Спустя один день пути из деревни «Большие Ёлки» в окрестностях Ван-Райса. Охотничий штаб, Грейсбург.

Спустя день пути из деревни «Большие Ёлки» охотники наконец-то прибыли в охотничий штаб. Подъехав к нему, они оставили своих лошадей в конюшне, а затем направились к входу. Войдя внутрь, поднялись на второй этаж и разошлись по своим покоям. После тяжёлой битвы с медведем-оборотнем охотники принялись отдыхать. Следующие дни выдались для них довольно лёгкими, поскольку никаких заказов в ближайшее время не поступало.

Спустя неделю, когда раны Фоллара затянулись и ему стало лучше, охотники, как обычно, собрались за столом в главном зале штаба, разговаривая на различные темы, делясь жизненными историями, а также готовясь к следующему заказу. День был пасмурный, ветер бушевал за окнами. Помимо охотников, в зале также находились другие члены ордена. Он, как известно, состоял из представителей разных слоёв общества — от самых низших до высших. Однако охотников из аристократии среди них было предельно мало.

Наши ребята планировали провести весь день в штабе, обсуждая истории, играя в карты и попивая холодное пиво. Однако парадная дверь внезапно распахнулась, и в зал вошёл командир Беллиан в сопровождении какой-то девушки. Все охотники тут же обратили на неё взгляды.

Девушка сняла капюшон, показав себя во всей красе. Она была шатенка среднего роста, с зелёными глазами и на редкость миловидной внешностью. В зале повисла тишина, длившаяся около десяти секунд. Её прервал Беллиан, представив незнакомку:

— Знакомьтесь, господа, — официально сказал он. — Эта молодая девушка — опытная охотница, прибывшая к нам из самого Ван-Райса, чтобы помочь в нашем скромном ремесле охоты на чудовищ.

— Приятно познакомиться, ребята, — улыбнулась охотница. — Меня зовут Эвелина, надеюсь, мы с вами поладим.

Вдруг из дальней части зала раздался хриплый голос:

— Ну нихрена себе, баба! — воскликнул один из охотников.

Все остальные охотники засмеялись. Наши же в это время молча сидели за столом и наблюдали за происходящим. Только Фоллар усмехнулся вместе с остальными. Беллиан прошёл дальше по залу, подошёл к столу, за которым сидел грубиян, и, глядя на него сердито, приказал:

— Встать, живо.

Охотник, мужчина лет сорока с короткой стрижкой и грубыми чертами лица, поднялся, пробрался через своих товарищей и предстал перед командиром. Беллиан, не раздумывая, ловко ударил его по печени. Тот скривился от боли и нагнулся, держась за грудь. Беллиан возвышался над ним.

— Ещё раз услышу подобное неуважение, и ты вернёшься обратно в каталажку, откуда пришёл, — грубо произнёс он, пристально глядя охотнику в глаза. — Ты понял?

Тот, продолжая корчиться от боли, выдавил:

— Д-да…

— Вот и славно, — сказал Беллиан и отошёл от охотника. Затем направился к стойке трактирщика и, повернувшись ко всем присутствующим, произнёс:

— Это касается каждого. То, что она девушка, не даёт вам права относиться к ней неуважительно. Она такой же охотник, как и вы, а значит, должна получать такое же отношение. Всем ясно?

Двадцать охотников в зале встали и хором ответили:

— Так точно!

— Хорошо, этот вопрос мы прояснили, — сказал Беллиан, сделав небольшую паузу. — И ещё одно. Если я или кто-то из других командиров штаба увидит, как вы распускаете к ней руки, каждый из вас об этом сильно пожалеет. Независимо от звания. Всем ясно?

— Так точно! — вновь раздался хором голос охотников.

— Вольно, — проговорил Беллиан. — Можете быть свободны, отдыхайте.

Все вернулись к своим делам. Охотник, грубивший Эвелине, наконец-то оправился от удара, сел обратно и бросил на неё недовольный взгляд. Та же, не обращая внимания, медленно и грациозно прошлась по залу, подошла к Беллиану и спросила:

— Командир, где я могу присесть?

