Великий Мост Тандола остался позади, скрывшись в густой, непроницаемой пелене тумана. Переправа через это колоссальное сооружение, перекинутое над ревущей бездной, заняла у огромной армии Альянса почти двое суток. Король Артур Пендрагон, находясь в арьергарде вместе со своим штабом, последним покинул пределы Нагорья Арати. Когда копыта его могучего боевого коня ступили на темную, влажную землю нового региона, король невольно поежился, хотя магия ноженЭкскалибура надежно хранила его тело от болезней и усталости. Дело было не в физическом холоде, а в самом воздухе этой земли.

Они вступили в Каз Модан — суровый край гор, глубоких ущелий и бескрайних топей. То место, где они оказались сейчас, носило красноречивое название Болотина. После зеленых лесов и плодородных равнин Лордерона этот регион казался гноящейся раной на теле континента. Небо здесь было вечно затянуто свинцовыми, низкими тучами, из которых непрерывно моросил мелкий, пронизывающий до костей дождь. Воздух был тяжелым, спертым, пропитанным резким запахом гниющих водорослей, прелой листвы и стоячей воды.

Артур ехал шагом, внимательно вглядываясь в серую мглу. Дорога, если эту раскисшую от непрерывных дождей колею вообще можно было назвать дорогой, петляла среди бесчисленных мелких озер, заросших густым камышом заводей и островков чахлого, скрюченного леса. По обеим сторонам тракта тянулись бесконечные топи, в которых то и дело раздавались подозрительные всплески и утробное кваканье неизвестных тварей.

Темп марша Альянса, который еще недавно, на равнинах, казался стремительным и неумолимым, теперь катастрофически упал. Это было именно то, о чем предупреждал Артура его собственный полководческий опыт. Огромная армия — это не просто толпа вооруженных людей. Это тяжелейший, неповоротливый механизм, требующий колоссальных ресурсов. Телеги с провиантом, осадные машины, повозки с медикаментами и запасным оружием безнадежно вязли в глубокой грязи. Лошади тяжелой кавалерии, закованные в стальные барды, скользили и оступались, рискуя сломать ноги. Пехотинцы Лордерона и Стромграда, привыкшие маршировать по твердому камню, теперь месили сапогами холодную жижу, проваливаясь в нее по щиколотку, а то и по колено.

Для Артура этот изнурительный марш стал мучительным возвращением в прошлое. Он вспоминал долгие осенние кампании в Британии, когда ему приходилось вести свои войска через болота Уэльса или туманные пустоши Севера, чтобы выбить саксов из их укрытий. Он помнил, как влага разъедала кольчуги, как люди падали от лихорадки быстрее, чем от вражеских стрел. Но тогда он вел за собой людей, защищавших свою родную землю. Здесь же он вел армию в совершенно чужой, враждебный мир, навстречу неизвестности.

— Эта земля сопротивляется нам так же яростно, как и сама Орда, — раздался рядом скрипучий, старческий голос.

Артур повернул голову. С ним поравнялся Кадгар. Он кутался в свой неизменный фиолетовый плащ, накинув капюшон на седую голову. Капли дождя стекали по его глубоким морщинам, но глаза юноши-старца оставались ясными и цепкими.

— Вы чувствуете это, милорд? — спросил Кадгар, указывая узкой, узловатой рукой на восток, где сквозь туман смутно угадывались очертания неприступных гор. — Магический фон здесь искажен. Орки не просто прошли через эти земли. Их чернокнижники оставили после себя скверну. Они оскверняли саму природу, вытягивая из нее жизненную силу для своих темных ритуалов и поддержания бодрости войск.

— Я чувствую лишь запах грязи и страх моих солдат перед неизвестностью, Кадгар, — мрачно ответил Артур. — Если мы задержимся в этих болотах еще на неделю, в рядах начнется дизентерия. Грязь — худший враг полководца, ибо она убивает беззвучно и не оставляет возможности для славного подвига.

