Лера

Весь следующий день она не выходила из своих покоев, таким способом выражая отцу свой протест. Но, кажется, он и не понял, что это был такой протест. Потому что советник с утра, как обычно, отбыл на службу во дворец.

Ха Юль, видя настроение госпожи, переполошилась и всё пыталась дознаться, что с «барышней Со Хён», но девушка лежала на кровати вялая и безмолвная, а потом и вовсе повернулась спиной к отчаявшейся служанке.

В итоге та не выдержала и убежала куда-то. А вскоре вернулась с дамой Мун.

Женщина пару минут стояла рядом с кроватью, на которой свернулась клубочком молодая госпожа, а потом, строго посмотрев на Ха Юль, мотнула подбородком в сторону двери, отсылая девушку, и, подождав, пока та скроется за аккуратно прикрытыми высокими створками, тихо вздохнула и вполголоса позвала:

- Госпожа!..

Та не откликнулась. И женщина повторила:

- Госпожа Со Хён!..

- Уходите, дама Мун! Зачем вы пришли?.. – глухо отозвалась та.

- Выслушайте меня, молодая госпожа, прошу вас.

Лера резко повернулась и глянула на домоправительницу сухими глазами:

- Зачем мне слушать вас? Ведь вы в любом случае будете защищать его!

- Его?.. – едва заметно усмехнулась та.

- Моего отца! Разве нет? – исподлобья посмотрела на нее девушка.

- Вовсе нет! Я не собираюсь никого защищать.

- Но вы в любом случае будете на его стороне, разве не так? – оставалась непреклонной Валерия.

- Я буду на его стороне всегда, потому что господин советник – мой хозяин, – спокойно сказала женщина.

- И потому что вы были его… – выпалила Лера и тут же осеклась, прикрыв рот ладошкой. «Господи!»

- Я вижу, вам уже рассказали о моем прошлом, госпожа, – ровно сказала Ми Джа.

- Простите! Простите, дама Мун! – горячо сказала девушка. – Я не должна была говорить этого! Это вообще не мое дело!

- Что ж, что сказано – то сказано. Тем более вы не сказали ничего такого, за что я могла бы испытывать стыд или неловкость. Я, действительно, была наложницей господина советника. Вы еще слишком юны, молодая госпожа, чтобы понять, какие чувства испытывает девушка, оставшаяся в этом мире совсем одна – без семьи, без близких людей, без тех, кто мог бы защитить ее от опасностей этой жестокой жизни…

- Нет, я очень хорошо понимаю вас, – тихо ответила Валерия, опуская глаза на свои руки с судорожно переплетенными пальцами. – И еще раз прошу прощения за свой несдержанный язык!

- Вам не нужно делать этого, молодая госпожа. Все в порядке! Я понимаю вашу обиду на отца и не поддерживаю его в том, что он слишком строг с вами…

- Это он вам рассказал о нашей ссоре? – спросила Лера, все еще не избавившись от неловкости из-за того, что она так необдуманно ляпнула.

- Нет, что вы! Господин никогда не стал бы рассказывать мне что-то такое, что может бросить тень на его семью. Он слишком ценит вас! Всех вас! Своих детей, госпожу!

- «Ценит»! – горько усмехнулась Лера. – И все равно гостов принести меня в жертву ради своих целей!

- Вы должны понять своего отца, молодая госпожа, – убежденно сказала дама Мун. – Он хочет сделать как лучше!

- Угу, – уныло промычала Лера. – И потому мечтает отдать меня замуж за этого холодного принца! Брр! – поежилась она, обхватив себя за плечи.

- Почему же вы считаете его высочество холодным? – с улыбкой поинтересовалась Ми Джа.

- Если бы вы видели, с какой неприязнью он смотрел на меня – не спрашивали бы, – пробурчала девушка. – Лучше расскажите мне, как вы появились в этом доме?

Легкая улыбка промелькнула на устах женщины, и она сказала:

- Госпожа моя, уже давно минул полдень, а вы так и не пообедали! Идемте в трапезную, я прикажу собрать для вас на стол, а пока вы будете кушать, я отвечу на все ваши вопросы!

«Какая хитрая!» – подумала про себя Лера, но не стала противиться: она и в самом деле почувствовала, что проголодалась. К тому же ее подстегивало желание узнать подробности, как она полагала, романтической истории между советником и Ми Джа. Поэтому девушка решила не вредничать, а согласиться на предложение домоправительницы и вообще – постараться подружиться с ней. Кто знает, как в будущем может пригодиться ей эта дружба?

Заметив перемену в настроении молодой хозяйки, Ми Джа промолвила:

- Я пошлю к вам служанку, госпожа – она поможет вам переодеться! А я тем временем распоряжусь об обеде.

Женщина поклонилась и неторопливо вышла из опочивальни. А Лера вздохнула и села на кровати, раздумывая над тем, каким образом даме Мун стало известно, что вечером советник очень жестко поговорил с дочерью.

Вскоре в покои впорхнула Ха Юль, на круглом лице ее застыло несколько виноватое выражение. Она опасалась, что Со Хён начнет ругать ее за своеволие – ведь это именно она позвала домоправительницу. Но Лера лишь поторопила ее, спеша в трапезную, и девчонка незаметно выдохнула с облегчением и расслабилась, почувствовав, что гроза миновала.