— Хм… — сказал он, оглядевшись. Затем его взгляд остановился на одном из столов. — Можешь присесть рядом с отрядом старшего охотника Бетфорда. Я как раз собирался с ним поговорить.

— Как скажете, — кивнула Эвелина и направилась к столу, за которым сидели охотники.

К Беллиану в это время подошёл другой командир, и они о чём-то заговорили. Подойдя к столу, Эвелина поприветствовала собравшихся:

— Приветствую, господа, капитан Беллиан сказал мне присесть рядом с вами… Вы же не возражаете?

— Нисколько, — ответил Бетфорд. — Присаживайтесь, соратница.

Эвелина села за один стол вместе с охотниками.

— Тебя ведь зовут Эвелина, да? — спросил Ренифат, сидящий напротив неё.

— Да, — ответила она. — А тебя?

— Меня зовут Ренифат.

— Приятно познакомиться, — улыбнулась Эвелина. — А вас, ребята, как зовут?

— Меня Фоллар зовут! — торжественно объявил тот. — Приятно познакомиться, барышня! — Он протянул руку, и Эвелина, ничуть не колеблясь, пожала её.

— Меня Клиффорд зовут, — сказал старший охотник.

— Приятно познакомиться, — с почтением ответила Эвелина.

— А меня Джиллиан, — сказал он, улыбаясь. — Приятно видеть, что наши хмурые ряды наконец-то пополнила девушка вроде вас.

— Для меня не впервой слышать подобное, — заметила Эвелина. — В Ван-Райсе поначалу тоже все принимали меня за диковинку и пытались пристроить ко мне свой зад, но я быстро поставила их на место.

— Вижу, вы девушка с характером, — сдержанно прокомментировал Бетфорд.

— Можно и так сказать, — ответила она. — Хотелось бы узнать, как у вас тут всё устроено… Ваш штаб довольно знаменит. Интересно, оправдывают ли охотники его славу?

— Ну, это не нам судить, — деликатно ответил Бетфорд. — Думаю, вы сами сделаете выводы.

— Ну, у нас здесь довольно интересно, — сказал Ренифат. — За городом находится охотничий бастион, который охраняют сотни вооружённых до зубов охотников, искусных бойцов. А в самом штабе не менее опытные воины.

— Ещё бы манеры не помешало добавить некоторым из ваших, — улыбнулась Эвелина.

— Что поделать, таковы издержки производства, — сказал Бетфорд. — Охотничьи ряды состоят преимущественно из бывших уголовников, солдат и прочих закалённых опытом людей.

— Что ж, пожалуй, вы правы, Бетфорд, — сказала Эвелина.

— Так что тебя привело в этот штаб, Эвелина? — поинтересовался Ренифат.

— Я слышала, что в охотничьем штабе Грейсбурга недостаёт охотников, — пояснила Эвелина. — Обстановка в Ван-Райсе мне начала поднадоедать, одни и те же лица. К тому же, в последнее время было мало интересных заказов: утопленники, волколаки, вампиры и прочие твари. А в Грейсбурге, как говорят, выбор работы побольше.

— В этом ты права, — серьёзно сказал Клиффорд. — У нас здесь большое разнообразие работы.

— Значит, я точно пришла по адресу! — воодушевилась Эвелина.

Ренифат в это время смотрел прямо в глаза Эвелины — словно родные, давно знакомые. Эвелина обратила на это внимание и улыбнулась ему. Тот не стал отводить взгляд. В этот момент ко столу наконец-то подошёл Беллиан.

— Бетфорд, у меня есть к тебе важный заказ, — сказал Беллиан, глядя на сидящего за столом Бетфорда.

Тот встал, затем вместе с Беллианом поднялся по лестнице на третий этаж, пока они оба не вошли в покои капитана. Войдя туда, они присели за стол.

