Уже темнело, когда вернулись ковбои, посланные Грэйсоном на отдаленное пастбище за стадом быков. Они прибыли с пустыми руками и ехали очень медленно, так как один из них поддерживал в седле своего раненого товарища. Они подъехали прямо к конторе, где Грэйсон и Бридж были заняты бумагами. Увидя их, Грэйсон нахмурился. С первого же взгляда он догадался, что случилось.

– Кто это сделал? – спросил он, когда ковбои вошли в контору, внеся раненого на руках.

– Солдаты Пезиты, – ответил Бенито возбужденно.

– Они и быков захватили? – спросил Грэйсон тревожно.

– Только часть, остальных нам удалось угнать. А еще мы видели Бразоса.

И Бенито выразительно взглянул из-за густых ресниц на нового бухгалтера.

– Где? – спросил Грэйсон.

– На нем ехал один из офицеров Пезиты, такой высокий американец. Тони и я видели этого же самого молодца в Куиваке в ту самую ночь, когда был ограблен банк, а сегодня он гарцевал на нашем Бразосе.

Темные глаза снова метнулись на Бриджа.

Грэйсон сразу понял значение слов мексиканца. Вот случай избавиться от этого неудобного человека!

Во время этого разговора в контору вошел хозяин. Он слышал, что ковбои вернулись на ранчо без быков, и пришел в контору, чтобы разузнать, что случилось. Барбара сопровождала отца.

– Вы слышали, что рассказал Бенито? – спросил Грэйсон, обернувшись к хозяину.

Тот молча кивнул головой. Глаза всех присутствовавших были устремлены на Бриджа.

– Ну-с, – грубо сказал Грэйсон, – что же вы сами на это скажете? Я вас все время подозревал. Всем прекрасно известно, что этот самый Бразос не мог убежать. Вы и тот другой негодяй из Штатов решили, что всё удачно устроили, не правда ли? Ну, мы еще…

– Подождите минутку, Грэйсон, – прервал хозяин. – Дайте мистеру Бриджу возможность объясниться. Вы выдвигаете против него очень серьезное обвинение, не имея к тому, собственно, никаких доказательств.

– О, – воскликнул Бридж с улыбкой, – я так и знал, что мистер Грэйсон подозревал меня в соучастии в ограблении банка, но кто может его осудить за это? Человек, который не умеет ездить верхом, способен на любое преступление!

Грэйсон сердито фыркнул. Барбара шагнула к Бриджу. Час тому назад она сама была готова в нем сомневаться. Теперь, когда все сплотилось против него, в ней пробудилось желание его защитить.

– Вы этого не сделали, мистер Бридж?

Голос ее был почти умоляющий.

– Если вы говорите об ограблении банка, – ответил Бридж, – то, даю вам слово, мисс Барбара, я тут ни при чем! Я знал о нем не более, чем Бенито и Тони, до тех пор, пока оно не совершилось. В тот момент, когда они обнаружили преступление, я еще спал сном праведника в своей комнате над помещением банка.

– Ладно! А откуда грабитель достал нашего галицено? – ехидно спросил Грэйсон. – Вот что я желал бы знать!

– Вы должны спросить об этом его самого, мистер Грэйсон, – небрежно ответил Бридж.

– Его спросит Вилья, когда поймает, – буркнул Грэйсон. – Но полагаю, что некоторые сведения об этом деле генерал может получить от вас. Завтра ждут его прибытия в Куиваку, и мы доставим вас туда на допрос.

– Вы хотите сказать, что собираетесь выдать меня генералу Вилье? – спросил Бридж. – Собираетесь выдать американца этому мяснику, зная, что его там без суда расстреляют в двадцать четыре часа?

– Расстрел еще слишком хорошая смерть для конокрадов, – ответил Грэйсон.

Барбара взволнованно обернулась к отцу.

– Ты не позволишь мистеру Грэйсону этого сделать? – спросила она.

– Мистер Грэйсон лучше меня знает, как поступать в таких случаях, Барбара, – ответил отец. – Он управляющий ранчо, и я поставил себе за правило никогда не вмешиваться в распоряжения выбранных мною людей.

– Ты, значит, допустишь, что мистер Бридж будет расстрелян, и ничего не сделаешь, чтоб его спасти? – воскликнула Барбара.

– Мы не знаем еще, будет ли он расстрелян, – ответил ей отец. – Если мистер Бридж невиновен, то нет причины его расстреливать. Если же он соучастник ограбления банка, то, учитывая военное положение, заслуживает смерти. Генерал Вилья, как я слышал, расценивает подобные действия как государственное преступление. В банке находились деньги, которые были выделены правительством на подавление мятежа; теперь они украдены и попали в руки врагов Мексики.

– Кроме того, если мы теперь же его не выдадим, то настроим Вилью против себя, – вмешался Грэйсон. – Он и так-то не особенно жалует американцев. Даже будь Бридж мне родным братом, я и тогда должен был бы выдать его властям.

– Благодарю небо, – прервал его Бридж насмешливо, – что к чести быть расстрелянным Вильей не прибавится еще чести быть в родстве с вами! А буду ли я расстрелян, это мы еще посмотрим!

С этими словами он опрокинул лампу и бросился к выходу.

Барбара с отцом стояли ближе всех к двери, и, когда девушка поняла смелый замысел Бриджа, она оттолкнула отца в сторону и распахнула дверь перед беглецом.

Бридж вылетел наружу, как стрела, бросив на прощанье:

– Спасибо, голубка!

