Лера

Некоторое время тому назад они остановились ненадолго у безымянной речушки, чтобы дать отдых лошадям, а девушкам размять затекшие с непривычки конечности.

Лера со стоном неловко сползла с седла, растирая ладонями дрожащие колени. Юн Хо спрыгнул первым, а потом одним движением ссадил на землю Ха Юль, которая пока так и ехала с ним. Сразу кинулся к возлюбленной:

- Что, маленькая? Натерла ноги?!

- Ох!.. Пока вроде не натерла, но с непривычки ноги ноют и поясница.

- Присядь вот здесь, на траву! Сейчас немного отдохнем, лошади попасутся, а потом поедешь со мной!

- А как же Ха Юль?..

- А Ха Юль поедет на твоей лошади! – безапелляционно заявил мужчина, помогая девушке сесть на траву.

Служаночка разместилась рядом, и, заведя назад руки, водила пальцами вверх и вниз по закаменевшей от долгой езды спине. Юн Хо развел лошадей, чтобы они не мешали друг другу, потом достал из седельной сумки сверток с едой, которую они купили на постоялом дворе в Ханяне, и подошел к девушкам.

- Не проголодались еще? – спросил с улыбкой, опускаясь на землю рядом с Лерой и разворачивая еду.

Вскоре они сидели рядом, уминая за обе щеки лепешки с сыром и кусочками запеченной курицы.

- Долго здесь не будем задерживаться – до ночи надо найти ночлег, – сказал ватажник, задумчиво глядя на плавно текущую воду.

- Как скажешь – так и сделаем, – покладисто отозвалась девушка. Ха Юль же вообще промолчала. С самого момента, как они покинули Ханян, она была молчалива и как-то отстранена. Но Лера списывала это на смену обстановки.

Пока перекусывали, Лера поведала мужчине об учиненном ими беспорядке в покоях, и Юн Хо похвалил находчивость возлюбленной, а когда Лера поправила его, что это придумала Ха Юль, с некоторым удивлением посмотрел на зарумянившуюся от похвалы хозяйки девчонку и улыбнулся той одобрительно.

Путники посидели еще совсем чуть-чуть и поднялись. Нужно было продолжить путь и как можно дальше отъехать от столицы. Даже если во дворце не сразу обнаружат исчезновение Со Хён и ее служанки, расслабляться не стоило.

В этот раз Юн Хо помог взобраться в седло служанке, и та уселась более уверенно, чем ее барышня, и по-мужски – благо юбка была широкая и позволяла прикрыть ноги. Мужчина ловко взлетел в седло вороного и, наклонившись, протянул руку Лере. Та, ни секунды не сомневаясь, подала свою, и, оттолкнувшись носками сапожек от земли, оказалась сидящей позади любимого. Тут же обвила руками пояс мужчины и прижалась щекой к его твердой спине.

Юн Хо тронул пятками скакуна, и они тронулись в путь. Дорога вилась между поросшими лесом холмами. Лошади мерно стучали копытами по утоптанной земле. К удивлению Леры, Ха Юль оказалась неплохой наездницей. Она довольно быстро приноровилась к бегу своей лошади и, кажется, даже начала получать удовольствие от этого.

А сама Валерия прижималась к спине Юн Хо, крепко держась за него, вдыхала запах любимого и чувствовала ликующую радость. Они были вместе и были свободны.

И если где-то на краешке сознания временами мелькала у нее мысль о том, что принцессу будут искать, пусть даже подумают сначала, что ее похитили, то она старательно отгоняла ее прочь, намереваясь решать проблемы по мере их поступления, как небезызвестная героиня романа Маргарет Митчелл.

Они без остановки ехали до самой темноты, держа направление на восток. Лишь когда ночная мгла опустилась на землю, а крупные звезды высыпали на черном небе, впереди показался большой постоялый двор, раскинувшийся на довольно обширной равнине, уже некоторое время раздвинувшей лесистые холмы и горы к горизонту. Утоптанный до каменной твёрдости тракт вел аккурат мимо, и только развилка с указателем показывала направление усталым путникам, да освещенное масляными фонарями большое подворье служило сигналом, что там путешественников ждет ночлег и горячая пища.

Туда и направили лошадей путники и вскоре въезжали в просторный двор, огороженный изгородью из бамбуковых стволов – неподалеку произрастал бамбуковый лес, в ночи казавшийся невнятной, сплошной темной массой. Несмотря на поздний час, здесь царило оживление: бегали то туда, то сюда с поручениями слуги, постояльцы ужинали или размещались на ночлег… В общем, жизнь кипела.

Юн Хо помог девушкам спешиться и, передав поводья обеих лошадей подбежавшему мальчишке-подростку, снял седельные сумки и решительно зашагал к приземистому большому ханоку, поставленному буквой П, вокруг которого теснились другие здания. Девушки поспешили за ним.