— Не буду ходить вокруг да около, расскажу о заказе прямо тут, — сказал Беллиан. — В общем… Буквально вчера ко мне в кабинет поступило письмо от графа Бэримора. В письме было сказано, что уже достаточно продолжительное время его владения, а в частности деревню, находящуюся под его покровительством, терзает Лихо — опасный и древний дух, способный вселять в сердца людей страх, тоску, грусть и уныние.

— Ты шутишь? — Бетфорд посмотрел Беллиану прямо в глаза. Взгляд командира был абсолютно серьёзен и суров.

— А я похож на шута?

— Ну, если надеть на тебя шапку с помпоном, то вполне, — саркастично ответил Бетфорд.

— Не зли меня, Бетфорд.

— Ладно, прими мои глубочайшие извинения, — сказал Бетфорд. — Но всё же, признаюсь, я несколько озадачен… Лихо ведь довольно сильное создание, самое настоящее воплощение зла. Помимо своей древней магии, оно способно создавать иллюзии, вторгаясь в чужое сознание. Это может быть очень опасно.

— Именно поэтому я поручил эту работу тебе и твоему отряду, — сказал Беллиан. — Твой парень, Ренифат, верно? Не так давно одолел некроманта Мориона, а твой отряд справился с вурдулаками. Более чем уверен, что не каждому под силу подобная работёнка.

— Это верно, — кивнул Бетфорд. — И всё же, если ты собрался посылать нас на смерть, то мог бы придумать что-то более изобретательное.

— Хватит язвить, Бетфорд, — сказал Беллиан. — Я сегодня не в настроении шутить с тобой. Эвелина, новенькая, пойдёт вместе с вами. В Ван-Райсе она была известна как сильная и ловкая охотница. Считаю, это подходящая кандидатура на роль временного члена вашего отряда.

— При всём моём уважении к ней, она всего лишь девушка, — сказал Бетфорд. — Сомневаюсь, что она сумеет вести себя в бою лучше, чем мои ребята… А если с ней что-то случится, я не хотел бы брать грех на душу.

— Ничего с ней не случится, — сказал Беллиан. — Я более чем уверен, что она сумеет вас удивить. В общем, это не обсуждается. Ты возьмёшься за это дело вместе с Эвелиной. За неё не переживай — она умеет за себя постоять.

— А сколько платят-то хотя бы?

— Ты не поверишь, но у меня глаза на лоб полезли, когда я увидел сумму — тысяча гриссов. Этой суммы хватит, чтобы поделить её между всеми членами твоего отряда и ещё дать долю Эвелине.

— Заказ назревает серьёзный, — сказал Бетфорд. — Вот только я почти ничерта не знаю о Лихе и его уязвимостях.

— Он очень уязвим к маслу против древних существ, а также к бомбам, рассеивающим мглу, — сказал Беллиан. — Однако, боюсь, этого может быть мало. Судя по рассказам верховного охотника, вам необходимо найти его логово, которое, скорее всего, скрыто в лесной чаще, и прижать Лихо к углу. Обычно оно не вступает в прямой контакт со своими жертвами, только тогда, когда те измучены и не способны сопротивляться. Однако если застать его в логове — оно будет вынуждено дать бой. Но будьте предельно осторожны, это чудовище будет драться отчаянно.

— Верховный охотник сам когда-то сражался с Лихом? — спросил Бетфорд.

— Да, — кивнул Беллиан. — Тогда трое из пяти членов его отряда погибли. Остались только он и другой старший охотник. Однако, в конце концов, они его победили.

— Я не могу так рисковать своими ребятами, — сказал Бетфорд. — Честно сказать, я к ним уже привязался и не могу позволить, чтобы они сгинули в какой-то лесной чаще от когтей этого чёртова Лиха.

— Я понимаю, Бетфорд, — сказал Беллиан. — Но у остальных отрядов есть свои заботы и заказы. Если я поручил это дело тебе и твоему отряду — значит, я уверен, что вы сумеете справиться.

— Эх, ладно… — вздохнул Бетфорд. — По крайней мере, плата за заказ действительно большая, и нам не придётся пахать за гроши.

