона тоже у тебя? – прямо спросила Чун Цзы у Ван Юэ.

Тот поднял хрустальную чашу, наполовину наполненную кроваво-красной жидкостью, в знак приветствия.

– У меня, но сейчас я не могу отдать его тебе.

– Почему?

– У тебя еще недостаточно навыков, чтобы владеть им.

Чун Цзы нахмурилась.

– Только твоя кровь сможет снять печать. Не волнуйся, я отдам его тебе, когда придет время. – Ван Юэ махнул рукой, давая ей знак уйти.

Демоница грез рассмеялась.

– Все поступки владыки имеют свои причины. Пятому стражу не о чем беспокоиться. Кстати, я слышала… что ученик школы Наньхуа ожидает Пурпурную демоницу в городе Отраженной луны. Он прислал письмо, где сообщил, что хочет увидеть вас.

За пределами демонического дворца сгущались сумерки. На берегу моря в лучах заходящего солнца стоял мужчина.

Чун Цзы была удивлена.

– Брат Чэн Фэн?

– Чун Цзы. – Чэн Фэн развернулся и улыбнулся ей.

Она так давно не видела никого из бессмертных, теплые чувства неконтролируемо заполнили сердце, маня подойти ближе. Чун Цзы опустила взгляд и отступила на пару шагов.

– Ты… зачем ты меня искал?

Чэн Фэн подошел ближе и сел на камень.

– Чжэньчжу всегда говорила, что любит смотреть на море, поэтому я пришел сюда прогуляться, а заодно захотел поговорить с тобой.

Девушка вдруг вспомнила свадьбу Чэн Фэна и Чжэнь-чжу. В тот день они с другими учениками спаивали жениха так, что тот еле держался на ногах. Прекрасные годы юности… Теперь же воспоминания оставляют лишь горькое послевкусие.

«Не стоит предаваться мечтам, вернуться уже нельзя!» – напомнила себе Чун Цзы, пытаясь взбодриться.

– Все в прошлом. Учитывая мое нынешнее положение, брату Чэн Фэну не к лицу разговаривать со мной.

Мужчина ничего не сказал, просто поднял руку, показывая ей красивый короткий посох тонкой работы.

Чун Цзы ошеломленно замерла.

Увидев свою хозяйку, посох Сияния звезд радостно завертелся рядом, легонько тычась в нее. Слова тех дней все еще стояли у нее в ушах. Жаль, что в глазах наставника она не смогла стать хорошей ученицей. Назад уже ничего не вернуть, разве имеет она право пользоваться посохом Сияния звезд? Зачем он предал учителя? Какой в этом смысл?

Чун Цзы отвернулась, не глядя на посох и не прикасаясь к нему.

– Наставник отправил тебя сюда?

Чэн Фэн кивнул.

– С тех пор как ты ушла, с почтенным кое-что произошло, и он затворился в уединении.

Чун Цзы припомнила, что видела кровь на его губах, сердце сжалось. Она поспешила поймать взгляд Чэн Фэна.

– Наставник… С ним что-то серьезное?

Мужчина молчал.

Это из-за нее наставник прервал свое совершенствование? Чун Цзы схватила посох Сияния звезд, развернулась и пошла назад, но, сделав два шага, вдруг остановилась. Обернувшись, она побледнела и с недоверием уставилась на Чэн Фэна.

Она была неосторожна, и печать Золотого бессмертного уже стремительно захватывала ее тело. Она рассеяла демоническую силу в точке даньтянь [25], так что теперь будет сложно вновь ее сконцентрировать.

– Он приказал тебе это сделать?

– Такова воля главы и почтенного.

Чун Цзы не спускала с него глаз.

– Так главы или почтенного?

Чэн Фэн медленно встал и, колеблясь, произнес:

– И главы, и почтенного.

Верно, такой человек, как он, посвятивший жизнь защите шести миров, не мог поступить иначе с ученицей, вставшей на демонический путь. Но она не предполагала, что он сможет так поспешно согласиться с ее уничтожением. Разве мало, что он собственноручно причинил ей вред? Неужели он не испытывает к ней хоть каплю жалости как учитель к ученице? Неужели достаточно лишь вероятности того, что она принесет в шесть миров беду? Чун Цзы закрыла глаза и горько усмехнулась.

– Прекрасная Печать, укрощающая демонов!

Чэн Фэн вздохнул и направил на нее меч.

– Чун Цзы, видят Небеса, в память о Чжэньчжу я не хотел этого делать. Но ты рождена с темным духом. Пройдя через два перерождения, ты стала демоном, а в будущем непременно навлечешь на миры великое бедствие. Надеюсь, ты сможешь меня простить.

