ГЛАВА 22. ОЛЕСЯ

Поведение Матвея меня слегка озадачивает. Он ухаживает за мной? Фен купил. Это какой-то скрытый намек быть может? Я знаю себе цену, знаю, что нравлюсь мужчинам, мне вообще ничего не стоит очаровать практически любого. Но вот Волкова я как раз и не очаровывала, потому что понимала – бесполезно. Он что же, сам очаровался? Эта мысль отдается внутри чем-то приятным. Капитан ассоциировался у меня с тем типом мужчин, о которых любая упрямая девушка ломает свои когти или зубы. Короче, не по зубам этот мужик. Никому. Такие всегда сами выбирают. Неужели, меня выбрал?

Привожу себя в порядок, еду на свою треклятую отработку. Если бы не швабры с ведрами, мне там, пожалуй, даже нравится. А сейчас вообще волнительно как-то. Все мысли о Матвее, даже обида на отца свою остроту потеряла.

– Мальчики, я у вас тут сегодня убралась плохо, – сами собой несут меня ноги в заветный кабинет. – Пришла исправить ситуацию.

– Олесь, мы тебе всегда рады, – подмигивает мне Коля Топольков.

– А что это у вас? Пицца…, – подмечаю раскрытые коробки. Еще не все съедено. – Угостите?

– Конечно, кушай, – как всегда по-доброму глядит на меня Добрыня.

– Леш, а ты чего невеселый такой? – откусываю любимую пепперони. – Не поел что ли? Голодный мужчина – всегда злой мужчина.

– Кусок в горло не лезет, – вымученно улыбается он.

– Наш полковник Горелов просто ревнует, – смеется Николай. – Его любимая замуж за другого выходит.

– Ох…, вот оно что, – взяла я второй кусочек пиццы. – Какая негодяйка.

Матвей отодвинулся в своем кресле, встал, подошел ко мне и неожиданно приобнял за плечи, поцеловал в висок. Вот это номер… Кажется, остальные тоже обалдели от явно нетипичного поведения капитана.

– Лесь, я им сказал, что мы женимся, – все еще обнимает он меня, отчего я становлюсь самой послушной девочкой в мире. Случилось нечто необыкновенное, Волков прилюдно изъявляет свою симпатию и не скрывает намерений. – Надеюсь, ты не против, что я пригласил парней на нашу свадьбу.

Пригласил? – удивлена я еще больше. Признаться, о деталях нашего брачного союза я еще не задумывалась, все мои предположения останавливались на этапе, что папа приходит в загс и запрещает мне связывать жизнь с нищим полицейским. Не для того он ведь свою кровиночку растил, чтобы дочка вышла замуж за кого ни попадя.

– Не против, – улыбаюсь я мужчинам и гляжу на Волкова. – Матвей, можно с тобой наедине поговорить?

– Конечно, идем, – выводит он меня из кабинета, так и не убрав руки с моего плеча.

В коридоре стоит гул, но он пуст, улей жужжит за закрытыми дверьми.

– Матвей, ты не подумал, приглашая гостей, – говорю то, о чем думаю. – Свадьба может не состояться. Как объясняться станешь?

– Тогда мы просто попразднуем с гостями несостоявшуюся свадьбу. Идет? – впервые вижу его таким беспечным и… радостным что ли.

– Ладно. Пусть так будет, – соглашаюсь с предложением. – Тогда я тоже Николь с Борисом приглашу.

– Только Роберта не надо, – просит капитан.

– Ревнуешь? – дразню его и совсем не ожидаю услышать то, что слышу.

– Ревную.

– Раз мы все прояснили, можем возвращаться к работе, – пытаюсь улизнуть, так как коридор уже не пуст, и разные чины поглядывают на нас с большим-пребольшим интересом.

– Не все прояснили, Лесь, – не отпускает меня Волков, так и держит в своей хватке.

– Не все? Что, например?

– Когда в загс пойдем? Когда ко мне переедешь?

– К тебе? – только сейчас понимаю, сколько проблем создала сама себе своей импульсивностью. – Матвей, ты все не так понял, потому что я, наверное, неправильно выразилась.

– Я все правильно понял, Куница, – смотрит он мне в глаза, не дает поменять тему. – В загс – когда идем?

– Такое чувство, будто тебе не терпится на мне жениться, – ворчу, достаю из кармана сарафана свой телефон. – Подожди, я Николь позвоню. У нее мама в загсе работает. Она нам все организует.

Николь ужасно долго верещит в трубку на мою просьбу, потом, наконец, приходит в себя от моей новости и обещает перезвонить через несколько минут.

– Ты все слышал. Она перезвонит.

– Хорошо. Второй вопрос я сам решу, – совсем сошел с ума Матвей, целуя меня в губы. А иначе, как объяснить то, что он делает это, не смущаясь своих коллег из других отделов, которые, по-моему, уже нарочно тусуются в коридоре.

– Какой второй вопрос? – поплыла я от его поведения. Как бы не влюбиться мне в капитана.

– Вопрос твоего переезда. Как здесь закончишь, вещи в отеле свои собери, я заеду за тобой, все перевезу.

Так как я просто моргаю и молчу, он объясняет мне, почему я должна это сделать.

– Лесь, ты же хочешь отца заставить чувство вины испытывать. А как Анатолий Савельевич вину осознает, если ты жить в отеле на всем готовом будешь продолжать?

– Пожалуй, ты прав, – соглашаюсь с его доводом, хотя мне и чудится какой-то подвох, но разгадать не могу пока. Волков умнее меня, ему ничего не стоит запудрить мне мозги. Но, с другой стороны, вроде он и правильно говорит все. Может, ему попросту дома бесплатная домработница нужна, вот и торопится не упустить возможность немного поизмываться надо мной?

Перезвонила Николь. И опять, сначала визжала счастливо, что замуж меня выдает, потом только к делу перешла.

– Олеся, вам как вип-персонам, любую субботу выделят. Хоть ближайшую, хоть через месяц. Выбирайте.

– Подожди, с женихом посоветуюсь, – предполагаю увидеть кривую усмешку на красивом лице Волкова, но ни фига подобного, слово «жених» совсем не парит его.

– Ближайшая суббота подойдет, – еще больше изумляет он, хотя опять же… может, хочет побыстрее покончить с фарсом?

– Через субботу, – перечу ему, потому что, как бы там ни было, я все же собираюсь выбрать себе платье и вообще морально подготовиться к замужеству, если оно все-таки по-настоящему состоится. Да и папа за две недели поймет, что я решительно настроена, раз в отель не возвращаюсь, а недели ему может и не хватить на осознание.

– Олеська! – верещит Николь. – Признавайся, беременная, да?