При крушении погибли только четыре матроса. Когда судно раскололось, почти вся команда толпилась на носу, поэтому люди были отброшены далеко вперед и оказались недалеко от входа в бухту. К Ларри Дивейну, который еще не так давно сидел на палубе и хныкал, на берегу сразу вернулась его обычная самоуверенность. Капитан Симс, подавленный в первую минуту, тоже очень скоро вспомнил про командирский тон. Он грубо обрушился на Терье, обвиняя его в гибели «Полумесяца».

– Если мы когда-нибудь доберемся до цивилизованного мира, – орал он, – я привлеку вас к суду, жалкая тряпка! Погубить такое судно после того, как оно выдержало трехдневный шторм! Если бы вы не устроили бунт против меня, я провел бы корабль по проходу целым и невредимым и не потерял бы ни единой души из моего экипажа.

– Хватит уже! – остановил его Терье. – Ваше бессмысленное хвастовство не изменит факта: вы дезертировали со своего поста во время опасности. Помните, что мы теперь на берегу и что у вас нет корабля, на котором вы могли бы распоряжаться. На вашем месте я бы поосторожнее говорил с людьми, более высокими по положению.

– Что я слышу?! – завопил шкипер. – Более высокими по положению? Ах ты, дьявольское отродье! Ну погоди! Эй, сюда! – заорал он, обращаясь к матросам. – Закуйте этого молодчика в кандалы. Я ему покажу, у кого здесь какое положение!

Терье расхохотался ему прямо в лицо; но Уард и двое матросов, которые всегда пользовались особым расположением капитана, с угрожающим видом двинулись к нему.

Только тогда штурман понял положение вещей: на берегу в его услугах уже не нуждались и потому готовы избавиться от него… Ну что ж, лучше сразу все выяснить…

– Минутку, – сказал Терье, поднимая руку. – Живым вы меня все равно не возьмете; да, впрочем, вы, пожалуй, и не ставите себе такой цели… Если же попытаетесь убить меня, то некоторые из вас умрут вместе со мной. Лучшее, что мы можем сделать, – это разойтись. Разделимся теперь же раз навсегда на две партии.

Он обернулся к Билли Байрну.

– Ну как? Вы со мной или против меня? – спросил он.

– Я против Симса, – ответил Билли уклончиво.

Костлявый Сойер, Красный Сандерс, негр-кок, Вильсон и еще два матроса придвинулись к Билли Байрну.

– Мы с Билли, – заявил Бланко.

Дивейн и Барбара Хардинг стояли чуть в стороне. Оба они были встревожены неожиданным оборотом, который приняли события.

Изо всей команды только Симс, Уард и Терье имели оружие. У каждого из них был за поясом револьвер. Со всех них еще текла вода после недавнего пребывания в море. На стороне Симса осталось всего пятеро матросов, зато у этой партии было два револьвера.

Внезапно Уард повернулся к Дивейну.

– Мистер Дивейн, вы вооружены? – спросил он.

Дивейн утвердительно кивнул.

– Тогда идите на нашу сторону, вы можете нам понадобиться, – сказал Уард.

Дивейн колебался. Он не знал, чья сторона возьмет верх, и хотел действовать наверняка. Внезапно его осенила блестящая мысль.

– Дело касается только офицеров корабля, – сказал он. – А ведь я пленник или в лучшем случае пассажир. Кто из вас победит – мне безразлично, и потому я не примкну ни к одной партии.

– Нет, примкнете! – произнес Уард глухим, угрожающим голосом. – Вы слишком крепко связаны с нами, голубчик, чтобы увиливать. Если вы сейчас же не встанете на нашу сторону, мы будем считать вас мятежником и поступим с вами сообразно морским законам, как только расправимся с этим отребьем. А как мы с ними поступим, думаю, нетрудно догадаться!

Дивейн уже сделал несколько шагов по направлению к партии Симса, когда тихий голос девушки, стоящей за ним, остановил его.

– Ларри, – сказала она, – я знаю все. Я знаю, что вы участвовали в этом заговоре. Если в вас еще сохранилась искра чести, вы постараетесь как-нибудь загладить зло, сделанное вами мне и моему отцу. Замуж за вас я никогда не выйду. Даю вам честное слово, что я скорее лишу себя жизни. Значит, и мое состояние никогда не перейдет к вам. Бросьте о нем думать. Лучшее, что вы могли бы теперь сделать, это попытаться спасти меня из этого ужасного положения, в которое ввергла меня ваша алчность. Встаньте на сторону мистера Терье. Он обещал помочь мне и защитить меня.

