Его сердце не билось.

Его клетки не делились.

Он опустился на камень и стал ждать. Боже, он так хорошо научился ждать, хранить молчание. Лучше него это получалось только у мраморного бюста. Охотники стояли, неподвижные, как кладбищенские статуи, и смотрели на улицу. Затем… они внезапно повернули головы в его сторону, но в то же время словно были подключены к центральному мозгу. Так оно и было. Мертвые, да, они были мертвы как таковые.

Чипы в их мозгах. Физиология навсегда изменена инопланетной биомедицинской технологией.

Тейлор понял, что ему пора уходить.

Он медленно отступил в маслянистую толщу теней, отбрасываемых зданием сберегательного банка. Они сразу же заметили его. По опыту он знал, что они охотятся не по зрению, не по звуку и даже не по теплу, а по движению.

И даже движения легких или работы сердечной мышцы было достаточно, чтобы его заметили.

Они не могли определить ваше местонахождение, но знали, что вы рядом.

Одна из них, женщина, заметила его.

Ее глаза были огромными и сверкали красным, словно лужи крови. Зрачков не было, только черно-красные шары, плавающие в немигающих глазницах. Она ткнула в него пальцем и издала сухой шипящий звук. Остальные тоже начали шипеть. Как насекомые, как саранча.

Тейлор стоял на своем, втягивая их в себя, как муху в паутину.

Они разлетались веером, шипели, как чайники, пялились, указывали, жаждали тепла, которое было в нем. Он позволил им подойти ближе. Их лица были бледными и вытравленными морозом, окрашенными в желтый цвет ледяной луной. Он держал 9-миллиметровый пистолет у ноги, не делая никаких угрожающих движений. Они надвигались, как муравьи-мародеры, стремящиеся обобрать тушку раненой мыши.

Подойдите ближе.

Он улыбнулся.

- Не в этот раз, засранцы, - сказал он себе под нос.

Когда до них оставалось футов десять, и он был уверен, что не промахнется, он открыл огонь. Автомат дернулся в его затянутом в перчатку кулаке, из ствола выплеснулись струйки пламени. Мужчина получил две пули, которые отбросили его

в другую сторону. Женщина поймала пулю в живот. Ее напарник поймал одну пулю в грудь, другую - в горло. Тейлор продолжал стрелять, пока все они не полегли и не истекли холодной зеленой жижей, которую они называли кровью.

Тогда они замолчали, кроме одной женщины.

Половина ее лица свисала с изрезанной ниткой ошметков плоти. Ее губы оттопыривались от ровных белых зубов, глаза светились злобной, обманутой ненавистью. Из ее рта хлынули струйки зеленой жидкости. Ее раны дымились в воздухе.

Тейлор выстрелил ей между глаз.

Ночь стала тяжелой и черной.

Он не беспокоился об охотниках, которых подстрелил.

Он навел их на район, далекий от его собственного. Он был там только для того, чтобы собирать мусор. Пусть привозят свои машины, пусть все сравняют с землей. Он был далеко и смеялся, потому что, возможно, он просто устал плакать. А убивать их было единственным настоящим удовольствием, которое у него осталось. За этот месяц он уничтожил уже семнадцать.

К черту их.

Он твердил себе, что должны быть и другие. Братья и сестры с теплом в жилах и борьбой в сердцах, товарищи по сопротивлению. Если он выжил, значит, должны выжить и другие.

* * *

Его жизнь была тесным, непрерывным кругом мрачных повторений.

Только благодаря привычке, благодаря дисциплинированной рутине он продержался так долго. Ничто не было отдано на волю случая. Импульс был немыслим. Все должно было быть продумано - когда покидать свое убежище, когда собирать еду, когда спать, когда есть, когда искать других.

Вскоре после того, как он скрылся, он совершил налет на склад оружия Национальной гвардии.

У него были пистолеты, гранаты, автоматы, пистолеты-пулеметы, даже мины, расставленные по периметру. Оружие, которыми он пользовался, когда был солдатом много лет назад. Некоторое время назад он заминировал старые дома и здания, оставляя небольшие сюрпризы для охотников. Он останавливался только тогда, когда думал, что может случайно убить живых мужчин или женщин.

* * *

внизу через отсутствующую часть стены. Смотрел на луну, властвующую над городом. Вдалеке слышался шум военных машин.

Правда, не слишком отчетливо. Не так, как несколько месяцев назад.

Пора действовать.

Он убедился, что оружие заряжено и готово, что нож легко выскользнул из смазанных маслом ножен. Есть. Он встал, увидев фигуру, прислонившуюся к груде щебня.

Охотник?

Он так не думал, но должен был убедиться. Он вынул нож из ножен. Это был K-bar. Боевой нож, который в свое время предпочитали морские пехотинцы США. У него была черная прорезиненная рукоятка и лезвие из голубой стали длиной семь дюймов, достаточно острое, чтобы разрезать волос по всей длине.