— Я рад, что ты всё понимаешь, — сказал Беллиан. — Ну ладно, отправляйтесь в город Холлтвейн в окрестностях Грейсбурга. Неподалёку от него находится усадьба графа, зайдите туда и расспросите его о подробностях заказа.

Бетфорд молча встал из-за стола, затем открыл дверь и вышел из покоев капитана. Спустившись вниз по лестнице, он направился в гостевой зал, где сидели охотники, и обратился к своему отряду:

— Парни, назревает серьёзный заказ, — сказал он с полной серьёзностью.

Все охотники замолчали, их улыбки тут же улетучились, и они внимательно стали слушать Бетфорда.

— Что за заказ, Бетфорд? — спросил Ренифат.

Бетфорд медленно подошёл к столу, сел на стул и, немного поразмыслив, наконец заговорил:

— В общем, как я и говорил ранее, капитан поручил нашему отряду серьёзный заказ, — сказал он. — Сегодня мы будем охотиться на Лихо — древний и могущественный дух.

— Чёрт, ты, должно быть, шутишь! — смутился Клиффорд. — Это ведь верная смерть для нас.

— Да, я тоже этому не обрадовался, — сказал Бетфорд. — Но, похоже, Беллиан считает, что наш отряд отлично подходит для этой работы. И мы справимся. Иначе, как он сам говорит, не стал бы поручать это дело нам.

— И тем не менее, парням ещё многому нужно научиться, — заметил Клиффорд. — Хоть кто-то из присутствующих знает, почему Лихо так зовут?

— Нет, но очень интересно узнать, — сказал Джиллиан. — Я слышал одну легенду, но в ней не выжил ни один охотник, кто пытался замочить это самое Лихо.

— Легенды не врут, — сказал Клиффорд. — Верховный охотник рассказывал мне об охоте на этого духа. Тогда из его отряда выжили всего двое, включая его самого. И при этом этот отряд был куда сильнее нашего.

— Так как же мы собираемся победить этот дух? — спросил Фоллар.

— Не знаю… — сказал Бетфорд. — Во всяком случае, заказчик платит порядочно — целую тысячу гриссов.

— Эти деньги нам в могиле не понадобятся, — сурово ответил Клиффорд. — Это не шутки, Бетфорд. К бою нам нужно подготовиться как следует. Иначе мы сгинем в этом лесу, а о нас потом будут слагать легенды, как о тупых охотниках, которых Лихо окутало своей магией, а потом перебило.

— Я понимаю твои опасения, Клиффорд, — сказал Бетфорд. — И полностью согласен. Друзья, перед тем как мы отправимся в бой, нам нужно тщательно подготовиться: запастись бомбами, маслами, починить или заменить броню, если она уже поношена, и быть как можно осторожнее.

— Чувствую, назревает что-то интересное… — вмешалась Эвелина. — Я в деле!

— Да, кстати, — сказал Бетфорд. — Беллиан сказал, что ты идёшь с нами. Не пойми неправильно, Эвелина, как охотница ты, наверняка, умелая, но, честно говоря, я бы не хотел брать грех на душу, если с тобой вдруг что-нибудь случится.

— Не бойся, командир, — сказала Эвелина. — У меня есть необходимый опыт в борьбе с чудовищами, и я не зря прославилась на весь Ван-Райс. Каждый житель города знает меня и то, что я опытная охотница.

— Посмотрим, так ли ты хороша в бою, как себя преподносишь, — сказал Клиффорд.

— Что ж, не могу перечить даме, — усмехнулся Бетфорд. — Хорошо, ты идёшь с нами. Но своеволие с твоей стороны недопустимо, ты же это понимаешь?

— Конечно, — кивнула Эвелина. — Я буду во всём тебя слушаться, командир.

— Вот и славно, — ответил Бетфорд.

— Что мы ещё должны знать об этом Лихе, прежде чем пойдём на охоту? — спросил Фоллар.