— Адмирал Праудмур не даст нам умереть от голода, — вмешался в разговор ехавший с другой стороны Туралион. Молодой паладин Серебряной Длани старался держаться прямо, несмотря на усталость. Его золотые доспехи покрылись слоем серой грязи, но в глазах горел неугасимый свет. — Корабли Кул-Тираса двигаются параллельно нам по морю. Разведчики Даэлина нашли несколько удобных глубоководных бухт на западном побережье Болотины. Завтра на рассвете мы должны получить свежий провиант и сухие плащи.

Артур кивнул, признавая правоту юноши. Создание Альянса Лордерона, объединившего ресурсы нескольких наций, сейчас приносило свои плоды. Если бы не флот Кул-Тираса, обеспечивающий логистику, эта кампания захлебнулась бы в грязи еще на границе.

— Дело не только в провианте, Туралион, — мягко, но наставительно произнес король бриттов. — Когда солдат идет по колено в ледяной воде, когда он не видит солнца днями напролет, его дух ломается. Вера в Святой Свет, которую вы несете, сейчас важна не меньше, чем хлеб и сухой порох. Паладины должны быть среди людей. Спешьтесь. Идите рядом с пехотой. Помогайте вытаскивать застрявшие телеги. Пусть они видят, что их командиры делят с ними ту же грязь.

Туралион на мгновение замер, переваривая приказ, а затем на его лице появилась понимающая улыбка. Он отдал честь, приложив закованный в латную перчатку кулак к груди, и, остановив коня, легко соскользнул в чавкающую грязь.

— За Альянс, милорд! — крикнул он и, придерживая тяжелый боевой молот, зашагал к ближайшей группе пехотинцев, тщетно пытавшихся вытащить из колеи застрявшее колесо осадной баллисты.

Артур проводил его взглядом. Этот юноша рос на его глазах, превращаясь из сомневающегося жреца в истинного лидера. Если бы только в Камелоте у него было больше таких людей… Король отогнал непрошеные мысли, сосредоточившись на реальности.

Ближе к вечеру, когда туман стал настолько густым, что видимость упала до нескольких десятков ярдов, авангард армии внезапно остановился. По колонне, словно волна, прокатился глухой, тревожный ропот. Раздались короткие, отрывистые приказы сержантов, и лязг обнажаемого оружия наполнил сырой воздух.

Артур пришпорил коня, пробиваясь к голове колонны. Туда же уже спешили Торас Троллебой и Утер Светоносный.

Из белесой мглы, бесшумно, словно призраки, вынырнули несколько фигур в зеленых плащах. Это были эльфийские следопыты из отряда Аллерии. Их прекрасные лица были измазаны грязью, а на плащах виднелись бурые пятна свежей крови. Аллерия подошла к Главнокомандующему, ее грудь тяжело вздымалась.

— Орки, милорд, — коротко доложила она, ее мелодичный голос звучал сухо и по-военному четко. — Менее чем в трех милях впереди. Дорога сужается и проходит через древнее каменное городище, втиснутое между болотом и отвесными скалами. Там они устроили засаду.

— Арьергард Молота Рока? — нахмурился Торас Троллебой. — Сколько их?

— Это не просто арьергард, — покачала головой эльфийка, и в ее глазах мелькнуло отвращение. — Мои разведчики подобрались достаточно близко. Они не похожи на тех орков клана Черной Горы, с которыми мы бились у Столицы. Эти… они раскрашены в боевые цвета — зеленый и кроваво-оранжевый. Многие из них изувечены: у некоторых вырван один глаз. Они выглядят как первобытные дикари, но они прекрасно организованы. Они забаррикадировали проход и вырыли волчьи ямы в грязи.

— Клан Изувеченной Длани, — произнес подошедший Кадгар. Маг закрыл глаза, словно обращаясь к каким-то глубинным воспоминаниям, оставшимся у него от общения с Гароной или из видений Каражана. — Они фанатичны и невероятно жестоки. Их вождь, Килрогг Мертвый Глаз, славится тем, что принес в жертву свой собственный глаз ради видения своей смерти. Они мастера сражений в джунглях и болотах. Оргрим Молот Рока оставил их здесь не просто так. Это заслон. Они должны удержать нас в этой трясине как можно дольше, чтобы дать основным силам Орды уйти в горы и восстановить силы.

