Глава 37. Галактические врата

— Олег, как думаешь, это долго продлится? — шепнула с соседнего диванчика Марина.

— Да фиг знает, — хмыкнул я в ответ. — Так-то сам процесс прыжка должен реализоваться мгновенно. Но как там наш грабс сориентируется в пространстве и задаст правильные координаты точка выхода… В общем, сама понимаешь…

— Ой, да чего там задавать-то, — фыркнула Черникина. — Можно подумать в нашем случае имеется масса вариантов.

— Вратам-то пофиг до наших ограниченных возможностей, — возразил я. — Они по любому затребуют координаты. И если проигнорировать запрос и вовремя не вбить конкретную комбинацию знаков, врата запулят нас хрен знает в какие е… Ну в другой конец галактики, короче. И плевать им, что на атомы мы распылимся в процессе из-за недостатка энергетических мощностей.

— Лять! Варламов, вот умеешь ты блин подбодрить!

— Агась. Знаем, любим, практикуем. Обращайтесь.

— Хорош хохмить. Я так-то серьезно.

— А я тоже ни разу не прикалываюсь.

— Не, ну нафига так-то уж сгущать? И без того было тошно и муторно на душе. А теперь вот ещё про вероятность промашки с прыжком, по твоей милости, думать буду.

— Вот и думай. Только, пожалуйста, молча.

— Да пошел ты! Нет бы девушку успокоить.

— И тебя туда же, — хмыкнул я.

Дальнейший наш диалог не заладился, и предоставленный самому себе я смог наконец погрузиться в невесёлые думки.

Итак, наш катер готовился пройти самой важное и супер-ответственное испытание. Которое, собственно, по большому счету, и являлось стержневым звеном всех межзвездных внутригалактических перелетов космического транспорта империи Хофа. Потому как сотни тысяч световых лет, разделяющие звездные системы, одолеть на мощностях одного лишь двигателя (даже сверх быстрого и с ускорением многократно превышающим скорость света) невозможно было от слова совсем. Нет, теоретически там разумеется можно было просчитать варианты: когда команда с пассажирами, направив корабль по заданному курсу, погружаются в стазис на хренову тучу лет (столетий там или тысячелетий — это уж как пойдет). И корабль, контролируемый вечным и неприхотливым ИИ, на максимальной крейсерской скорости планомерно штурмует галактические просторы, медленно, но верно, приближаясь к заданной на старте цели. Но ни о каком тактическом планировании боевых действий в реальном режиме времени, при таком удручающе-затяжном перемещении боевых сил, разумеется, не могло быть и речи. Более того, при подобном способе перемещения может случиться и вовсе катастрофа. Когда чересчур долгий перелет в дальний уголок галактики может затянуться настолько, что совпадет с преждевременным (из-за каких-то непредсказуемых, случайных факторов) выгоранием самой путеводной звезды. И вместо ожидаемой безопасной конечной цели тогда на выходе из стазиса экипаж корабля с пассажирами окажутся в эпицентре: либо колоссального армагеддона, либо мертвой инородной аномалии — это в зависимости от массы преждевременно затухшей звезды. Увы, со стопроцентным фатальным исходом для всех разумных в обоих случаях. Освоенная же грабсами — непревзойденными летунами империи Хофа — технология мгновенных прыжков-переходов через пресловутые галактические врата превратила межзвездные перелеты к соседним системам в трех-четырех дневные удобные переходы, вполне контролируемые в режиме реального времени.

Что собой представляли галактические врата? По понятным причинам воочию лицезреть их мне ни разу не доводилось. Но из закаченной в подсознание информационной базы я и так примерно представлял, как они выглядят. По сути это была некая специфическая разновидность «черных дыр», сходных идеально круглой формой, размером и энергетическим фоном снаружи, и внутренним функционалом гигантских пространственных порталов-воронок. Раскиданы такие «черные дыры» оказались буквально по всей галактике. И что поразительно: находились они, как правило, на относительно небольшом отдалении от крупных звездных систем — словно эта невероятная портальная сеть искусственно кем-то была создана специально для связи между звездными системами.

Однако, к возникновению галактических врат непосредственно империя Хофа не имела ни малейшего отношения. Путеводные «черные дыры» существовали на своих местах ещё задолго до того, как первый имперский космический корабль поднялся на планетарную орбиту. Так уж вышло, что одна из специфических «черных дыр» располагалась совсем рядом (всего на ничтожной сотне световых лет) от легендарной планеты Хофа. И осваивая ближний космос вокруг своей звезды, грабсы очень быстро сблизились и невольно вступили в контакт с непонятной, таинственной «черной дырой».

Не один десяток научно-исследовательских космических аппаратов сгинули бесследно в коварной «черной дыре», прежде чем одному отчаянному экипажу грабсов-космоисследователей довелось подобрать к галактическим вратам нужный ключик. Эти отчаянные смельчаки, как многие авантюристы до него, направили свой космический корабль в воронку «черной дыры». Про систему конечных координат тогда разумеется еще никто не знал. И просто чудо, что «везунчиков» выбросило из ближайшего соседнего галактического портала в ста четырнадцати тысячах световых лет от исходной точки входа. Конечно после чудом пережитого «экспресс-перемещения» (или, говоря современным имперским языком, первого удачного межзвездного прыжка) корабль оказался полностью обесточен. Но к счастью не развалился. И продолжающий работать атомный генератор выработал через энное время достаточное количество энергии, чтоб заново максимально наполнить все внутренние аккумуляторные батареи.