Густая краска залила лицо молодого человека. У него даже не хватило духу обернуться и взглянуть в глаза девушке, спокойно произносящей эти страшные слова. Весь как-то съежившись, медленно, с низко опущенной головой подошел он к Терье.

Уард быстро сообразил, какой оборот приняли события: превосходство теперь оказалось на стороне противника – в партии Терье насчитывалось девять человек и два револьвера, а в партии капитана хоть револьверов и столько же, но людей семеро. Очевидно, девушка тоже будет тяготеть к той стороне – от первого штурмана не ускользнуло то, что между Терье и мисс Хардинг установились доверительные отношения. Также Уард знал, что капитан – отъявленный трус, да и ему самому не слишком улыбалась перспектива рукопашного боя. Интриги и обман были более по душе мистеру Уарду. Поэтому, как только он увидел, что Дивейн решил присоединиться к противнику, он быстро изменил план кампании.

– Я полагаю, – сказал он, ни к кому в особенности не обращаясь, – что мы все немножко поторопились и горячимся понапрасну. Немудрено, что наши нервы еще взвинчены от всего, что нам пришлось пережить. Мне кажется, следует принять во внимание, что мистер Терье сделал все возможное, чтобы спасти корабль, и что нам посчастливилось остаться в живых. Бросим эти разговоры и постараемся лучше спасти после крушения все, что возможно. Кроме того, нам еще предстоит найти пресную воду и обустроить лагерь. Это, ей-богу, будет умнее, чем грызться друг с другом.

– Как вам угодно, – сказал Терье, – нам все равно. – И употреблением этих личных местоимений он как бы подчеркнул существование двух отдельных партий.

Симс, уже много лет знавший своего штурмана, привык соглашаться со всем, что бы тот ни предлагал, хотя его ленивый мозг и не всегда понимал хитроумные планы Косоглазого. Поэтому и теперь он кивком головы одобрил его идею.

– Я думаю, – продолжал Уард, – что нам следует отрядить двух наших и двух ваших людей под начальством мистера Дивейна на поиски воды и места для лагеря. Остальным будет здесь по горло работы по спасению припасов с корабля.

– Хорошо, – согласился Терье. – Вы, Миллер, и вы, Свенсон, ступайте с мистером Дивейном.

Уард тоже отрядил двух матросов, и небольшая партия из пяти человек приступила к восхождению на скалы, окружавшие бухту.

* * *

Высоко над берегом, среди густой поросли, притаился смуглый человек, внимательно следивший за пришельцами раскосыми блестящими глазами. Странные средневековые доспехи и два огромных меча придавали ему воинственный вид. Волосы у него на висках были сбриты, посередине головы до самой макушки также шла широкая выбритая полоса. Остальные волосы были стянуты в косу, крепко перевязанную сзади и завернутую вперед так, что она свешивалась надо лбом. Бронзовый шлем лежал в траве у его ног.

Когда партия моряков стала подниматься в гору, человек в странных доспехах скрылся в лесу.

Это был Ода Иоримото, потомок могущественного даймё, бежавшего со своими верными самураями из Японии после свержения правящей династии около трехсот пятидесяти лет тому назад.

Изгнанники укрылись на этом далеком и никому неведомом острове. Они сохранили в себе дикую средневековую воинственность, еще более усиленную первобытной свирепостью туземной расы, с которой они здесь смешались. За это время жители маленькой колонии не добились никакого прогресса в науке или технике и даже деградировали в своем развитии, впав в такое же глубокое невежество, как и туземцы, с которыми они связали свою судьбу. Только в военной организации, дисциплине и вооружении этих потомков древних японцев сказывалось еще влияние их культурных предков.

Это были жестокие и хитрые варвары. И надо же было случиться, что потерпевшие крушение попали именно на их остров! Что могли сделать шестнадцать человек, вооруженных четырьмя револьверами, против тысячи диких самураев?

* * *

Терье, Уард, Симс и матросы, оставшиеся на берегу, деятельно занялись вылавливанием обломков и груза «Полумесяца», прибитых волнами к отмелям бухты. Тут были и бочонки с пресной водой, и жестянки с бисквитами, и одежда, и консервированное мясо, и многие другие вещи.

