Мария

Двадцать два года…

За что мне это?

Он же на пять лет младше меня! Даже как-то стыдно стало за то, как откровенно я любовалась им вчера и сегодня. Но стоит отдать должное — белая рубашка и бежевые брюки ему очень хорошо подошли. С такой внешностью в модели надо идти, кастинг-агентства еще и приплатили бы за такой самородок. Статный, с аристократичными манерами, но не высокомерный, с уверенным умным взглядом. А ведь заметно, что Лирен не осознает своей привлекательности. Все его движения спокойные, полные внутреннего достоинства, но не выставляющие напоказ с наиболее выгодной стороны. Такой простой и одновременно таинственно-притягательный.

Интересно, как выглядели другие мужчины в его мире? Хотя если он перепутал одного из прекраснейших визуалов современного K-pop со своим близким другом, то напрашивается вывод, что в магическом мире все красавчики. Привет, главное клише женских романов.

Стоп, я помотала головой, отгоняя непрошеные мысли, заведшие меня не в те дебри. Лучше подумать над насущными проблемами, а они множатся не по дням, а по часам. Почкованием, наверное.

Итак, у меня мало того, что попаданец на руках, так он еще и младше. Я не против этого, но после признания Лирена про выключенный вопреки моему предупреждению компьютер сразу вспомнилась бессмертная народная мудрость: «Первые 40 лет детства — самые сложные в жизни мальчика». А у меня в наличии двадцатидвухлетний. Ничего не оставалось, кроме того, что подробно и скрупулезно все ему объяснять. И постараться, чтобы интонации в голосе были ровные, а не такие, будто я разговариваю с маленьким ребенком. Хотя ощущения после его признания появились именно такие.

Ровно до того момента, пока я, расставив посуду на полке, не обернулась к парню. Он задумчиво поправил пряди, смотря перед собой. Ему явно была непривычна такая длина волос, но Лирен не жаловался и не просил сводить к парикмахеру. Как же все же хорошо, что мой попаданец некапризный.

Сев и подробно объяснив некоторые моменты пользования компьютером, я с удивлением узнала, что он добрался до руководства мастера для игры «Damage Dealer» или по-другому «Наносящий урон» в моей домашней библиотеке. Мне эту книгу когда-то мой лучший друг Гена подарил, когда я изъявила желание узнать прекрасный мир игр DD. Он активно в нее играл и меня приобщил. Правда, мы уже года полтора не собирались компанией. После того как я согласилась стать подмастерьем Мастерицы снов, у меня слишком сильно сократилось количество свободного времени.

Терпеливо выслушав Лирена, постаралась объяснить ему все максимально точно и тактично. Он все же такую огромную работу проделал вчера в поиске информации про магию современного мира.

Второй раз за утро мне стало совестно. Может быть, стоит ему сказать, что волшебство все же присутствует? Правда, судя по рассказу Лирена о родном мире, в совершенно ином виде, чем он привык. Тогда придется объяснять, какое отношение я ко всему этому имею. Вряд ли Лирен поверит, что попал к девушке, которая случайно оказалась во всем этом замешана. А говорить, что мне кровь из носу нужна одаренная личность для исследований — поставить крест на этих самых исследованиях. Значит, буду молчать до последнего и знакомить его со своим миром. Постараюсь создать максимально комфортную атмосферу для временного пребывания парня, а там, надеюсь, пройдет две недели и вернется Глеб Иванович. Идеальный компромисс со всех сторон.

Воодушевленная открывшимися перспективами, предложила Лирену прогуляться по Минску. Недаром же столица — это один из красивейших городов страны. Сегодня еще и легкое похолодание обещали, нужно ловить момент!

Собралась я достаточно быстро. Даже не стала сильно наносить макияж: SPF-защиту, тушь на ресницы и легкий бальзам на губы. С волосами тоже не возилась — кудряшки на короткой стрижке лучшая вещь летом. Правда, пришлось помучаться с одеждой. Все же рядом будет идти красивый парень. И пусть это не свидание, хотелось бы соответствовать. Выбор пал на легкое шоколадного цвета атласное платье ниже колена. Удивленно-оценивающий взгляд Лирена на мои голые ноги я успела поймать, да и помню, как он смотрел на меня, когда я ночью вышла в майке на тонких бретельках. Это натолкнуло на мысль, что в его мире девушки не носят короткую открытую одежду. Какое же удивление ждет Лирена, когда мы выйдем на улицу!

Развеселившись от своего предположения и предвкушая ошарашенный вид парня, не привыкшего к открытой одежде на представительницах прекрасной половины мира, не сразу услышала стук в дверь спальни.

— Заходи, — разрешила я, когда стук повторился.

— Мария, — обратился парень, заходя в мою спальню и бегло осматривая пространство, — у нас некоторая заминка.

В ответ на мое недоумение он опустил взгляд, указывая на суть проблемы — брюки были аккуратно заправлены в кожаные сапоги, в которых Лирен перенесся. Весь вид был настолько несуразным и явно неудобным, что я чуть не рассмеялась, но вовремя спохватилась. Стукнув ладонью по лбу, вспомнила, что мокасины, которые купила для попаданца, благополучно утащила в гардеробку.

— Извини, — весело ему бросила, скрываясь в маленькой комнатке. — Я купила тебе обувь, но забыла оставить вместе с остальной одеждой.

Светло-коричневые мокасины мне повезло отыскать по прекрасной скидке на распродаже. Конечно, содержание Лирена легло на мои плечи, но не все же отпускные на него спускать. Экономлю как могу. Итак страшно подумать, во сколько мне обойдется его прокормить. Молодой ведь мужчина.

Лирен с облегчением выдохнул и забрал коробку с обувью в гостиную. Как-то быстро он стал у меня обустраиваться. Вот даже уже вполне комфортно обосновался в выделенной ему комнате. Будто не полтора суток прошло.

Надевая украшения, прислушалась к себе и с изумлением поняла, что его присутствие никаким образом не доставляло мне дискомфорта, а какие-то моменты даже были приятны. Не считая возможности любоваться красотой молодого мужчины, мне повезло, что Лирен оказался очень галантным. Меня таким количеством внимания и учтивости в жизни не окружали. Одно только, как он обходительно для меня стул отодвинул, чего стоит.

* * *

На мою удачу лоферы подошли Лирену прекрасно и даже не натирали. Правда, он долго их разглядывал, явно задаваясь вопросом, как можно надеть подобную обувь. Насколько я поняла, в его мире было принято носить либо сапоги в «холодный период», либо легкие ботинки в «теплый период» года.

