Мария

— Я сошла с ума, какая досада, — прошептала сама себе, стоило войти в спальню.

О рациональном мышлении не могло быть и речи. Мысли роились в голове, несмотря на выпитую валерьянку, грозя мне бессонницей. Я взглянула на постельное белье, которое было все в пятнах грязи и крови. Можно, конечно, замочить в пятновыводителе, благо такой у меня есть, но вопрос поможет ли. Стараясь быстро заниматься срочными бытовыми делами, думала над произошедшим, рассказом этого «попаданца» и, что со всем делать.

Этот Лирен при первом рассмотрении показался вполне адекватным человеком, при втором — тоже. Его даже не смутил розовый халат, что дает большой плюсик выдержке. Да и все поведение выдавало человека спокойного и рассудительного. Это весьма радует, значит, с эмоциональной точки зрения проблем должно быть меньше.

Судя по любопытству, тщательно прикрытому этикетом и аристократическими замашками, Лирен человек неглупый и любознательный. Это и хорошо, плохо. Хорошо, потому что он будет быстро обучаться «правилам» этого мира; плохо, потому что может сунуться, куда не стоило бы.

При воспоминании о «миледи» меня передернуло. А еще, судя по всему, он упрямый, но осторожный. Ведь очевидно, что не всю правду рассказал. Конечно, Лирен старался говорить правдиво и уверенно, но были некоторые паузы, аккуратные интонации и взгляд фиолетовых глаз, который был полон боли, когда речь зашла про его «Малдию».

Хмыкнула, заканчивая перестилать постельное белье.

— То, что больше всего жаждет твое сердце, — передразнила Глеба Ивановича. — Я что жажду красавчика, чье сердце занято другой?

Особенно глупо выглядит тот факт, что меня перепутали с этой девушкой. Конечно, самолюбию моему это не повредило, но заставило задуматься, как можно так перепутать? Он же ее вроде как любит настолько, что пожертвовал своей жизнью.

Переодевшись ко сну в свой любимый атласный комплект, покачала головой, понимая, что как-то много фиолетового в моей жизни стало, и посмотрела на кучу грязного постельного белья. Ладно, пробегусь быстренько до ванной, замочу его на ночь. Жалко все же выкидывать — практически новое.

Выглянула в коридор, оценивая ситуацию. Тихо, света нет, может быть, Лирен устал настолько, что уже вырубился? Его понять можно, огромное количество событий и серьезных изменений в его жизни. Это я под действием валерьянки пытаюсь отвлечься и сделать бытовые дела, а каково ему? Бой, судя по первому виду, был весьма суровый, затем — магический перенос (сделала пометку на память, что надо завтра же съездить к Глебу Ивановичу и все-все выяснить на эту тему), а потом явно тяжелый рассказ о себе постороннему человеку.

Чтобы не сильно шуметь, закрыла плотнее дверь, сложила все постельное прямо в ванну, обильно посыпала пятновыводителем и запустила набираться воду, предварительно переключив режим на дождик и разместив его в куче ткани. Тут же я заметила аккуратно сложенную одежду Лирена — рубашка и брюки. Все из добротной ткани, явно недешевое. По вороту и рукавам шла тонкая вышивка белыми нитками. К сожалению, рубашка не подлежала восстановлению — слишком много пятен и разрезов, судя по ровным краям, оставленных холодным очень острым оружием. Но на Лирене после душа — ни следа. По крайней мере, на тех местах, которые не были скрыты халатом.

— Ох, кто же ты на самом деле такой? — шепотом спросила я.

После такого все сложнее верилось в «легенду» Лирена. Ладно, нечего зря разводить панику, нужно присмотреться к нему и тогда делать дальнейшие выводы.

Мне повезло, что брюки пострадали намного меньше рубашки. Несколько прожженных дыр, весьма меня озадачивших, и все. В принципе, можно поставить аккуратные заплатки, и Лирен перестанет смущать своими голыми коленками. Пусть лучше обнажённым будет торс. Что я, в конце концов, мужчин не видела?

Тихонько приоткрыв дверь, чтобы ни один скрип не потревожил отдых моего гостя, заметила, как он осторожно проскользнул в кухню. Любопытно.

Бесшумно проследовав за ним, застыла в дверях, наблюдая, как мужчина что-то ищет. Внезапно он повернулся ко мне, сверкнув фиолетовыми глазами. Красиво, опасно, с грацией хищника. Я оценила, на миг залюбовавшись им, как вдруг осознала, что Лирен пристально рассматривал меня, а на мне майка на бретельках и очень короткие домашние шортики.

Жаркая летняя ночь, таинственный свет луны и огней улицы, пьянящий аромат цветов от аромадиффузора, красавец из другого мира… и я. И броситься бы в омут этой восхитительной магии, но привычка отстраняться от подобных романтических моментов, чтобы зря не обманываться, была сильнее. Сколько в моей жизни было псевдоромантики, которую я неправильно понимала. Тем более, его сердце уже занято, так что стоит взять губозакаточную машинку и игнорировать всю эту атмосферу.

Колдовской взгляд медленно поднимался по моим ногам, будто соблазняя. Нацепив на себя маску спокойствия и безучастности, вежливо поинтересовалась, нарушая затянувшееся молчание:

— Лирен? — я даже вполне удачно изобразила удивление. — Что-то случилось?

Кажется, он смутился, но сказать было сложно, ведь Лирен стоял против света.

— Прошу прощения, Мария, — его голос прозвучал ниже, чем я недавно слышала, и хриплее. — Мне бы воды, если позволишь.

Хмыкнув своим мыслям и тревогам, пошла к ящику, где хранилась вся посуда, по дороге включив мягкий нижний свет светодиодной ленты. Он всего лишь хочет пить, а я себе уже какую-то «магию» придумала. Самой же и смешно. Меньше надо читать любовного фэнтези, лучше на приключенческое переключусь. «Властелин колец» что ли перечитать.