Этот утомительный труд поглотил большую часть вечера. Не успели они закончить его, как Дивейн и его партия вернулись на берег. Они доложили, что источник нашелся в трех милях к востоку от бухты и в полумиле от морского берега. Однако переноску вещей на место нового лагеря было решено начать только на следующее утро.

Терье и Дивейн построили грубый шалаш для Барбары Хардинг. Они поставили его у самого подножия скалы, насколько возможно дальше от воды.

За всеми их действиями пристально следили сверху черные сверкающие глаза Оды Иоримото, но теперь рядом с ним лежали еще шесть самураев. Кроме мечей, они были вооружены еще примитивными копьями, какие были в ходу у диких туземных племен.

Ода Иоримото внимательно разглядывал белых мужчин на берегу. Также разглядывал и белую девушку – может быть, еще внимательнее, чем мужчин. Он видел, как строили шалаш и как, когда его закончили, девушка вошла в него. Он понял, что шалаш предназначался для нее одной.

Тут Ода Иоримото причмокнул, и его узкие глаза еще больше сощурились.

Перед жилищем Барбары Хардинг горел костер, а несколько в стороне был разложен второй костер побольше. Там собрались матросы – они окружили Бланко, который старался приготовить ужин из разнообразной снеди, выброшенной на берег.

Матросы дружно сидели вместе, и ничто не указывало на то, что команда раскололась на две партии; но, как только ужин окончился, Терье отозвал своих сторонников и занял позицию между шалашом Барбары и главным костром. Здесь он приказал расположиться на ночь возможно удобнее и развести собственный костер, потому что с наступлением темноты холод тропической ночи давал о себе знать.

Все были до такой степени утомлены, что почти немедленно весь лагерь оказался погруженным в глубокий сон. А на вершине скалы все еще лежал Ода Иоримото со своими самураями, устремив блестящие глаза на беззаботно спящую добычу.

Около часа сидел он в глубоком безмолвии, а затем, убедившись, что внизу все стихло, встал и, шепотом отдав приказания воинам, начал спускаться к бухте. Он шел впереди, а за ним гуськом крались шесть самураев; но вдруг Ода Иоримото снова остановился. Внизу, в лагере, расположенном между шалашом девушки и западным костром, тихонько поднялась чья-то фигура.

Это был Терье. Он осторожно двинулся к спящему рядом с ним матросу и начал трясти его.

– Тише, Байрн! – шепнул француз. – Это я, Терье. Помогите мне разбудить других, только смотрите, не подымайте шума.

– В чем дело? – поинтересовался Билли.

– Мы сейчас снимемся с лагеря и перейдем на новое место, прежде чем те, другие, проснутся, – прошептал в ответ Терье. – Конечно, мы захватим с собой и провизию и девушку.

Билли усмехнулся:

– Ловко! То-то похнычут они утром!

Потребовалось очень немного времени, чтобы разбудить остальных, а когда им объяснили план, они все оказались в восторге от того, что смогут наставить нос капитану и Косоглазому. Было решено в первый переход захватить с собой только провизию, спуститься к бухте еще раз до наступления рассвета и уже тогда захватить одежду, брезент и канаты, которые были выловлены из моря.

Миллеру и Свенсону поручили идти в арьергарде с мисс Хардинг и помогать ей взбираться по отвесной скале. Дивейн должен был служить проводником и вести партию к ее новому лагерю. Терье брал на себя общее командование маленьким отрядом.

Все, за исключением Дивейна, Миллера и Свенсона, осторожно поползли к небольшой груде запасов, сложенной в пятидесяти или шестидесяти футах от лагеря Симса. Остальные бесшумно двинулись к шалашу Барбары Хардинг. Подойдя к нему, Дивейн начал царапать ногтями брезент, служивший дверью.

А сверху Ода Иоримото пристально, не мигая, смотрел на непонятную суету, происходящую в лагере пришельцев.

Девушка, спавшая беспокойным сном, сразу проснулась и, встревоженная, подошла к двери своего примитивного жилища.

– Это я, Ларри, – прошептал мужской голос. – Вы одеты?

– Да, – ответила Барбара и показалась в дверях, освещенная луной. – Что вам нужно? Что случилось?