Вообще, привычные понятия типа «лето» и «зима» или вовсе названия месяцев ему тоже были незнакомы. Пока мы собирались и выходили, Лирен пояснил мне, что у них год разделяется на четыре периода: цветения, тепла, дождей и холода. В принципе, все достаточно логично и понятно. Несложно было сообразить, что весна — это период цветения, лето — тепла, осень — дождей, а зима — холода. С месяцами было не так просто, поэтому я решила не сильно вникать в погодные условности. Все равно не думаю, что мне это могло бы в жизни пригодится.

Зато, дожидаясь лифта, выяснила, что день рождения Лирена — первый день первого месяца периода тепла. По сути, 1 июня. Близнецы по гороскопу. Мысленно я хмыкнула. Теперь понятно, откуда столько любознательности. Правда, двойственности не заметила, как и слишком явного стремления к свободе, но, как говорится, «еще не вечер».

— Мария, а что это за комната? — Лирен не стал скрывать почти детский интерес, когда перед нами распахнулись створки дверей лифта.

— Это механизм, позволяющий нам спускаться или подниматься без лестниц, — постаралась сразу объяснить назначение. — Называется «лифт».

— Типа заклинания левитации? — он осматривал панель с кнопками и номерами этажей. Вспомнился бессмертный шедевр про Ивана Васильевича и легендарное: «Замуровали, демоны!».

Признаться, я даже ожидала от Лирена подобного восклицания, но парень ограничился внимательным осмотром.

— Кто не знает физику, для того мир наполнен магией, — философски заключила и сразу же объяснила: — Физика — это наука о природе и явлениях, которые происходят с телами и веществами в окружающем мире.

Лирен посмотрел на меня очень внимательно. В фиолетовых глазах было что-то, натолкнувшее на мысль, что он знает о наличии в этом мире магии. И мне это не понравилось.

«Одаренным» мы называли человека с врожденным, но неинициированным магическим потенциалом, который проявляется как непроизвольное влияние на окружающих через эмоциональное заражение, харизматическое давление или фоновое изменение реальности. Они не могут колдовать осознанно, но их присутствие меняет мир сильнее, чем некоторые заклинания. Инициировать таких людей нет смысла, потому что они осознанно могут натворить с помощью врожденных крох магии очень много проблем. Иногда правильнее не трогать, чтобы не сделать хуже.

Так, неужели Лирен что-то ощущает? Сильно ли магия его мира отличается от моей? Напрямую спросить я не могла, значит, нужно пристальнее за парнем наблюдать и при этом не выдать себя.

Легкий толчок остановившегося лифта отвлек от нехороших мыслей. Я показательно широко улыбнулась и первая выскользнула в открывшиеся створки. Надеюсь, что под натиском новых впечатлений Лирен хоть на несколько часов забудет о своих возможных подозрениях, а у меня получится оттянуть время для сообщения о том, что ему придется задержаться здесь на две недели. Поправочка, на тринадцать дней. Странно, что парень пока не закидал меня вопросами о том, нашла ли я что-нибудь о возможности вернуть его в родной мир.

Ошарашенный взгляд консьержа напомнил мне, что надо быть внимательнее не только к себе или попаданцу, но и к его легенде. Начиная с того, что я не представляла, как всем объяснить, откуда он возник, заканчивая необычным ФИО. Если бы Лирен хоть отдаленно был похож на азиата, то можно было бы сказать, что его назвали на китайский манер: «Ли Рен» (или это корейский?). А фамилия вообще напоминает какую-то испанскую, но и на испанца парень непохож. Засада, не продумала.

Вежливо поздоровавшись с консьержем, отметила, что Лирен лишь слегка склонил голову с легкой полуулыбкой на лице. Как же разительно он изменился! Ни одной лишней эмоции. Все настолько выверено в своем спокойствии и достоинстве, что я глазам не поверила. И этот аристократ недавно заправлял светлые льняные штаны в теплые кожаные сапоги в жару + 30? Он никогда бы не совершил подобную оплошность.

К моей радости, консьерж ограничилась только взглядом, но подозреваю, что она позже задаст необходимые вопросы. Ничего, у меня есть время придумать ответы.

Выйдя на крыльцо, я почему-то придирчиво осмотрела пространство вокруг. Все ли хорошо, не будет ли мне стыдно перед гостем из другого мира? Встряхнулась быстро. Мне должно быть все равно, какое впечатление произведет мой мир — Лирен здесь ненадолго. Просто будем прогуливаться, постараюсь отвлечь его от возможных грустных мыслей.

Вышедший следом за мной парень остановился, рассматривая открывшийся двор с детской площадкой, на которой играла активная парочка малышей, цветочными клумбами, подстриженным газоном и ровными пешеходными дорожками. Внезапно, сделав глубокий вдох, как человек, только что вырвавшийся на свободу, Лирен резко и надрывно закашлялся.

Я подскочила к нему, не зная, что делать. То ли не мешать, то ли по спине похлопать, может быть, он подавился. Парень схватился за грудь, отрывисто дыша. Поддев его под локоть, отвела к ближайшей лавочке. Сев рядом, тревожно спросила:

— Что случилось?

Сквозь резкие вдохи и выдохи услышала сказанное шепотом:

— Мне не хватает воздуха.

Я замерла, пытаясь судорожно придумать, что делать и почему вообще подобное могло произойти. В памяти всплыла одна статья, прочитанная вскользь на просторах Интернета. В ней говорилось, что в условиях разреженного воздуха, например, за Полярным кругом, непривычные к малому количеству кислорода люди спасаются, съедая сахар. Мол, это помогает от подобных случаев удушья.

Сладкое! Мне нужно что-то сладкое. Судорожно роясь в сумочке, молилась, чтобы у меня хоть что-нибудь завалялось. Я же не только кофеман, но и сладкоежка. Должна быть хоть какая-то заначка. Кроме леденца со вкусом вишни ничего не нашлось. Протянув конфету тяжело дышащему Лирену, попросила ее рассосать. Должно хватить, пока мы дойдем до ближайшего магазина и я накуплю ему шоколадок.

— Это какая-то странная магия? — спустя несколько минут спросил ошарашенный Лирен.

— Боюсь, что это физиология, — облегченно выдохнула я.

Увидев, что меня не поняли от слова «совсем», пояснила:

— Возможно, твой организм привык к более насыщенному и чистому воздуху. Мы, конечно, гордимся чистотой в наших городах, но загазованности это не отменяет, — задумалась, как бы понятнее объяснить. — Я в одном фильме видела. Существо из… острова, где не было ни машин, ни заводов, ни прочих загрязняющих элементов, попало в большой город. Чистые легкие сразу же стали давать сбои при попадании в них вредных газов. Думаю, тебе такое не грозит, все же там был художественный вымысел, — замолчала на несколько секунд, подбирая слова. — А дальше память подкинула информацию, что такие приступы бывают, если люди находятся в месте с непривычно малым количеством кислорода. Спасает сахар или глюкоза.