Когда мы разошлись, я, пожелав ему доброй ночи, забрала брюки и направилась в спальню, чтобы попробовать привести их в приличный вид. Ибо розовый халат на красивом мужчине с явно хорошей, подкачанной фигурой — перебор даже для меня. Всего-то на час работы. Правда, я вновь не высплюсь, но когда-то же мне должно повезти! Пытаясь обмануть саму себя, что меня в каком-нибудь будущем ждет отдых, принесла швейные принадлежности из гардеробной, включила на планшете сериальчик и принялась за работу. Но я больше прислушивалась к происходящему в квартире и следила за ровностью швов, чем за сюжетом. Мне почему-то хотелось, чтобы Лирен высоко оценил мою работу. Не желая углубляться в эти свои мысли, принялась повторять как мантру:

— Я подумаю об этом завтра…

* * *

Чуда ожидаемо не случилось. Первый день выходных, плавно перетекающих в долгожданный отпуск, начался с сообщения в мессенджере. Никита решил уточнить мое самочувствие. Сдерживая раздражение от полубессонной ночи, от шума за окном, от резко проснувшейся в айтишнике заботы, я вежливо поблагодарила и заверила, что со мной все хорошо.

Я уже давно привыкла, что город просыпается рано, что машины даже ночью не прекращают ездить по центральному проспекту, что многие люди встают с рассветом, но после всего лишь нескольких часов сна, хотелось поваляться в тишине, пока не навалилось осознание произошедшего вчера.

Итак, что я имею в сухом остатке:

первое. У меня в зале лежит настоящий «попаданец» из другого мира. Стоит заметить, весьма симпатичный;

второе. Мне нужно его быстро вернуть на родину, чтобы спокойно защитить магистерскую работу в университете и подготовить недостающие сценарии для Ольги Вячеславовны.

Кстати, о мастерице. У нас же планируется «мероприятие», а точнее сходка, на которой будут присутствовать и другие «маги» этого мира.

Много, слишком много для одной маленькой меня.

Значит, надо спокойно все эти дела разбить на разделы и последовательно сделать. И будет мне счастье. Главное, в процессе выполнения не свихнуться.

Резко сев на кровати, я приободрила сама себя:

— Где моя не пропадала? Правильно, нигде! Так что начнем-с, — не давая времени на рефлексию, бодренько поднялась.

Первым в списке дел я назначила себе покупку одежды для Лирена. Если со штанами было проще — просто сняла мерки с его брюк, то верх придется обмерять. Замерла, улыбнувшись, предвкушая реакцию мужчины. Не думаю, что он привык раздеваться перед девушками, а значит, будет краснеть и бледнеть, смущаться. Но что поделать, ведь вряд ли аристократ знает, какой у него размер майки, так что швейная лента мне в помощь.

Накинув длинный халат наподобие кимоно, чтобы лишний раз не было соблазнов, направилась умываться. У двери в гостиную я замедлилась прислушиваясь. Кажется, тихо. Ладно, скоро проверю.

Приведя себя в приличный вид и прихватив из спальни брюки Лирена, аккуратно постучалась, чтобы не разбудить ненароком. Если он проснулся, значит, можно заходить, если нет, то пусть отдыхает.

— Да, миледи Мария, — сразу же последовал ответ.

— Доброе утро… — весело поприветствовала мужчину и недоуменно замерла, наблюдая за тем, как по полу катятся мои карандаши и ручки, которым следовало бы быть на письменном столе у компьютера.

Заглянув за дверь, обнаружила висящую на ручке вчерашнюю кружку, которую я дала Лирену. Из нее как раз и вывалились мои писчие принадлежности. Зачеркнуть характеристику «осторожный». Он очень-очень осторожный. Ладно, его тоже можно понять, мы знакомы меньше суток, а сторожить всю ночь ему вряд ли хотелось бы. Я и сама на ночь заперла спальню на замок.

— Доброе утро, миледи Мария, — слегка кивнув, невозмутимо поприветствовал Лирен.

Меня вновь передернуло. Он явно проигнорировал мою просьбу. Его или переучивать надо, или привыкать. Попробуем первое:

— Мария, — поправила я, — просто Мария.

Слава Богу, он не знает сериал и не будет шутить на эту тему.

Мужчина сидел на заправленном диване, облаченный во все тот же розовый халат. Ну да, откуда еще взяться другой одежде? В руках он держал учебник по «Экономической теории». Неожиданный выбор. Из всей моей библиотеки, любовно собираемой несколько лет, он взял именно учебное пособие. Удивительно, если хоть слово там понял.

— Лирен, тебе нужна новая одежда, — отметила, протягивая брюки. — К сожалению, рубашку не получится реанимировать. Поэтому, как только мы позавтракаем и я проведу краткий экскурс по своей квартире, нужно снять твои мерки — съезжу, что-нибудь куплю.

— Миледи Мария… — начал Лирен, но поймав мой недовольный взгляд, не смутился, но поправился: — Мария, я очень тебе обязан. Моей благодарности не будет конца…

— Да-да, я помню, что Лирен Истал… — запнулась я, не помня, как полностью звучит его ФИО, — всегда платит по долгам. Сочтемся как-нибудь. А пока надевай брюки и приходи на кухню завтракать. Ты, кстати, что больше любишь: чай или кофе?

— Кофе? — недоуменно спросил гость.

— Вкусный горячий напиток, очень сильно и приятно пахнущий, коричневого цвета.

По недоуменному взгляду поняла, что меня не поняли.

— Ладно, значит, пока чай, — пожала плечами, не желая долго вдаваться в объяснения еще и по поводу обычного кофе.

Может, в его мире вообще о таком напитке не знают?

Хозяйничая на кухне, быстро разогрела вчерашнюю еду. Надеюсь, он не из тех приверед, которые едят лишь самое свежее и только что приготовленное. В противном случае нарежу бутербродов, пусть ест. Хотя надежда была слабая, он же аристократ, не думаю, что его кормили без нескольких перемен блюд.

Кофемашина перестала гудеть, оповещая, что бодрящий напиток готов. Ей вторила микроволновка, подогревшая борщ. В очередной раз порадовавшись тому, как бытовые приборы облегчили жизнь, отпила глоток кофе, облегченно выдыхая. У каждого есть свои маленькие слабости и страсти. Моими были уют в квартире, красивая ювелирка и кофе.

— Мария, у тебя золотые руки, — услышала восхищение в голосе входящего на кухню Лирена.

Я с улыбкой повернулась к мужчине, собираясь заверить, что не стоит беспокоиться, но так и замерла, не в силах отвести взгляд от точеной фигуры Лирена. Рельеф мышц, пресловутые кубики на прессе, гладкая светлая, но не белая, кожа. Ширину плеч я оценила, когда он был в халате, и предполагала, что ему не чужды физические тренировки, но даже при всей моей фантазии я бы такой красоты не представила. С таких, как он, впору статуи богов лепить.

