— Слушай, а чем закончилась история с тем типом с теплохода, который хотел сам с тобой встретиться по поводу благодарности от спасённого мною? Судя по тому, что тот сам нас нашёл, ваша встреча не состоялась? — вдруг вспомнил я, когда мы уже подъезжали к дому.

Щенок уже успел проснуться, заскучать, и сейчас с интересом смотрел в окно, усевшись на колени Мидори.

— Конечно, не состоялась, — фыркнула она, — Я бы и не пошла туда. Передала информацию деду, и он пообещал сам заняться этим наглым типом, а потом произошла наша ссора, и я не успела узнать, что он с ним сделал. Да мне и неинтересно, честно говоря. Сейчас меня гораздо больше интересует, как Куро отреагирует на нового жильца.

— Это да… — задумчиво согласился я, заметив, что мы уже подъезжаем.

Через пять минут мы уже были у дома, и перешли через порог. Дома нас встретила полная тишина. Обычно встречающий нас в коридоре Куро в этот раз не торопился к нам выходить, как будто почувствовав, что мы приехали не одни.

Я нёс в руках пустую переноску, а Мидори занесла Тэнгу, и сразу же поставила его на пол, едва зайдя в дверь.

— Добро пожаловать домой, маленький, — погладила она его, присев на корточки.

Тэнгу неуверенно шагнул наружу, смешно перебирая толстыми лапами по паркету. Он сделал пару шагов, обнюхал плинтус и вдруг замер, прижав уши. Шерсть на загривке встала дыбом.

Из темноты кухонного проема медленно вышел ОН.

Куро…

Мой старый боевой товарищ. Сейчас он выглядел как воплощение кошачьего гнева. Спина выгнута дугой, хвост распушился до размеров ершика для унитаза, а зрачки превратились в две черные щели, прожигающие незваного гостя насквозь. Он не шипел. Шипение — это слишком банально для Куро. Он просто смотрел. И в этом взгляде читалась вся многовековая ненависть кошек к собакам, помноженная на личную обиду за то, что его, короля этого дворца, променяли на какое-то лохматое недоразумение.

Тэнгу, который секунду назад казался храбрым исследователем, мгновенно превратился в дрожащий комок меха. Он попятился назад, пока не уперся мягким задом в ноги Мидори, ища защиты.

— Не бойся, малыш, мы не дадим тебя в обиду, — тут же подхватила она его на руки, и строго посмотрела на Куро, — А ну прекрати хулиганить! Нельзя обижать маленьких, ясно?

Но Куро никак не отреагировал на её слова, и лишь посмотрел на меня тяжёлым обвиняющим взглядом, в котором прямо читалось, — «Ты предатель. Ты привел в дом врага. За это ты лишаешься права гладить меня неделю!».

— Да ладно тебе. Это всего лишь щенок. Вы ещё подружитесь, — неуверенно попытался я его переубедить, но он лишь молча повернулся ко мне задом, и скрылся на кухне.

Мидори снова отпустила Тэнгу на пол, и тот начал нерешительно исследовать территорию, то и дело бросая взгляды на проход на кухню, как будто опасаясь, что этот страшный чёрный зверь опять вернётся.

Мы ещё минут пять понаблюдали за ним, а потом оставили в покое, решив, что самое страшное уже позади, пусть пока осваивается, а мы пока своими делами займёмся.

Время было уже позднее, хотелось и помыться, и поесть чего-нибудь, ещё неплохо было бы хотя бы часик порисовать, в общем, некогда нам было и дальше следить за тем, как щенок освоится.

— Надо будет ему корма заказать, и гулять по чаще выводить, — пробормотала Мидори, когда мы поднимались наверх, чтобы переодеться в домашнее, — Перед сном я с ним выйду ненадолго, и ты выведешь его утром, когда тренироваться пойдёшь?

— Без проблем, — пожал я плечами, — Жаль, что бегать его пока рановато с собой брать. Маленький слишком. А ещё нам ведь, наверное, надо его ветеринару показать? Какие-нибудь прививки сделать?

— Уже всё сделано. Сбоку переноски есть карман, и там документы на щенка, включая от ветеринара. Я проверила, все прививки сделаны, и он у нас очень непростой щенок, с настоящей родословной, — пояснила Мидори, — Хоть на выставки отправляй, когда подрастёт. Вот только им заниматься надо и дрессировать. Это не тот случай, когда собака может быть сама себе предоставлена.

— Замечательно, — мысленно поморщился я. Вот только этого мне и не хватало сейчас. Мало у меня дел, так ещё и щенком заниматься придётся. Я и без того не знаю, за что мне тут в первую очередь хвататься со всеми этими экзаменами, предстоящим чемпионатом мира, работой, съёмками и прочим. У меня вон даже нет времени, чтобы к Свете заехать, проведать, как там они с сестрёнкой.