– Позволю тебе отказать, – тихо произнесла Чун Цзы, ее голос звучал холодно. – За эти две жизни я никого не убила и не причинила никому вреда. Это вы решили, что я могу принести бедствие в шесть миров, это вы хотите убить меня ради собственного спокойствия. Мне нет дела до шести миров, почему я должна добровольно принести себя в жертву?

Чэн Фэн почувствовал беспомощность и через какое-то время ответил:

– Этот меч разобьет твои души, ты не будешь мучиться. Это все, что я могу для тебя сделать.

Не было смысла приводить доводы, даже он желал ее смерти. Какие уж тут слова? Чун Цзы кивнула.

– Спасибо.

Меч взмыл в воздух, его сила была подобна морской волне. Одновременно раздались звуки накатывающегося прибоя… Но в следующий миг холодные капли морской воды превратились в теплую кровавую пену, затуманившую взгляд.

Глухой гул прибоя стих, барашки пены опали. Чэн Фэн остался лежать на земле. Его души уже покинули тело и отправились в подземный мир.

Чун Цзы в панике подбежала к нему и стала трясти за плечи.

– Брат Чэн Фэн!

– Молодая госпожа сама все видела, бессмертные больше не проявят снисхождения.

– Ты следовал за мной!

– Молодая госпожа, впредь не стоит им доверять.

Тысячеликий демон наклонился, и Чун Цзы тут же влепила ему пощечину.

– Кто велел тебе его убивать?! Кто?!

Тянь Чжисе, не обращая ни на что внимания, поднял ее на руки и исчез.

Во мраке главного зала изящный посох сверкал мягким серебристым светом. Его тепло было подобно объятиям и поцелуям того человека, чьего расположения она так отчаянно искала, того, кто давал ей силы и мужество. Но эта близость теперь опасна для нее. Его нежная забота, красивые обещания манили. Она отчаянно желала быть ближе, хотела опереться на него. Только стоило ей сделать шаг навстречу, тут же становилось ясно, насколько смертоносно для нее то тепло. Каждое касание могло ранить. Правда, уже слишком поздно, она не может обойтись без него.

Широкий черный подол ее одежд укрывал хрустальное ложе. Она была похожа на обольстительный черный лотос, плывущий по воде.

– Тянь Чжисе! – холодно произнесла Чун Цзы.

– Тут.

– Ты убил брата Чэн Фэна.

– Он хотел причинить тебе вред и заслужил смерть. Я проявил милосердие, сохранив его души. – Юноша поднял на нее глаза, обрамленные густыми ресницами. – Молодая госпожа боится, что, если Ло Иньфань узнает, уже никогда ее не простит?

«Простит?» Чун Цзы закусила губу.

Сегодня она все еще надеялась на его прощение.

– Он приказал Чэн Фэну передать этот посох, явно планируя убить тебя. Есть ли в нем хоть капля привязанности учителя к ученику? – Тянь Чжисе протянул руку и взял посох Сияния звезд. – Молодая госпожа в двух жизнях была его ученицей, неужели все еще не понимаешь? Глупо.

Он глухо произнес заклинание, и посох ярко вспыхнул.

– Нет! – Чун Цзы что-то поняла и бросилась вперед, как безумная.

Тянь Чжисе не солгал. Великий левый демонический страж демонического дворца Ушедшего от перерождений намного превосходил ее по силе. Две мощные волны ци столкнулись в противостоянии, и Чун Цзы протащило по полу и впечатало в стену.

Как будто потеряв рассудок, девушка снова бросилась вперед.

– Стой! Не смей! – закричала она в ярости, но вновь была отброшена назад.

Это повторялось снова и снова, пока она, наконец, не опустилась перед ним на колени.

– Не надо, не причиняй ему вред. Отдай его мне. Умоляю, не трогай…

Посох Сияния звезд померк, его дух постепенно угас. Словно труп, лишенный душ, он с грохотом упал на пол. Чун Цзы растерянно подняла его. Тепла больше не было, он остыл.

Ненависть, боль – ничто, сегодня она потеряла надежду.

– Ло Иньфань наложил на него заклинание. Или ты хотела сдаться? – Тянь Чжисе смотрел на нее, сидящую у его ног, сверху вниз, голос демона был спокойным, но во взгляде читались холодность и презрение. – Меч владыки – наилучшее оружие для молодой госпожи. Посох не имеет лезвия, он бесполезен в бою. Ло Иньфань использовал этот хлам, чтобы сдерживать тебя. Если бы молодая госпожа сама уничтожила его, не избежала бы проклятия магического оружия. Поэтому подчиненный сделал это за нее.

Молчание.

– Тянь Чжисе, разве ты не был верным псом моему отцу? – Чун Цзы вдруг подняла на него взгляд и медленно встала. – Разве верный пес может стоять, когда разговаривает с хозяином?