Мне доводилось с подругой бывать на «Шоу под дождем», а один раз даже видела мужской стриптиз, но это все меркло перед Лиреном. Да, даже холеные китайские накачанные парни рядом с ним не стояли. Сила, мужественность и великолепие в чистом виде.

А через пару десятков минут у меня будет вполне официальная возможность всю эту красоту еще и потрогать. Возможно, даже провести пальцами по едва розовым шрамам от холодного оружия. Понимание того, откуда эти шрамы, спустило меня с небес на землю. Стало себя так жалко. Это же испытание какое-то на выдержку. Поспешным с моей стороны было считать, что пусть обнаженным будет торс и ничем новым меня он не удивит. Верните срочно обратно розовый халат и голые коленки!

Мужчина смотрел недоуменно, а я судорожно придумывала, что бы сказать и не выглядеть глупой.

— Лирен, меня восхищает твоя воля, — выпалила поспешно, поворачиваясь к столу, чтобы поставить кружку.

Стараясь не мельтешить, отвернулась, лишь бы не видеть такой соблазн, и подхватила тарелку с борщом.

— Прости, я не понял, — как-то нерешительно сказал Лирен.

Не поднимая глаз, проверяла, все ли поставила на стол. Была слабая и наивная надежда, что я выглядела достаточно отстраненной и спокойной. Не нужно давать ему лишнего повода думать, что он мне понравился. Как показывает практика, мужчины после такого наглеют.

— Чтобы поддерживать тело в такой хорошей физической форме, необходимо много тренироваться, а для этого нужна стальная сила воли, — охотно поделилась своими умозаключениями.

— Если ты учишься на боевом направлении, нужно уметь сражаться и магией, и простым оружием.

Я вскинула голову, с любопытством рассматривая мужчину. Боевое, говоришь… теперь становится понятно, откуда шрамы, четкие и быстрые движения, внимательный оценивающий взгляд. Такое вбивают с детства, наверное. Могу судить лишь по прочитанным фэнтези книгам.

По поджатым в негодовании губам, поняла — Лирен недоволен тем, что случайно сболтнул. Пришлось спокойно заверить, что наша страна не ведет боевых действий и вообще очень мирная, так что вряд ли могут понадобиться его услуги как в армии, так и в качестве наемника. А то, что он может себя защитить — очень хорошо и полезно. Конечно, его мои слова удивили, но Лирен явно расслабился. Интересно, какую реакцию он ожидал? Что я его на опыты сдам? Да ну. Выдам его, так и мной могут заинтересоваться, а мне этого не надо ни в каком виде. Эх, где же ты, моя спокойная сытая жизнь? Правильно говорят: имеем — не храним, а потерявши — плачем.

Завтрак прошел в милой дружелюбной обстановке, хотя я периодически и залипала на красивых пальцах и руках Лирена, на выделяющихся скульптурностью венах на предплечьях. Но мне удавалось быстро себя одергивать. Думаю, он даже не заметил моего слишком пристального внимания.

Предположение, что Лирен весьма любознателен, подтвердилось. Он достаточно быстро схватывал, что и где лежит, как включить чайник или микроволновку. Удивлялся, что порядок в доме я поддерживаю сама с помощью простых (и не очень) бытовых предметов. Насколько мне удалось выведать, в их мире в основном подобными делами занимались домовые. Судя по описаниям, они не сильно отличались от привычных в нашем фольклоре. Только более покладистые, и контракт с ними составлялся по всем правилам. Не то что у нас, когда по мифам домового надо задабривать вкусняшками и следить за порядком, чтобы он не разозлился. Мне даже стало интересно, живет ли у меня подобная сущность в квартире. Трезво рассудив, что я бы давно уже про это знала, если бы она была, решила не спрашивать у Лирена.

Когда настал момент снятия мерок, я призвала все свое спокойствие и холодный разум. Ну, правда, чем он отличается от других? Притягательной аурой, умным цепким взглядом чудесных глаз и грацией бойца, способного двигаться стремительно. Всего-то.

Я затолкала все рассуждения и фантазии подальше, напоминая себе, что «видит око, да зуб неймет», так что нечего и любоваться.

Стараясь быстро орудовать мерной лентой, нет-нет, но прикасалась к нему. Такая мягкая и горячая кожа, твердые мышцы.

Поймала себя на том, что как-то долго всматриваюсь в цифры на ленте, обернутой вокруг его шеи, будто тяну время. Такой близкий, притягательный, пахнущий цитрусами и мятой, и мило смущенный. Колдовская смесь. Разум и выдержка вот-вот падут под ее натиском.

Но и этой пытке был конец. Не представляю даже, насколько хорошо Лирен рассмотрел румянец на моих щеках. Ростом он ненамного выше меня. Благо всегда могу сказать, что это реакция на летнюю жару. И даже на секунду не совру.

Напоследок показав ему самые базовые правила работы с компьютером, включила один из поисковиков. Помню, что обещала ему подготовить информацию об этом мире. Однако занятие шитьем меня слишком отвлекло, поэтому пусть попробует сам поискать. Почему-то была уверенность, что он справится. Наверное, в меня это чувство вселили искры любопытства, которые загорелись, когда я объяснила, что «вот именно в этой коробочке» (это я так экран назвала вместе с системником) хранятся все знания мира. Прекрасно понимала его предвкушение, а еще больше представляла разочарование, когда он осознает, что глупости и пустого намного больше.

Выходя из гостиной, обернулась, чтобы мгновение полюбоваться красивой спиной и плечами. Даже не знаю, наверно, себя пожалеть надо и позавидовать этой неведомой Малдии, которую выбрал такой красавец.

Пообещав, вернуться, я закрыла дверь и направилась вниз, чтобы сесть в свою любимую машинку и умчаться по делам. Весело улыбнувшись консьержке, заверила, что со мной все хорошо, а состояние было вызвано жарой и некоторыми особенностями организма, вышла в наполненный жарким воздухом двор.

— Ага, конечно, помчусь в машине, обвеваемая приятным ветерком из кондиционера, — проговорила я разочарованно, кое-что вспоминая. — Только после того, как доеду до работы и заберу ее со стоянки у нашего офиса.