— Мне повезло, что у тебя оказалась конфета, — невесело хмыкнул Лирен. — Было бы странным, что Воздушный маг погиб от собственной Стихии.

— Не стоит утрировать, — я положила руку на его запястье и слегка сжала. — Тебе просто было бы некомфортно. Сейчас накупим сладостей и будет радость. Правда, потом калории сгонять придется.

— Физические нагрузки — не самое сложное в моем положении, — усмехнулся парень поднимаясь. — Ну что же, веди меня!

— Путеводная звезда, — хмыкнула мысленно, а вслух сказала: — Пойдем, путник, нас ждут великие открытия!

На мой шутливый тон Лирен широко улыбнулся, галантным жестом предлагая локоть. Нет, ну насколько же он отличается от мужчин моего мира! Хотя не стоит обольщаться и привыкать к хорошему. Во-первых, у него есть возлюбленная, а, во-вторых, через тринадцать дней мы попрощаемся.

* * *

Я ждала детского восторга, нескончаемого потока вопросов, постоянного вертения головой, да даже совершенно не по этикету тыканья пальцем в особенно выделяющиеся вещи. Давно так не ошибалась, но меня это совершенно не разочаровало, а, наоборот, вызвало восхищение.

Лирен двигался спокойно, подстраивая шаг под меня. Он рассматривал многоэтажки, фонтаны, витрины магазинов и бутиков, изредка задавал уточняющие вопросы. Не попаданец из другого мира, а турист, приехавший в отпуск.

Но почему-то непривычно сдержанный и отстраненный турист. Чуть ли не на светском рауте, что ли. Только восхищенный блеск в фиолетовых глазах выдавал его удивление и любопытство. В очередной раз отметила, как быстро он преображается, когда рядом есть незнакомые люди. Вокруг сразу же немного меняется аура, из доброжелательной превращаясь в вежливо-холодную. Захотелось убрать руку с его локтя и идти на расстоянии, допустимом по этикету. Неужели он и со своей девушкой так менялся?

Решив, что не моего ума это дело и нужно смириться с подобными преображениями, все же осталась идти под руку. В нашем обществе никто меня не осудит, а раз Лирен был столь галантен, то не стоит его унижать отказом.

У памятника, изображающего художника, парень остановился и с восторгом осмотрелся по сторонам. Проходящие мимо люди, парочки, мамочки с резвящимися детьми — никто не обратил на нас ни малейшего внимания.

— Сколько жителей в этом городе? — вдруг спросил он.

Я задумалась, вспоминая последние статистические данные, которые попадались мне на глаза.

— Миллиона два или около того, — ответила, пытаясь понять, что могло сподвигнуть парня задать подобный вопрос.

— Неужели это все жилые дома? — с каким-то странным благоговением прошептал он, из-за чего маска спокойного аристократа дала небольшую трещину.

— В большей степени — да, но дальше есть офисные здания, а на первых этажах, как видишь, — коммерческие, — кивнула, с любопытством поглядывая на Лирена. — Нравится?

— Необычно, немного пугающе и подавляюще, но да. Что-то в этом есть, — медленно, тщательно подбирая слова, ответил попаданец.

Встала рядом с ним, рассматривая дома из бетона и стекла, вывески и витрины. Будто заново глядя на привычный квартал, поняла, что для человека, который, судя по всему, прибыл из мира, по времени напоминающего начало XX века, все, к чему я привыкла, является чуть ли не чудом. Как для меня его рассказ о родине и Академии Стихий — странно, чуждо, но интересно и вызывает восхищение.

— В нашем королевстве не найти провинции, где будет хотя бы половина жителей Минска. Это самый большой город мира? — Лирен посмотрел на меня, явно ожидая ответ прямо здесь и сейчас.

— Увы, но нет. Скорее один из средних, если не сказать малонаселенный. Есть города намного больше, — задумалась, вспоминая примерное количество жителей той же Москвы, — раз в десять, если не в двадцать. Мы называем такие города «мегаполисы».

— Большой город, — кивнул парень задумчиво. — Сложно представить что-то похожее.

— Поверь, есть города еще больше. Например, Токио.

— Восточная столица. Понимаю, подобное название обязывает.

Я замерла, ощущая, что в последних репликах меня что-то смутило, но это было скорее на подкорке понимания, чем осознанная мысль. От дальнейших размышлений меня отвлек кашель. Лирен, конечно, попытался это скрыть, явно сдерживаясь, но я уверенным шагом направилась к ближайшему кафе, за руку ведя за собой парня. Не хватало мне еще, чтобы он плохо себя чувствовал. Хотелось бы оставить только приятные воспоминания.

Благо, это оказалась кондитерская. Еще большее благо, что она была с кондиционером, который и холодил приятно, и воздух был чуть, но чище, чем на пыльной улице. Купила Лирену белого шоколада, рассудив, что это самое действенное в нашем случае средство. К тому же я сама очень люблю такое лакомство, тоже угощусь. Дополнительно заказав себе кофе со льдом, а Лирену холодный ягодный чай, мы вышли под жаркие лучи солнца.

Беседуя и попивая вкусные напитки, вышли по бульвару к фонтану. Я остановилась, в полной мере наслаждаясь эмоциями восхищения и удивления, которые проявились на лице парня. Он замер, не в силах оторвать взгляд от огромного бриллианта, хранившего в себе знания многих веков, — Национальной библиотеки. Мне показалось, что Лирен даже забыл, как дышать.

Как же приятно понимать, что я могу нарушить целостность его маски идеального аристократизма. Мне она не очень понравилась. Было слишком неуютно. Да, уверена, что он еще не раз наденет ее даже в моем присутствии, но простой и улыбчивый Лирен нравился мне больше. Хотя было что-то и в отстраненном аристократе. Не стоит об этом слишком долго думать, одернула себя.

— Что это? — выдохнул он одними губами. — Магический кристалл?

— Нет, — рассмеялась я. — Это здание. Просто здание. Национальная библиотека. Она в форме ромбо… — замялась, вспоминая, как правильно называется эта фигура.

— Ромбо… что?

— Сложная фигура, — я махнула рукой. — Мы называем ее просто «бриллиант».

— Бриллиант знаний? — уточнил Лирен, улавливая саму суть. — Здесь можно читать?

— Конечно. Любой может прийти и взять книгу, только нужно зарегистрироваться.

— В нашей библиотеке при Академии всегда дежурили орчанка Иргахи и фей… по имени Фей, — на этой фразе я удивленно-смешливо фыркнула.

