Глава 5

Ужин прошёл… напряжённо. Чаепитие королева в нашем обществе выдержала достойно, но надо сказать, что и домочадцы вели себя примерно.

К ужину безграничное терпение Эмили истощилось.

Королева сидела во главе стола. Потому что кто, если не она? Леония — справа от неё. Я — слева. Эмилия — рядом с Лео, потому что маму она пока слушала больше меня. И следом за ней миссис Стэнф. Она активно пыталась увильнуть от чести обедать за одним столом с королевой, но Эмили так просто не переспорить. Всемогущие драконьи боги, что будет, когда мой дракончик подрастет…

Бруно превзошел себя. На ужин в честь гостьи он подал утку с яблоками. Королева попробовала, одобрительно кивнула и сказала:

— Хорошо приготовлено. Не ожидала от привидения.

— Бруно очень старается, — сказала Леония. — Он у нас отменный повар.

— А раньше он был живым? — спросила королева, отрезая ещё кусочек.

— Не знаю, — честно сказала Леония. — Он не рассказывает.

— Я был живым, — раздался голос Бруно из-за спины королевы. Та вздрогнула. — Потом умер. А потом понял, что некому передать рецепты, и остался у господина дракона дальше.

— Очень трогательно, — сказала королева, даже не повернувшись.

— Спасибо, Ваше Величество, — Бруно с достоинством поклонился и насупился.

— Нам повезло, бабушка, — важно заявила Эмилия.

Ох, стоило взглянуть на лицо Ее Величества… Пожалуй, стоит сегодня забрать Лео куда-нибудь подальше от замка, пока моя драгоценная теща не заснет, или жене придется выслушать целую недовольную лекцию о том, как плохо она воспитывает юную принцессу. И неважно, что это дракон.

— Да, очень-очень повезло, — продолжила Эми. — Папочка хорошо готовит, но до дяди Бруно ему далеко. Правда, папочка?

— Правда, милая. А теперь ешь, пожалуйста, и постарайся все-все съесть, Бруно обрадуется, — заметил я. На королеву-мать я старался не смотреть.

Бруно довольно уплыл на кухню. Эмилия, которая всё это время с интересом наблюдала, вдруг сказала:

— Бабушка, а ты знаешь, что папа боится привидений? Он всегда вздрагивает, когда Бруно появляется из-за спины.

— Это рефлекс, — улыбнулся я.

— А вы чего боитесь? — спросила Эмилия, склонив голову набок.

Королева задумалась. На секунду. Потом заявила:

— Плохо воспитанных внуков.

Эмилия на всякий случай выпрямилась на стуле, поправила салфетку и положила руки на колени. Я поймал взгляд Леонии. Очень панический взгляд.

Кошмар, а не ужин. Решено, найду предлог и заберу девочек на Серые Камни. До ночи… или до утра… может, на всю неделю?

Кто-то пнул меня под столом. Я удивленно взглянул на Лео. Далековато. Неужто она?

После ужина королева попросила показать ей детскую. Эмилия побежала вперёд, показывать свои игрушки и хвастаться коллекцией блёсток. Лео решительно отвергла мой малодушный план побега и устремилась за матерью. Я остался в гостиной с Глимом.

— Хозяин, — недолисик вылез из-за воротника и отряхиваясь. — Ты держишься молодцом.

— Спасибо, Глим, — вздохнул я.

— Но я бы на вашем месте уже копал подкоп.

— Зачем?

— Чтобы сбежать, когда станет совсем невмоготу, — серьёзно сказал Глим. — Я уже присмотрел место. За Западной башней, там земля мягкая. Я могу начать сегодня ночью.

— Глим, я не буду сбегать из собственного замка, — сказал я, чувствуя, что начинаю жалеть, что вообще заговорил. — Так что ты напрасно страдаешь.

— А зря, — вздохнул Глим. — Королева уже приказала голему не выпускать вас из замка без её личного разрешения.

— Что⁈ — я подскочил.

— Я подслушал, — ничуть не смущаясь, заявил Глим. — Она сказала: «Ворота моему зятю без моего личного позволения не открывать». Правда-правда, так и сказала!

Я только вздохнул.

— Формально — вы заперты, — продолжал вещать Глим. — Но я могу вырыть подкоп. У меня лапки маленькие, но я старательный.

— Не надо подкопа, — простонал я. — Надо просто… пережить.

— Пережить — это наш девиз, — философски заметил Глим и рассыпал над моей головой горсть блёсток. — Держитесь, хозяин. Неделя пролетит быстро. Или не пролетит. Но вы держитесь.

— Ты уже второй, кто мне это говорит, — мрачно сказал я. — И я вам обоим не верю.

Глим вздохнул, сел мне на плечо, укутал меня хвостом и приготовился страдать вместе со мной.

За окном розовел закат. Где-то наверху Эмилия показывала бабушке свои блёстки и, судя по звукам, уже успела обсыпать ими всю детскую, но пока не бабушку. А я сидел в кресле, сжимал подлокотники и думал: ну, вот и началось. Гоблины с отбойными молотками совершали диверсию и готовились пробраться на свое законное место строительства в моей голове.