Действительно, делов-то, если бы не дорога минимум в тридцать минут, жара, давка, ведь сегодня суббота, и расписание выходного дня.

— Как же я ненавижу общественный транспорт, — думала я, в очередной раз вспоминая, почему в выходные даже под прицелом пистолета не выхожу никуда из своего уютного убежища.

Мой выбор ожидаемо упал на метро — хотя бы прохладно будет. Все равно и там и в наземном транспорте море людей, так хоть не буду страдать от жары.

Стало интересно, а как бы Лирен отреагировал, если бы был сейчас со мной? Удивился бы или, наоборот, сказал, что у них есть такой вид транспорта, ездящий, скажем, по туннелям, которые роют гномы? Усмехнулась своим мыслям.

Размышляя так, я будто заново взглянула на Минск. Что лучше показать гостю в первую очередь? Может быть, сводить на обзорную площадку Национальной библиотеки? К моему стыду, ни разу не была на ней, но видела фотографии. Вид — фантастически великолепен. А может быть, в такую жару свозить его на Минское море? Как раз будет повод еще раз полюбоваться статной фигурой.

Стараясь не сильно выделяться, аккуратно скользнула взглядом по фигурам мужчин, с которыми ехала в одном вагоне метро. Худые, полные, подкачанные — совершенно разные, но ни у кого из них не было ауры, которую я бы назвала «спокойной силы». Лирен будто и сам не осознавал, как его внешность может влиять на противоположный пол. С ужасом подумала: а вдруг это только я так реагирую?

Во многих романах пишут про «связь, истинность» и подобное. Может быть, и у меня так?

Быстро одернула себя от подобных мыслей. Не моя это ситуация, не моя. У него так-то девушка есть. Ну почему мне так не повезло?

Осознание накрыло быстро.

Кстати, а почему это не повезло?

Мне нужна была сильная личность для тестирования снов? Правильно, нужны была! А чтобы установить правильную связь, нужно быть рядом с испытуемым. Он будет жить в моей квартире, куда уж ближе!

Итак, решено, если отношения с ним мне все равно не светят, так хоть порадую глаз и попутно аккуратно буду использовать для своих целей. Все равно, осталось не так много сценариев, а с заменой мне Ольга Вячеславовна поможет. Особенно, если принести ей качественные разработки. А с таким испытуемым не грех и слегка приоткрыть границы своих возможностей. В крайнем случае спишу все на то, что подобная услада для глаз продуктивно влияет на мастерство.

Как же хорошо все складывается! Куда ни посмотрю, везде одни плюсы.

Правда, минус был. Когда я приехала к офису, стояла уже такая жара, что пришлось подождать какое-то время, чтобы проветрить салон. Конечно, практически сутки на парковке простояла.

Пока ждала, полазила по интернету, рассматривая модели мужской одежды. Качественное и красивое стоило неплохих денег. А мне ведь нужно было купить еще одну пару брюк, несколько маек, возможно, рубашку одну или две, если Лирен откажется носить майки и… я разочарованно ударила по рулю, нажав на клаксон. Нужно же еще потратиться на белье. У меня как-то не было возможности расспросить Лирена про такой интимный вопрос. Да и что бы я спросила?

Может, позвонить моему лучшему другу — Гене? Нет, у меня язык не повернулся бы задать подобный вопрос. А с другой стороны, гугл мне в помощь!

Ну, что можно сказать. Спустя десяток минут поисков я примерно ориентировалась в такой категории как «белье мужское». Некоторые модели практически довели меня до истерики от смеха, но, благо, нашлись и вполне приличные, которые не стыдно будет купить попаданцу из другого мира.

После активного шопинга я искренне завидовала мужчинам. Почему мужская одежда и аксессуары стоят на порядок дешевле женского? Не все позиции, конечно, но многие — да. Закупив необходимый минимум для Лирена, справедливо решила, что основную массу покупок надо будет делать с ним. Пусть лучше сам себе выберет, что захочет носить.

По дороге домой я заехала к Глебу Ивановичу, надеясь получить ответы на все свои вопросы. Но его жена меня опечалила известием, что он уехал в экспедицию для подготовки материалов для книги по белорусским традициям. Вернется маг не ранее, чем через две недели, но Оксана обязательно передаст ему мой номер телефона и как будет свободная минутка — мне позвонят. Слабая надежда, но что поделать. Попаданец пока остался на моем попечении.

Лирен

По устоявшейся привычке я проснулся очень рано. Сладко потянувшись, перевернулся на другой бок, не открывая глаза, прислушался.

И замер.

Тишины не было. Вернее, она была, но совсем не такая, как дома. Вместо привычного щебета птиц и шелеста листвы до меня доносился чужой, непонятный шум. Внезапно где-то далеко зарычало, будто дикие звери сцепились не на жизнь, а на смерть. Затем раздались резкие, пронзительные гудки — разной высоты и тональности. Голоса людей, взрывной хохот, лязг…

Я резко открыл глаза и сел на диване, вслушиваясь. Сердце колотилось где-то в районе горла.

Где я?

Память вернулась внезапно — тяжёлым, болезненным толчком. Другой мир. Чужая квартира. Мария.

Я заставил себя дышать ровнее. Поднялся и накинул розовый халат. Его цвет немного примирил меня с окружающей действительностью, показав, что действительно не мой дом. Подошёл к окну, прильнул к гладкой, холодной поверхности стекла.

Внизу кипела чужая жизнь.

По широким улицам носились странные экипажи — разноцветные, блестящие, без единой лошади. Именно они издавали те жуткие звуки. Двое людей в странной одежде «пролетели» верхом на помеси колесницы и металлического зверя, оглушая окрестности ревом. Я невольно отшатнулся, когда до меня долетел этот звук — такой резкий, что, казалось, воздух завибрировал.

Что это за мир? Куда я попал?

И вдруг сквозь всю эту какофонию пробилось нечто знакомое, почти родное — чистый, звонкий детский смех. В парке, что начинался неподалёку, под сенью пышной летней зелени резвилась детвора.

Я выдохнул. Дети смеются везде одинаково. Это успокаивало, но лишь самую малость.

Отойдя от окна, принялся осматривать своё временное пристанище. Внимательно, цепко, как учили в Академии: оценивать место, искать угрозы, запоминать детали.