Последнее слишком позабавило, хотя и наличие орчанки в библиотеке сильно выбило из общепринятых канонов. Сложно представить подобных существ в обители знаний. Тот же «Властелин колец» или любая компьютерная фэнтези-игра ясно давали понять, что оркам место где угодно, но не в библиотеках.

— И что они там делали? — живо заинтересовалась я.

— Фиксировали ауры на кристалл, выдавали книги и свитки, смотрели за порядком.

Лирен рассказывал все как само собой разумеющееся, и моя фантазия быстро нарисовала орчанку с зеленой кожей, почему-то медными волосами, с клыками, конечно, в платье а-ля девушки с Октоберфеста, но длиннее, несущую огромную стопку книг. А наверху сидел маленький фей с крылышками бабочки «Махаон». Потрясла головой, прогоняя видение. Уф, это не может быть правдой.

— Хочешь подойти ближе? — спросила я. — Там еще есть памятник первому белорусскому книгопечатнику — Франциску Скорине.

— Какой великий человек! — Лирен уверенно направился к пешеходному переходу.

Интересно, у них в мире тоже были подобные? Машин точно не существовало, парень уже успел задать уйму вопросов касательно коробочек на колесах, грохочущих двухколесных лошадей, в описании которых я распознала мотоциклы. В тот момент мы как раз проходили по парковке, расположенной у библиотеки. Так что я на примерах продемонстрировала все. Про велосипеды и самокаты тоже рассказала, когда мимо нас пронесся подросток на средстве индивидуальной мобильности.

— Ваш мир идеален для артефакторов! Столько всего! — в очередной раз произнес Лирен, любуясь статуей мужчины с воздетыми к небу руками, у которого в левой была книга.

— Мы гордимся этим зданием и этим человеком, — улыбнулась я. — Он столько сделал для просвещения людей не только своей родины, но и всего мира.

Лирен замолчал, будто вслушиваясь. Недалеко от нас как раз стояла группа китайских туристов, увлеченно слушавших гида, который рассказывал что-то, указывая на библиотеку. Скорее всего, это были интересные факты про строительство здания или статистические данные про книги и документы, хранящиеся здесь. Сложно сказать. Гид говорил по-китайски, а я в школьные и студенческие годы изучала английский.

Друзья из Поднебесной фотографировали все подряд. Женщины смотрели на Лирена и, смущаясь, перешептывались. Видимо, оценили его внешность. Прекрасно их понимаю.

— Мария, — парень с жадным огнем в глазах посмотрел на меня, — нам нужно прийти сюда позже. Этот человек с усилителем голоса сказал, что каждый вечер фасад отображает световые картины.

— Да, это благодаря LED-панелям, — на автомате прокомментировала я, но спохватилась. — Стоп! Что?

— Фасад библиотеки отображает световые картины, — Лирена смутил мой напор, а гид негодующе покачал головой, ведь окрик прервал его экскурсию. — Так сказал этот мужчина, — тихо добавил парень.

Я, натянув на себя вежливую улыбку, поклонилась гиду и китайцам:

— I am so sorry. Please continue.*

Внимательно наблюдая за Лиреном, отметила, что он был удивлен. Непонятно только, чем: моим возгласом или фразой.

Когда группа под предводительством гида двинулась дальше, я повернулась к парню. У меня было слишком много вопросов, возможно, даже больше, чем у попаданца ко мне.

— Have you been told that you are a very handsome man?** — спросила у него по-английски, проверяя свою сумасшедшую теорию.

— Спасибо, конечно, за комплимент, но в мужчине красота не главное, — Лирен даже смутился, но быстро и уверенно взял себя в руки.

— А ты полон сюрпризов, — подытожила. — Так легко понимать разные языки... удивительно, — прошептала, ошеломленная открытием.

Даже самый гениальный полиглот не сможет за полтора дня выучить китайский и английский. Вот что меня гложило — слова «мегаполис» и «Токио» он спокойно перевел, даже не обратив на это внимания. Значит, у кого-то встроен переводчик или это какие-то базовые настройки при переносе в другой мир?

______

* — Мне очень жаль. Пожалуйста, продолжайте.

** — Тебе говорили, что ты очень красивый мужчина?

Лирен

Как мне обращаться к девушке, к которой волею Стихии я попал? Мария — это ее имя, но для меня — нечто другое. Это кристаллизация нежности, чувств, любви и доверия. Высшее проявление заботы. Я это слово специально выбрал для Дии, и всегда ее так называл. А здесь прямо насмешка судьбы.

«— Буду обращаться «леди», пока не найду варианта получше, или она мне сама не подскажет», — решил я и, прикрыв глаза, облокотился на спинку скамейки.

Кашель, раздирающий легкие, отступал, появившаяся слабость тоже пошла на спад, и настроение медленно поползло вверх. Любопытство, загнанное куда-то на подкорку, подняло голову и буквально умоляло осмотреть все вокруг.

Покатав на языке конфетку с вишневым вкусом, я открыл глаза и, подмигнув девушке, улыбнулся. Мы сидели на лавочке возле огромного здания, по ошибке богов являющегося обычным жилым домом. Моя спасительница, одетая в легкое коричневое платье, с беспокойством в глазах смотрела на меня, словно гадала: «что же происходит?». А ведь еще утром, ничего не предвещало беды.

Мы мило беседовали за завтраком, затем был весьма неприятный момент касательно игры. Леди, пытаясь сдержать смех, пояснила, что я залез в правила обычного вечернего развлечения, и целый день пытался в них разобраться. Радовало, что она не потешалась уж совсем в открытую, проявив такт и благородство. Все же образование и манеры такая вещь — их не спрячешь за кажущейся простотой.

«Танки», «ДД» и «хилы» и многое другое.

Что за странные термины, и как вообще можно все разнообразие магии сократить до такой нелепицы? Против самой игры я не возражал. Хотят люди заниматься подобным — пожалуйста. Тем более это очень похоже на командно-штабные игры, проводимые в армии или на совете.

Немного успокоенный словами девушки, мы собрались на прогулку. Для решения проблемы с обувью мне выдали нечто, напоминающее мужские бальные туфли, к слову, отлично подошедшие к моему образу. В любом из миров мне бы не хотелось выглядеть шутом на потеху другим. После чего мы постояли в удивительной комнате — «лифте». Свет и металл отдавали холодом, было неуютно, но терпимо, а кнопки на панели, насколько я понял, помогали давать команды механизму передвижения. Все же местные люди создают просто удивительные вещи.

У дверей нас встретила женщина, которая напомнила смотрящих в общежитии или дворецкого в моем родном замке. Скорее по привычке, чем по осознанному желанию, я спокойно на нее посмотрел, пытаясь четко донести иерархию взаимоотношений. Поймав удивленный взгляд своей спутницы и расслышав ее вежливое приветствие, сказанное дружелюбным голосом, подумал, что, возможно, аристократия в этом мире ведет себя иначе.