Артур задумчиво потер подбородок. Ситуация была сложной.

— Разбить лагерь, — приказал он. — Пехоте занять круговую оборону, выставить рогатки. Костры не разжигать — в тумане мы станем идеальными мишенями. Соберите командиров в моем шатре. Мы не пойдем вслепую на их баррикады.

Спустя час внутри просторного штабного шатра было немногим суше, чем снаружи. Дождь барабанил по плотной парусине, создавая непрерывный, монотонный гул. В тусклом свете единственного магического кристалла, подвешенного под куполом, командиры Альянса склонились над наспех набросанной картой местности.

Торас Троллебой, не привыкший к долгим осадам, рвался в бой.

— Мы должны ударить тяжелой кавалерией! — горячился король Стромграда, стуча кулаком по столу. — Прорвем их заграждения одним таранным ударом, а пехота добьет тех, кто останется! Нас в десять раз больше, Артур! Зачем мы стоим?

Артур посмотрел на Троллебоя холодным, оценивающим взглядом.

— Выйдите из шатра, Торас, и посмотрите себе под ноги, — спокойно произнес король бриттов. — А затем представьте, что произойдет с боевым конем в латах весом в полтонны, когда он на полном скаку влетит в волчью яму, скрытую под слоем жидкой грязи. Кавалерия в болоте — это самоубийство. Орки клана Изувеченной Длани именно этого и ждут. Они хотят, чтобы мы бросили на них элиту, которая увязнет и будет вырезана их топорами в тесноте.

— Что же вы предлагаете, милорд? — спросил Утер Светоносный, чей тяжелый молот покоился у его ног. — Мы не можем стоять здесь вечно. С каждым днем наши люди слабеют от холода и сырости.

— Мы превратим их преимущество в их же погибель, — Артур провел кинжалом по карте, обозначая узкий перешеек, где засели орки. — Мы не будем атаковать их конным строем. И мы не побежим на их баррикады с радостными криками. Мы пойдем медленно. Стеной щитов.

Король посмотрел на командиров пехоты.

— Завтра на рассвете мы выстроим фалангу. Лордеронские копейщики в первом ряду, стромградские мечники — во втором. Шаг за шагом, не ломая строй. Пусть они сами бросаются на наши копья. Эльфы Аллерии займут фланги и будут прикрывать нас с деревьев, выбивая их лучников и чернокнижников.

— Но их берсерки могут прорвать стену щитов своей массой, — резонно заметил Троллебой.

— Для этого у нас есть Свет, — Артур перевел взгляд на Утера и Туралиона. — Паладины пойдут в первом ряду. Ваша магия будет не только лечить раненых, но и ослеплять врага. Я тоже пойду в авангарде. Мой меч укажет направление. Мы будем перемалывать их медленно, методично, дюйм за дюймом, пока не выдавим из этих руин.

На рассвете дождь усилился. Армия Альянса строилась в звенящей тишине. Не было ни труб, ни боевых кличей. Только глухой стук тысяч сапог по грязи и лязг железа.

Артур стоял в самом центре первой линии. Он спешился и передал поводья своего коня оруженосцу. На короле были полные латы, поверх которых он накинул серый походный плащ. В правой руке он сжимал Экскалибур, чье неземное, кристально чистое сияние пробивалось сквозь густой утренний туман, служа маяком для солдат. Слева от него возвышался Утер, справа — Туралион и Гавинрад.

— Вперед. Шаг, — скомандовал Артур.

И стена щитов, ощетинившаяся сотнями длинных копий, медленно, неотвратимо двинулась вперед, прямо в пасть белесой мглы.