Комната — шесть шагов в ширину, десять в длину, высота — примерно полтора моих роста. Зелёный диван, мягкий, но спать на таком постоянно — не самая лучшая идея. Небольшой столик у изголовья, на нём цветок — явно женская забота. Рядом с окном — нечто, от чего у меня перехватило дыхание.

Устройство с кучей разных непонятных длинных штук. На боку надпись «Green Pride», и разум автоматически перевёл: «Зелёная гордость». А над всем этим нависала большая чёрная плита — ровная, гладкая, похожая на застывшее зеркало.

Артефакт. Но какой? Для чего?

Рука сама потянулась, но в последний момент я отдёрнул её. Нельзя. В чужом мире, с незнакомыми вещами — сначала наблюдение, затем вопросы, и только потом действие. Этому меня учили хорошо.

Я отошёл от загадочного устройства, но взгляд то и дело возвращался к нему. Магия? Новые артефакты? И то и другое сразу? Слишком много вопросов, слишком мало ответов.

Самое интересное оставил напоследок. О человеке лучше всего расскажут его книги.

Полки на всю стену, заполненные доверху аккуратными томами. Провёл пальцем по корешкам — отличная бумага. Знакомые, почти родные ощущения. В этом мире хотя бы книги были настоящими. Почти как дома.

Я выбрал один том. Солидный, с золотым тиснением, тяжёлый фолиант лег в руку увесисто, надежно. «Основы маркетинга и рекламы».

Открыл, полистал. Страницы пестрели диаграммами, графиками, схемами. Всё это выглядело сложно, но… отчаянно логично. Словно здесь, в этих непонятных значках, скрывалась своя, особая магия.

— Это, конечно, не учебник по магии, — пробормотал я тихо, — но ощущается своеобразная мощь.

Поставил книгу на место и достал самую потрепанную. Обложка стерлась, уголки загнулись — так выглядят книги, которые читают снова и снова. «Экономическая теория».

Я полистал, вчитался в несколько строк. Закрыл. Подумал, и снова открыл. Сел с книгой на диван и углубился в чтение, стараясь понять, что это за наука такая.

Десять минут чтения хватило, чтобы понять: подход к изучению мира здесь совсем иной. Более холодный, расчетливый, лишённый магии. Это пугало и завораживало одновременно.

Тук-тук.

Раздался едва уловимый звук, заставивший меня вздрогнуть и оторваться от чтения.

— Да, миледи Мария, — отозвался я, стараясь, чтобы голос звучал спокойно.

— Доброе утро… — дверь приоткрылась.

Девушка вошла, окинула удивленным взглядом комнату, задержалась на рассыпавшихся карандашах и моей нехитрой сигнализации. Хмыкнула, но ничего не сказала.

— Доброе утро, миледи Мария — начал я и тут же мысленно поморщился. Опять сбился на привычное обращение.

— Мария, — поправила она с лёгкой улыбкой. — Просто Мария.

Немного неловкая пауза, во время которой Мария оглядела комнату, а затем меня. Я напрягся, стараясь понять, что именно она видит перед собой. Чужака? Угрозу? Просто несчастного парня?

— Лирен, тебе нужна новая одежда, — произнесла девушка, протягивая брюки. — К сожалению, рубашку не получится реанимировать. Поэтому, как только мы позавтракаем и я проведу краткий экскурс по своей квартире, нужно снять твои мерки — съезжу, что-нибудь куплю.

— Миледи Мария… — начал я свою витиеватую речь, но поймав недовольный взгляд, не смутился, и поправился: — Мария, я очень тебе обязан. Моей благодарности не будет конца…

— Да-да, я помню, что Лирен Истал… — запнулась Мария, наверняка не запомнив моего полного имени. — Всегда платит по долгам. Сочтемся как-нибудь. А пока надевай брюки и приходи на кухню завтракать. Ты, кстати, что больше любишь: чай или кофе?

— Кофе? — не понял я, не припоминая такого на столичных прилавках королевства.

— Вкусный горячий напиток, очень сильно и приятно пахнущий, коричневого цвета.

Описание девушки мне ровным счетом ничего не сказало.

— Ладно, значит, пока чай, — пожала плечами она, явно не желая долго вдаваться в объяснения.

Я кивнул, но про себя отметил: «Снять мерки? Она разбирается в этом?» В моём мире подобное умение вместе с шитьем считалось очень достойным и почетным ремеслом, доступным не каждому. Еще и незнакомые напитки… Что же готовит мне новый мир?

Прикрыл дверь, и переоделся, глядя на себя в зеркало.

— А что… очень даже хорошо, — тихо сказал я своему отражению. Провел пальцами по швам — неплохая работа, ровно и аккуратно.

На кухне меня встретил аромат еды. Мария, в своем пестром длинном халате словно яркая бабочка, порхала по кухне, и расставляла тарелки на столе. Вокруг шумели разные артефакты, перемигивались с хозяйкой разноцветными огоньками и звуковыми сигналами. Она двигалась аккуратно, но быстро, с какой-то внутренней сосредоточенностью. Мысли её явно были заняты чем-то своим, но управлялась ловко и со знанием дела. Я старался не думать о том, что еда здесь другая, чай другой, воздух другой. И женщина напротив — не та.

Не Дия.

Наконец все было готово, и я отойдя от косяка, не мог не восхититься хозяйкой.

— Мария, у тебя золотые руки.

Девушка обернулась и на миг замерла. Задержала взгляд дольше, чем требовала простая вежливость. Словно увидела что-то новое в человеке, которого сама же вчера приютила.

А затем моргнула, тряхнула головой и вернулась к реальности.

— Лирен, меня восхищает твоя воля, — произнесла девушка, поворачиваясь к столу, чтобы поставить кружку.

— Прости, я не понял, — недоуменно посмотрел на девушку и, наконец, сел за стол.

— Чтобы поддерживать тело в такой хорошей физической форме, необходимо много тренироваться, а для этого нужна стальная сила воли, — охотно поделилась она своими умозаключениями.

— Если ты учишься на боевом направлении, нужно уметь сражаться и магией, и простым оружием, — без задней мысли произнес и в негодовании сжал зубы, сетуя на то, что сболтнул лишнего.