А затем мы выбрались на улицу… Стоило мне сделать несколько шагов, как скрутил жуткий кашель. Причем в квартире хоть и были неприятные ощущения, но я списывал все на перенос и свои эксперименты с магией.

Увидев в испуганном взгляде серых глаз искреннее участие и заботу, я в порыве галантности предложил леди руку. И ей бы отказаться, как любой незамужней девушке, но она даже не смутилась, наградив меня приятной и уверенной улыбкой. Все в этом мире непонятно и странно.

Мягкая, теплая рука легла мне на локоть. Я ощутил неловкость, но предпочел скрыть ее за вежливой маской аристократизма. Прикосновения подобного рода были в моем мире допустимы между близкими людьми. Хотя, конечно, эти правила соблюдались безукоризненно лишь в высшем свете. В академии все было проще. К примеру, Дия и Наир или Лэйс. Они спокойно могли так ходить по студенческому городку, и никто бы на них не посмотрел косо, кроме поклонниц, влюбленных в «демонического принца Академии» или в его близкого друга. Моя Малдия, моя смелая птичка, как же я по тебе тоскую. Моя мария…

Эта игра слов сводила меня с ума, а еще внешность, такая похожая и одновременно другая. Но взяв себя в руки, я пошел по широкой улице, ведя леди и внимательно осматриваясь.

Город Минск. В первые мгновения, особенно из окна квартиры, он мне показался невероятно огромным. И, стоя возле памятника неведомому художнику, я любовался потрясающей архитектурой. Словам девушки о том, что есть города на много больше, не очень-то поверил. Трудно осознать весь масштаб.

Леди, расслышав мой едва сдерживаемый, но уже не такой сильный кашель, решительным шагом направилась в небольшой магазин, оказавшийся кофейней. Подобные места во всех одинаковы — запах трав, выпечки и сладостей.

«— Не хватало еще магу-воздушнику погибнуть от собственной Стихии. Нужно срочно, лучше прямо сегодня, решать эту проблему», — покачал я головой, сделав в мыслях очередную зарубку.

— Спасибо, милая леди, — широко улыбнулся и, перехватив небольшой пакет, вновь подставил локоть.

В ответ мне была протянута большая белая шоколадка. Уже через пару мгновений, вооружившись плиткой сладкого лакомства и напитками, двинулись дальше. По улице между высокими домами мы шли и беседовали.

Есть что-то магическое в прогулке по такому чудесному городу рядом с красивой девушкой, просто завораживающе рассказывающей различные интересные факты. Я гулял с Малдией по столице, но это было по-другому. Весело и легко, что было само собой разумеющимся, ведь рядом шла моя возлюбленная. Однако в эту прогулку и с этой девушкой я испытал нечто иное: точно воодушевление, но и чувство, похожее на уют. Даже тоска по дому и Дии чуть отошла на второй план. Нет, не исчезла, а всего лишь отступила, давая время на осознание ситуации.

Пройдя под большой аркой, я замер возле фонтана, но меня впечатлил не он, а великолепное здание, возведенное в форме силового артефакта.

— Что это? — ошеломленно выдохнул я, задерживая дыхание от восхищения. — Магический кристалл?

Неприятные ощущения от вдыхания грязного воздуха остались далеко позади, и ничего не мешало мне любоваться поразительно большим городом, множеством людей, и, нет смысла врать самому себе хотя бы в такое время, прекрасной девушкой, которая составляла компанию.

Перейдя дорогу, покрытую «асфальтом», я украдкой рассматривал «автомобили», «мотоциклы», «велосипеды» и «самокаты». Люди этого мира хитрым способом заменили весь гужевой транспорт (вероятно, во всей моей стране нет столько лошадей), чтобы посадить на них все население одного этого «мегаполиса»? Жаль, что им недоступны техники телепортации.

Магии, по словам леди, в этом мире нет, но я же что-то ощущаю. А инстинктам доверять — это первое, чему учишься на Боевом направлении. И ее настороженный взгляд в лифте. Очередная зарубка на память, мне нужно самому прояснить этот вопрос, а не всецело доверять девушке.

Полюбовавшись Национальной библиотекой, я чуть прошелся вдоль величественного здания и, замерев в особо красивом месте, просто стоял, подставив лицо свежему ветру. Жар местного Светила никого не жалел, и редкие порывы родной Стихии меня очень радовали. Я смотрел на огромное здание из камня, который леди назвала «бетон», металла и стекла, и поражался человеческой выдумке и символизму.

Взгляд девушки лучился довольством и некоторым весельем. Вероятно, ей нравилась моя реакция на город. Все же не каждый день гуляешь с иномирцем.

Даже представить сложно мою реакцию на подобное событие в родном мире, а уж как Наир с Лэйсом бы веселились. Это же новый человек, готовый поверить в любую шутку. Сколько веселых розыгрышей можно было бы провернуть. Я аж зажмурился, стараясь скрыть нервный смешок, и усилием воли подавил коварную улыбку.

Когда мы стояли у главного входа, леди рассказывала про знаменитого человека, который стал печатать книги. Вспомнилась история родного мира. У нас тоже много столетий назад один из древних мастеров создал артефакт, чтобы можно было распространять книги в большом количестве.

Мы уже собрались уходить, как на нашем пути попалась группа путешественников. Они весело обсуждали, что в вечернее время здесь будет какое-то представление. Воодушевившись, предложил леди прийти сюда позже и, заручившись согласием, я, довольный, уже было двинулся дальше, как меня буквально остановил ее возглас. Она смотрела на меня удивленно и с подозрением. Невысокие люди, чем-то напоминающие Наира, но ростом значительно ниже моего друга, зашептались, косо глядя на нас. Девушка быстро извинилась и, церемониально слегка склонившись, улыбнулась. Путешественники двинулись дальше под руководством мужчины с артефактом-громкоговорителем, а мы остались.

Взгляд серых глаз был пронзительно внимателен. Появилось неприятное ощущение, будто она читает ауру или пытается заглянуть в душу.

— Тебе говорили, что ты очень красивый мужчина? — внезапно спросила леди.

Тон и манера речи при этом у нее неуловимо изменились, да и сам язык, на который она перешла, отличался.

— Спасибо, конечно, за комплимент, — произнес я, когда мы чуть отдалились от шумных людей. — Но в мужчине красота не главное, — отшутился я, немного смущенный такими словами.

— А ты полон сюрпризов, — прошептала девушка, не сводя с меня взгляда.

«— Сюрпризы? Какие сюрпризы?» — мелькнула в голове быстрая, практически мгновенная мысль.

