2-й день, 9-я луна, 5 г. от З.Э. Вестерос. Королевские земли. Королевская Гавань. Эйгонфорт.

Роберт Блэквуд стоял у края турнирного поля, наблюдая за рыцарями, которые кружили по арене, поднимая облака пыли. Трубы гремели, знамёна развевались на ветру, а толпа ревела, приветствуя каждого победителя. Но Роберт смотрел на всё это с холодным спокойствием человека, который привык видеть за парадной стороной жизни её изнанку.

Он был лордом Воронодрева уже двадцать лет, и за это время он научился одному: никогда не доверять тому, что лежит на поверхности. Особенно когда речь шла о южных лордах и их играх.

— Красивое зрелище, не правда ли? — раздался голос рядом.

Роберт повернулся и увидел лорда Эдмунда Рустера, худого человека с вечно недовольным лицом. Рустер был одним из вассалов Квохерисов, и Роберт знал, что между ним и лордом Баттервеллом идёт постоянная вражда за земли у Божьего Ока.

— Зрелище всегда красивое, пока ты не замечаешь, сколько крови пролито под этими знамёнами, — ответил Роберт, возвращаясь взглядом к полю.

Рустер хмыкнул:

— Вы, Блэквуды, всегда были слишком мрачными. Даже на турнире вы видите смерть.

— Я вижу правду, — спокойно ответил Роберт. — И это помогает мне жить дольше.

Рустер сделал шаг ближе и понизил голос:

— Говорят, вы разговаривали с наследником Квохерисов. С этим мальчишкой. Что он вам сказал?

Роберт усмехнулся про себя. Рустер и Баттервелл — вечные соперники, но когда дело касается Квохерисов, они готовы объединиться. Как интересно.

— Мы говорили о погоде, — ответил Роберт с лёгкой улыбкой. — О том, как рано пришла зима и как это влияет на урожай.

— Не смешите меня, милорд, — скривился Рустер. — Воронодрев и Харренхолл — вы теперь единственные, кто поклоняется Старым Богам в Речных землях. Вы естественные союзники. И если вы решите объединиться, это может изменить всё.

— Возможно, — сказал Роберт, не подтверждая и не опровергая. — Но если я решу объединиться с Квохерисами, я сделаю это не для того, чтобы вредить другим, а для того, чтобы защищать свои земли. Вы же понимаете, что я всегда ставлю свой дом на первое место.

Рустер нахмурился, но не успел ответить — на поле началось новое состязание, и толпа взорвалась криками. Роберт воспользовался этим моментом, чтобы отойти и найти более спокойное место для наблюдения.

Он заметил, как король Эйгон поднялся с трона и направился к шатрам, где отдыхали рыцари. Следом за ним шли королевы, и Роберт заметил, что среди сопровождающих были Квентон и Гаргон Квохерис. Мальчик выглядел спокойным и сосредоточенным, его глаза внимательно сканировали толпу, и Роберт почувствовал, что за этим взглядом скрывается нечто большее, чем просто любопытство.

«Этот парень не похож на обычного десятилетнего наследника, — подумал Роберт. — Он говорит как взрослый, смотрит как взрослый и, что самое важное, он знает, когда нужно молчать».

Роберт вспомнил слова Гаргона на дороге: «Мы будем рады такому союзу». Никаких обещаний, никаких клятв, никакой конкретики. Просто приглашение. И в этом была мудрость, которая редко встречается даже у взрослых лордов.

«Интересно, что ему на самом деле нужно? — спросил он себя. — Власть? Богатство? Или что-то иное?»

Он знал, что Квохерисы возродили валирийскую сталь. Он знал, что они заключили сделку с Веларионами. Он знал, что они готовятся к чему-то большему, чем просто восстановление Харренхолла. Но он не мог понять, что именно.

Внезапно он заметил, как Гаргон отделился от группы и направился в сторону, где стояли торговцы и мастера. Роберт решил последовать за ним, держась на расстоянии.

Мальчик остановился у оружейной лавки, где старый кузнец ковал клинки. Он посмотрел на работу мастера, затем взял один из мечей в руки и провёл пальцем по лезвию. Кузнец что-то сказал ему, и Гаргон улыбнулся, ответив короткой фразой. Затем он положил меч обратно и пошёл дальше.

«Он изучает оружие, — понял Роберт. — Но не как ребёнок, который играет с игрушками. Он изучает его как человек, который знает цену стали».

Это было странно для десятилетнего мальчика, но Роберт уже понял, что Гаргон — необычный ребёнок. Возможно, именно поэтому король приблизил его к себе.

Когда он уже собирался уйти, его внимание привлекла группа людей в чёрных плащах, стоявших у входа в главный шатёр. Они не носили знамён, но их осанка выдавала воинов. Один из них повернул голову, и Роберт увидел, что его лицо закрыто тенью капюшона.

«Наёмники? — подумал он. — Или, возможно, шпионы?»

