Дрейк

Когда мы вернулись в Холодные земли, то, пройдя не более десяти шагов, почувствовали, как земля затряслась под ногами, и перед нами вырос все тот же йотун. Он взмахнул своей дубиной, готовясь нанести удар, когда я достал копию Ларца вечных зим и высоко поднял над головой. Великан тут же замер, переводя испуганный взгляд с меня на ларец. Он, конечно, не отличался особой сообразительностью, но понимал, что сейчас в моих руках находилась судьба его мира.

— Отдай! — загромыхал его низкий, хриплый голос в морозной тишине, от которого едва не заложило уши.

— Отдам, если ты вернешься в Йотунхейм, — сказал я.

Он еще немного постоял, обдумывая мои слова, а потом, видимо, решив, что другого выхода нет, кивнул в согласии, протягивая огромную ладонь. Когда я положил на нее ларец, сразу развернулся и сгинул в снежной завесе так же быстро, как и появился.

— Получилось, — обрадовался Крис, хлопая меня по плечу.

Я вздохнул с облегчение, так как, если честно, не был до конца уверен, что моя уловка сработает, после чего решительно двинулся вперед, чтобы поскорее покончить с Сюхкоатлем.

— Он здесь, — заявил Альбан, когда впереди показались очертания Ледяного дворца, словно вырезанные из кристальной тверди, возвышаясь среди безмолвных ледяных скал и бескрайних снежных равнин.

Его величественный силуэт мерцал в мягком приглушенном свете зимнего солнца, отражая мягкий отблеск на поверхности — будто замерзшее пламя, запечатленное навсегда в прозрачных стенах. Высокие башни, покрытые инеем, тянулись к небу, словно призраки древних времен. Массивные сосульки, свисающие с кромок, колыхались от порывов сурового ветра, создавая звонкий гул, которому противостояла глухая тишина. Замерзшие стены дворца были покрыты многовековым льдом, хранящим в себе великие тайны. Когда-то грозное сооружение теперь хранило мрачное молчание, и только редкие следы диких животных были видны на заснеженных камнях у ворот.

— Выходи и сразись со мной! — закричал я, вытаскивая меч.

Огненный тут же появился передо мной, злорадно усмехаясь.

— Тебе не победить без своей силы, — предупредил, делая шаг навстречу.

Я это прекрасно знал, но мне нужно было лишь его отвлечь, чтобы друзья смогли незаметно накинуть сеть. Но когда они уже подкрались сзади, Сюхкоатль вдруг задал вопрос, который заставил меня сразу же отказаться от нашего плана.

— Чего ты больше хочешь — убить меня или спасти жену?

— При чем тут она? — спросил я, хотя страшная догадка уже промелькнула в мыслях.

— Следуй за мной, и узнаешь, — ответил он, принимая драконье обличье и устремляясь ко дворцу.

Я кинулся за ним, и друзья последовали за мной. Поднявшись по мраморным ступеням, запорошенным снегом, забежал в двери, над которыми все еще висел герб, обрамленный сплетением древних рунических знаков, гладко вырезанных из грубого серебра, символизирующих знания, мудрость и древние традиции, передаваемые из поколения в поколение. В центре сверкающий, словно выкованный из чистейшего льда, дракон, гордо расправил крылья, покрытые многочисленными хрустальными иглами, напоминающими о ледяной остроте и непреклонной силе. Позади него виднелись горы искрящихся ледяных фьяд, символизирующие неприступность и умелое владение стихиями холода и льда.

Оказавшись в просторной зале, я оглядел место, бывшее когда-то оплотом силы и власти, но теперь здесь царили лишь запустение и суровая зимняя тишина. Огромный зал с вычурными ледяными колоннами был покрыт трещинами и снегом, а через разбитые окна задувал морозный ветер. На стенах искрилась изморозь и висели полуистлевшие гобелены с изображением древних битв. В центре возвышался трон из ледяных кристаллов, покрытый вековой пылью, а вдали словно слышался глухой, едва уловимый рык драконов.

Выйдя из темноты, Сюхкоатль взмахнул рукой, зажигая свечи в высоких серебряных канделябрах, стоящих около стен, покрытых толстым слоем инея. И тут я заметил в углу Дарину, которая сидела, съежившись, прямо на холодном полу. Ее глаза были закрыты, и девушка была похожа скорее на статую, чем на живого человека.

— Что ты с ней сделал?! — закричал, рванувшись вперед.

— Стоять! — приказал мой враг, создавая в ладони огненный шар и нацеливаясь на жену. — Сделаешь еще шаг, и она превратится в пепел, — злобно предупредил он.