Так вот, почему мне показалось, что произношение и манера речи леди изменились. Она говорила на другом языке. Видимо, надписи, которые я видел на компьютере или некоторых вывесках, поэтому и показались мне различными, хотя и не было проблем в их чтении.

— Милая леди, ну какие сюрпризы? — я вновь предложил локоть, за который она аккуратно взялась. Удивительно, насколько быстро я привык к ее прикосновениям. Не замечал раньше за собой подобного. — По моему скромному мнению: сюрпризы, даже приятные, — это события, которые выбивают из колеи. Заставляют нервничать, переживать, опасаться и совершать разные необдуманные поступки. Но важнее тот, кто этот самый сюрприз преподнес, — я задумался, подбирая слова. — Хотя в любом случае этот человек обманывает, хитрит и увиливает от прямых вопросов, что рождает недоверие.

Увидев ее удивленные глаза, я продолжил разглагольствовать, стараясь увести тему разговора в другую плоскость. Для начала нужно самому разобраться, откуда у меня такие умения.

— И это понятно, если сюрпризы доставляют враги или противники. Ты чего-то подобного всегда ожидаешь и внутренне готов. А близкие? Вот, предположим, есть влюбленная пара. Он, пылкий и горячий юноша, скажем, из мещан, хочет сделать сюрприз своей даме сердца — путешествие к его любимому дядюшке в провинцию на берегу моря. Задумка просто великолепная и включает в себя короткое трехдневное путешествие в карете с постоем на постоялых дворах. По пути их ждут сказочные виды, скажем, на Хрустальную реку, заснеженные водопады, Гарские скалы, подпирающие собой небо, и красивейшие Аэнорские заливные луга. Кстати, только там растут нежные сиреневые лилии.

Чтобы сделать паузу, я отпил прохладного ягодного чая, купленного леди в кофейне возле дома. По лицу моей спасительницы было непонятно отношение к моему рассказу, но дополнительных вопросов или иной реакции не последовало, так что я продолжил:

— Чтобы провернуть этот гениальный план, нужна подготовка: аренда кареты, лошади, охрана, запас продуктов, документы — все это требует времени. А что скажет девушка, у которой постоянно убегает возлюбленный?

Палец патетично взметнулся.

— Что?

Она, наконец, включилась в игру и задала нужный вопрос:

— Девушка заподозрит неверность? — ответить леди мне не позволила, продолжив размышления вслух: — Конечно, расстроится, посоветуется с подружками. Возможно, сходит к гадалке. И нашего пылкого юношу в очередное его возвращение домой ждут не жаркие объятия, а скандал. Хорошо, если не наденут кастрюлю с кашей на голову или сковородкой ребра не пересчитают!

Моя спасительница фыркнула от смеха, и я немного расслабился. Она, вероятно, представила нарисованную мной картину, и, может, даже посочувствовала придуманным героям.

Мы замерли на перекрестке и ждали разрешающего сигнала «светофора». Так леди назвала горящий красным, а затем желтым и, наконец, зеленым светом черный ящик на столбе. Я даже не обращал внимания на широкий проспект и множество машин, пролетающих мимо нас. Меня больше занимала живая мимика красивого лица девушки. Дия тоже эмоциональная, но она выражала чувства более сдержанно, а леди не боялась показывать свое отношение к моим словам.

А вид вокруг… Сказка. Здание «Благословенных торговых рядов», куда мы, собственно, и направлялись, напоминало два эдаких бочонка или бидончика для молока, но стоило подойти чуть сбоку, оно плавностью изгибов стало похожим на быстроходный парусник.

«Странная ассоциация,» — хмыкнул я про себя, и мои мысли вновь переключились на стоящую рядом леди.

Она девушка умная, наблюдательная. Это было понятно еще в первые мгновения, а после прожитого рядом с ней времени у меня пропали любые сомнения. И моя целиком выдуманная история была всего лишь попыткой потянуть время и хотя бы для себя ответить на все вопросы.

«Языки. Как я их понимаю и перевожу? На каком из них думаю? Диалекты…».

Считать, что это не заинтересует мою спасительницу, мог бы только наивный глупец. И главная опасность в том, что у меня нет ответа на них. Как вишенка на торте, девушка могла заподозрить меня в неискренности или даже опасности для себя и мира в целом. Остается намекнуть ей на откровенный разговор.

— Но вернемся к нашей истории, — продолжил я, когда мы преодолели перекресток и пошли вдоль красного здания к виднеющемуся неподалеку входу. — Если бы сей пылкий юноша сразу рассказал бы о своей задумке или применил хитрость, не упоминая конечный маршрут, но уведомил о поездке, то всей истории бы и не было. Я предпочитаю не ходить вокруг да около, не создавать пустых тайн и недомолвок. Всегда высказываю мнение прямо и открыто. Если, конечно, меня спросили и оно требуется.

Последние слова моей затянувшейся речи совпали с легким скрипом больших стеклянных дверей, ведущих внутрь здания. Посторонившись, я пропустил стайку молоденьких девушек или, вернее, девочек, по возрасту не сильно старше моих сестер, а, может, даже младше. Невольно глядя им вслед, я поймал себя на мысли, что моя спасительница, в первое мгновение шокировавшая меня своим внешним видом, оказывается, придерживается довольно строгих и сдержанных нарядов. На секунду представил вытянутые лица моих друзей, окажись они рядом. Да и преподаватели сестер были бы в шоке, оденься девочки во что-то подобное.

— Прошу, — леди с какой-то хитринкой указала на стеклянные двустворчатые двери, которые вновь разъехались в стороны при нашем приближении.

Улыбнувшись, под руку с красивой девушкой я прошел внутрь, попадая… в очередную сказку?

Первое, что бросилось в глаза, — это невероятный простор, залитый светом, льющимся откуда-то сверху, из-под огромного стеклянного купола. А второе — это жизнь и свежесть. Такого размаха я не видел даже в Королевском Бальном зале.

Внутри в огромных кадках стояли настоящие деревья. Не чахлые цветочки, а вполне себе увесистые фикусы и пальмы раскинули свои резные листья, словно пытаясь обнять проходящих мимо людей. Воздух был совсем другим, нежели на шумной улице — прохладным, чистым, с лёгким, едва уловимым ароматом чего-то цветущего. Словно мы не в каменный мешок зашли, а в оазис посреди пустыни.

Леди, оценив мой взгляд, довольно улыбнулась:

— Здесь множество магазинов, кафе, выставок и других развлечений. Но давай пока просто пройдемся.

— Может быть, сначала заглянем в какое-нибудь кафе, — попросил я, ощущая, как жара с улицы проникает в здание и нагревает воздух прямо у входа. — Я не привык к подобной погоде, и хотелось бы перевести дух.