Она ловко переодела барышню и лишь спросила:

- Госпожа моя, какие будут приказания?

- Занимайся обычными делами, – последовал ответ.

И Лера вышла из покоев. В трапезной уже был накрыт стол – как всегда обильный, уставленный многочисленными пиалочками, блюдами, салатничками, содержимое которых пахло столь аппетитно, что рот Валерии наполнился слюной.

- Все готово, моя госпожа, – заметила ее появление женщина.

Девушка уселась на свое привычное место за столом и взглянула на Ми Джа:

- Дама Мун, присядьте! Вы обещали рассказать мне…

- Да-да, я помню, молодая госпожа! – она аккуратно присела в стороне от стола, на плоскую напольную подушку, и тщательно расправила складки темно-зеленой юбки. Сложила руки на коленях, словно задумавшись, с чего же начать рассказ, а потом вдруг подняла взгляд на Леру и спохватилась. – Вы кушайте, кушайте, барышня! Есть нужно, пока еда свежая и горячая!

Девушка кивнула и, взяв в одну руку серебряные палочки, а в другую ложку, принялась с наслаждением пробовать многочисленные блюда. Все-таки в столичном доме королевского советника был прекрасные повара!

Между тем, Ми Джа негромким, ясным голосом начала свой рассказ.

- Это было во времена войны, после которой его величество король Тэджон взошел на трон. Ваш батюшка сражался на его стороне против неприятелей, которые считали, что пограничные провинции можно свободно захватить и присоединить к своим землям. В одной из таких провинций жила и моя семья – родители и мы, пятеро детей. Я была тогда чуть старше вас, госпожа. Враги напали на наш городок, и если бы не войско его величества, мы все могли стать рабами захватчиков-чужеземцев. А рабам одна дорога – за море. Ели бы нас захватили, то отвезли бы на чужбину и продали тамошним богачам.

- Ох, как я вас понимаю, дама Мун, – тихо промолвила девушка и тут же осеклась, поняв, что едва не проболталась. Но постаралась выкрутиться. – У нас в Ёнджу тоже одно время появились работорговцы. Они похищали людей и на кораблях отвозили их в другую страну. Тогда весь город был в ужасе…

- Да, мне очень повезло, – покивала Ми Джа. – В наш дом ворвались захватчики. Родители попытались оказать сопротивление, но тут же были убиты. Младших братьев и сестренку схватили здоровенные воины и потащили куда-то, а когда старший брат кинулся за ними, его зарубили мечом у меня на глазах. Братишки и сестренка кричали и плакали, но чужеземцы утащили их. А потом кто-то из них заметил меня, сидящую в дальнем углу двора – от страха ноги не держали, и я могла только сидеть и трястись от ужаса. Чужак подскочил ко мне и, прокричав что-то на непонятном языке, грубо схватил за руку пониже плеча, вздернув вверх. И тогда я закричала и стала вырываться, но он ударил меня по лицу, да так, что в голове зазвенело, а в глазах стало темно. Не знаю, что бы со мной стало, но, видимо, мои отчаянные крики услышали с улицы воины короля. Во двор вбежали сразу трое. Один из них был совсем молодой, еще безусый. Они расправились с моим обидчиком, а потом я потеряла сознание. Очнулась в военном обозе, на телеге. Там был лекарь, он-то и поставил меня на ноги. Я не была ранена, нет. Но тот ужас, что испытала во время нападения на город, надолго остался в моей душе. Ваш батюшка… Он был среди моих спасителей. Он-то и забрал меня к себе…

- Он любил вас? – тихо спросила Лера, уже наперед зная ответ.

А дама Мун светло улыбнулась и промолвила:

- Я знаю, что я всегда любила его. А он – он был добр ко мне и позволял находиться рядом с ним. Даже когда его родители женили его на вашей матушке, он не отказался от меня. Хотя я знаю, что поначалу госпожа очень сердилась на него за это. Да только советник Шим Он – не тот человек, что пойдет на поводу у кого-либо…

- Но вы ведь могли… Выйти замуж, родить детей… Вместо этого вы… Всю жизнь отдали моему отцу.

- И я ничуть не жалею об этом!.. Простите, юная госпожа, что так разоткровенничалась с вами! Знаю, что вам это неприятно слушать…

- Нет-нет! Это вовсе не так! – быстро сказала Валерия. – Я вполне понимаю вас…

- Спасибо вам, госпожа, что выслушали меня, – поклонилась Ми Джа. – И ваш отец… Он не плохой человек. И он действительно хочет добра для вас, его дочери. Возможно, когда-нибудь вы вспомните этот наш разговор и поймете то, что говорю вам сейчас…

Лера вздохнула и отодвинула о себя тарелку с остатками еды:

- Уф! Я, кажется, объелась!

- Вам нужно хорошо кушать, госпожа! Вон какая вы изящная! – улыбнулась домоправительница.

А девушка поднялась на ноги и произнесла:

- Благодарю, дама Мун! Передайте поварам мои искренние пожелания здоровья – они так вкусно готовят всегда!

- Хорошо, госпожа! Непременно передам! – она тоже встала и, поклонившись, направилась к выходу. Лера же пошла к изящной беседке во дворе: девушка решила посидеть там, на скамье, и поразмыслить над тем, что рассказала ей домоправительница.