Я резко остановился, ощущая, как зверь бился и царапался в своей клетке, желая выбраться и спасти девушку. До боли сжал кулаки, не позволяя ему забрать контроль, так как от этого зависела ее жизнь.

— Чего ты хочешь? — поинтересовался сквозь зубы, зная, что Сюхкоатль похитил Дарину не просто так.

— Принеси осколки, и тогда я позволю ее спасти, — ответил он. — И поторопись, ей осталось недолго, — добавил огненный, показывая на девушку, которая едва дышала.

— Хорошо, договорились, — согласился я и, еще раз взглянув на умирающую жену, покинул дворец.

— Дрейк, мы не можем допустить, чтобы он воспользовался сферой, — сказал Крис, догоняя меня.

— Знаю, — рявкнул я, — но не могу потерять Дарину. Она ни в чем не виновата!

— Я тебя понимаю, друг, но подумай еще раз. Ведь от этого зависит не только твоя судьба.

— Мне нечего думать, — резко отрезал. — Сначала я спасу жену, а потом разберемся с Сюхкоатлем.

Видя, что спорить бесполезно, Крис замолчал, молча следуя за мной. Я очень торопился, отгоняя мысли о том, что могу не успеть. Как только оказался в замке, ко мне кинулась Руфина.

— Госпожу похитило чудовище! — закричала она, заливаясь слезами. — Простите, я не смогла ничего сделать.

— Ты не виновата. Не волнуйся, я обязательно ее верну, — пообещал я, направляясь в кабинет.

Вернувшись в Ледяной дворец, я молча отдал огненному мешочек с осколками, зная, что без последнего они бесполезны, и сразу же кинулся к жене.

— Дарина! — воскликнул, сжимая хрупкое, исхудавшее тело в своих объятьях. — Птичка, очнись! — взмолился, чувствуя, как слезы подступают к глазам.

— Отпусти меня, Дрейк, — раздался в ответ чуть слышный шепот. — Прошу… я хочу быть свободной… я все равно тебе не нужна… я устала… так сильно устала… — бормотала она, словно в бреду.

— Нет, птичка, ты должна бороться.

— Зачем? — выдохнула чуть слышно, пытаясь вырваться из моих рук.

— Потому что ты мне нужна. Я люблю тебя и не могу потерять! — закричал я, крепче сжимая обмякшее тело и стараясь передать свою силу.

Но, в отличие от прошлого раза, сейчас ничего не происходило, словно девушка отвергала меня и этот мир, все глубже погружаясь в небытие.

— Прошу тебя, вернись! — воскликнул я в отчаянии. — Ты для меня все — мой свет, мое сердце, моя пара!

И как только признание прозвучало в морозной тишине, почувствовал, как моя душа словно встрепенулась и устремилась к душе Дарины, сливаясь воедино.

— Дрейк, — услышал я слабый шепот жены, выводящий меня из оцепенения, вызванного столь сильными эмоциями.

— Птичка, — прошептал, покрывая легкими поцелуями бледное, осунувшееся лицо, а потом впился в губы, которые сразу же для меня открылись.

— Не хочу прерывать вашу идиллию, но пора уже заканчивать этот спектакль, — раздался голос Сюхкоатля.

С трудом оторвавшись от сладких губ и с облегчением заметив, что щеки девушки порозовели, а сердце билось сильно и ровно, я помог ей подняться.

— Жди здесь, — велел, прислоняя ее к стене и накидывая на плечи свою меховую накидку.

Потом, повернувшись, ухватился за рукоять меча, давая знак друзьям, чтобы приготовились покончить с нашим врагом.

— Все еще надеешься одолеть меня, — усмехнулся он. — Но я приготовил еще один сюрприз, — добавил, доставая из кармана последний осколок.

Я замер от неожиданности и понимания того, что, если Сюхкоатль активирует сферу, никто из нас не сможет выжить. И огненный тоже это знал, с победной улыбкой наблюдая, как все части притягиваются друг к другу, восстанавливая артефакт. Но когда спустя несколько мгновений ничего не произошло, его улыбка пропала, сменяясь недоумением.

— Почему она не работает? — спросил он, глядя на меня с удивлением и злостью.

— Не знаю, — честно ответил я, так как тоже этого не понимал.

