Факсимиле Боба Поплавского

(просят не смешивать с пипифаксом)

Дорогой Бруно,

Пишу Вам нарочито деловым тоном, хотя знаю заранее, что из этого ничего не выйдет и так, то здесь не было «никакого шевеления в строю» в смысле печати, кроме, конечно, «печати проклятия, лежащей на всех не пишущих или пишущих неаккуратно», ныне же «как раз наоборот». Собираются выходить сразу пять журналов. Проследую систематически:

1. Ромов согласился печатать на свои оболы литературно-художественную хронику «Через»¹, куда он пригласил для фактического редактирования: меня по стихам, Зданевича по литературе, Свешникова по статейной части, ещё там будет такой молодой коммунистик Дряхлов² по технической отрасли. Сейчас первый № почти составлен, но мы ждём Зданевича, чтобы приступить, «они» прибудут в начале сентября. (Пусть Андреев³ присылает два больших стихотворения по своему усмотрению, если он не пришлёт, я было уже решил напечатать «И ночь стекла…» на свой страх и риск, конечно, не перед публикой, а перед Андреевым.) Что касается Вас, то пока мы хотели в 1[-м] № напечатать всех хороших поэтов, а во 2[-м] № всех писателей, то есть Зданевича не без Бруно и Венуса⁴, к которому Ильязд обратится сам.

Теперь 2-й. Выйдет, не выйдет – не знаю (уже давно должен был выйти). Капустный листок под названием] «Стихотворный (он же “Смехотворный”) вестник» и редакция Божнева, Брославского и Михаи [ла] Струве⁵. Участие Струве говорит о политическом оттенке этого издания (поэтому моих стихов там, ни Свешникова, ни вообще Зданевича там не будет). Что до сотрудников «Череза» – «вольному воля».

В-3-х. Должна выйти (Вы знаете парижское отношение к долгам) газета некого Спектора (Вам небезызвестного, кажется), газета «понедельничная», «большая» и «платная». Всё это подразумевает возможность мистификации (пишу откровенно), ибо Спектор сам еле зарабатывает на жизнь, а рассчитывает на одного еврея, который до этого уже обещал трём разным лицам. В общем, была не была, он уже заказал мне статью по философии, две рецензии и взял стихи, которые он считает хорошими, но и не замечательными. Так он относится ко всем, ибо сам по себе дурак дураком, для которого литература – только в России. Если это не блеф, Вам с Димой⁶ надо спешить в Париж, где я Вас усиленно пропагандирую, а то его «приберут к рукам» разные Кусиковы⁷ и т. д.

4-й журнал – это журнал Клуба поэтов⁸, который собирается заработать деньги посредством бала и вечеров у французов. Всё это под подозрительным, но деятельным руководством некого Сидерского⁹, большого афериста “entre nous”[174]. Редактором тама пригласили Ходасевича. Вообще всё это история густо правая, хотя они собираются печатно опровергать свое заявление, что у них большевиков нет. Если Вы захотите, будете, вероятно, у них первым лицом, хотя это может помешать со Спектором.

5. В Брюсселе выходит журнал «Благонамеренный»¹⁰ под редакцией кн. Шаховского (это тот, кто сонеты писал)¹¹. Шура Гингер мне прислал письмо, дабы я туда отправил свои сочинения, не указав, как и полагается идьоту, какого политического настроения тама держаться. Итак, это всё, а разве мало? Если пораздумать, не так уж много, ибо, вероятно, одно будет исключать другое и т. д., но всё-таки всего этого, вероятно, довольно, чтобы мне по отношению Вас выступить в роли демона и «смутить Ваш покой» тама, в монастыре. Я здоров и довольно счастлив, вероятно, потому, что стихов всё лето не писал, сейчас опять «пал» и с ужасом замечаю, что за краткий срок совершил 8 семистрофных грехов. Ну, лана, как говорят мальчишки, холосо, довольно Вам досуждать. Наша Вашему с кисточкой, с пальцем в девять и с огурчиком в тридцать пять (на обороте читайте постскриптумы, так сказать, иронику).

Б.П.

^x Нам сообщают, что писатель Венус начертал, метя в Госиздат, роман «Война и люди»¹², просят не смешивать с «Войной и миром».

^x Литературный салон Е.Е. Спектор¹³, к сожалению, прекратил существование, ибо поэт Либерман начал применять в виде литературных аргументов ливальверт и анонимные письма, на коей почве вышеупомянутый писатель собрался даже «приложить руку» на Семёна Либерманову личность, но был уговорен на основании малолетства заинтересованного.

^x Писатель Лев Гордон¹⁴, покинув гостеприимный кров дважды упомянутых Венусов (со скандалом и вышеупомянутым намерением писателя Венуса), напечатал в Швеции интервью, в котором рядом с портретом во весь рост говорилось, что они, Гордон то есть, самый популярный поэт в России.

^x Поэтесса Татида¹⁵ отбыла в Берлин по направлению российского уездного города и женитьбы.

^x Поэт Свешников страдает припадками негритянской лени и безделия столь сильно, что совершенно перестал писать в «Парижском неизвестнике»¹⁶ и вернулся к своей [2 нрзб.] стрельбы в цель.

^x Здесь околачивается некий Туган-Барановский¹⁷, но об нём успею.