Недалеко, в тенистом и достаточно безлюдном закутке расположилось небольшое, но уютное кафе. Оно практически не было огорожено стенами, а столики стояли в проходе. По мне, подобное более уместно в летних кафе на улице, чем в здании, но я решил не забивать себе голову. Нам требовалась только вода и мороженое.

Стоило купить очередную порцию нежного сливочного лакомства и занять один из столиков, как в кафе вошла довольно странная группа людей. Все были громкими, крикливыми, к тому же одетыми в откровенное тряпье. Некоторые парни явно в косметике, а девицы, практически голые. Они своим поведением напоминали крикливых и наглых чаек, нежели обычных юношей и девушек.

Молодежь оккупировала часть столиков и принялась что-то громко обсуждать. Их лексикон, я даже не мог разобрать, так как в речи присутствовало множество терминов и аббревиатур, общий смысл которых от меня ускользал. Они будто одним своим нахождением здесь создавали проблемы окружающим.

— И как это отребье пускают сюда? — поинтересовался я у девушки и пододвинул к себе металлическую банку с напитком. — Они словно маргиналы, — задумался и выдвинул предположение: — Или дети местных аристократов пытаются найти неприятности, задевая людей в подобных местах?

— О чем ты, какие аристократы? — негодующе хмыкнула девушка. — Это обычные подростки. Они могут находиться в магазине сколько угодно времени, — пожала она плечами. — Скорее всего, они так самоутверждаются, ну и пытаются произвести впечатление на противоположный пол.

— Пока не мешают другим, — дополнил я и по примеру спутницы потянул за металлическое кольцо.

Девушка хотела для меня открыть банку, но я быстро сообразил, что необходимо делать, поэтому отказался. Крышка не поддалась. Дёрнул сильнее — и с резким шипением содержимое рвануло наружу, окатив мою руку и, к моей досаде, заодно и стоящего слишком близко парня в яркой, безвкусной рубашке, который как раз проходил мимо нашего столика.

— Ты чё, мужик, охренел?! — взвизгнул тот, отпрыгивая и отряхиваясь. — Весь прикид засрал! Кто ты такой?

Я собирался ответить, но теплая рука легла на мое запястье. Леди слегка покачала головой, намекая, что она сама ответит. Хотелось возмутиться, но я помолчал. Возможно, у леди получится лучше разобраться.

— Молодой человек…

— Закройся, овечка! — воскликнул парень, отвратительно кривляясь.

Увидев ошеломление в серых глазах, я мягко, но настойчиво убрал ее руку, слегка сжимая тонкие пальцы. Ладно, хамское обращение ко мне можно пережить, тем более я виноват, но к девушке! Интересно, дуэли здесь проводят?

— Милая леди, прошу прощения, но я вынужден ненадолго тебя оставить. — тепло улыбнулся.

И, оставив ее за столиком, медленно поднялся, без страха и суеты, посмотрел прямо в глаза этому… существу. Весь мой вид излучал холодное, немного усталое спокойствие.

— Вы ко мне обращались?

Голос негромкий, но его было слышно даже сквозь галдеж компании. Я положил руку на плечо парня, он попытался скинуть ее, но я чуть сжал пальцы, надавливая, и повел в сторону, подальше от девушки. И посмотрел на него, как смотрел бы на нашкодившего щенка — с лёгким недоумением, что он вообще осмелился гавкнуть.

— Ты облил меня! — парень раздувал щеки, быстро семеня ногами, явно ожидая, что я начну лепетать извинения, а тут вдруг его куда-то вели.

— Это была случайность, — негромко произнес. — И я готов загладить свою неловкость. Но, прошу заметить, не я прижимался к вашему локтю. Вы сами оказались слишком близко.

Кто-то из его компании хохотнул. Парень покраснел.

— Да ты, слышь… — начал он, выпячивая тощую грудь.

Я чуть приподнял бровь. Ничего больше. Без угрозы. Без вызова. Просто… лёгкое удивление. Как будто передо мной не взрослый мужчина, а избалованный капризный ребенок.

— Молодой человек, — перебил я, и в голосе прорезался металл, который слышал от отца, когда тот отчитывал особо наглых вассалов. — Если вы хотите выяснять отношения, подберите для этого более подходящее место и более соответствующий повод. Устраивать скандал из-за пятна на дешевой ткани, которая, судя по всему, стоит меньше, чем моя салфетка, — недостойно даже человека вашего… воспитания.

Он открыл рот. Закрыл. Компания за его спиной вдруг притихла. Кто-то потянул его за рукав.

— Да пошли… вы… — буркнул он, но как-то неуверенно, и они отступили.

Я не провожал их взглядом. Просто взял салфетку с ближайшего пустого столика, неторопливо вытер руку и вернулся к милой леди.

Вернувшись к леди, опустился на стул.

— Не стоило, — спокойно и безэмоционально сказала девушка.

Я так и замер с банкой напитка, которая стала камнем преткновения недавнего инцидента, в руках. Она смотрела на меня в упор. Взгляд серых глаз был странно-холодным, ни следа удивления или испуга. Только поистине королевское ровное спокойствие, от которого мне стало… неуютно.

«Может, я поступил слишком мягко или, наоборот, резко? — пролетела осторожная мысль. — Или стоило сразу вызвать на дуэль?»

Немного растерявшись, посмотрел в глаза леди, ожидая увидеть если не привычное восхищение, то чуточку благодарности. В моём представлении она должна была оценить естественный порыв защитить ее достоинство. Пока это единственный способ выразить свою благодарность за приют и заботу.

— Что? — переспросил я, не до конца понимая её реакцию и холодность.

— Не стоило, — повторила она, и в голосе прорезалась ледяная сталь. — Я просила тебя не вмешиваться.

— Милая леди, но он…

— Он — никто, — перебила она. — Громкий, наглый, невоспитанный подросток. Таких здесь много. Они не трогали меня. И до этой глупой случайности не трогали тебя.

Я хотел возразить, но она не позволила:

— Ты сейчас красиво отбрил. Аристократично. С достоинством, — в её голосе неожиданно мелькнула горькая усмешка. — А что было бы, если бы они не струсили? Если бы полезли в драку и тебя забрали в милицию?

— Я…

— Ты в чужом мире, Лирен, — она произнесла моё имя так, будто ставила точку, — четко, без права на возражения. — Ты не знаешь наших законов. Не знаешь, кто эти люди и на что они способны, а я знаю. И предпочла бы просто извиниться, встать и увести тебя в сторону. Без скандала. Без риска.

Повисла тишина. Я смотрел на неё, пытаясь понять, что чувствую. Гнев? Нет. Обиду? Тоже нет. Скорее… растерянность. В моём мире ни одна девушка не сказала бы мне такого после того, как я защитил ее честь.

— Ты правда считаешь, что я был не прав? — спросил я тихо.

