Глава 33

Богиня небрежно отставляет в сторону амфору, с которой была изображена в храме. Слезает с алтаря и, громко шлепая по залитому водой полу, идет ко мне. Голубые волосы развеваются, словно над ними не властно земное притяжение. Как в воде.

Красиво и жутко одновременно.

Я рассматриваю ее лицо. Большие, голубые глаза обрамлены густыми темно-синими ресницами. Аккуратный нос, полные губы. Кожа ровная, как у младенца — ни единой морщины. Одета в развевающиеся белые одеяния, что медленно колышутся вокруг нее.

Ее красота безупречная. Холодная. Неживая. Кожа приобрела зеленоватый оттенок стен.

— Где я? — голос эхом отражается от стен. Смотрю вниз, на свои одежды, и вижу тот же наряд, в котором пришла в храм. Разве что обуви нет. Ступни утопают в ледяной воде, но мне почему-то не холодно.

— Здесь ты не можешь замерзнуть. Это свойство тела, а не души.

— Вы что, мысли мои читаете? — с нервной усмешкой спрашиваю я.

— Я знаю все, что происходит в твоей голове. В конце концов, я богиня. И в тебе искра моего дара.

Она останавливается в паре метров от меня. Смотрит одновременно с леденящим равнодушием и острым вниманием.

— Ты хочешь знать, зачем ты пришла в этот мир, — говорит, наконец. — Почему попала в это тело и что тебе делать дальше. Я права?

— Верно, — настороженно отвечаю я. С трудом верится, что все ответы сами плывут в мои руки.

— Ответ очень прост, — обычно после такого вступления ничего простого не предвидится. И точно. — Это тело с самого начала должно было принадлежать тебе, Лена. Ты родилась в другом мире не потому, что принадлежала ему. А потому, что твою душу вырвали из нашего.

Она делает паузу, чтобы я осмыслила информацию. Получается с большим трудом. Вопросы в голове множатся с немыслимой скоростью, и я даже не знаю, какой задать первым.

— Начну по порядку, — облегчает мою задачу Сильдайн. — Как так получилось. Раньше мир был иным. Шесть земель, шесть Владык, шесть богов. Почти как и сейчас. Разве что существовал отдельный остров, принадлежащий Мраку. Мы все существовали в мире, пока однажды баланс не был нарушен. Шестого Владыку убили, а носителей силы подвергли гонениям.

— Но почему?

— Сейчас это не так важно, — Сильдайн холодно улыбается, и от этого выражения ее лица у меня мороз по коже. — Как бы то ни было, историю пишут победители. И остальные Пять Владык решили просто… стереть упоминания о шестом.

— Видимо, не все, — произношу я, вспоминая рассказ Рейнара.

— Они думали, что так будет лучше. Что несут справедливость. Однако забыли главное — без Тьмы не бывает Света. Поэтому наш мир гаснет, Лена. Тьма, что его накрывает, совсем не та, что когда-то была. Это воплощение пороков, зла, изнанка этого мира. Она медленно захватывает Аэргор, и единственное, что пока ее сдерживает — пять оставшихся Владык.

Она снова молчит, давая мне осмыслить слова. Кладу руку на живот, ощущая укол беспокойства. Этот мир… гибнет? И в нем мне предстоит родить своего малыша? Страх крепко держит меня за горло, не давая сделать вдох.

— Но с истинными Владыки сильнее, — говорю я, начиная догадываться, к чему она ведет.

— Именно. Поэтому от вас и пытались избавиться. Вышвырнули из этого мира еще до рождения. Вот только тем самым сделали всем нам огромное одолжение.

— И какое же?

— Многие недооценивают влияние тьмы. Она проникла в воду, в воздух, в сознание каждого в этом мире. Аэргор жесток. Несправедлив. И это ее вина. Страх, злоба, агрессия, несправедливость. Раньше все было не так. Тьма ослабляет. Лишает воли. Однако такие, как ты… вы росли в совершенно ином мире. И не познали ее влияния. А потому ощущаете ее иначе. Намного острее. Видите то, что неподвластно другим.

— И что это дает? Можно ли как-то все исправить? Остановить тьму?

— Это можно сделать, только если восстановить баланс. Но древняя кровь спит. И разбудить ее почти невозможно. Да и к тому же уже слишком поздно…

— Почти? Но ведь есть же шанс?

— Время заканчивается, — богиня прислушивается к чему-то. Продолжает уже быстро, торопливо. — Твоя задача проста — оставаться со своим истинным. Объединитесь против врагов. Так, как ты, тьму никто не чует.

— Как раз об этом. Я пришла, чтобы просить вернуть мне воспоминания Евы, — вспоминаю я.

— Это невозможно. Только одна из вас могла их получить. Уж извини, но ей они были нужнее.

— Вы сейчас о чем?