Тянь Чжисе взглянул на нее и через мгновение опустился на колени.

– Можете распоряжаться мной, молодая госпожа.

– Будь послушным псом. – Чун Цзы наклонилась и приподняла его подбородок тонким пальчиком. – Помни: ты никто и не имеешь права вмешиваться в дела хозяина. Раз сегодня ты оказал мне столь большую услугу, как насчет того, чтобы я вознаградила тебя и позволила ощутить вкус кровавой пытки демонического дворца?

Взгляд Тянь Чжисе дернулся.

– Боишься? – усмехнулась Чун Цзы. – Разве не ты сказал, что я могу распоряжаться тобой?

– Тянь Чжисе отправится в зал наказаний. Это все потому, что молодая госпожа не понимает.

Тянь Чжисе встал и твердой походкой вышел из зала, больше не взглянув на нее. Он выглядел так, будто шел на прогулку, а не на пытку.

Кто бы мог подумать, что он действительно примет наказание. Чун Цзы с удивлением смотрела ему в спину, а затем вернулась на кушетку. Этот демон так часто подставлял ее и причинял ей вред, он должен быть благодарен, что она не убила его на месте. С чего бы ему сочувствовать?

Через миг в зале раздался голос:

– Ты хочешь наказать Тянь Чжисе?

Чун Цзы подняла взгляд.

– Неудивительно, что он вел себя так смело. Знал, что за него заступятся.

– Я хочу обратить внимание пятого стража: если хочешь утвердиться в демоническом дворце, можно трогать любого, но не его, – равнодушно произнесла Темный нарцисс.

– Если мне не изменяет память, мы с тобой равны по рангу. Какое тебе дело, как я наказываю своих подчиненных?

– В таком случае позволь откланяться.

Темному нарциссу больше нечего было сказать, она развернулась и исчезла.

– У пятого стража суровый нрав!

Раздался соблазнительный смех, и в дверном проеме появилась прекрасная девушка. На ней было надето пурпурное платье, белая кожа сияла, словно снег. Прежде пурпурные волосы сейчас побелели. Чун Цзы прожила здесь достаточно долго, чтобы узнать ее.

– Демоница грез?

– Ради великой миссии Тянь Чжисе проник в школу Наньхуа и десятилетиями терпел унижения. Он вернул жетон Верховного демона и меч владыки, помог пятому стражу вернуться к демонам. Его дела велики, но теперь из-за убийства ученика из школы бессмертных он должен будет подвергнуться кровавой пытке? Пятый страж совсем не умеет дорожить преданностью.

Чун Цзы взглянула на нее.

– Какую должность ты занимаешь сейчас?

Демоница грез замерла на мгновение, но правдиво ответила:

– У меня нет должности.

– Смеешь насмехаться надо мной, не имея должности? Вправе ли я тебя наказать?

Выражение лица Демоницы грез изменилось, и она тут же посмотрела на Ван Юэ, возникшего словно из ниоткуда. Тот криво усмехнулся и махнул рукой, давая ей знак уйти. Через миг он уже стоял перед кушеткой. Чун Цзы встала и поклонилась ему.

– Приветствую, владыка.

– Ты довольна, что наказала его?

Он причинил ей вред, привел туда, где она сейчас… Но, сведя с ним счеты, она обнаружила, что это не так приятно, как она себе представляла. Чун Цзы еще больше разозлилась и скрежетнула зубами.

– Это просто наказание, чему радоваться? Хочу больше власти. Дашь мне ее?

Ван Юэ не был удивлен.

– Какую должность желаешь?

– Твоей жены.

Ван Юэ безжизненно рассмеялся.

– С какой стати мне соглашаться?

– Я тебе нужна.

– Это так, но твои заслуги по-прежнему незначительны.

– Чтобы стать женой повелителя демонов, не требуются заслуги. Ты отказываешься?

– Если желаемая тобой власть нужна, чтобы наказывать верных подданных, я отказываюсь.

– Говоришь о том верном псе?

– Ты считаешь, что причинишь ему вред этими пытками? Ошибаешься. Он способен сам себя исцелить, если будет ранен. Верный способ растереть в пыль кого-то вроде него – уничтожить то, что для него важнее всего. Например, для Темного нарцисса важен тот смертный.

– И чем же дорожит Тянь Чжисе?

– Амбициями и силой. Его амбиции – править мирами через демонов. Но для этого ему нужна ты, потому он так старательно вел тебя на наш путь. Если сейчас вернешься к бессмертным, это его уничтожит.

Чун Цзы рассмеялась.

– Вернуться к бессмертным? Чтобы уничтожить его и себя?

– Тогда лиши его сил, заставь почувствовать беспомощность. Он культивирует Око внутреннего демона, нужно лишь отнять у него глаза, и ты достигнешь цели.