Она вскинула голову, с любопытством рассматривая меня, и произнесла:

— Все хорошо Лирен. Не переживай. Наша страна ни с кем не воюет, и вообще очень мирная. Вряд ли кому-то понадобятся твои услуги как в армии, так и в качестве наемника. А то, что ты можешь себя защитить — очень хорошо и полезно.

Слова Марии меня немного удивили, но в то же время успокоили. Но я не расслаблялся, все время мысленно повторял:

— «Ты в чужом мире. Ты ничего не знаешь. Будь осторожен.»

Я украдкой поглядывал на девушку. Она была красива, умна и образована. С легкостью обращалась с большим количеством бытовых артефактов, к тому же вкусно готовила. Мария слишком сильно отличалась от моей Дии. Внезапно вспомнился один момент: мы с Дией сидели в кафе. Смеялись и шутили, обсуждали преподавателей, строили планы на выходные.

Здесь, за этим столом, всё было почти так же, но совершенно иначе. Мы не планировали поход в парк; нас не объединяла Академия. Да и вообще все было слишком не так. Начиная от мира, и заканчивая сидящей напротив девушкой.

Я выдохнул.

После завтрака Мария показала мне, как пользоваться местными чудесами — чайником, который грел воду сам по себе, и странным белым ящиком, который называла «микроволновая печь».

— Еду разогревать, — коротко пояснила она. — Поставил, нажал, подождал.

В моём мире всё это заменяли артефакты, амулеты или… домовые. Но здесь не было ни того, ни другого, ни третьего. Только кнопки, провода и непонятная мне сила, которую они называли «электричеством».

— Запомнил? — спросила Мария.

— Кажется, да, — ответил я неуверенно.

Она кивнула, ушла в свою комнату за какой-то лентой и крикнула уже оттуда:

— Иди в гостиную. Сейчас мерки снимать будем.

Я остался один на кухне, посмотрел на чайник, на микроволновку, на свои руки.

Чужой мир. Чужие вещи. Все странное и непонятное, в чем-то пугающее.

И только швы на брюках, аккуратные и ровные, напоминали, что здесь есть кто-то, кто умеет заботиться. Пусть даже не обо мне. Просто умеет.

Я выдохнул и пошёл в гостиную — готовиться к следующему шагу в этом странном, пугающем, незнакомом мире.

Через пару минут в комнату зашла Мария с листом бумаги, синей лентой и карандашом в руках. Она начала сноровисто и аккуратно снимать мерки, параллельно делая записи и прося повернуться так, чтобы ей было удобно.

Мастерство Марии, конечно, уступало лучшим портным столицы, обслуживающим семьи аристократов, но не сильно. Было видно, что она волновалась: иногда долго раздумывала, как приступить к следующей мерке, словно сверяясь с мысленным списком.

Иногда, наоборот, слишком быстро писала цифры, а потом перемеряла, внося изменения.

Все это время я ловил себя на том, что не могу отвести взгляд. Приятное сосредоточенное выражение лица придавало ему особый шарм. Совсем не такой, как у Дии, но от этого не менее притягательный. Легкий аромат духов, простая, но изящная одежда, умный взгляд внимательных глаз — всё это создавало столь пьянящее сочетание, что я то и дело ловил себя на том, как взгляд снова скользит к ней, против воли.

На ней был длинный, свободный халат из струящейся ткани — такой, как один из тех, которые иногда надевал Наир. Одежда мягко облегала её фигуру при каждом движении. Широкие рукава колыхались, когда она двигалась, а пояс на талии подчёркивал изящный стан. Для здешних мест это, видимо, обычная домашняя одежда, но для меня, привыкшего к иным нарядам, это выглядело непривычно и… почему-то завораживающе.

Наконец, работа была закончена, и девушка оставила меня одного. Впрочем, ненадолго.

Она зашла в комнату, одетая в зеленое, короткое, выше колен, легкое платье, что меня весьма поразило. В моём мире подобную одежду не носили даже самые смелые модницы. Открытые руки, тонкая талия, длинные ноги. Для здешних мест это, видимо, обыденность, но для меня — непривычно, почти вызывающе… и, если быть честным, волнующе. Я заставил себя отвести взгляд, но краем глаза всё же заметил, как она поправила выбившуюся прядь.

— Лирен, меня не будет какое-то время. Я дам тебе книги, можешь прочесть, и в компьютере открою несколько новостных сайтов, научу пользоваться. Сможешь больше узнать.

На мой недоуменный взгляд она махнула рукой, подвела меня к тому самому черному зеркалу, которое я разглядывал утром.

— «Компьютер», — так она его назвала и села в кресло.

Следующие минут тридцать стали для меня испытанием на прочность. Её пальцы порхали по небольшой панели с буквами — «клавиатуре», на плите под чудным названием «монитор» сменялись яркие картинки, открывались «окна» с текстом. Она сыпала незнакомыми словами: «браузер», «поисковик», «сайт», «кликнуть».

— Вот, смотри. Хочешь что-то узнать — набираешь вопрос здесь. Нажимаешь эту клавишу. И тебе покажут ответы — много ответов. Но будь осторожен, не всему здесь можно верить, — она обернулась ко мне, и в её взгляде читалась серьёзность. — Здесь, как и в жизни, есть и правда, и ложь.

Мой мозг пытался схватить суть. Это не магический кристалл, не книга-оракул, а нечто иное. Артефакт, дающий доступ к коллективному разуму мира? Библиотека, которую можно мгновенно вопрошать? Это было одновременно гениально и пугающе.

— Понял? — спросила она, уже вставая и поправляя платье.

— Ну, более или менее, — неопределенно пожал я плечами.

— Отлично! Экспериментируй. Только не нажимай вот эту круглую клавишу на самой коробке — все выключится, — она указала на кнопку с символом круга и вертикальной черты. — Запасной ключ на столе. Скоро вернусь.

И она, обувшись, упорхнула. Тихо щелкнул замок, а затем раздался дробный стук каблучков.

В наступившей тишине я вернулся в гостиную и посмотрел в сторону «компьютера». Железный ящик, таящий в себе целые вселенные знаний… и лжи.

Любопытство пересилило осторожность. Я сел в ещё тёплое кресло, мои пальцы повисли над буквами. Вспомнил её последнее предупреждение и… умышленно потянулся к той самой, запретной круглой кнопке.

Тихий щелчок.