Но в этот момент ощутил движение позади и, обернувшись, увидел, как Дарина подалась вперед, поднимая руки, охваченные голубым светом, который становился все ярче. А потом сфера поднялась в воздух и поплыла прямо к ней, опускаясь в ладони, и тут же засияла, переливаясь и мерцая, словно звезда. Ее поверхность, гладкая и прозрачная, как дыхание зимы, искрилась мириадами внутренних граней, преломляющих свет в ослепительные вспышки — от нежного аквамарина до безжалостного ультрамарина, с прожилками пульсирующего серебра, будто вены, наполненные эссенцией стужи. Внутри сферы бушевала вечная буря: вихри снежной пыли кружили в безумном танце, рождая призрачные силуэты драконов, полупрозрачные крылья которых бились о невидимые преграды, чешуя вспыхивала рунами забытых заклинаний, а дыхание выливалось каскадами ледяных игл, стремящихся прорвать оковы. Каждая частица внутри сферы несла частичку магических сил расы: способность замораживать время, вызывать метели из ниоткуда, исцелять раны холодом или обращать врагов в статуи.

— Что это? — спросила жена, переводя удивленный взгляд с артефакта на меня.

Но я не успел ответить, так как стены дворца вдруг сотряслись от громкого рыка огненного дракона, наступающего на нас. Дорога была каждая секунда, поэтому, решив оставить все объяснения на потом, я взял сферу, чувствуя, как меня прошибает морозом до костей, вызывая видения полетов над снежными пиками и шепот древних голосов: «Мы — вечный холод, мы — несломленный лед». Запечатанные силы зашевелились, как живое существо, реагируя на зов моей крови, и древняя могущественная сила влилась в меня, освобождая зверя. И когда Сюхкоатль бросился на Дарину, я, мгновенно превращаясь в ледяного дракона, преградил путь, осторожно отталкивая жену назад. Увидев, что я перекинулся, огненный взмыл вверх, разбивая окно и вылетая наружу, а я полетел за ним. Я не собирался дать ему снова сбежать и теперь, вернув свое могущество, наконец мог его уничтожить.

Дарина

Когда в почти потухшем сознании раздался голос Дрейка, у меня уже не было желания откликаться на его зов. И зачем вообще он опять пытался меня спасти, если я ему совсем не нужна, и у него нет ко мне никаких чувств, кроме раздражения и злости? Поэтому, собрав последние силы, попросила мужа отпустить меня, чтобы, наконец, обрести покой в другом мире и встретиться с мамой. Но вдруг Дрейк сказал то, что я никогда не ожидала от него услышать, заставив израненное сердце забиться сильнее. А в следующее мгновение я ощутила, как меня наполняет живительная энергия, возвращая к жизни тело и душу.

Но, не успела прийти в себя, как случилось такое, что опять едва не лишило меня сознания. Прямо на глазах мой похититель превратился в огромного огненно-красного дракона, словно сошедшего со страниц старинных легенд, которые я читала. А следом за ним вместо Дрейка передо мной оказался второй дракон, ярко-синего цвета, защищая от того, кто хотел меня схватить. Я вжалась в угол, не в силах пошевелиться или произнести хоть слово, когда драконы вылетели наружу через разбитое окно.

Небо словно раскололось надвое. С одной стороны бушевало ослепительное пламя. Огненный дракон взмывал все выше, оставляя за собой длинный шлейф искр, похожий на раскаленную реку. Каждым взмахом могучих крыльев он разгонял облака, превращая их в клубы алого пара. Его рев был подобен извержению вулкана — глубокий, гулкий, заставляющий содрогаться сами горные вершины. Навстречу ему бесшумно скользил ледяной дракон. Он не рассекал воздух, а словно становился его частью. Серебристо-голубая чешуя отражала холодный свет луны, а за кончиками крыльев тянулись тонкие нити инея. Там, где пролетал ледяной дракон, облака застывали, превращаясь в хрупкие кристаллические острова.

От этого зрелища меня охватил ужас, но я не могла оторвать взгляд, наблюдая, как они столкнулись с такой силой, что воздух взорвался грохотом. Огненный дракон первым нанес удар, обрушив на противника поток раскаленного пламени. Казалось, никто не способен пережить подобный натиск. Но вскоре я увидела, как из ревущего огня вырвался ледяной дракон, резко сложил крылья и камнем рухнул вниз. Огненный устремился следом, желая завершить схватку одним сокрушительным ударом, но в последний миг ледяной расправил крылья, вокруг которых вспыхнули тысячи ледяных игл, закружившись плотным смерчем. И в тот момент, когда огненный дракон попытался прорваться сквозь него, ледяной молниеносным движением развернулся и ударил когтями в место под передней лапой — туда, где между массивными пластинами чешуи оставался небольшой просвет. Огненный издал такой рев, что далекие ледники осыпались лавинами. Из раны хлынуло не обычное пламя, а ослепительное золотое свечение. Оно вырывалось наружу мощными толчками, словно само сердце дракона распадалось на раскаленные искры. Он отчаянно попытался подняться выше, несколько раз тяжело взмахнув крыльями, но движения становились все медленнее, а пламя, еще недавно окружавшее его подобно солнечной короне, стремительно угасало.