Глаза Чун Цзы блеснули.

– Учишь меня, как с ним справиться?

Ван Юэ рассмеялся.

– Опасаешься меня, но уделяешь внимание ему?

– Он мой пес, и я должна присматривать за ним. Даже могу натравливать его на врагов. Насчет тебя я должна быть более осмотрительной.

– Хорошо, что ты это понимаешь, – кивнул Ван Юэ. – Ты ненавидишь Тянь Чжисе, однако у тебя сейчас есть только он.

– Правда?

– Не будь его, ты бы не разглядела истинную сущность бессмертных. Не он подвел тебя к той черте, на которой ты сейчас стоишь. Ло Иньфань тоже убивал невиновных.

– Хочешь сказать, мне следует его поблагодарить?

– Следует ненавидеть, но ты не должна его трогать, ведь только Тянь Чжисе может тебя защитить. Он оберегал тебя даже сильнее, чем Ло Иньфань.

Чун Цзы помолчала, а затем улыбнулась.

– Неужели ты не сможешь защитить меня?

– Лестно слышать подобный вопрос. – Ван Юэ протянул ей руку, помогая вернуться на кушетку. – Через месяц ты станешь повелительницей демонического дворца.

В зале наказаний демонического дворца связанный Тянь Чжисе лежал на помосте для пыток, раскинув руки. Его тело покрывали уродливые кровавые черви, их брюшки раздулись от выпитой крови. Через прозрачные тела червей было видно, как кровь циркулирует по их жилам. Черви непрерывно выделяли яд, который впрыскивали в тело жертвы. Но Тянь Чжисе лишь закрыл глаза, его ресницы даже не дрожали.

Глава зала наказаний вышел вперед и поприветствовал кого-то:

– Пятый страж.

Чарующие глаза Тянь Чжисе распахнулись, он был удивлен – видимо, не ожидал, что она придет.

Чун Цзы была бледна, ей потребовалось время, чтобы прийти в себя. Подняв руку, она дала знак, чтобы все ушли. Такие повелительные жесты были для нее непривычны. Девушка долго стояла, прежде чем с неохотой произнесла:

– Ты хочешь, чтобы я разговаривала со связанным человеком, покрытым червями?

Тянь Чжисе сжал кулаки, и железные цепи слетели с его запястий. Кровавые черви были сброшены мощным порывом магии, превращаясь в легкую дымку. Отравленная черная кровь безостановочно лилась из ран, постепенно превращаясь в ярко-алую. Белая мантия пропиталась кровью, вид был ужасающий.

Чун Цзы слабо кивнула, намекая ему следовать за ней. Когда она силой мысли перенеслась в свой зал, Тянь Чжисе уже стоял перед ней в белоснежно-чистой одежде.

Девушка молчала.

– У молодой госпожи есть приказ для меня?

– Обними меня.

Тянь Чжисе ошеломленно замер.

Чун Цзы приподняла бровь и подошла к нему с легкой улыбкой.

– Не смеешь? Не хочешь?

– Это против правил.

– Я твоя госпожа, таков приказ.

Тянь Чжисе долго молчал, а затем обнял ее.

Его длинные ресницы отбрасывали соблазнительную тень, а в холодном взгляде наконец проявилась мимолетная слабость. Чун Цзы обняла его за шею и указала подбородком на роскошное хрустальное ложе.

– Я устала, отнеси меня туда.

Тянь Чжисе выполнил приказ.

Чун Цзы свернулась у него на руках, закрыла глаза и больше не произнесла ни слова.

Тянь Чжисе нахмурился и собирался положить ее на кушетку, как вдруг услышал:

– Разве я отпускала тебя?

– Молодая госпожа, поспите на кушетке.

– Что такое? Не хочешь обнимать меня?

– Тянь Чжисе не смеет.

– Я устала, просто немного посплю. Не двигайся, если не хочешь снова вернуться в зал наказаний.

Ее тело всегда было хрупким, а сейчас, когда она вот так свернулась клубочком, от нее так и веяло беззащитностью. Ее прекрасное лицо прижалось к его груди, дыхание было ровным, как у ребенка.

«Забавляешься? Тебе это доставляет удовольствие? И в самом деле маленький ребенок, который добился своего!» – Тянь Чжисе обернулся и посмотрел на сияющую жемчужину перед кушеткой.

Прошло много времени, и девушка на его руках вдруг зашевелилась, цепляясь за отворот мантии.

– Брат Му.

Тянь Чжисе на миг замер, а затем ровно произнес:

– Молодая госпожа, я Тянь Чжисе.

В полусне она открыла глаза, посмотрела на него и снова закрыла, беззаботно погрузившись в сон.