— Хм… — задумался Бетфорд. — Если верить тем же легендам, Лихо — это могущественный и опасный дух, обитающий чаще всего в лесах или возле озёр и рек, охотящийся на проходящих путников. Первое, что нужно знать, это то, что Лихо при помощи своей магии может насылать на людей чувство тоски, грусти, уныния, а также терзать их разум иллюзиями.

Скажем, если путник будет переходить мост, ведущий на другую сторону реки, Лихо может вторгнуться в его сознание и заставить его увидеть то, чего на самом деле не существует — кошмар наяву, чудовищ или утопленников. Жертва, конечно, попытается убежать, однако чем сильнее будет её страх, тем больше Лихо вытянет из неё энергии души и будет питаться ею.

— То есть, это существо питается людскими душами? — спросил Ренифат.

— Верно, — ответил Бетфорд. — И что делает его особенно опасным — его очень редко можно застать открыто. Чаще всего, по рассказам того же верховного охотника, его можно увидеть уже тогда, когда он пронизывает твоё тело своими острыми и длинными когтями.

— Чувствую, путешествие нас ждёт рискованное, — серьёзно сказал Джиллиан.

— Именно, — кивнул Клиффорд. — Именно поэтому все вы должны подойти к вопросу подготовки максимально ответственно. Иначе первыми станете жертвой этого злобного духа.

Эвелина внимательно слушала охотников, вникая в суть их слов.

— А как выглядит этот дух? — поинтересовался Фоллар.

— Внешне он напоминает человеческую фигуру, одетую в чёрный балахон или порванную одежду, — сказал Бетфорд. — Но сам он выглядит изуродованным, с одним единственным глазом посреди лба. Черты его лица искажены, уродливы. Один только его вид внушает страх. В целом можно сказать, что Лихо — это древний и могущественный дух, настоящее первородное зло, которое веками затягивает путников в пучины страха и, в последствии, вытягивает из них души.

— Звучит опасно… — сказала Эвелина. — И как можно бороться с этим злом?

Бетфорд было собрался ответить, но Клиффорд его опередил.

— Единственный способ победить эту тварь — застать её врасплох, в собственном логове. Также нужно иметь сильную волю и крепкий дух, чтобы противостоять её тёмной магии.

— Получается, тот, кто силён духом, не подвластен её магии? — спросил Ренифат.

— Можно и так сказать, — ответил Бетфорд. — Однако нередко бывало, что её магия воздействовала даже на сильных духом охотников. Всё зависит от того, насколько силён этот дух…

Ну а теперь о его слабостях. Лихо очень уязвимо к маслу против древних существ. Если удастся подобраться близко и ранить его, это значительно его ослабит. Также против него эффективны бомбы, рассеивающие мглу. Ранее мы с Клиффордом никогда их не применяли, но верховный охотник рассказывал, что эти бомбы способны временно лишить Лихо магии. А если оно уже успело воздействовать на кого-то из нас, бомбы помогут избавиться от его тёмного влияния.

— Также, что в бою нам непременно поможет, это чеснок…

— Чего? Чеснок? — удивился Фоллар. — А он как нам поможет?

— Чеснок, — сказал Бетфорд, — по всей видимости, может пробудить человека, подверженного влиянию Лихо. Правда, насколько мне известно, всего один раз.

— Охота назревает интересная и серьёзная, — сказал Джиллиан. — Но я думаю, мы с ней обязательно справимся!

— Что у тебя точно не отнять, Джиллиан, — усмехнулся Ренифат, — так это твоего оптимизма.

— Хах, есть такое, — ответил тот.

— В общем, ладно, поболтали и хватит, — сказал Бетфорд. — У вас есть целый день для подготовки. Выезжаем завтра утром, на рассвете. Рецепты бомб и масел находятся в охотничьем арсенале. Все необходимые ингредиенты купите на рынке. Затем, когда бомбы и масла будут готовы, встречаемся завтра утром на этом же месте.

