* Ирина *

В этот раз я знала: это не сон. Передо мной он — Асмир. Мой любимый, мой родной. Только вот он меня не помнил. Смотрел на меня как на чужую. Взгляд его был холодным и сухим, а в голосе звенела сталь.

Это выбило почву из-под ног на мгновение. Но… я быстро взяла себя в руки.

Я ведь тоже ничего не помнила, когда вновь оказалась в теле Катрин. И если я смогла вспомнить, значит… сможет и он. Нужно только время. Главное — вытащить его отсюда. Остальное потом.

Асмир шагнул ко мне и протянул руку. Его пальцы легко коснулись моих волос, и от этого простого прикосновения внутри меня началась буря. Сердце забилось с бешеной скоростью, я почти подалась вперед, чтобы обнять его, прижаться, почувствовать его тепло. Но он отдернул руку, как от огня.

— Кто ты? — снова повторил он свой вопрос.

— Я же… я же сказала, Асмир, я твоя жена и…

— Ты не моя жена, — перебил он сухо. — Я… Я забыл детали, но помню глаза и волосы. У моей жены белые волосы.

Я замерла. Поднесла прядь к глазам — и застыла. Эти волосы были мне знакомы. Я узнала их. И руки, которые я видела перед собой, — маленькие, круглые… Не такие, как у Катрин. У Катрин были длинные музыкальные пальцы…

Я подняла голову на Асмира. Он казался еще выше, чем я запомнила. И я вдруг стала осознавать. Снова посмотрела на руки… Ну надо же…

— Боже мой, — вырвалось у меня, и я почувствовала, как к горлу подкатывает ком. — Это… это моя душа. Моя. Поэтому… Я выгляжу не так… Я выгляжу как я, молодая я, а не как… как Катрин.

— Катрин, — рявкнул Асмир, и его глаза вспыхнули яростью. Он шагнул вперед так быстро, что я не успела отступить. Его рука сжала мой подбородок, заставляя поднять голову. Так же, как в ту нашу первую встречу. — Ты служишь Катрин? Где эта дрянь? Я убью ее!

Я чувствовала его гнев, его боль, его ненависть. Они били через край, жгли, как огонь. Но я не отшатнулась. Даже когда страх скользнул по спине холодными мурашками, я выдержала его взгляд.

— Асмир, — сказала я тихо, но твердо. — Я… Я не служу Катрин. Я твоя жена. Твоя истинная…

— Моя жена — Катрин, — отрезал он, и его голос прозвучал прямо у моих губ. — Это я помню. А тебя, видно, она прислала… Только вот зачем?

Горечь обожгла изнутри. Он помнил ее. Помнил ту, что заперла его здесь. Помнил ее лицо, ее голос, ее ложь. А меня… меня он не помнил.

— Асмир, прошу тебя, — я положила руку ему на грудь. Он дернулся, но я не убрала ладонь. — Катрин была твоей женой. Но потом в ее теле появилась я. Это сложно объяснить, если ты не помнишь… Но ты должен почувствовать. Твой дракон должен почувствовать, что я говорю правду. Ведь ты и я… мы связаны. Мы часть друг друга.

Та ночь, когда Асмир чуть не умер… Когда я спасала его. Та ночь, когда узнала, что он моя истинная пара. Мы разговаривали. Я говорила о своем мире, а он рассказывал о том, что сразу почувствовал, что я его истинная.

И пусть разумом он отказывался признавать меня истинной — ведь я была для него Катрин, — но душа… Его дракон чувствовал. А значит, так было и сейчас.

Я смотрела ему в глаза и чувствовала, как внутри меня разливается тепло — то самое, которое когда-то соединило нас. Я видела, как изменился его взгляд, как на миг в нем мелькнуло что-то знакомое. А потом его рука легла поверх моей. Мягко, почти невесомо. Пальцы скользнули по моей ладони, и от этого прикосновения по коже побежали мурашки.

Это было самое теплое прикосновение из всех, что были у нас в этом мире. Я чувствовала, как дрожит его рука, как он колеблется, как внутри него борется память и ложь.

Он отпустил мой подбородок, но… и руку отпустил тоже. Сделал шаг назад и всмотрелся в горизонт.

Мое лицо обдало горячим ветром. Неожиданно пепел стал подниматься вверх, отчего я закашлялась.

— Надо улетать, — сказал Асмир. Я открыла глаза и всмотрелась в него. Он выглядел… напряженным.

— Что? — я растерялась от такой резкой смены разговора.

— Я сменю сущность, и мы улетим, — жестко сказал он, даже не глядя на меня. — Иначе мы умрем.