Лёгкий гул, доносившийся из коробки, затих. Тёплый ветерок, обдувающий её бока, прекратился. «Чёрная плита» погасла, превратившись обратно в слепое зеркало, в котором отражалось моё ошеломлённое лицо.

Я смотрел на погасший артефакт и чувствовал странное удовлетворение от подтверждения своей теории. Не из глупости — из потребности понять, проверить самому. В чужом мире нельзя верить на слово. Никому. Первый урок усвоен: доверяй, но проверяй. Даже ценой временной темноты.

Движение пальца, черная поверхность вспыхнула голубоватым сиянием, и артефакт включился. Раздался легкий шелест, и слепое зеркало вновь ожило, явив мне удивительно красивую панораму осеннего леса и надпись:

— Введите пароль, — прочитал я и, откинувшись на спинку кресла, посмотрел в потолок.

— Ну да, а чего собственно я ожидал? Мария девушка неглупая, и базовые принципы защиты ценных артефактов, тем более таких, прекрасно представляет, — пробормотал вслух и провел пальцами по рунам, едва их касаясь.

Удивительный материал был приятным на ощупь, чутко реагировал на касания разноцветным сиянием и легкими щелчками.

Поднявшись со стула и окинув комнату внимательным взглядом, принялся размышлять.

Мария — кто она? Может, хитрая ведьма? Порождение мрака или самой смерти? А может, все намного проще, и передо мной обычная девушка? В голове роились тысячи вопросов и версий, и ни одна не могла быть определяющей.

— Раз артефакт оказался недоступен, будем действовать по старинке, — пробормотал я вслух и принялся внимательно изучать комнату.

Решил вернуться к книгам. Их количество говорило о том, что Мария девушка очень образованная, любящая читать, ну и весьма обеспеченная. Некоторые экземпляры выглядели так, что пошли бы на подарок королю. А некоторые наоборот — красовались зачитанными до дыр страницами.

Я держал в руках одну такую, довольно тонкую, без картинок или красивой обложки. Но стоило ее открыть и прочесть несколько строк, как меня захватило с головой. Поначалу меня удивили ошибки, что встречались во множестве в тексте, и я решил, что наборщик халтурил, но затем я просто перестал обращать на это внимание.

С трудом вынырнув из хитросплетений сюжета, вернул книгу на место, решив, что интересная, но все же развлекательная литература мне не поможет. Взял новую книгу. Обложка яркая, даже помпезная. Красивые иллюстрации драконов. Немного полистал, и прочитав несколько страниц, убедился, что для меня она бесполезна.

— Красивая, но глупая. — Хмыкнул я, и вернул на полку.

Третьей моей добычей стала самая обычная книга. Невзрачная обложка серого цвета украшенная серебристым вензелем. Качество печати просто изумительное. Страницы ослепительно белые. Буквы четкие, и какие-то необычные, и другого начертания.

— Язык другой? — Не сразу сообразил, и сравнив убедился в правдивости своей догадки.

Но препятствием для мне это не стало, и я принялся читать, справедливо полагая, что в ней может скрываться что-то интересное и необычное.

Так и оказалось. Текст пестрил описанием магии, разных ритуалов, снадобьев, артефактов и подобным. Я схватил со стола бумагу и карандаш, принялся рисовать найденные схемы и руны. Специальной техникой шифровал заклинания и заучивал последовательность действий, и старался не обращать внимания на незнакомые термины, полагая что найду ответы позже или в других книгах.

Время шло, а я работал, меняя уже четвертый лист бумаги, покрывая их мелким почерком. Рисунки делал крохотными, стараясь не пропускать общей логики.

— Ерунда какая-то. — Буркнул себе под нос спустя добрый час работы, и смял только что исписанный лист.

Логика в книги была очень странной, я бы даже сказал — извращенной. Почти во всем она противоречила не только всем тем знаниям, что мне дали в Академии, но и просто здравому смыслу. Словно насмехаясь, автор добрые десять страниц кряду рассуждал о тактике применения базового бытового заклинания на поле сражения против тяжеловооруженного противника. Каково, а? Даже Дия, насколько она далека от всего этакого, смеялась бы без остановки над этой форменной глупостью и абсурдом! А уж какие выводы проступали сквозь строки — повторишь их на рыночной площади и сразу в шуты запишут.

Плюнув, я убрал подальше мерзкую книжонку, и с горечью посмотрел на стопку исписанных листов, затем перевел взгляд за окно, где светило уже покатилось к закату. С досады про себя выругался, и вновь взял карандаш вывел строки:

— Потоки заклинаний, узнать подробнее. Базовая единица энергии — найти и понять определение. Кто такие — “наносящие урон”.

Все эти определения я вычитал в книге, и они мне показались не лишенными здравого смысла, осталось только найти побольше информации.

Была мысль уничтожить все свои записи, но передумал. Перед Марией оправдаю свой интерес тем, что хочу понять отличие нового мира от старого. Почему взялся именно за магию, а например не за быт или религию? Данный вопрос парирую тем, что я все же маг, и эта тема мне наиболее близка и понятна.

Пока Мария не пришла, решил продолжить исследования. Прошел по комнате, подмечая детали, и пытаюсь составить мнение о Марии как человеке.

Библиотека шикарная и в ней много рабочей литературы, меньшая часть развлекательная и учебная. Некоторые экземпляры книг с дарственной надписью.

Еще в комнате было несколько поделок, явно сделанных своими руками. Особенно меня заинтересовал крохотный домик с садом, пришлось внимательно вглядываться, чтобы различить совсем мелкие детали.

— Потрясающе. — Улыбнулся, рассматривая крохотную, не больше рисового зернышка, фигурку эльфа, вышедшего из своего домика и оглядывающегося огород.

Качество столь высоко, что можно было разглядеть отдельные листочки на больших подсолнухах.

Но были заметны и небольшие недочеты. То ручка на двери немного не там, или растения не естественно расположены. Но это лишь добавляло красоты, и законченности.

Сделал вывод, что Марии, в отличие от моей смелой птички, не чуждо рукоделие. Различные полочки были украшены вязаными салфетками. На которых стояли статуэтки разных духов?

— Богов? — Подумал я вслух рассматривая образ глубокого старца с длинными белыми волосами. Он стоял на крохотном камешке, и угрожающе сжимал в руках посох. Закончив осмотр гостинной, я выбрался в коридор.