Бетфорд встал из-за стола, затем направился в сторону арсенала — точить клинки и готовиться к предстоящей битве. Его примеру последовали все остальные охотники. Клиффорд, как обычно, отправился на задний двор, чтобы отрабатывать удары на манекене. Джиллиан и Фоллар пошли на рынок за ингредиентами. Ренифат и Эвелина же остались наедине.

— А ты почему не идёшь? — спросил Ренифат.

— То же самое могу спросить у тебя, — улыбнулась Эвелина.

— Я хочу немного отдохнуть перед охотой, а потом уже идти на рынок…

— Вот и я тоже, — продолжала улыбаться охотница. — Скажи, Ренифат, а как ты сюда попал?

— Ну… — немного замешкался он. — Это долгая история… Как-нибудь я тебе её обязательно расскажу.

— Ну нет, не увиливай, — настояла охотница. — Хочешь, я подробнее расскажу свою историю? А потом ты, если хочешь, расскажешь мне свою.

— Хм… — задумался Ренифат, а затем ответил: — Ну давай…

— Я росла в полной семье, в любви и заботе, — начала Эвелина. — С детства все девочки играли в куклы, представляли, какие у них будут женихи, когда они вырастут. Я же от них отличалась. И дело не в том, что мне это было неинтересно, просто моя тяга к неизведанному была куда сильнее. Мой отец был воином, он воевал в войне между Гриссеей и Элтрией пятнадцать лет назад.

— Клиффорд и Бетфорд тоже прошли через войну, — заметил Ренифат.

— Интересно… — ответила Эвелина. — Тогда понятно, откуда у Клиффорда такие шрамы и почему он такой угрюмый, — улыбнулась она.

— Хах, да, — усмехнулся Ренифат. — Это уж точно.

— Так вот… — продолжила Эвелина. — Как я и говорила, мой отец был воином. Однажды я вышла во двор нашего дома и увидела, как он упражняется со своим мечом на манекене. Он был в латном нагруднике, а его удары были точными и быстрыми. На секунду я даже поверила, что он сражается против настоящего противника… В общем, его искусство владения мечом поражало. Мои детские глаза загорелись любопытством. Я подошла к нему и спросила: «Что ты делаешь, папа?» — хихикнула Эвелина. — Ну, и он рассказал мне, что упражняется с мечом. Отец у меня был любящий, он объяснил, что тренируется на манекене, чтобы учесть возможные ошибки в бою. Тогда я попросила его дать мне меч и позволить попробовать самой. — Эвелина рассказывала с явной увлечённостью. — Папа замолчал, а потом, к моему удивлению, улыбнулся и сказал: «Хорошо, доча. Я покажу тебе, как упражняться с манекеном». Он водрузил в мою руку меч, затем нагнулся и начал учить меня правильно вставать в стойку. Я встала, и тогда отец позволил мне нанести свой первый удар. Со всей силы я замахнулась и снесла манекену голову. — Засмеялась Эвелина. — Видел бы ты выражение лица моего отца тогда!

В ответ Ренифат тоже засмеялся.

— Хах… Думаю, зрелище было действительно интересным, — улыбнулся он.

— Не то слово… — сказала Эвелина. — Отец увидел во мне потенциал и стал учить меня искусству фехтования. Несмотря на то, что он меня сильно любил, он также приучал меня к дисциплине. Я должна была вставать каждый день на рассвете, чтобы он мог меня обучать. И если я опаздывала хотя бы на десять минут, он молча разворачивался и уходил. Так было всего один раз. Я поняла это и с того момента всегда приходила вовремя.

