— Но с нами двумя согласна?

— Безусловно, — как ещё могла отвечать, не понимаю.

— Это хорошо, — Макс улыбнулся, и я прикрыла глаза, чтобы не видеть его.

Так стало чуточку легче. Но совсем ненадолго, потому что эти двое решили, что тактильных ощущений мне на сегодня маловато, нужно увеличивать.

Они отстранились одновременно, отпустили меня, и вдруг стало холодно и одиноко. Я распахнула ресницы, собралась уже возмутиться, хотя причины-то и не было, мне ничего не обещали, я сама тут потекла и мозгов лишилась, но… Когда посмотрела по сторонам, поняла, что это далеко не конец. Мы в самом начале истории.

Макс расстёгивал рубашку — неторопливо, эротично, рассматривая меня, не упуская ни одного сантиметра тела, будто прикидывал, куда станет кусать в первую очередь. Очень внимательно, так, что я зависла, тяжело дыша и не думая ни о чём.

За что и поплатилась.

— Малышка, а куда это ты так смотришь? Дышишь тяжело, запахи такие вокруг себя разбрасываешь, что думать больно, вся кровь вниз спустилась, — я охнула, когда моих ног коснулся Илья, обернулась и уткнулась взглядом в его макушку. — Не делай таких резких движений, — он поднял голову и подмигнул, — я ведь не железный, могу и сорваться.

— Ага, — кивнула, замерла и даже дышать стала через раз.

А всё потому, что он сидел передо мной обнажённым. На коленях. А его одежда кучей лежала в стороне, словно он бросал туда всё, срывая с себя и торопясь. Хотя… Почему это «словно»? Илья торопился, хотел меня поскорее присвоить, вот теперь за это я буду расплачиваться.

Надеюсь, сладко.

Его руки скользили по моим ногам, поднимаясь всё выше, пока не добрались до края чулок, обрисовали игривую резинку и рванули выше, поднимая край платья.

— Нет! — я попыталась его остановить, но наткнулась на горящий взгляд и замерла, сглотнув от накатившего дурмана.

Мать моя, этот мужик точно гипнотизёр, потому что от одного его взгляда я стала безвольной, как тесто — делай со мной что хочешь, я сопротивляться не буду, только помогу в любом разврате.

— Малышка, чулочки мы оставим, они мне нравятся, а вот остальное придётся снять… Так, — он нахмурился, опустил руки, и громко взвизгнули замки на сапогах. — Ножку подними… Теперь эту… Молодец, маленькая. А имя у тебя есть? — улыбнулся лукаво.

Нет, меня можно выносить и укладывать, куда там им хочется. Поплыла окончательно!

— Тина, — произнесла на выдохе.

Ноги утонули в пушистом мягком ковре, и мне даже на миг стало жалко, что я топтала его грязными сапогами. Услышала стук, поняла, что Илья откинул мою обувь в сторону и вновь вернулся ко мне.

На этот раз на колени он не вставал, просто присел, походя провёл руками по моим бёдрам, отчего сердце на раз сбилось с ритма. А потом резко вздёрнул подол платья, шикнул, чтобы подняла руки, и стянул его с меня, уверенным движением кинув в ту же кучу, где лежали его вещи. Прохладный воздух комнаты тут же пронёсся по разгорячённой ожиданием разврата коже, и я вздохнула, прикусывая губу.

Очень хотелось отвести взгляд, напомнить себе, что я не какая-то там девочка на ночь, для которой всё это — обычное дело. Да, не невинная, но, блин, такого точно не было! И я держалась, рассматривала мужчину, старательно обводя взглядом его мышцы. Понимала, что передо мной не студент-хлюпик, а самый настоящий мужик. Оборотень. Тренированный, сильный, которому ничего не стоит сломить моё сопротивление, реши я возмущаться. Вот только не буду я с ним спорить, потому что даже сейчас плохо соображаю, так сильно хочу, чтобы он нормально ко мне прикоснулся, положил свои руки с длинными пальцами на мою грудь, сжал, лаская…

— Мне нравится твоя реакция, — Илья шагнул ближе, теперь я чувствовала жар от его кожи на своей, и тянулась к нему сильнее. — Макс, ты там надолго застрял? Ничего с троими шмотками не случится, если один раз они помнутся. А Тина, малышка наша, может и заскучать. Хотя я не дам тебе скучать, правда?

— Правда, — согласилась с ним.

Илья улыбнулся, протянул руку к моему лицу и нежно повёл по щеке, дошёл в ласке до уха, обвёл мочку и, словно рисуя, направился обратно, на этот раз по челюсти. Тело прошило дрожью, и я застонала, хотя ничего особенного ведь не было. Просто… прикосновение.

— Ты охренительно стонешь, малышка.

Его пальцы дошли до подбородка и аккуратно двинулись вверх, застопорившись на губе. Надавили…

— Не сопротивляйся, Тина, тебе всё понравится.

И что я могу на это ответить? Конечно, только согласиться.

На вдохе приоткрыла губы, впуская в рот его большой палец. Думала, Илья решит продемонстрировать что-то из раздела игр для взрослых, но нет, оказалось, что его больше заводил сам процесс соблазнения. И надо сказать, меня тоже.

Тело вообще решило жить своей жизнью. Колени подрагивали, руки так и норовили подняться и схватиться за ближайшую незыблемую опору, но я держалась. Из последних сил, но держалась, потому что единственный, на кого могла опереться, это Илья. И что-то мне подсказывало, моё прикосновение к нему будет похлеще атомного взрыва.

Для нас обоих.