Орки клана Изувеченной Длани не заставили себя долго ждать. Как только фаланга людей приблизилась к руинам каменного городища Дун Модр, из тумана с диким, гортанным ревом вырвалась зеленая волна. Они были ужасны. Полуголые, измазанные грязью и собственной кровью, многие действительно с пугающими шрамами на лицах, они бросились на строй Альянса с первобытной яростью животных, загнанных в угол.

Удар был чудовищной силы. Первые ряды лордеронской пехоты содрогнулись. Орки, не обращая внимания на вонзающиеся в них копья, насаживались на древки лишь бы добраться до людей своими короткими, зазубренными топорами. Грязь мгновенно окрасилась в красно-черный цвет.

Это не была славная битва, о которых слагают песни барды в светлых залах. Это была грязная, жестокая, изматывающая мясорубка. В тесноте, скользя по крови и грязи, люди и орки резали, кололи и душили друг друга.

Артур сражался с ледяным хладнокровием. Экскалибур описывал смертоносные дуги. Он не пытался разрубить орка пополам; он бил в сочленения доспехов, перерезал сухожилия, колол в незащищенные шеи.

Один из орков-берсерков, огромный, покрытый оранжевой краской монстр без левого глаза, прорвался сквозь стену щитов и обрушил на Артура тяжелую шипастую палицу. Удар пришелся вскользь по шлему короля, срывая забрало и глубоко распарывая щеку. Солдат, стоявший рядом с Артуром, в ужасе закричал, но магия Авалона сработала безотказно. Кожа мгновенно сомкнулась, не пролив ни капли, и боль отступила, оставив лишь холодную ярость.

Артур сделал выверенный шаг вперед, уходя с линии атаки, и вонзил сияющий клинок прямо в грудь берсерку. Орк захрипел и повалился в грязь.

— Держать строй! Не отступать! — кричал Артур, перекрывая шум битвы.

Справа от него паладины Серебряной Длани творили чудеса. Золотой Свет вспыхивал в тумане, ослепляя орков клана Изувеченной Длани. Утер разил врагов своим молотом, а Туралион успевал не только сражаться, но и возлагать руки на падающих рядом солдат, мгновенно затягивая их раны.

Сверху, с ветвей скрюченных деревьев, непрерывным дождем сыпались эльфийские стрелы, сея смерть в задних рядах Орды и не позволяя чернокнижникам сотворить свои губительные заклинания.

Битва длилась несколько часов. Медленно, перешагивая через трупы врагов и собственных товарищей, стена щитов Альянса выдавливала орков из руин. Поняв, что их тактика засады провалилась и прорвать железную дисциплину людей не удастся, остатки заслона дрогнули. Издав разочарованный вой, уцелевшие орки бросились бежать, отступая на восток, в сторону спасительных, заснеженных гор.

Артур оперся на меч, тяжело дыша. Его доспехи были покрыты толстым слоем липкой грязи и чужой крови. Вокруг стоял стон раненых. Битва была выиграна, заслон прорван, но цена, как и всегда, была высока.

— Окажите помощь раненым, — приказал король подошедшему Гавинраду, который тяжело опирался на свой двуручный меч. — Мы не будем преследовать их сегодня. Пусть люди отдохнут. Завтра мы начинаем подъем.

На следующий день характер местности начал резко меняться. Болотина осталась внизу, скрытая туманом. Дорога пошла круто вверх, вгрызаясь в каменистые склоны горного массива Дун Алгаз. Воздух стал разреженным, кристально чистым и обжигающе ледяным. Дождь сменился крупными хлопьями колючего снега.

Переход от удушливой, гнилой сырости болот к суровому, мерзлому камню гор дался армии тяжело. Но Артур гнал войска вперед, понимая, что Оргрим Молот Рока, лишенный заслона, попытается закрепиться на перевалах.

Когда авангард Альянса, ведомый Артуром, вступил в глубокое, заснеженное ущелье, стиснутое отвесными гранитными скалами, тишину гор внезапно разорвал оглушительный грохот.

Это был не звук боевых барабанов орков. Это был звук, с которым Артур еще не сталкивался в этом мире. Резкий, сухой хлопок, многократно усиленный эхом, похожий на раскат грома. Рядом с сабатоном короля в камень ударило что-то невидимое, выбив сноп искр и каменной крошки.