Он двигался быстро и бесшумно, словно кошка.

Фигура сидела в несколько неуверенной позе, привалившись спиной к обломкам, свесив ноги в пустоту, где когда-то была стена. А внизу ничего, кроме трехэтажного обрыва.

Тейлор был осторожен.

Он знал, что стиганцам нравилось расставлять ловушки, приманивая их плотью и кровью людей. Не раз он попадал в такие ловушки. Однажды они использовали ребенка. Немыслимо, но таковы они были - холодные, инопланетные разведчики, которые относились к людям как к насекомым, которых можно использовать или раздавить.

Он подошел к своей добыче, когда был уверен, что в тени не прячутся охотники. Это был человек. Это было очевидно. Он стремительно подошел и приставил нож к его горлу. Но он опоздал - парень был уже мертв. Может быть, сегодня ночью, а может быть, и вчера, он перерезал себе вены.

- Почему ты не мог подождать меня? - сказал Тейлор. - Еще одна ночь? Несколько часов? Неужели это было бы так долго?

Но он знал, что такое отчаяние одиночества, что такое быть единственным выжившим. Он завидовал ему. Завидовал его покою, его побегу, его силе. Он с силой отдернул руки от горла мужчины. Тело опрокинулось и рухнуло в ночь, прежде чем он успел помешать этому случиться. Он ударился о ступени и разбился, как стекло. И это, он знал, было больше, чем просто холод. От ветра так не замерзают. Стиганцы были рядом с ним. Они прикоснулись к нему.

Когда они прикасались к кому-нибудь, тот становился ледяным, хрустальным, словно его окунули в жидкий кислород.

Он вспомнил, как нашел Барбару в таком состоянии и как она распалась на части, когда он до нее дотронулся.

Тейлор сглотнул и разрыдался.

Мир был мертв.

Смерть пришла со звезд. Но она пришла не с летающими тарелками или разрушениями из комиксов, а тихо.

* * *

Старая сеть SETI засекла первый сигнал.

Они назвали его гиперсветовой передачей. Это почти перегрузило их компьютеры, и потребовались недели, чтобы разобраться с математическим языком. В конце концов, все деньги, потраченные на поиски соседей в небесах, окупились. Сообщение поступило с планеты, названной Стига. Это была седьмая планета, вращающаяся вокруг звезды, обозначенной инопланетянами как TXK221-B, но известной земным астрономам как Бета Эридана, бинарной звезды в созвездии Эридана, примерно в 160 световых годах от Земли. Они не были уверены в нашем местоположении.

Они хотели бы узнать больше о нашем мире и его жителях. Они предоставили астрономам SETI точную полосу частот и сказали, что они усилят наш сигнал, чтобы ускорить задержку, которая в противном случае могла бы занять сотни лет.

Астрономы передали необходимую информацию.

И о стиганцах больше не слышали.

Астрономы обещали, что это займет время, но проходили годы и годы, а контактов все не было. Это озадачивало. Некоторых милитаристов, которые с самого начала были против программы SETI, это обескураживало: они считали, что глупо передавать наше положение всем, кто может нас услышать. Приглашение к вторжению. И эта идея была не просто паранойей, а подкреплялась научными данными. Если эволюция на инопланетных планетах происходит так же, как на Земле, это может представлять большую опасность. Ведь естественный отбор, как правило, направлял интеллект на хищников. Охота и преследование требовали тактики, шаблонов, элементарного решения проблем - прародителей настоящего интеллекта.

С момента первого сообщения стиганцев прошло пять лет.

Оно стало предметом шуток, паранойи и заговоров.

Началась немыслимая цепь ужасных событий. В компьютерные системы Земли проник вирус, и почти в одночасье все, что имело чип памяти, отключилось. Машины перестали функционировать. Климат с каждым днем становился все холоднее. И наконец, по планете прокатилась инфекционная чума. В течение месяца то, что осталось от человеческой расы (едва ли треть от того, что было шесть недель назад), было сметено в каменный век, как комья шерсти в мусорную корзину.

Цивилизация пошатнулась, а затем и вовсе прекратила свое существование.

Стиганцы прибыли годом позже в полном составе.

К тому времени мир уже был побежден, и это без причудливых световых шоу и голливудских спецэффектов. Оставалось только собрать отставших.

Хищники, что называется, прибыли.

* * *

Охотники шли по его следу.

Тейлор бежал и бежал, перепрыгивая сугробы и огибая участки черного льда. Вокруг него высился холодный, темный и безмолвный город.

Он увидел впереди вход в метро, открывшийся перед ним, как пасть какого-то первобытного зверя. Он проскользнул туда, подождал на ступеньках с застывшим в горле сердцем. Он достал 9-миллиметровый пистолет и пожалел, что не взял с собой пистолет-пулемет.

