Глава 24 Письмо

В дверь несмело постучали. Я обернулась. На пороге стоял мальчишка с подносом. Суп, мясо, хлеб, кувшин кваса. Он поставил все на стол и уже собрался уйти, когда вдруг замялся, явно борясь между воспитанием и нестерпимым желанием спросить.

- Что? - спросила я.

Он выпалил:

- Это правда, что вы дракона из окна вышибли?

Я помолчала. Потом медленно улыбнулась.

- Не вышибла. Он сам выпрыгнул. Но вдохновение я действительно создала.

Мальчишка просиял так, словно ему лично пожаловали титул.

- Я так и думал, - сказал он с благоговением.

И убежал. Я подошла к столу, налила себе вина и рассмеялась в полный голос. Ну конечно. Почему бы и нет. К утру, если повезет, полкоролевства уже будет знать, что я выгнала любовницу по коридору, подпалила ей халат, довела мужа до роз и теперь еду в ссылку с половиной дома за спиной. Что ж. Пусть знают. Иногда репутация женщины формируется слишком долго и скучно. А иногда достаточно одного хорошего утра.

Я подняла бокал.

- За Кривые Пни, - сказала своему отражению в темном оконном стекле. - И за то, чтобы они оказались не глуше, чем мой бывший муж.

И где-то глубоко, под усталостью, под остатками боли, под дорожной пылью и вином, снова шевельнулось то самое чувство. Предвкушение. Потому что день еще не закончился. И я почему-то была почти уверена, что это важно.

Ужин я съела до последней крошки. Это, между прочим, тоже показатель душевного здоровья. Если после развода, ссылки, разбойников и демона у женщины все еще есть силы честно доесть мясо с подливой и намазать хлеб маслом, значит, либо она исключительно крепка духом, либо еще просто не осознала масштаб грядущего. В моем случае, подозреваю, верны были оба варианта.

Суп оказался густой, чесночный и до крайности честный. Мясо мягкое. Квас терпкий, но не мерзкий, а это для постоялого двора уже почти форма уважения к гостю. Я ела и чувствовала, как вместе с теплом пищи по телу расползается странное спокойствие. Не мир, нет. Для мира день был слишком хорош. Скорее собранность. Та самая, что приходит после бури, когда понимаешь: все уже случилось. Теперь можно не бояться, а разбирать последствия.

Лисса вернулась с известием, что ванну греют и что хозяйка двора лично пожелала мне "сил, удачи и чтобы козел тот подавился". Я велела передать хозяйке мою искреннюю признательность и мысль, что женская солидарность пахнет лучше любых придворных духов. А служанке велела болтать поменьше, хоть и было поздно это делать.

Когда ванну наконец внесли, я почти полюбила человечество обратно. Горячая вода, пар, мыло, тишина, закрытая дверь и ни одного мужчины в радиусе видимости - вот истинные основы цивилизации. Я распустила волосы, погрузилась в воду и закрыла глаза. Тело ныло. Не жалобно. Сладко. Дорога, напряжение, утренний скандал, быстрые решения, постоянная необходимость держать спину прямой, голос ровным, мысли острыми - все это наконец догнало меня и село на плечи. Но я все равно улыбалась. Перед внутренним взглядом всплывал день. Казель в парике. Мими, несущаяся по саду. Розы. Разбойники, выстроившиеся в шеренгу. И Рэйвенар.

Ах, вот тут я открыла глаза. Пена лениво колыхнулась. Где-то внизу хлопнула дверь. За стеной кто-то прошел. Я положила голову на край ванны и уставилась в потолок с видом человека, которого внезапно осенило, что главная проблема дня, возможно, началась вовсе не с измены.

Потому что измена, как ни крути, была вещью банальной. Оскорбительной. Но банальной. А вот брюнет с зелеными глазами, который появляется в момент распада твоей жизни, сначала ловит тебя в объятия, потом несется на вороном коне спасать от уже договорившихся разбойников и напоследок говорит "до скорой встречи" так, будто имеет на это полное право - это уже сюжетная опасность совершенно другого порядка.

- Миледи? - раздался из-за двери осторожный голос Лиссы.

- Что?

- Вам принесли еще дров для камина. И... э... письмо.

Я села в воде так резко, что плеснула через край.

- Письмо?

- Да, миледи. Мальчишка какой-то принес. Сказал вручить лично.

О, прекрасно. Вот оно. Либо Казель внезапно решил вспомнить о моей чести. Либо Мими обгорела не вся и желает сообщить мне об этом в письменной форме. Либо судьба окончательно сошла с ума и продолжает развлекаться.

- Положи на стол. Сейчас выйду.

Я вытерлась, накинула халат, подсушила волосы полотенцем и подошла к столу. Конверт лежал рядом со свечой. Плотная темная бумага. Ни герба, ни печати. Только мое имя, написанное быстрым, уверенным почерком.

Мирте.

Не "леди ар Риверн". Не "миледи". Не "госпоже". Просто Мирте.

Я уже заранее знала, кто это. И, к собственному неудовольствию, ощутила, как где-то под ребрами что-то очень глупо и очень живо вздрогнуло.

Лисса стояла у кровати с лицом святой, случайно застрявшей в ярмарочном театре.

- Мне выйти? - прошептала она.

- Если не хочешь умереть от любопытства, лучше да.

- Уже хочу.

- Тогда оставайся. Все равно потом выведаешь по выражению моего лица.

Она просияла. Я вскрыла конверт. Внутри лежал один лист.

"Надеюсь, дорога была тише, чем ее начало.Если по пути вам снова встретятся плохо воспитанные разбойники, постарайтесь не перевоспитывать их без свидетелей. Мне начинает казаться, что я слишком много пропускаю.Завтра к полудню я буду в Кривых Пнях по делам.Если судьба окажется благосклонна, вы успеете доехать раньше, чем местные совершат что-нибудь непоправимое.Р."

Я прочитала письмо дважды. Потом третий раз. Медленно. Уже не по словам. По интонации. И только потом поняла, что улыбаюсь.**************Мои хорошие, у нас с Музом стартовала новинка: веселая, добрая, полная деток, зверюшек и любви) В наличии героиня-пышка, чтто не собирается становиться похудевкой, герой #какойдемонмамочки и другие персонажи))) Приходите в гости))Какой нахал! или Тайна подъюбникаПервый брак? Сгорел вместе с париком мужа. Второй? Мама пытается сделать из меня похудевку и уже подыскивает, кому бы спихнуть отменно откормленную дочь-переростка. А родственники первого мужа зарятся на наследство.

В том числе и на мой дом, где живет целый зверинец: беглый демон-герцог (при встрече он спрятался у меня под юбкой!), его племянница с бесенком, подкидыш, от которого отреклись при дворе, лопоухий щенок, поросенок-диверсант и хорек с уголовным прошлым.

Враги подсылают убийц. Соседки — сплетниц. Демон — томные взгляды поверх моих пирогов.

Не пойму, это он меня соблазняет или просто хочет, чтобы я его накормила?

И главное, меня вообще кто-нибудь боится? Нет? Зря!

героиня-пышка

герой #какойдемонмамочки

ехидные перепалки

искры, океан юмора

любовь откуда ни возьмись

дети в беде (всех спасем)

хорек-симулянт Персик

бесенок Заза (берегите ложки)

Хрюнь и Трюфель (напарники)

дворцовые тайны (и тут они)

ах да, и судьбоносный подъюбник!

ЧИТАТЬ