Внутри помещения, несомненно, служившего харчевней, звучал непрерывный гомон от множества голосов, бегали подавальщицы с блюдами, а в стороне, за сколоченной из потемневшего от времени дерева широкой конторкой расположился не старый еще, довольно крепкий мужчина в темно-сером ханбоке. От его пронзительного взора, казалось, не укрывалось ни одно движение в помещении. Вот и вошедшую троицу он сразу же приметил, однако невозмутимо следил за тем, как они остановились на входе, а затем молодой мужчина, одетый довольно неприметно, однако же, с ножнами у бедра, говорившими о том, что он владеет оружием, окинул глазами помещение и, безошибочно определив хозяина, двинулся к нему. За парнем, не отставая ни на шаг, шли тощий мальчишка в шляпе, надвинутой на лоб, и круглолицая простоватая девица, скрывавшая волосы под коричневым чанотом-накидкой.

Подойдя, молодой человек остановился в паре шагов перед конторкой и негромко, но отчетливо произнес, едва заметно поклонившись:

- Доброй ночи, хозяин! Нам нужен ужин и крыша над головой!

Тот окинул по очереди внимательным взглядом всех троих и спросил:

- А девица тебе кем приходится? Я разврата тут не потерплю! У нас приличное заведение!

- Не беспокойтесь, аджосси (дядюшка)! Это моя сестра и младший брат! Мы возвращаемся с похорон от родственников матери – ее брат скончался недавно, – спокойным тоном пояснил Юн Хо.

Ха Юль потупила взор, посильнее натянув на голову чанот, а Лера, не глядя на хозяина, изучала помещение трактира, словно ничего из сказанного ватажником не касалось ее никоим образом.

Хозяин пожевал тонкими губами с редкой щеткой усов над ними и, наконец, выдал:

- У нас остановился на ночь купец со своим караваном. Но одну комнату я вам, так и быть, найду!

- Спасибо, господин! Этого будет вполне достаточно! Но сначала – велите нас накормить!

- Хва Сон! Хва Сон, негодный мальчишка!

Откуда-то выскочил парнишка-подросток с заплетенными в простую косу длинными волосами, кончик которой при каждом движении ударял его в спину.

- Да, отец! – запыхавшись, ответил он.

- Скажи матери, чтобы подала ужин новым постояльцам, а потом проводи их в свободную комнату!

- Так, э-э-э… Абоджи, не осталось больше свободных-то…

- Как – не осталось?! – рявкнул, бахнув ладонью по поверхности конторки, хозяин. – А угловая?..

- Так это… Ее еще вечером отдали тому господину… Ну, который…

- Довольно! – прервал его Юн Хо. – Моим спутникам нужен отдых! Я не прошу многого – три матраса, чтобы было куда лечь, и комната, где можно их положить.

- Не переживай, парень! – хозяину тоже не хотелось терять заработок. – Я сам устрою вас на ночь. Даже если это будет моя личная комната…

- Отец! – встрял парнишка. – Омони будет недовольна!..

- Замолчи, сопляк! Пока что я здесь хозяин! Хватит болтать попусту – иди, поторопись с ужином для этих людей! – повысил голос он.

Мальчишка непримиримо поджал губы, но, не споря больше с отцом, удрал во внутренние помещения.

- Располагайтесь пока! – посмотрел на Юн Хо хозяин. – Вон хотя бы за тем столом! – мотнул он подбородком в сторону одного из столов, из-за которого как раз в этот момент поднимались трое мужчин в довольно богатой одежде. Тут же к столу быстро подошла женщина с мокрой тряпкой и принялась протирать столешницу. Посетители удалились, видимо, в отведенную им комнату, а ватажник спросил:

- Сколько мы вам должны за все?

- С троих – десять нян, – отозвался мужчина, и Юн Хо, вынув из-за пояса мешочек с деньгами, достал оттуда несколько монет и положил на стойку. Деньги моментально исчезли под ладонью хозяина.

А парень повел своих спутниц к столу. Едва они расселись, как их двери, ведущей на кухню, показалась еще одна женщина с большим круглым подносом в обеих руках. Подойдя к путникам, она расставила перед ними миски с горячей ароматной похлебкой и ложки, а в середину стола водрузила плоское блюдо с лепешками.

- Сейчас травяной отвар принесу. Есть еще пышки с медом! Нести?

- Несите!

Кивнув, она ушла, чтобы через пару минут вернуться с целым кувшином отвара, пахнущего мятой и еще чем-то ароматным – Лера не распознала всех компонентов сбора, но пахло приятно. Поставила тут же небольшие бокалы без ручек, тарелку с медовыми булочками и так же быстро удалилась, подзываемая другими оголодавшими.

