Глава 34

Богиня молчит несколько секунд, и в мою голову начинают закрадываться подозрения. Я здесь из-за того, что… Ева так захотела?

— Мы не можем напрямую влиять на происходящее в мире, — медленно говорит Сильдайн. Словно слова подбирает. — Однако есть способ заставить смертных принять угодное богам решение.

— Как, например, заставить Владыку жениться на правильной женщине, — мрачно продолжаю я, осененная догадкой. — Из-за предсказания.

— Верно, — Сильдайн склоняет голову набок, признавая мою правоту. В моей голове крутятся шестеренки, пытаясь угадать, что заставило Еву поменяться со мной местами. Вспоминаю недавнюю фразу целителя. Что-то про предсказание, кажется, было.

— Ева тоже получила… кхм… провидение?

— Ее в любом случае ждала бы смерть, — богиня пожимает плечами. — Развод, разоблачение и плаха. От судьбы уйти невозможно, но можно ее обмануть. Это я ей и предложила.

— Вы предложили ей обменяться телами со мной, — потрясенно шепчу я. Догадывалась о чем-то подобном, но осознание все равно ощущается ударом мешком по голове. — И в моем мире… мальчик на льду — тоже ваших рук дело?

— Проще всего было вытянуть тебя через свою стихию, — она пожимает плечами. — Твоя душа крепко прижилась в том мире. Но в нем ты бы не смогла получить то, чего желала больше всего.

У меня голова кругом. Ребенок. Останься я, то никогда бы не стала матерью. Своему ребенку. Но приемного в любом случае смогла бы воспитать. Но богиня все решила за меня — и я пока не знаю, как к этому относиться. Вроде мотивы у нее благородные. Спасение целого мира.

Только вот от этого не перестаю чувствовать себя пешкой в чужих руках.

Стены вдруг начинают трястись, а с потолка сыпятся мелкие камни. По воде во все стороны разбегаются круги. Ничего хорошего это явно не означает.

— Время почти вышло, — слышу голос Сильдайн.

— Получается, Ева в моем теле. С моими воспоминаниями. А вернуть ее память вы мне не можете? — торопливо спрашиваю я. Сильдайн кивает.

— Тебе это и не нужно. Помни все, что я тебе сказала. Тьма рядом — нужно лишь присмотреться. Оставайся с истинным. Только так можно остановить наступление тьмы. А еще…

Строение начинает рушиться. Свет гаснет, оставляя меня в кромешной темноте. Сердце невольно ускоряется. Слышу свое хриплое дыхание и голос Сильдайн, эхом звучащий в моей голове:

— …рассказывать о нашем разговоре никому нельзя. Как и вмешиваться в дела других земель. Пусть все идет своим чередом.

Я зажмуриваюсь и открываю глаза в храме. Потерянно оглядываюсь по сторонам. Кажется, здесь и минуты не прошло с того момента, как я «отключилась».

— Лена, сосредоточься, — мягко просит Рейнар.

— Богиня не вернет мне воспоминания Евы, — шепотом отвечаю я, поднимаясь с колен. Тело ощущается каким-то чужим. Ватным. Поверить не могу, что на самом деле оно мое. А на Земле сейчас… настоящая Ева. Полагаю, вынырнула из реки и домой пошла. К Максу, его Марине и нашей трешке, которую он хотел отжать.

Внутри расползается злорадство. Что ж… удачи им.

— Богиня подала знак?

— Да, — отряхиваю длинную юбку и направляюсь на выход. Рейнар не отстает.

Мне так хочется с кем-то поделиться этим разговором, но Сильдайн сказала, что нельзя. Можно было бы отправить всем Владыкам весть, что их избранные должны быть иномирянками.

Замираю, вспомнив про Фрею. Она знала, что я из другого мира, но вот про себя ничего такого не сказала. Не захотела откровенничать? Еще и Вера, возможно, в этом мире неспроста появилась. Да и кто вообще сказал, что на Севере останется прежний Владыка? Слухи разные ходят…

Мыслей столько, что никак сосредоточиться на главном не получается. Нужно как-то тьму победить. Судя по всему, она засела где-то в замке — на виду у всех. И пока от нее не избавиться, о безопасности можно забыть.

Рейнар считает, что удерживая меня в комнате, делает только лучше. И вряд ли выпустит без важной на то причины. Особенно сейчас, когда приходят записки с угрозами. И если верить словам богини, тоэту тьму могу увидеть только я.

— Что тебя тревожит? После храма ты места себе не находишь, — дракон первым заводит разговор, едва мы оказываемся в комнате. Видимо, по связи уловил. Все-таки есть что-то в этой истинности…

Он обнимает меня со спины, вдыхает запах волос, и я расслабляюсь в его руках. Хотя всего несколько дней назад все мое тело напряжено было. Хотелось броситься наутек.

— Я бы хотела помочь тебе с расследованием… — осторожно прощупываю почву я.

— Исключено, Лена. У тебя сейчас куда более важная задача, — его ладонь накрывает живот, согревая кожу. И я понимаю, как сильно замерзла. Все тело дрожит.

— Ты просишь меня верить тебе. И хочу, чтобы мне ты тоже верил. Я не могу все рассказать, но это важно. Мне нужно тебе помочь. Ради нашего будущего. И будущего наших детей.

— Когда ты так говоришь, я почти на все готов, — выдыхает он. — Кроме одного. Подвергнуть тебя опасности.

— Будешь каждый день проверять мою еду и держать взаперти?

— Если потребуется, — его тон становится стальным. — Но ты, Лена, в этом не участвуешь.

— Даже если на это воля богини?

— Даже если на это воля всех богов вместе взятых.

Я разворачиваюсь, чтобы увидеть его лицо. На дне глаз таится стальной блеск. Мне хочется обвинить его в самонадеянности, эгоистичности… но я делаю глубокий выдох, пытаясь взять себя в руки. Скандалом мы ничего не добьемся.

— Я понимаю твое желание меня защитить, — говорю я, неуверенно касаясь его плеч ладонями. Вожу вверх и вниз, ощущая твердые мышцы. Приятно. На лице Рейнара мелькает непонятное выражение. Он смотрит на мои глаза, губы, шею.

— Да? — его голос звучит хрипловато.

— Разумеется, — прижимаюсь ближе, заглядываю в глаза. Меня вдруг какой-то азарт охватывает. Самой нравится, что я делаю. — Ты ведь такой сильный…

— Лена, ты меня что, соблазнить пытаешься?

Я смущенно фыркаю и пытаюсь убрать руки, но он неожиданно быстро перехватывает их. Прижимает к себе. Удерживает своими ладонями и продолжает водить по своей рубашке.

— Да нет, что ты, продолжай. Ты же меня почти дожала, — на его лице мелькает улыбка, и мне тоже вдруг становится смешно. Закатываю глаза.

— Такой сильный, что сможешь меня защитить в любом месте замка, да?

— Сложно поспорить, — он продолжает водить моими руками по телу. Спускает их на твердый живот, и мои глаза нервно округляются.

— Поэтому ничего не произойдет, если я буду рядом с тобой? — продолжаю я тем же голосом. Начинаю осторожно вытаскивать ладони, когда они спускаются к самому ремню.

— Так рано сдаешься? — хищно улыбается он. Наклоняется к самому моему лицу. Целует щеку, уголок моего рта, шепчет в мои губы. — Останови меня, Лена.