За время этой вынужденной перезарядки командой был проанализирован странный системный запрос на введение непонятных координат, случившийся во время невероятного прыжка-перемещения. Оказавшийся в команде талантливый математик-штурман, с сопутствующим специфическим системным функционалом, смог из хаоса длиннющего «хвоста» системных логов, сопутствующих случившемуся счастливому прыжку-перемещению, вычислить сперва галактические координаты текущего послепрыжкового их положения — сходного по количеству знаков с прыжковым системным запросом. И дале, используя наработанный опыт, вычислил и галактические координаты своей «домашней» «черной дыры».

Потом последовал отчаянный нырок в воронку «черной дыры» чужой звездной системы, введение на системный запрос рассчитанных галактических координат своей звездной системы, и вполне удачный выход из «черной дыры» на по новой полностью обесточенном корабле, но уже снова всего в ничтожной сотне световых лет от дома.

А после этого успешного завершения отчаянного эксперимента в империи Хофа семимильными шагами стало развиваться покорение галактики посредством галактических врат. Вычислялись точные координаты дальних «черных дыр». Выстраивались маршруты для наиболее оптимального восстановления энергетических затрат, необходимых на следующий прыжок. И понеслись по бескрайним просторам галактики сперва научно-исследовательские космические лайнеры, а следом и боевые имперские хофы.

Вообще-то из-за чрезвычайной энергозатратности прыжков через галактические врата такие ничтожные летательные аппараты, как патрульный катер, для межзвездных перелетов не использовались. По той простой причине, что на этих зависимых по сути от хофа «прилипалах» не было самостоятельных генераторов, способных вырабатывать энергию. Энергетический запас на катере ограничивался объемом аккумуляторных батарей, заряжаемых разумеется от самого хофа. И, соответственно, прыжок через галактические врата даже до ближайшего соседнего галактического портала просаживал объем энергии на катере мгновенно почти до нуля. После чего жалких крох ее лишь едва-едва должно было хватить на обычный перелет с помощью стандартных двигательных мощностей до живой планеты соседней звездной системы.

Именно по этой причине, кстати, расчетливый Вруст ничуть не опасался упустить беглецов, сбежавших с хофа хоть и почти на двое суток раньше нас, но на точно таком же патрульном катере. Относительно безопасное перемещение через «местные» галактические врата на котором возможно лишь по единственным конечным координатам. Дальнейшая перезарядка аккумуляторных батарей катера на планетном космопорте — это дело не быстрое. Растянутся она обязана была дня на три минимум. И уж там цапнуть за задницу лишенных мобильности беглецов Вруст рассчитывал со стопроцентной гарантией. К тому же предупрежденные по межзвездной связи смежники на тамошней живой планете беглецов уже ждали, и возможность сбежать из космопорта, чтоб затеряться среди населения огромной планеты, для последних была надежно перекрыта.

Чтоб легче перенести физический и эмоциональный дискомфорт, сопутствующий прыжку через галактический врата, членам команды и пассажирам (особенно последним) по инструкции рекомендовалось предварительно надежно зафиксироваться в горизонтальном положении, и желательно попытаться уснуть. Потому все мы, следуя инструкции, быстро разошлись по каютам, залегли на койко-места и пристегнулись к лежакам специальными страховочными ремнями. Впрочем, в отношении нас с Черникиной «разошлись» — это не совсем подходящее слово. Нам, как самым невезучим, в качестве места жительства на катере досталась кают-компания. Потому как двуместных пассажирских кают здесь было лишь две. А всего пассажиров на катере оказалось аж шестеро. И честно разыгранные меж нашими парами каюты, увы, достались в итоге парам агентов и гэручи. Нашей же с Мариной человской паре пришлось обустраиваться в кают-компании и делить ее в дальнейшем практически круглосуточно с прочими членами коллектива. Но сейчас, когда все разбежались по койко-местам, мы с напарницей привычно оккупировали достаточно длинные и вполне себе удобные диванчики вокруг широкого общего стола, где так и осталась не доигранной партия на шахматной доске.

Кстати, в хофе обычно, во время межзвездных перелетов, прыжки через галактические врата совершались в ночное время. Ну относительно «ночное» разумеется. Когда по расписанию у свободных от вахты членов команды и пассажиров-жал длинный ночной сон. То бишь все лежат по кроватям и во сне незаметно переносят прыжковое испытание. На гиганте-хофе практически стопроцентно безопасное испытание. А вот сейчас на этом утлом суденышке…

«Ух!» — я даже поежился от зловеще затянувшегося ожидания, особливо когда явственно ощутил какой-то сторонний толчок…

— Да, Варламов, блин! Хорош дрыхнуть уже! — знакомый яростный шепот в ухо вынудил тут же распахнуть глаза.

И в следующее мгновенье я ошарашенно осознал два факта. Что, во-первых, за своими думками, оказывается, не заметил, как заснул. И, во-вторых, у моего диванчика сейчас топталась пара вполне себе бодрых агентов, а склонившийся надо мной Смерницкий вовсю тряс меня за плечо.

— Что случилось? — прохрипел я сиплым со сна голосом.

— Да тихо ты! — тут же шикнул на меня Артем. — А то Маринку разбудишь.

— Проснулся. Ну пошли тогда, — подхватил следом полушепотом уже Вруст.

— Куда пошли? — так же невольно перейдя на шепот, полюбопытствовал я, покорно поднимаясь с диванчика.

— Много текста, — хмыкнул вредина-горз. — Сейчас сам всё увидишь.