Ледяной дракон молча завис в воздухе, в то время, как огненный еще несколько мгновений боролся с небом, пытаясь удержаться в полете. Но тут его крылья бессильно сложились, и он начал падать. Сначала медленно, почти величественно, словно не желая признавать поражение, затем все быстрее. Воздух свистел в разорванных перепонках крыльев, последние языки пламени срывались с его чешуи и исчезали в ночной тьме дождем золотых искр. Через несколько секунд его силуэт исчез далеко внизу, а ледяной дракон неподвижно парил над местом битвы, пока ветер медленно уносил последние огненные искры, растворяя их среди облаков…

— Такого не может быть… это только сон… страшный сон, — пробормотала я, зажмуриваясь и пытаясь убедить саму себя в нереальности происходящего.

Не знаю, сколько прошло времени, когда кто-то осторожно дотронулся до моего плеча, заставив напугано вздрогнуть, распахивая глаза.

— Не бойся, Дарина, — сказал Крис, стоящий передо мной. — Все закончилось.

— Где Дрейк? — поинтересовалась дрожащим голосом.

— Там, — указал он на выход, — и ему нужна твоя помощь.

— Он ранен? — забеспокоилась, сразу забывая о страхе.

— Дело не в этом, — ответил мужчина, быстрым шагом направляясь к дверям.

Я поспешила за ним, но, выйдя из дворца, отшатнулась, готовая бежать обратно, когда увидела лежащего передо мной синего дракона.

— Не бойся, — повторил Крис, — это все тот же Дрейк, и он никогда не причинит тебе вреда.

— Но он… он… — прошептала, осматривая могучего зверя.

Дракон был воплощением первозданной бури — исполин с телом длиною в полсотни шагов, чья чешуя сияла как выкованный из полярного льда доспех, переливаясь оттенками от молочно-белого до глубокой бирюзы, с прожилками серебряного инея, что искрились при каждом движении. Его крылья, широкие и полупрозрачные, словно тончайший хрусталь, края которых были зазубрены острыми ледяными клинками, широко раскинулись на ступенях. Взгляд нечеловеческих глаз, в которых словно горело пламя сапфиров, был устремлен прямо на меня. Сейчас он не рычал, но само его присутствие словно несло смерть: воздух густел от стужи, а мир замирал в объятиях вечной зимы.

— Его зверь слишком долго был в клетке и теперь, вырвавшись на свободу, не желает снова отдавать контроль Дрейку, — объяснил мужчина.

— А что я могу сделать? — пожала я плечами, пятясь назад.

— Больше, чем думаешь. Зверь послушается тебя, потому что считает своей парой.

— Ну-у, ладно, — согласилась, хотя совсем не была уверена в его словах, но и бросить мужа тоже не могла, после того, как он спас меня и признался в своих чувствах.

Я медленно подошла ближе к дракону, который внимательно за мной следил.

— Дрейк, ты меня слышишь? — тихо спросила, делая еще шаг вперед.

В ответ зверь вздохнул, выпуская из ноздрей клубы морозного пара.

— Пожалуйста, верни мне Дрейка, — обратилась я к нему, протягивая руку и касаясь длинной холодной морды. — Пожалуйста, прошу тебя!

Дракон моргнул, а потом начал быстро изменяться, пока на его месте не появился мой муж.

— Дрейк! — вскрикнула я, бросаясь к нему на шею, и разрыдалась, выпуская на волю скопившиеся эмоции.

— Птичка, не плачь, все уже позади, — прошептал он, сжимая меня в крепких объятьях.

— Я ничего не понимаю, — сказала, когда смогла успокоиться.

— Я все тебе расскажу, — пообещал муж, — только сначала давай вернемся домой.

После этого он схватил меня на руки и, с тоской взглянув на Ледяной дворец, начал спускаться по ступеням. Преодолев заснеженную равнину, которой, казалось, не было конца, мы оказались в деревне, где немного отдохнули и перекусили, а потом, уже на лошадях, двинулись в замок.

Всю дорогу муж держал меня в своих руках, и я, несмотря на волнение и крутящиеся в голове вопросы, умудрилась задремать, окутанная его теплом и запахом.