Девушка только сейчас поняла, как она проголодалась. Да еще и желудок напомнил о себе громким бурчанием. Она быстро приложила ладонь к животу, стараясь заглушить эти звуки, и несколько виновато посмотрела на мужчину.

- Кушайте! – мягко сказал Юн Хо, придвигая к себе одну миску. Девушки последовали его примеру, и некоторое время за столом слышался только тихий звук от соприкосновения ложек с глиняными мисками с горячим наваристым супом.

Плавно перешли к чаепитию. Ха Юль поначалу явно испытывала неловкость, находясь за одним столом с госпожой и разбойником, но Лера мягко погладила ее по плечу и ненавязчиво сказала:

- Кушай хорошо, дорогая! Нам пригодятся силы, потому нужно заботиться о себе!

Девчонка благодарно кивнула и принялась орудовать ложкой, попутно откусывая ровными мелкими зубами мягкую лепешку.

После ужина Юн Хо подхватил свои сумки, во время трапезы задвинутые им под стол, и направился к конторке хозяина.

- Спасибо за еду, аджосси! – легко поклонился он и добавил. – Вы обещали определить нас на ночлег!

- Идемте!

Вскоре выяснилось, что мальчишка что-то напутал, и свободная комната все же есть: правда, совсем маленькая и тесная. Однако для трех тюфяков место на полу все же нашлось. И вскоре все трое улеглись, укрывшись тонкими одеялами, и утомившаяся за дорогу Ха Юль вскоре тихо и равномерно засопела, уплыв в сновидения.

Лера и Юн Хо, чьи матрасы располагались рядом, некоторое время тихо шептались, переплетя пальцы рук в нежном пожатии, а потом мужчина приподнялся на своем ложе и, слегка сдвинувшись, протянул вперед руки и, наощупь найдя тело девушки, перетянул ее к себе под бок.

- Юн Хо, ты что?.. Ха Юль… – напомнила девушка.

- Твою Ха Юль сейчас и гром над ухом не разбудит, – резонно заметил он. Ладонью опустил голову любимой на сгиб своего локтя, лицом к себе, а другой рукой обнял ее спину, укрывая их обоих одеялом. – Я просто хочу обнять тебя, голубка! Спи, любовь моя! С рассветом отправимся дальше! – и он нежно прикоснулся к ее губам.

Лера положила руку на грудь мужчины, чувствуя размеренные удары его сердца под ладонью:

- Как думаешь – они уже обнаружили, что меня нет во «дворце невесты»? – тихо прошептала она.

И почувствовала, как мужчина кивнул в темноте:

- Думаю, да. Уже обнаружили. Единственное – может быть, они пока не поняли, куда ты пропала. Если вы разыграли эту сцену с мнимым похищением, они могут искать неподалёку. Возможно, свяжут твое исчезновение с местью родичей наложницы… Тогда у нас будет еще больше времени, чтобы добраться до побережья…

- Хорошо! О! Я забыла тебе сказать: я захватила из дворца свои украшения и немного денег, что были у меня. Думаю, они нам пригодятся в дороге…

- Со Хён, – перебил он. – Тебе не надо думать об этом!

- Но я тоже хочу…

- Любовь моя, неужели ты думаешь, что я не в состоянии позаботиться о своей женщине? – его голос прозвучал с оттенком обиды.

- Нет, конечно! Просто знай, что у нас есть еще и эти деньги…

- Конечно, красавица! – ответил он гораздо спокойнее, легко целуя девушку в полуоткрытые губы.

- Юн Хо, спасибо тебе! – Лера провела ладонью по щетинистой щеке ватажника.

- За что, маленькая? – удивился он.

- За всё! И в первую очередь за то, что увез нас оттуда…

- Так я сделал это для себя! – он оставил еще один легкий поцелуй на губах девушки, а второй – на нежной щечке, согревшейся от его дыхания. – Разве мог я отдать тебя кому-то другому? Ты – моя, любимая. И этим всё сказано! Мы уедем, и никто не будет знать, что эта девушка рядом со мной когда-то была выбрана в жены наследному принцу. Мое маленькое счастье! Моя драгоценная девочка! – он произносил эти, казалось бы, такие простые слова, а сердце Леры таяло и трепетало от счастья, заполнившего всё ее существо.

- Я люблю тебя, мой Юн Хо! – отозвалась она порывисто и закинула руку ему на шею, обнимая.

- Я люблю тебя больше! – ответил он и провел ладонью по волосам возлюбленной. – Спи, голубка моя! И пусть следующий день будет удачным для нас!

- Да, пусть так и будет! – прошептала она, ощущая, как сонливость окутывает ее своим мягким облаком.

- Спи, родная! – еще услышала девушка и сомкнула ресницы, чувствуя себя спокойно и безопасно в объятиях любимого мужчины.