Наконец, мы приступили к серьёзным тренировкам. Постепенно мои навыки стали улучшаться, я научилась владеть мечом куда лучше. В один прекрасный день отец предложил мне поединок понарошку. Разумеется, я согласилась, — улыбнулась Эвелина. — Между нами завязался бой, и отец, конечно, меня победил. Но, как для новичка, с его же слов, я дралась очень хорошо… Вот… — она на мгновение задумалась, улыбаясь, но спустя десять секунд улыбка улетучилась с её лица. — А потом в нашей семье наступил тёмный период… Началась война…

Мой отец ушёл на войну и получил звание командира. Периодически он навещал меня и маму. Я была не в себя от счастья, видя его, и каждый раз встречала с радостью. — Эвелина едва заметно улыбнулась. — В один несчастный день нашей семье пришла весть о том, что мой отец повёл войско на Эрденбург, элтрийский "Город счастья", как его называли… Во время осады в него попала стрела, он был изранен. Тогда он схлестнулся в бою с каким-то сильным и опытным воином… Увы, эта битва стала для него последней.

Позже, спустя несколько дней после поражения под Грозовыми Вратами на подходах к Эрденбургу, нам пришло письмо от дяди, который сражался вместе с ним в том бою. Он, к счастью, успел вовремя отступить с остатками армии отца… — Эвелина опустила взгляд. — В письме было сказано, что мой отец героически погиб… Я не сдержала слёз и расплакалась. Вместе со мной и моя мама. Больше месяца мы горевали и оплакивали его… Нам даже не прислали его тело, чтобы похоронить, — с тоской на лице проговорила Эвелина. — Но этот случай закалил меня. Я во что бы то ни стало поклялась, что стану воительницей, но волей судьбы попала в охотничьи ряды… Вот так я здесь и оказалась.

— Я искренне тебе сочувствую, Эвелина, — проникшись историей девушки, сказал Ренифат. — Мне очень жаль твоего отца…

— Да… Но его уже никак не вернуть, а потому я смирилась, — ответила Эвелина. — Теперь твоя очередь, Рени.

Разговаривая с Эвелиной, Ренифат чувствовал себя спокойно и непринуждённо, словно общался с родственной душой, давно ему знакомой. А потому решил ей открыться.

— Хм… — задумался он. — Даже не знаю, с чего начать…

— Не бойся, Ренифат, — улыбнулась Эвелина. — Я не осужу тебя… Просто, будучи в новом коллективе, мне бы не помешало завести знакомства, а ты вроде парень неплохой, так что мне бы хотелось узнать твою историю.

— Хорошо… — собрался с мыслями Ренифат. — В общем… Когда-то давно я был бандитом, вором. Причём довольно искусным и перспективным. Многие знатные особы и просто влиятельные люди обращались ко мне за помощью — за определённую плату. Они давали мне заказ украсть ту или иную вещь, и я мог с полной уверенностью гарантировать, что справлюсь. — Он говорил, словно немного стыдясь своего прошлого. — Всё шло гладко. Я крал драгоценные артефакты, ожерелья, под покровом ночи проникал в чужие поместья, замки и дома. Иногда дело заканчивалось тем, что разъярённые графы или бароны спускали на меня собак, а я, сломя голову, пытался от них убежать. — Ренифат усмехнулся. — Несмотря на это, жизнь шла довольно неплохо. Я получал по тем временам баснословные деньги и жил без особых забот.

У меня были друзья в гильдии воров, к которой я принадлежал. Иногда мы выходили на дело вместе. Мы делились увлекательными историями о своих заказах, разговаривали обо всём на свете… Как-то раз мой тогдашний друг позвал меня на "дело века". Мы должны были проникнуть в крепость Ильмирио ван дер Хоофа — графа Виллиан-Каста и приближённого короля. Поначалу всё шло гладко. Мы удачно проникли в его жилище. Была ночь. Мы подчистую обокрали его драгоценности, проникли в сокровищницу и набили мешки золотом. Но тут, как это обычно бывает, всё пошло не по плану.

В сокровищницу вошёл слуга ван дер Хоофа. Завидев нас, он немедленно бросился наутёк. Мой друг, Хатор, погнался за ним, но тот, зараза, был слишком быстр. — Ренифат увлёкся рассказом. — Увы, Хатору не удалось его догнать. Слуга сбежал и доложил обо всём капитану стражи графа. Тот немедленно поднял тревогу, и стражники кинулись в сокровищницу…

Для полной картины уточню: у графа была своя гвардия — десятки обученных солдат и наёмников.