— Я считаю, что ты мог спросить, — ответила она твердо. — Хотя бы ради приличия. Я не стеклянная, Лирен. И не беспомощная. Сама могу решать, ввязываться в конфликт или нет.

Она замолчала, и я вдруг заметил, как её пальцы сжимают край стола. Белые, напряженные. Она не просто злилась. Или злилась, но не только. Было что-то ещё, чему я пока не находил названия.

— Я не учел этого, — сказал осторожно. — В моем мире не встречал подобных людей.

— Ты привык решать всё сам, — выдохнула она, и напряжение в её плечах чуть спало. — Защищать, опекать, ставить на место. Я это понимаю. Но здесь, в этом мире, ты не один. И я не… — она запнулась, подбирая слово. — Не твоя подопечная.

Я медленно кивнул. Не потому, что согласился. Потому что понял — спорить бесполезно. Леди настолько уверена в своей правоте, что не примет другого мнения.

— Хорошо, — сказал я. — В следующий раз спрошу твоего разрешения.

— Надеюсь, что второго подобного случая не будет, — таким голосом говорят судьи, когда оглашают приговор.

Картина у меня в голове просто не складывалась. Мир, где тебе ставят в вину защиту чести и достоинства, поистине пугал. Неужели здесь могут оскорбить любого, и он ничего не сможет ответить? А если и ответит, то вмешается государство?

«Зачем забивать себе этими вопросами голову, если я скоро вернусь домой?» — подумалось мне.

— Ничего не могу обещать, — я пожал плечами из того же упрямства.

Она предупреждающе посмотрела на меня долгим, испытующим взглядом. Потом покачала головой, и внезапно на ее губах мелькнула тень улыбки.

— Ты невыносим, знаешь?

Я помедлил, эта перемена слегка выбила меня из колеи. Если поведение Малдии было предсказуемым, не учитывая влияния некоторых людей, то эта девушка все больше становится непонятной и нелогичной. Только что отчитывала как младшекурсника, а затем мило улыбалась.

— Мне уже говорили, — ответил я, чувствуя, как напряжение уходит. — Предпочитаю называть это последовательностью.

Леди слегка хмыкнула, но ничего не сказала. Только взяла свою чашку и сделала глоток.

— Ладно, — произнесла уже спокойнее. — Давай просто погуляем дальше. Но запомни: в следующий раз я сама решаю, нужна мне защита или нет. Договорились?

— Договорились.

Она удовлетворённо кивнула и, поднявшись, протянула мне руку.

Я взял её ладонь — теплую, живую — и улыбнулся, пожимая, чтобы закрепить договоренность.

Не успел конфликт закончиться, как в нашу сторону направился молодой эльф, только что вышедший откуда-то из глубины кафе. Он был высок, немного худощав, с острыми скулами и пронзительными зелёными глазами, которые, казалось, светились изнутри. Длинные пепельные волосы были аккуратно собраны в низкий хвост. Вокруг него кружилась легкая, едва заметная зеленоватая дымка непонятной магии. Замерев, он уважительно склонил голову и своим певучим, чуть картавым голосом произнес:

— Благодарю вас, уважаемые гости. Я Луи, управляющий этим чудесным кафе. Подростки уже целый месяц терроризируют весь торговый центр. Шумят, устраивают скандалы, иногда даже дерутся. Местная власть, к сожалению, не может ничего сделать — они маленькие. Но возраст не мешает им вести себя неподобающе.

Я улыбнулся и, поднявшись, уважительно склонил голову.

— Здравствуйте, приятно познакомиться. Меня зовут Лирен Истал де Корелто, моя прекрасная спутница — Мария Владимировна Добровольская. Вы правы, некоторые представители нашего народа так и не научились вести себя в обществе. Примите мои извинения за всех нас, — вновь слегка поклонился и заметил расширенные от удивления глаза моей спутницы.

— Не переживайте, — улыбнулся мужчина, — вы здесь точно ни при чём. От всего нашего коллектива примите искреннюю благодарность.

Управляющий церемониально поклонился и с абсолютно прямой спиной удалился, оставив нас наедине.

— Хороший человек, — вежливо улыбнулась леди, отпивая напиток из стаканчика с трубочкой.

— Я не уверен, но, мне кажется, он не человек. Слишком странное и необычное ощущение магии.

Девушка наклонилась ко мне и прошептала:

— Что ты имеешь в виду? Не человек? А кто? Пришелец?

В её глазах горел огонек любопытства и неподдельного изумления.

— Пришелец? — я даже опешил от её слов.

Эльфы… этот Луи очень походил на типичного представителя лесного народа. По крайней мере, следы лёгкой магии четко на это указывали. Но реакция моей спасительницы… Она же знает об этом народе и множестве других. Проштудированные мной правила настольной игры четко давали понять, что в этом мире эльфы — не просто сказка.

— Я не уверен в своих догадках, но он очень похож на эльфа, — пожал я плечами. — Предлагаю оставить этот разговор на какое-то время. Мне нужно проверить пару догадок.

— Может, я смогу чем-то помочь? Подсказать или объяснить?

— У меня пока совсем нет идей и догадок, нужно хорошо подумать. Прости, но мне пока просто нечем делиться.

— Хорошо, — неожиданно быстро согласилась девушка и, расправившись со своей порцией лакомств, решительно поднялась. — Дашь знать, когда мысли сформируются, а теперь пойдём домой. Думаю, на сегодня приключений достаточно?

— Ты права.

Удивительно, но время, проведённое в торговом центре, пролетело столь же стремительно, как летние каникулы в Академии. Само место произвело на меня неизгладимое впечатление. Чувствовалось, что люди здесь не только совершают покупки, но и проводят значительную часть своего времени. А власти города стараются сделать этот досуг еще более комфортным и приятным. Чего стоят только украшения при главном входе — моя спасительница рассказала, как здесь красиво в период крупных праздников.

Из здания мы выбрались через другой вход и сразу оказались практически возле дома леди. Полуденная жара уже почти сошла на нет, и сейчас ощущалась лёгкая прохлада.

Едва преодолев дорогу, я замер в тени очередного жилого гиганта и, прикрыв глаза, наслаждался прекрасной погодой. Легкий ветер слегка трепал волосы. Магия, что целый день ускользала от меня, была ощутима скорее интуитивно, легким флером окружила, даря капельку спокойствия и умиротворения. Стоящая рядом девушка внимательно наблюдала за мной, будто и сама видела потоки.

— Всё хорошо? — наконец, спросила она, с участием посмотрев на меня.

— Спасибо за прекрасно проведённый день. Я очень многое узнал.

Она кивнула, и мы двинулись дальше — к подъезду, к лифту, к знакомой двери. Впереди был вечер.