– Я и Терье хотим увести вас от Симса, – ответил молодой человек, – и разбить собственный лагерь в безопасном месте, где они не смогут причинить вам зла. Терье и остальные матросы пошли за припасами, и, как только они вернутся, мы начнем взбираться на скалы. Если вам нужно собрать какие-то вещи, пожалуйста, сделайте это поскорее. Нужно очень спешить, а то, если проснется кто-нибудь из партии Симса, нам без боя не обойтись.

В это время Терье, Байрн, Костлявый Сойер, Красный Сандерс, Бланко и Вильсон отбирали добро, которое хотели взять с собой. Оказалось, что провианта столько, что унести его возможно только в два приема, а потому Терье послал Билли за Миллером и Свенсоном.

– Мы сперва отнесем все наверх, сколько сможем, – сказал он, – спрячем там запасы и вернемся за остатком.

В то время как они ждали возвращения Байрна с двумя матросами, один из спящих в лагере Симса зашевелился. Мародеры припали к земле и притаились за ящиками и бочонками. Терье присел таким образом, что мог следить за всеми ними.

Человек, который приподнялся и оглянулся, это был Уард. Он медленно встал и пошел прямо к груде сложенных вещей. Терье вытащил свой револьвер. Если бы первый штурман взглянул в направлении шалаша Барбары Хардинг, то обязательно увидел бы там четыре фигуры, освещенные лунным светом.

Терье сам повернул голову в том направлении, чтобы убедиться, насколько ясно они видны. И очень обрадовался, заметив, что никого не видно. Вероятно, они вовремя заметили Уарда или из предосторожности встали за шалашом.

Уард подошел к ящикам со стороны, противоположной той, где притаились мародеры. Терье держал палец на курке револьвера. Он был уверен, что штурман разбужен произведенным ими шумом, и отправился на разведку. Терье знал, что он не удовлетворится обследованием одной стороны кучи припасов. Уарда ему не было жаль, но он чувствовал досаду, что дело, которое хотелось выполнить спокойно и тихо, окончится битвой.

Уард остановился у одного из бочонков с водой. Приподнял крышку, зачерпнул воды жестяной кружкой, выпил, поставил кружку обратно на верх бочонка и, повернувшись, спокойно пошел обратно к своему одеялу.

Терье поздравил себя с удачей. Уард ничего не подозревал! Его просто мучила жажда, и он пришел попить воды; через минуту он, вероятно, снова крепко заснет. И действительно, прежде, чем Байрн вернулся с Миллером и Свенсоном, Терье уже различил храп первого штурмана.

В первый подъем на вершину скалы всем восьмерым удалось перенести значительный груз; Дивейн оставался внизу, чтобы охранять Барбару Хардинг.

Второй подъем должен был пройти с таким же успехом. Ни одного звука не доносилось из неприятельского лагеря, за исключением храпа усталых людей. Дивейн и Терье были нагружены запасами, а Миллер и Свенсон шли сзади с Барбарой Хардинг. При их приближении Ода Иоримото со своими самураями бесшумно отошел в сторону и притаился в тени.

Дойдя до вершины, маленький отряд двинулся по направлению к новому лагерю. Дивейн показывал дорогу. Во время дневной разведки Дивейн нашел вдоль края скал хорошо протоптанную тропинку, а от нее отходила другая тропа к источнику. По своей неопытности он принял их за звериные тропы, в то время как на самом деле это были дороги, проложенные туземными охотниками за черепами. Передвигаться по ним можно было сравнительно легко, но они были так узки, что Терье не смог ходить взад и вперед по флангу своей небольшой колонны.

Он попробовал было, но это так мешало нагруженным людям, что он был принужден отказаться от этой попытки и шел в середине отряда, пока не достиг нового лагеря.

Здесь оказалось довольно большое открытое пространство, в центре которого из земли пробивался прозрачный источник. На зеленой лужайке росло только несколько кустов, а вокруг сплошной стеной подымались непроходимые джунгли.

Матросы сложили припасы на землю, а Терье все стоял, поджидая замешкавшийся арьергард – Миллера и Свенсона с Барбарой Хардинг. Но они не появлялись.

Тревога Терье передалась остальным. Все бросились обратно по той дороге, которой шли сюда, но, вернувшись к самому склону, ведущему к бухте, они, так никого и не встретив, должны были признаться себе: Барбара и оба матроса бесследно исчезли.