— Но ты не переживай, — продолжила Мидори, как будто догадавшись, о чём я сейчас думаю, — Если ты не против, я сама им займусь. Я давно о собаке мечтала, и мне это только в радость будет.

— Отлично, — с облегчением выдохнул я, радуясь, что хоть этим мне не придётся заниматься.

— Надеюсь, они с Куро подружатся, — продолжила Мидори, уже собираясь войти в свою комнату, как тут, как будто в ответ на её слова, снизу, на кухне, раздался какой-то грохот.

Не сговариваясь, мы развернулись, и рванули вниз.

* * *

Картина нам открылась пугающая.

Тэнгу растерянно сидел на полу кухни, осторожно обнюхивая валяющуюся перед ним тяжёлую кастрюлю, со столешницы, на которой до недавнего времени и находилась эта кастрюля, сидел Куро, задумчиво смотревший на щенка, как будто примериваясь, что ещё можно на того скинуть.

— Куро! Как ты мог⁈ Он же ещё маленький! Вот я тебе…! — замахнулась на кота полотенцем Мидори, но ударить не успела. Куро элегантно спрыгнул вниз, и стрелой метнулся к выходу из кухни.

— Малыш, ты цел? — заботливо спросила она у щенка, села на корточки, и погладила его. Тот лишь смешно фыркнул в ответ, и пошёл дальше осматривать кухню, обнюхивая всё подряд, пользуясь тем, что его недруг покинул поле боя.

И естественно, очень скоро он нашёл миску кота, в которой ещё, как ни странно, оставался сухой корм. Недолго думая, Тэнгу сунул в неё морду, и захрустел кормом.

И тут же в дверях кухни возник чёрный кошачий призрак, возмущённо уставившийся на то, как наглый гость бесцеремонно поглощает его еду. Раздался утробный рык, больше напоминающий работу старого дизельного двигателя, и через секунду чёрная молния метнулась к миске.

Это была ЕГО территория. Священный сосуд, из которого он вкушал божественный корм. И вот теперь этот мелкий паршивец посмел приблизиться к ней!

Куро резко затормозил перед щенком, и грозно зашипел на бедолагу. Тот запаниковал, дёрнулся в одну сторону, в другую, а потом вообще вдруг с чего-то решил пойти напролом, через миску, и тут же перевернул её. Миска загрохотала по полу, корм высыпался, и этого кот уже стерпеть не смог.

С диким воплем, которому позавидовал бы банши, он метнулся к щенку. В один прыжок он оказался рядом с ним, выпустив когти и вздыбив шерсть так, что стал размером с небольшую собаку, после чего резко двинул того лапой по морде.

Тэнгу взвизгнул пронзительно и высоко, развернулся на месте, чуть не запутавшись в собственных лапах, пулей вылетел из кухни, и метнулся в гостиную. Там он забился под диван, и затих…

Куро демонстративно подошёл к своей миски, тщательно обнюхал её, видимо, на предмет наличия собачьих микробов, потом понюхал вывалившийся корм, презрительно фыркнул, мол, сами жрите с пола, и гордо вышел из кухни, высоко задрав хвост.

— Сайто… — тихо сказала Мидори, заглядывая под диван. Оттуда на неё смотрели два огромных испуганных глаза, — Кажется, твой кот решительно настроен на то, чтобы избавиться от незваного гостя…

— Да уж вижу, — вздохнул я, присаживаясь на корточки рядом с ней, — Куро у нас консерватор. Новых жильцов принимает плохо. Особенно тех, кто претендует на его еду.

— Бедняжка, — она осторожно просунула руку под диван и почесала щенка за ухом. Тот прижался к её ладони, — Пойдем, малыш. Здесь тебе пока опасно. Мы найдем тебе безопасное место.

Она вытащила Тэнгу из-под дивана. Щенок дрожал и жался к ней, ища утешения. Мидори подняла его на руки, как ребенка, и понесла в сторону лестницы на второй этаж.

— Пойдем наверх, в мою комнату. Там есть кровать и много мягких подушек. Куро туда редко заходит. Посидишь там, пока большой дядя успокоится.

Я вернулся на кухню, собираясь налить нам с Мидори чай, и тут же в проходе показался Куро. Он застыл на месте, не торопясь входить, оценивая обстановку, потом грациозно потянулся и только после этого неспешной походкой направился ко мне.

Подойдя ближе, Куро требовательно мяукнул, намекая, что пора бы и хозяину проявить внимание и искупить вину перед своим верным стражем.