Дверь с треском захлопнулась, Барбара быстро повернула ключ, вытащила его из замка и бросила куда-то в угол погруженной во тьму комнаты. Когда Грэйсон и мексиканцы кинулись вслед за беглецом, их путь преградила запертая дверь.

На дворе Бридж побежал к лошадям, терпеливо ожидавшим возвращения своих хозяев. В один миг он вскочил на одну из них и, погнав хлыстом остальных впереди себя, исчез в темноте ночи. К тому времени, как Грэйсон и мексиканцы с трудом вылезли через одно из узких окошек конторы, бывший бухгалтер уже скрылся из виду.

Управляющий с несколькими из своих людей седлали в конюшне лошадей, чтобы пуститься в погоню за беглецом, когда вошел хозяин и тронул его за рукав.

– Мистер Грэйсон! – сказал он тихо. – Я поставил себе за правило никогда не вмешиваться в ваши распоряжения, но в настоящую минуту все же попрошу не преследовать мистера Бриджа. Я буду рад, если ему удастся спастись. Барбара права: неприятно, знаете ли, выдавать человека. Ведь его ожидает верная смерть! Кроме того, он мне все-таки кажется совсем безобидным оригиналом.

Грэйсон, ворча, начал расседлывать лошадь.

– Если бы вы увидали то, что видел я, – сказал он, – мне думается, вы не стали бы спасать его шкуру!

– О чем вы говорите? – удивленно спросил хозяин.

– О том, что этот прощелыга, этот «оригинал», как вы его изволите называть, ухаживал за вашей дочерью! – ответил управляющий.

Старик только засмеялся.

– Не будьте дураком, Грэйсон, – сказал он и, не торопясь, вышел.

Час спустя Барбара гуляла взад и вперед около дома в прохладной тиши мексиканской ночи. Ее мысли были заняты недавними событиями. Гордость девушки была безмерно уязвлена той ролью, которую она невольно сыграла во всем этом деле. Не то чтобы она сожалела о том, что способствовала бегству Бриджа, но ей было неприятно, что ей пришлось изображать мелодраматическую героиню перед Грэйсоном и его ковбоями.

А еще она поняла, что разочаровалась в Бридже. До этого Барбара смотрела на него как на человека, которого отвращение к самодовольному и тупому благополучию буржуа толкнуло на свободную и романтическую жизнь бродяги. Теперь же она опасалась, что Бридж просто-напросто преступник…

Но внезапно Барбара вспомнила, что с точки зрения закона тот человек, который сыграл такую роль в ее жизни, тоже ведь был преступником! Однако как она любила его! Она и сейчас с гордостью о нем вспоминает.

– Я горжусь им, кем бы он ни был! – прошептала она.

Вряд ли эти слова относились к бежавшему бухгалтеру… Когда ее мысли снова вернулись к Бриджу, она поняла, что все же рада тому, что тот убежал. Она инстинктивно чуяла в этом человеке глубокую и честную натуру.

– Хорошую же шуточку вы с нами сыграли, мисс Барбара! – послышался за ее спиной чей-то голос.

Девушка обернулась и увидела приближающегося Грэйсона. К ее удивлению, управляющий, казалось, вовсе не был раздосадован случившимся.

– Дорогой мистер Грэйсон, – вежливо ответила Барбара, – не могла же я допустить, чтобы вы выдали человека этому зверю, Вилье? Не важно, что бы он там ни сделал!

– Мне очень понравилось, как вы за него заступились, мисс, – сказал Грэйсон. – Вы как раз такая девушка, какую я искал всю жизнь: смелая и отважная. Напрасно только вы увлеклись этим бумагомарателем; он и не мужчина-то вовсе! Я люблю вас, Барбара. И, смею утвержать, я настоящий мужчина!

Девушка в изумлении отшатнулась.

– Мистер Грэйсон! – воскликнула она. – Вы забываетесь!

– Нет! – грубо рявкнул он. – Я люблю вас, и вы будете моей!

Управляющий шагнул к Барбаре и схватил ее за руку, стараясь привлечь девушку к себе. Барбара одной рукой оттолкнула Грэйсона, а другой ударила его по лицу.

Тот сразу отпустил ее. Барбара выпрямилась во весь рост и сказала ледяным тоном, глядя прямо в глаза управляющему:

– Ступайте прочь немедленно! Я никому ничего не скажу, если вы пообещаете мне никогда более не пытаться повторить это.

Грэйсон не ответил. Пощечина временно охладила его пыл. Управляющий понял, что действовал необдуманно. Однако с того момента, как он узнал о разорении Хардингов, Грэйсон стал иметь серьезные виды на мисс Барбару. Выйди она за него замуж – ранчо фактически оказалось бы в его руках. Да и девушка очень ему нравилась. Надо же было такому случиться, чтобы этот бездомный бродяга, бунтовщик и смутьян ей полюбился! Грэйсон искренне верил в то, что у Барбары с Бриджем была романтическая связь. «Ничего, – подумал он, – я сумею тебя, голубушка, укротить!» И, окинув девушку недобрым взглядом, он отошел в сторону.

Барбара торопливо пошла к дому.

* * *

На следующее утро, около десяти часов, Барбара, сидя на веранде дома, увидела, как к ней быстро направляется отец. Девушка не могла не заметить взволнованного выражения на его лице.

– В чем дело, папа? – спросила она, когда он опустился рядом с ней в кресло.

– Твое вчерашнее самопожертвование оказалось напрасным, – ответил он. – Сторонники Вильи схватили Бриджа!