Он прислушался.

Они приближались.

Около двадцати или тридцати из них выходили на обледенелые улицы, истекая кровью из теней. У них не было оружия, да оно им и не требовалось. Они выстроились в шеренгу, маршируя в двух одиночных колоннах. Лунный свет отражался в зеркальных лужах их глаз.

Тейлор спустился по ступенькам, призывая своих пехотинцев быть бесшумными, словно перышки. Вниз, вниз, вниз. Он остановился в ледяной темноте. Вокруг него клубилась черная, как смоль, тьма. У него был с собой фонарь, но он не решился его включить. Он встал на платформу, и темнота стала осязаемой, зернистой, живой, дышащей. Он бесшумно двинулся сквозь нее. Он пробирался по выложенной плиткой дорожке, пока не нашел спуск к рельсам. Он спрыгнул вниз и понесся по туннелю.

Он вел себя по дорожке, и его охватил суеверный ужас. Он

Он был один в темноте... с тем, что ждало его там. Но это было безумием, потому что в темноте ничего не было. Больше не было. В темноте не было ничего, кроме призраков и воспоминаний, а они были одинокими и бледными. Он остановился и прислушался, не слыша ничего, кроме своего затрудненного дыхания и стука крови в ушах. Может быть, ему просто повезло. Может быть, они не были в долгу перед ним. Он нечасто пользовался метро, потому что оно его раздражало... напоминало пещеру, вызывало клаустрофобию, отсутствие солнца, как будто его заперли в шкафу или гробу.

Сделав резкий, нервный вдох, он достал свой фонарь Tekna и включил его. Луч был просто ослепительным. Он увидел следы, уходящие в туман. В воздухе висела дымка. Пылинки плясали в луче, как мотыльки. Он увидел несколько скелетов, сваленных в углу, и бесчелюстной череп дальше по дорожке. Подобные вещи уже давно перестали его беспокоить.

Шаги.

Он выключил свет, боль пронзила грудь. Теперь он отчетливо слышал их шаги, эхом разносившиеся по подземному миру. Да, он обманул их на некоторое время, но теперь они знали, куда он ушел. Он услышал их шаги, спускающиеся по лестнице. Легкие, осторожные, терпеливые. Затем на платформе. Он слышал их шипение и шепот. Туннели улавливали звук и усиливали его.

Он соскользнул с места, умело расставляя ботинки. Он двинулся дальше, не отрываясь от каменной стены. Рано или поздно, он знал, он найдет то, что искал.

Туп, туп, туп.

Теперь они тоже были в туннелях.

Тейлор начал двигаться быстрее. Они чувствовали движение и могли видеть в темноте, как охотящиеся кошки. Он слышал, как они приближаются, скрытно. Их шипение жутким эхом разносилось по коридору. В его голове проносились кошмарные образы - анемичные лица и огромные красные глаза, оскаленные зубы и жестокие рты. Все ближе и ближе.

Он замер.

Впереди послышался еще один звук.

Медленный, тягучий звук. Тянущий звук, движущийся в его сторону.

Их может быть больше? Он услышал это, а затем все исчезло. Его мозг, вдохновленный слишком большим количеством субботних просмотров фильмов категории "Б", представил гигантского паука, живущего в

бездонной темноте, туннели, устланные паутиной, увешанные свисающими человеческими останками.

Но времени на фантазии не было.

Охотники были уже совсем близко. Если прищурить глаза, то можно было почти различить их бродячие тени.

Он нашел углубление в бетонной стене и вделанную в него дверь.

Он заставил себя вздохнуть.

Порт технического обслуживания.

Дверь открылась, громко скрипнув. Он проскользнул через нее и быстро закрыл за собой. Внутри была защелка, и он набросил ее. Поднимаясь по лестнице в верхний мир, он услышал, как за дверью стучат молотком, гвозди скребут по ржавому металлу. Шипение, пронзительные крики и сердитый шепот. Он пожалел, что у него не было времени заминировать лестницу.

Он быстро поднялся по ней.

Она тряслась и стонала, и он был уверен, что она вылетит из своего цементного корпуса, но она выдержала. Он увидел свет наверху, уличную решетку у себя над головой.

Тени обрамляли его лицо. Он заглянул сквозь них и увидел город, а над ним - полную и одинокую луну. Внизу по-прежнему возились у двери. Они не отличались трудолюбием. Он сглотнул сырой страх и надавил на решетку. На мгновение или два она не поддалась. Он продолжал нажимать, пока лед, скреплявший решетку, не оторвался. Решетка упала на тротуар, и он выскочил наружу, перекатываясь по снегу.

Сразу же он услышал пронзительный звук военных машин.