Летняя жара, даже не смотря на открытый балкон, сюда добралась, создав довольно удушливую атмосферу. Поспешив распахнуть дверь и открыть окно, создал небольшой сквозняк.

Встав в проходе, прикрыл глаза и раскинув руки, попытался поймать то чувство родства с Воздухом.

Тут же кончики пальцев начало сводить судорогой, и волна обжигающей боли прокатилась по телу, задержавшись где-то в груди. От неожиданности, я едва не отшатнулся, но усилием воли заставил себя стоять на месте и все глубже погружаться в медитацию.

Воздух был таким же, как и на родине. Родным. Знакомым. Своевольным.

Он не терпел грубости, закрытых дверей. Рамок. Он молил и стонал, словно звал, приглашая выпорхнуть из этой тесной коробки. Ощутить солоноватый привкус на губах, и подставить лицо ураганным порывам.

Ветер. Моя старый и верный друг. С каким-то воем пролетел по дому Марии, и словно парус раздувал шторы. Он соскучился. Шелестом ветра, хлопаньем ткани, легким перезвоном чего-то металлического с кухни, словно озорной мальчуган тетушки Евы из трактира, он звал гулять в поле. Ловить бабочек.

Мотнув головой, я сжал зубы. Боль, волнами проходящая по телу, норовила ввинтиться куда-то в голову. Из глаз, сами собою текли слезы.

Что-то хлопнуло, и окно закрылось. В тот же миг магия пропала, оставив после себя горькое послевкусие. Тяжело дыша, я сел прямо на пол, прислонившись спиной к стене, и вытер лицо руками.

— Знаешь, я так соскучился. — Тихо прошептали мои губы.

Переждав очередной приступ боли, огнем прокатившийся по моим рукам. Тяжело поднялся, и опираясь руками о стену двинулся в ванную.

Поток ледяной воды ударил в лицо, смывая горькую правду о том, что я в другом мире. Бесконечно далеком и чужом. Все мои родные и близкие остались там, далеко позади. А я здесь, совсем один.

И только друг — ветер, пришедший на помощь, подбодрил, показав что он здесь, всегда ждет. Но в тоже время он иной. Словно троюродный брат.

Приведя себя в порядок, я провел рукой по шее, пытаясь нащупать кулон. В минуты душевных невзгод, он меня часто успокаивал, даря ощущения спокойствия и уверенности.

Проведя рукой по голой груди, хмыкнул, и принялся судорожно вспоминать, где я мог его оставить. И первое же, что пришло в комнату, это помещение ванной.

Быстро осмотрев разные полочки и ящички, ничего не нашел. Желая убедится, лег на пол, постаравшись заглянуть в самые темные уголки. Удача вновь мне улыбнулась. В темном уголке, рядом с новым бытовым артефактом “стиральной машине" лежал заветный кулон. Вернув его на законное место, улыбнулся, и как в старые добрые времена, коснулся кончиками пальцев.

Кулон в форме крыла, вырезанный из цельного аметиста. Мой переговорный амулет. Любовно проведя по стилизованным перьям, вспомнил наши долгие беседы с Дией, родными и друзьями.

— Где они сейчас? — Вновь поинтересовался я, разглядывая свое отражение.

Хандра, что так внезапно навалилась, пошла на убыль, и усилием воли я полностью от нее избавился.

— В конце концов, я маг, взрослый и самостоятельный мужчина в полном расцвете сил! Мне ли бояться свалившихся на меня испытаний? Нет! Я смогу вернуться!.

Подмигнув своему ошарашенного отражению, и повеселев, вышел в коридор. Пришло время продолжить исследования, да и покушать бы не мешало.

Пока ходил и любовался, мысли, что я так старательно гнал от себя, все же свернули на Дию.

— Как ты там? Моя дорогая? — Обратил я свой вопрос прямо к вечернему небу сжимая в руках амулет.

Легкий и теплый ветер развивал волосы, прогоняя предательскую влагу из глаз. Пальцы сжались, обхватив кружку с горячим и ароматным напитком. А перед глазами, словно в калейдоскопе замелькали картинки. Вот мы с Дией гуляем, дурачимся, целуемся. Кушаем в кафе. А вот она такая довольная, сдав очередной экзамен сбегает по ступеням. Особенно тепло грели воспоминания первого поцелуя под дождем… Дия бывало злилось, ругалась — но даже в гневе у нее не было такого сосредоточенного лица как у Марии.

Они были безумно похожи, и столь же сильно различались.

Я стоял на балконе и любовался вечерним городом. Наверное самым большим виденным мною. Сотни и тысячи больших домов. Еще больше людей.

Они все куда-то спешил, или просто гуляли. Ездили на своих диковинных повозках. И жили.

Просто жили. Влюблялись, ругались и мирились. Даже сейчас, в вечерних сумерках слышался радостный смех.

Мир. Новый мир. И в моих силах разгадать хотя бы часть его тайн.

Улыбнувшись, я направился в комнату. Проходя сквозь кухню, провел ладонью по бытовым артефактам. Они оказались потрясающе удобными, но какими-то бездушными.

Положил яства в специальной посуде в ящик, нажал несколько кнопок, и уже через несколько минут можно ужинать. С горячим напитком тоже не возникло сложностей, следуя тщательной инструкции от Марии, я включил чайник.

— Молодец. — Улыбнулся, похвалив себя, и зайдя в комнату, сел в кресло.

Мария, она обещалась в скорости быть, но уже вечер. Стараясь отогнать от себя нехорошие мысли, решил продолжить занятия по магии.

Уже третье за сегодня. Раньше, для меня это были мелочи, но не в нынешним состоянии. И в чем проблема я не мог понять. Словно мои потоки, по которым и движется магия, деградировали. Некоторые исчезли, сросшийся с соседними. Абсолютное большинство и вовсе превратилось в извилистую сеточку.

Сев поудобнее прямо на пол, я прикрыл глаза, постаравшись вновь погрузиться в медитацию. Волна уже знакомой энергии, вперемешку с болью ударило по мне, заодно выровняв несколько каналов.

— Вот так и приходиться работать. — Тяжело дыша произнес я, спустя несколько часов работы над собой.

С трудом поднявшись, буквально рухнул на диван, и тут же провалившись в спасительную темноту.