— Интересно… — с живым интересом в голосе сказала Эвелина. Её глаза загорелись любопытством. — И что было дальше?

— А дальше… — продолжил Ренифат. — Стража ворвалась в сокровищницу. Нас с ребятами было всего четверо, и нам пришлось вступить в бой. В тюрьму мы, конечно, не торопились, как и на плаху. Мы бросились в атаку на солдат графа и сразили нескольких, но не убивали. Всё-таки мы не были убийцами, всего лишь ворами.

— Благородно с вашей стороны, — улыбнулась Эвелина.

— Так вот… — продолжал Ренифат. — Набив мешки золотом и другими драгоценностями, наш напарник Дастин взвалил на себя добычу. Мы в это время прикрывали его, пробираясь через десятки вооружённых до зубов стражников. Оказавшись на стенах крепости, мы уже собирались бежать — и нам это даже удалось. Мы спрыгнули со стены, но Гарри, так звали четвёртого члена нашей группы, подвернул ногу при падении. Пробежав около ста метров, мы услышали, как ворота замка приоткрылись — из них выехало более десятка всадников на резвых скакунах. Мы пытались спастись бегством, но всё было без толку — их было слишком много. Нас окружили, и тогда один из рыцарей, состоящий в личной гвардии графа, приказал нам сдаться. В противном случае нас бы всех убили на месте. Мы, как понимаешь, сдались.

Тогда нас отвели к графу. К счастью, он оказался спокойным и рассудительным человеком. Усмехнувшись, он принял обратно мешок с драгоценностями, который ему передали его люди. Затем приказал своему личному рыцарю и наёмникам сопроводить нас до Виллиан-Каста и передать в руки капитана здешней стражи — Салливана. Рыцарь с наёмниками чётко исполнили приказ. Они доставили нас в ближайший гарнизон и передали в руки стражи. Там нас разделили: мне досталась тюрьма в богатом квартале, остальных же отправили в более неблагоприятные места.

Вскоре по городу поползли слухи об этом инциденте. Похоже, наёмники, сидя в трактирах, растрепали эту историю. Наша группа стала известна. Хотя, если честно, обо мне говорили ещё до этого. Я был известен как опытный фехтовальщик и искусный вор.

Спустя несколько лет в заточении, когда я уже окончательно смирился со своим положением, ко мне в тюрьму явился охотничий командир. Он предложил мне вступить в ряды охотников. Так я здесь и оказался.

— Ого! — воскликнула Эвелина. — Какая увлекательная история! — Она слушала рассказ Ренифата с явным удовольствием и интересом.

— Хах, спасибо, — улыбнулся Ренифат. — Ну вот, теперь ты знаешь моё прошлое… Я никому из охотников об этом ещё не рассказывал.

— Приятно, что ты именно со мной решил этим поделиться.

— Да… — сказал Ренифат. — В общем… Что-то мы разболтались. Наверное, нам пора готовиться к предстоящей битве.

— Ты прав, Ренифат, — Эвелина посмотрела ему прямо в глаза. — В таком случае, не буду тебя задерживать.

— Приятно было пообщаться, — вежливо сказал Ренифат и отправился к выходу из Штаба. Выйдя на подворье, он направился на рынок.

В это время Эвелина всё ещё сидела за столом, размышляя о разговоре с ним. Спустя некоторое время Клиффорд закончил тренировку, затем тоже отправился на рынок за ингредиентами для изготовления бомб и масел. Каждый из охотников обновил экипировку: заточили мечи и проверили снаряжение у здешнего кузнеца, чья кузня находилась неподалёку от центрального рынка. Кроме Эвелины, все охотники заглянули к броннику и за свой счёт починили повреждения, нанесённые их доспехам.

К вечеру подготовка к охоте была завершена. У каждого охотника было всё необходимое: масла, бомбы, острые клинки и прочная броня, пригодная для схватки с Лихом.

На следующее утро все охотники снова собрались в гостевом зале Штаба, на том же самом месте.