— Ну извини, старина, — я почесал его за ухом, посадив к себе на колени. Кот мурлыкнул, но взгляд его оставался суровым, — Придётся вам потерпеть друг друга, приятель. Тут уж ничего не поделаешь. Ничего, привыкнешь со временем.

Куро несогласно фыркнул, спрыгнул с моих колен и гордо удалился, как бы намекая, что вот уж дудки, и мириться с гостем он точно не будет.

Война за территорию началась…

* * *

Поздний вечер.

В моей комнате царил полумрак, разгоняемый лишь мягким светом настольной лампы и холодным свечением экрана ноутбука. За окном шумел весенний дождь, барабаня по стеклу, но здесь, в моём личном убежище, было тепло и сухо.

Я сидел за столом, сгорбившись над планшетом. Третий том «Мастеров меча онлайн» был в самом разгаре. Третья глава, сцена в пустыне GGO. Кирито только что приземлился после головокружительного прыжка с обрыва, подняв тучу песка, а Синон уже смотрела на него через оптический прицел своей Hecate II, не понимая, как этот странный тип с женоподобной аватарой умудрился выжить.

Процесс работы — это всегда полное погружение. Сначала идёт сценарий, где я набрасываю диалоги, прописываю действия персонажей, расставляю акценты для раскадровки. Он у меня, в принципе, уже был давно готов, но всё равно время от времени в него приходилось вносить изменения, когда я или вспоминал что-то, что упустил ранее, или просто решал, что вот тут нужно переделать.

Затем — карандашные наброски на бумаге, и отрисовка на планшете. Я прорисовывал позы, искал нужный ракурс для кадра, где Кирито уклоняется от пули. Это была чистая механика, доведённая до автоматизма. Рука сама выводила линии, мозг же в это время прокручивал сцену снова и снова, представляя её в динамике.

Затем самое сложное — заливка цветом и детализация. Каждый пиксель, каждый блик на металле винтовки Синон, каждая песчинка под ногами должны быть идеальны. Я увеличил масштаб, чтобы поправить текстуру плаща Death Gun’а, добавив пару тёмных складок для объёма. Работа требовала предельной концентрации. Время летело незаметно. Часы показывали начало первого ночи, желудок давно забыл о существовании ужина, но останавливаться сейчас было нельзя. Муза капризна, и, если ты поймал волну, нужно грести изо всех сил.

Закончив финальный штрих, я со стоном выпрямился, разминая затёкшую спину. Спина хрустнула так громко, что, казалось, Куро должен был проснуться от этого звука и недовольно мяукнуть. Но в ответ была тишина.

Странно. Обычно к этому времени мой пушистый тиран уже занимал стратегическую высоту у меня на груди или, на худой конец, сворачивался клубком на ногах, безжалостно их оттаптывая. Если же я рисовал допоздна, он разваливался на половину моей кровати, в ожидании, когда я закончу, а его мерное сопение служило саундтреком к моим ночным марафонам по рисованию манги.

Сейчас же кровать была пуста. Одеяло лежало идеально ровно, словно его никто и не трогал.

— Куро? — тихо позвал я, оглядываясь по сторонам.

Тишина. Лишь монотонный гул ноутбука и шум дождя снаружи. Кот мог уйти куда угодно — пить воду из ванной, сидеть на подоконнике и гипнотизировать капли или просто гулять. Лишь бы только не искал щенка…

Тэнгу мы заперли в комнате Мидори сразу после того инцидента с миской. Щенок спал там, свернувшись на мягкой подушке, а кот… кот явно затаил обиду.

Я решил не обращать внимания. Усталость брала своё. Закрыв файл с мангой и сохранив проект, я выключил ноут. Тот погас, оставив меня в полной темноте. Пора спать. Завтра ранний подъём, тренировка, а потом подготовка к этим чёртовым экзаменам…

Я встал из-за стола, сделал шаг к кровати и замер. Отсутствие Куро начинало раздражать. Не то чтобы я скучал по тяжести на груди, но… привычка есть привычка. К тому же, зная Куро, он вполне мог устроить какую-нибудь диверсию, и кто знает, что он там задумал? Кот мог устроить любую гадость, отыгрываясь на всех нас за появление в доме щенка.

Эта мысль заставила меня напрячься. Я представил себе картину — мирно спящая Мидори, и рядом с ней этот пушистый террорист, примеряющийся, например, к её пяткам. Или к щенку. Нет, так дело не пойдёт. Нужно проверить.

Я вышел в коридор второго этажа. Дверь в комнату Мидори была плотно закрыта. Из-под неё не пробивалось ни лучика света. Всё спокойно. Я уже собирался спуститься вниз, чтобы поискать кота на кухне, надеясь, что он просто нашёл упавшую сосиску или что-то подобное, как вдруг…

Из-за двери комнаты Мидори донёсся глухой удар, затем короткий, испуганный визг щенка, который тут же оборвался. И следом за этим — рассерженный женский крик.