Артур мгновенно поднял руку, останавливая колонну. Пехотинцы подняли щиты, ожидая атаки.

Высоко на скалах, на узких карнизах, скрытых за снежными заносами, появились коренастые, широкоплечие фигуры. Они были закованы в тяжелую, угловатую броню, а их лица скрывали густые, заплетенные в косы бороды. В руках эти существа держали странные металлические трубы с деревянными прикладами, из которых поднимался сизый дымок.

Это были дворфы.

Но это не были наездники на грифонах из клана Громового Молота, с которыми Артур уже заключил союз. Эти воины выглядели иначе: более суровые, вооруженные неизвестным оружием и закованные в сталь, а не в кожу.

Один из дворфов, чья борода была рыжей как огонь, а доспехи украшены рунической вязью, сделал шаг вперед, на самый край уступа.

— Стоять на месте, долговязые! — пророкотал он голосом, в котором слышался скрежет камня. — Вы находитесь на землях клана Бронзобородов! Еще один шаг, и мы превратим вас в решето из наших мушкетов! Что за армия явилась к вратам Дун Алгаза? Вы заодно с зеленокожей нечистью, что рыскает по нашим горам?

Артур Пендрагон медленно, чтобы не спровоцировать выстрел, передал Экскалибур оруженосцу, снял шлем и сделал несколько шагов вперед, оставаясь абсолютно открытым для стрелков. В этом жесте было столько спокойного, непререкаемого достоинства, что дворфы на скалах невольно опустили свое оружие.

— Я Артур Пендрагон, Верховный Главнокомандующий силами Альянса Лордерона, — громко, четко выговаривая слова Всеобщего языка, произнес король. — Мы не союзники зеленокожих. Мы — их погибель. Мы гоним Орду от самых стен Столицы Лордерона. Клан Изувеченной Длани, что сторожил подступы к вашим горам в Болотине, уничтожен. Мы пришли с миром к хозяевам этих гор и с войной к тем, кто их оскверняет.

Дворф с рыжей бородой недоверчиво прищурился, вглядываясь в золотые знамена со львами и орлами, реющие над армией людей. Затем он перевел взгляд на отрубленные головы орков, которые солдаты авангарда, по жестокому обычаю войны, несли на остриях пик.

Лицо дворфа расплылось в широкой, искренней улыбке. Он закинул свой тяжелый мушкет на плечо и подал знак своим людям.

— Клянусь бородой Магни, вы пришли как раз вовремя, людишки! — прокричал он, и в его голосе зазвучало неподдельное облегчение. — Я Мурадин Бронзобород, брат короля Стальгорна! Эти зеленокожие ублюдки осадили нашу столицу. Они не смогли пробить Врата Стальгорна, но заперли нас внутри, оставив часть своих сил держать осаду, пока их основные войска ушли на север. Вы сломали замок на нашей тюрьме!

Мурадин начал спускаться по узкой, скрытой в снегу тропе, а за ним последовали десятки его воинов. Подойдя к Артуру, дворф остановился, оценивающе оглядывая высокую фигуру короля.

— Выглядишь так, словно сам прошел через горнило, Артур Пендрагон, — одобрительно хмыкнул Мурадин, заметив вмятины на доспехах. — Мой брат, король Магни, будет рад пожать руку тому, кто прогнал орков от нашего порога. Добро пожаловать в Каз Модан. Наши кузни и наше пиво к вашим услугам. И наши топоры — тоже. Орда поплатится за то, что посмела ступить на наши горы!

Артур ответил на крепкое рукопожатие дворфа.

Король бриттов поднял взгляд на юг, где за заснеженными пиками виднелось неестественное, багровое зарево. Там, в Пылающих Степях, у подножия Шпиля Черной Горы, Оргрим Молот Рока собирал остатки своей Орды для финального сражения. И Артур, ведя армию из людей, эльфов и дворфов, готов был его дать.