Когда аудиозапись признаний Риты Махаевой закончилась, в гостиной повисло молчание. Первым его нарушил Слава из управления «К». Обернулся к Инге:

– Какой у нее официальный диагноз?

– Шизофрения. Параноидная. Муж подал иск о признании недееспособности.

– Заключение судебно-психиатрической экспертизы готово?

– Думаю, да. Суд на следующей неделе должен быть.

– Объясните, пожалуйста, мне, неофиту, – попросил частный детектив Андрей. – Неужели этот препарат действительно может превратить обычного человека в тяжелого шизофреника?

– Может, – кивнул Максим Фадеевич. – Но не всех. Спецназовца, кто успешно прошел СМИЛ[28], тест Кеттела[29] и стресс-тесты, лекарство вряд ли возьмет. Но жертвы Лодейкина изначально не идеально сохранны психически. Взять ту же Махаеву. Инга, что там у нее в карте?

– В подростковом возрасте – самоповреждения, попытка самоубийства. Депрессия послеродовая. Бессонница. Нестабильное настроение, раздражительность, слезливость.

– Вот и ответ. На таких – отчасти нестабильных – препарат действует. И не просто действует, а бьет именно в слабое место.

Макс хитро улыбнулся, добавил:

– Но слабое место имеется и у самого препарата. Егор однажды проболтался. Из-за того, что в нем образуются кристаллические структуры, лекарство работает как бы нелинейно. Поэтому случаются промежутки времени, когда человек приходит в себя. Практически полностью. Вот я и предположил: для просветления, вероятно, нужен триггер. Кречету повезло очень быстро его отыскать.

– А кто этот парень, случайно ставший триггером?

– Мой пациент, – вздохнул лжесанитар. – Мне пришлось втянуть его в это дело. В итоге жестко парня подставил. Не знаю, как теперь помочь.

Хозяин усмехнулся:

– Поверь, у Филиппа все не так плохо.

Кречет ахнул:

– Про него-то откуда знаете?

– Тесен наш мир, потому что круг узкий, – ответил хозяин.

Он взял со стола телефон, набрал номер, коротко сказал:

– Заходите.

В холле зашелестели шаги – изумленные знатоки не сводили взглядов с двери. И едва она отворилась, Кречет вскрикнул:

– Филька!

Парнишка – он вошел в сопровождении представительного мужчины – хлопал перепуганными глазами. Когда увидел и, несомненно, узнал Толика с Ингой, окончательно растерялся.

Макс деловито сказал:

– Позвольте вам представить. Филипп Меркулов. Пациент клиники Баженова из отделения, где работал Анатолий, он же Кречет. И мой коллега, врач-психиатр, доктор медицинских наук Глеб Глебович Девятов.

– М-да. Вы, батенька, изрядный фокусник, – пробасил один из знатоков.

Хозяин дома обернулся к гостям:

– Простите, что заставил вас ехать сюда. Но я всегда питал страсть к театральщине. Позвольте преамбулу, буквально в двух словах.