— Ах ты ж зараза такая! А ну иди сюда!

Внутри всё похолодело. Я рванул дверь на себя, готовый увидеть поле битвы, но успел заметить лишь смазанную чёрную тень, которая пулей вылетела из дверного проёма прямо мне под ноги и, задев лодыжку, метнулась дальше по коридору в сторону лестницы. Через секунду мимо меня с воинственным видом, сжимая в руке тапок, пронеслась в пижаме Мидори. Её волосы были растрепаны, а взгляд не сулил ничего хорошего нарушителю спокойствия.

— Сайто! Он укусил его за хвост! Этот паршивец укусил нашего малыша! — бросила она на ходу, устремляясь в погоню за беглецом.

Я заглянул в комнату. У двери, виновато помахивая хвостом, стоял Тэнгу. Он выглядел целым, хоть и немного ошарашенным. Издалека доносились звуки погони — топот босых ног Мидори по лестнице и победоносное мявканье кота, который явно чувствовал себя победителем в этой партизанской вылазке.

Махнув рукой на эту семейную драму, я вернулся в свою комнату. Спустя минуту раздался тыгыдык по коридору, с заносом у моей двери, и довольный Куро прошмыгнул внутрь.

Он даже не пытался выглядеть виноватым. Наоборот, он гордо прошествовал к кровати, запрыгнул на неё с грацией хищника, вернувшегося с удачной охоты, и, покрутившись на месте, улёгся точно посередине, заняв всю территорию. Как ни в чём не бывало.

Я посмотрел на него сверху вниз. Кот лениво приоткрыл один глаз, оценивающе взглянул на меня и демонстративно потянулся, выпустив когти.

«Ну что, человек? Видишь, кто здесь главный? Я навёл порядок. Вторженец наказан».

Не успел я ответить ему вслух или хотя бы почесать за ухом в качестве примирения, как дверь в мою комнату распахнулась с такой силой, что ударилась о стену.

На пороге стояла Мидори.

Растрёпанная, в одной пижаме, но с выражением лица генерала, готового отдать приказ о начале военных действий. В руке она всё ещё держала тот самый тапок.

— Уже тут⁈ Какой наглец! — выдохнула она, глядя то на меня, то на развалившегося на кровати кота, — Вот же гадёныш! И сумел ведь как-то пробраться в закрытую комнату! Правда, я оставляла чуть-чуть приоткрытым окно, чтобы проветрить немного, неужто он как-то через него сумел пробраться? Я проснулась от визга бедного щенка, и успела увидеть его хвост во рту Куро!

Она подошла ближе и продемонстрировала мне тапок.

— Я хотела его шлепнуть, но сначала решила надеть… А там… Там мокро! Эта скотина сходила ко мне в тапок! Прямо внутрь! И я наступила голой ногой! Вот за что он так со мной⁈

До меня дошло. Так вот почему Куро выбрал именно этот способ мести. Он не просто напугал щенка, он подготовил ловушку для хозяйки дома. Гениальный тактик. Стратег. Настоящий злодей из манги.

— Видимо, он решил, что раз щенок спит с тобой, то ты его сюда и привела, — логично предположил я, — Вот и решил отомстить тебе так за это.

Мы с Мидори переглянулись. В глазах друг друга мы прочитали одну и ту же мысль — ситуация вышла из-под контроля. Это была уже не просто ревность, это была полномасштабная война. Холодная война одного эгоиста за внимание человека и за свою территорию.

— Надо что-то делать, — устало сказал я, садясь на край кровати. Куро тут же перебрался ко мне на колени, требуя ласки, — Они так никогда не привыкнут друг к другу. Если так продолжится, придётся держать их раздельно годами.

— Согласна, — кивнула Мидори, опускаясь рядом со мной. Она отобрала у меня кота и посадила его между нами. Куро удивлённо мявкнул от такой бесцеремонности с её стороны, оказавшись зажатым, но дальше протестовать не стал, — Мы должны придумать, как их помирить. Может, кормить их вместе? Чтобы они ассоциировали еду с присутствием друг друга?

— Хорошая идея, — согласился я, — Только надо начинать издалека. Сначала ставить миски в разных концах кухни, потом постепенно сближать их…

Мы сидели в полутьме, обсуждая план операции «Дружба», а Куро, слушая нас, медленно закрыл глаза, начиная дремать.

Придётся нам с Мидори стать дипломатами в этом пушистом конфликте, иначе дом превратится в зону боевых действий.