Обратный путь из проклятой башни Каражана был омрачен тяжелым, гнетущим молчанием. Они несли с собой расколотый клинок Андуина Лотара — единственное, что осталось от великого Чемпиона Штормграда, чье тело они с почестями предали огню, чтобы оно не досталось скверне. Юный Кадгар, чья жизненная сила была выпита демонической мощью Саргераса, ехал в седле, сгорбившись, как глубокий старец, в разодранной фиолетовой робе. Гарона всю дорогу хранила пугающее молчание. Тьма, проникшая в ее подсознание во время магических пыток, медленно разъедала остатки ее воли.

Когда отряд миновал Элвиннский лес и приблизился к столице, их глазам предстало ужасающее зрелище. Небо над городом было затянуто густым, черным дымом, а воздух пропитался запахом гари и крови. Осада Штормграда была в самом разгаре, и крепость уже начинала сдаваться под натиском полной мощи Орды. Зеленокожие, воспользовавшись отсутствием главнокомандующего, бросили все свои силы на штурм белокаменных стен.

Артур, Кадгар и Гарона, используя тайные тропы, сумели проникнуть внутрь замка. В тронном зале царил хаос. Король Ллейн Ринн, осунувшийся и смертельно уставший, склонился над картами вместе с оставшимися офицерами. Рядом с ним стоял его юный сын, принц Вариан, с ужасом вслушивающийся в грохот боевых барабанов.

Увидев вошедших, Ллейн поднял голову. В его глазах вспыхнула надежда, которая тут же угасла, когда он не увидел среди прибывших своего лучшего друга.

— Где Андуин? — глухо спросил король.

Артур тяжело шагнул вперед, неся в руках обломки меча Лотара, и с горечью произнес:

— Он пал смертью храбрых, Ваше Величество. Тьма, скрывавшаяся в Каражане, уничтожена, но Лев Азерота отдал за это свою жизнь.

Слова Артура лишили Ллейна последних сил. Монарх тяжело опустился на трон, закрыв лицо руками. Вариан прижался к отцу. В этот момент вперед выступила Гарона. По ее щекам текли слезы, губы беззвучно шептали слова извинений, но тело двигалось с безжалостной точностью убийцы. Никто и понять не успел, что произошло. Никто не знал, насколько тёмная магия укоренилась в её разуме.

Быстрым, неуловимым движением Гарона выхватила кинжалы, и король Ллейн был убит прямо на глазах у своего сына.

— Нет! — взревел Артур. Экскалибур со свистом покинул ножны, но Гарона мгновенно растворилась в тенях зала, оставив после себя лишь мертвого короля и кричащего от ужаса принца.

Трагедия в тронном зале совпала с катастрофой снаружи. Двери с грохотом распахнулись, и внутрь вбежал израненный Гавинрад Свирепый.

— Врата прорваны! — прокричал доблестный рыцарь, с трудом переводя дыхание. — Орда в городе! Мы не сможем их удержать!

В этот миг Артур понял, что Штормград обречен. Пепел Камелота вновь закружился перед его мысленным взором. Он не смог спасти свое прежнее королевство, но клятву, данную умирающему Лотару, он был намерен сдержать любой ценой.

— Гавинрад! — властный голос короля бриттов, усиленный древней магией, перекрыл шум паники. В нем звучала непреклонная сталь полководца. — Собирай всех, кто еще может держать оружие. Мы уходим.

— Оставить город?! — в отчаянии переспросил рыцарь.

— Город уже мертв. Наша задача — спасти народ. Мы отступаем к гавани!

Артур подхватил на руки рыдающего Вариана, а Кадгар, опираясь на посох, встал рядом. Взяв на себя командование, Артур вместе с Гавинрадом, Кадгаром и остатками солдат начал массовую эвакуацию, с боем пробиваясь улица за улицей к гавани и собирая выживших горожан и принца Вариана.

Улицы столицы превратились в пылающие коридоры смерти. Орки, опьяненные кровью и победой, накатывали волна за волной. Артур Пендрагон шел в арьергарде. Сверкающий светом Экскалибур оставлял за собой просеки в рядах зеленокожих гигантов. Король сражался с леденящим хладнокровием, а его ножны вновь и вновь спасали его от смертельных ран, позволяя сдерживать натиск чудовищ, пока Гавинрад руководил погрузкой людей на уцелевшие корабли.

Когда последний корабль отчалил от пристани, Артур стоял на корме, тяжело опираясь на меч. Рядом с ним находились постаревший маг и Гавинрад, а за их спинами жался юный принц, навсегда лишившийся дома. Флот беженцев отправился через Великое море, направляясь к берегам Лордерона. Штормград догорал на горизонте, превращаясь в памятник былому величию, но среди скорби и отчаяния в сердцах людей крепла надежда, ведь теперь бремя лидерства взял на себя истинный король.