Он проводил их взглядом, запоминая детали: рост, манеру двигаться, то, как они переговаривались между собой. Это могло ничего не значить, а могло значить всё.

«Здесь что-то происходит, — понял Роберт. — И я должен понять, что именно, прежде чем делать выбор».

--

Вечером, когда солнце уже садилось за горизонт, Роберт нашёл момент, чтобы поговорить с лордом Квентоном Квохерисом. Старый лорд стоял у костра, наблюдая за тем, как слуги готовят ужин.

— Лорд Квентон, — сказал Роберт, подходя ближе. — Не уделите мне минуту?

Квентон повернулся, и его чёрные глаза внимательно посмотрели на Роберта. Он выглядел уставшим, но в его взгляде всё ещё горел тот огонь, который делал его опасным противником.

— Конечно, лорд Роберт, — ответил Квентон. — Что вы хотите обсудить?

— Ваш внук, — прямо сказал Роберт. — Он необычный мальчик.

Квентон усмехнулся, но в его глазах мелькнула настороженность:

— Да, он особенный. Мы это знаем. Что именно вас интересует?

— Я хочу понять, почему вы так быстро доверили ему вести переговоры с Веларионами. Почему он присутствует на советах с королём. Почему, — Роберт сделал паузу, — вы верите в него так, как верят только в тех, кто уже доказал свою верность.

Квентон посмотрел на огонь, затем перевёл взгляд на Роберта:

— Вы знаете, что мой дом поклоняется Старым Богам, лорд Роберт. Вы знаете, что мы принесли клятву у чардрева Харренхолла. И вы знаете, что я потерял двух сыновей. После того, что произошло, я понял, что не могу доверять только своему разуму. Я должен доверять и сердцу. И боги послали мне знак в том мальчике.

Роберт нахмурился:

— Знак?

— Когда он упал с лошади, я думал, что потеряю и его. Но боги вернули его мне, — сказал Квентон, и его голос стал тише. — И он вернулся другим. Он вернулся мудрее. Он вернулся с видением того, что должно произойти. Я не знаю, что именно он видел, но я знаю, что он изменился. И я верю, что это было не случайно.

Роберт долго молчал, переваривая услышанное. Он знал, что Квохерисы не лгут — по крайней мере, не в таких делах. Они действительно верили в то, что говорили.

«Значит, Старые боги вмешались? — подумал он. — Или это просто удачное совпадение?»

— Я понимаю, — сказал он наконец. — Но почему вы решили довериться мне, лорд Квентон? Мы едва знакомы.

— Потому что вы тоже верите в Старых Богов, — ответил Квентон. — И потому что я знаю, что Блэквуды всегда были верны своему слову. Если вы присоединитесь к нам, это укрепит наш союз. Если нет — я пойму и не буду держать зла.

Роберт усмехнулся:

— Вы умеете убеждать, милорд. Я подумаю над вашим предложением.

— Не думайте слишком долго, — сказал Квентон. — Время — это роскошь, которую мы не всегда можем себе позволить.

Они обменялись короткими прощаниями, и Роберт ушёл в свои покои.

--

Ночью он не мог уснуть. Он сидел у камина, глядя на огонь, и размышлял о том, что услышал. Квохерисы были более сложными, чем он думал. Они не просто строили союзы и копили богатство — они готовились к чему-то, что выходило за пределы обычной политики.

«Что за знак? — спросил он себя. — И что они видят, чего не вижу я?»

Он вспомнил слова Гаргона о Вальгалле, о суде над душами, о пире с богами. В те времена, когда он был мальчиком, он слышал такие истории от старых септонов и мейстеров. Но это были легенды. Мифы. Сказки для детей и глупцов.

Но, возможно, в них была правда.

«Если мальчик действительно видел богов, — подумал он, — то он мог видеть и нечто большее».

Он смотрел на огонь и чувствовал, как внутри него поднимается холодное, липкое чувство — то самое, которое появлялось перед важным решением.

«Надо быть осторожным, — сказал он себе. — Но если они говорят правду, то союз с ними может спасти мой дом. А если они лгут… — Он замолчал на мгновение. — Тогда я узнаю, кто на самом деле мои враги».

Он отставил кубок с вином и подошёл к окну, глядя на ночное небо. Звёзды были яркими и холодными, и Роберт чувствовал, как ветер с севера приносит что-то тревожное.

«Завтра я приму решение, — пообещал он сам себе. — Но сначала я должен увидеть, как они действуют. И понять, кому я могу доверять».

Он стоял у окна, пока луна не скрылась за облаками, и в его голове зрели мысли, которые могли изменить судьбу его дома.

«Кто знает, — подумал он, — возможно, союз с Квохерисами — это лучший выбор, который я когда-либо сделаю. Или самый страшный. Но в любом случае я сделаю его сам».

И он закрыл глаза, позволяя ночи унести его в сон, полный неясных видений и предчувствий.