— Господин, слава Богу, Вы нашли ее! — разбудил меня радостный возглас Руфины. — Голубушка, как ты себя чувствуешь? — обратилась она ко мне, когда я открыла глаза.

— Со мной все в порядке, — успокоила женщину.

— Приготовьте ванну, — приказал Дрейк после того, как отнес меня в свою спальню.

— Да, господин, — ответила экономка, вошедшая следом за нами. — Я помогу госпоже помыться.

— Нет, я сам, — возразил он, снова меня удивляя.

Когда служанки все приготовили, мужчина раздел меня и положил в теплую воду. А потом, взяв мочалку, начал аккуратно намыливать мое тело, которое покрылось мурашками от его прикосновений. Мне совсем не понятна была его столь неожиданная забота, но сейчас были куда более важные вопросы.

— Ты обещал, что все расскажешь, — напомнила я.

— Расскажу, — повторил мужчина, — после того, как приведем тебя в порядок.

Закончив, Дрейк тщательно вытер меня и, накинув сорочку, отнес обратно в комнату, где положил на кровать и накрыл одеялом, ложась рядом прямо в одежде. Подложив руку мне под голову и прижав к себе, наконец, начал говорить.

— Как я уже сказал ранее, в каждой сказке есть доля правды. И теперь, думаю, ты в этом сама убедилась. То, что я рассказывал, тоже не выдумки. Драконы существовали задолго до того, как появился первый человек. Мы были одной большой семьей, ведя довольно дикий образ жизни и наблюдая со стороны, как люди быстро населяют землю, вытесняя нас и заставляя прятаться там, где они не могли заметить. Но не все драконы были согласны покидать насиженные места. Огненные решили напугать людей, чтобы те ушли с наших земель, но результат оказался совсем не тот, который они ожидали. Местный правитель, узнав о существовании драконов, объявил на нас охоту, и все стало еще хуже. Понимая, что не смогут справиться со взрослыми драконами, люди уничтожали гнезда с яйцами и убивали молодняк. В ответ огненные начали нападать, убивая целые деревни, и вкусив человеческую плоть, уже не могли остановится. И с каждым днем их голод становился все сильнее. Мы не могли допустить того, чтобы наши собратья уничтожили человечество, и потому нам пришлось пойти против них, встав на защиту людей. Так началось противоборство, которое длилось несколько столетий. В итоге нам удалось уничтожить огненных, но это стоило больших усилий и жертв. И теперь оказалось, что не все из них погибли…

— Все драконы могут превращаться в людей? — спросила я, меняя тему, так как чувствовала, что мужу нелегко вспоминать о кровавом прошлом.

— Нет, только те, в ком течет королевская кровь, имеют два обличья, остальные — только драконье.

— И много вас таких?

— В настоящее время нас осталось лишь трое — я, Крис и Альбан.

— А почему ты раньше не превращался? — задала я следующий вопрос.

— Это уже совсем другая история, — ответил муж. — А сейчас тебе надо отдохнуть и набраться сил.

— Ты куда? — невольно вырвалось у меня, когда Дрейк начал вставать.

— Не бойся, птичка, теперь я никуда от тебя не денусь, — промолвил он с загадочной улыбкой, сбрасывая свою одежду и скрываясь за дверью ванной.

«И что это значит?» — подумала я, все меньше понимая его странное, непривычное поведение. Прикрыла глаза, стараясь переварить то, что он рассказал, но мысли путались, мешая сосредоточиться. А когда я почувствовала, как муж прижимается ко мне и вдохнула его запах, от которого стала зависимой, уже не могла бороться со сном, в котором волшебные драконы спасали прекрасных принцесс…

Меня разбудили яркие лучи солнца, проникающие сквозь окно и играющие на темно-синих обоях солнечными зайчиками. Открыв глаза, я в шоке обнаружила, что практически лежу на Дрейке, опутав его своими руками и ногами. Но судя по тому, как мужчина крепко спал, ему это совсем не мешало. Немного отстранившись, я посмотрела на его красивое лицо, которое сейчас выражало умиротворение.

— Что же мне с тобой делать? — прошептала, проводя пальцами по прямому носу и контуру губ, которые так и хотелось поцеловать.

Потом резко убрала руку, боясь поддаться искушению, и откинулась на подушку, снова закрывая глаза. Через некоторое время услышала, как муж встал и начал одеваться, но притворялась спящей, пока он не покинул спальню. Мне необходимо было пространство и время, чтобы все обдумать. С одной стороны, меня сильно тянуло к Дрейку и очень хотелось вновь пережить те прекрасные моменты близости и страсти, которые у нас были. Но с другой, несмотря на то, что он опять спас меня и вырвавшиеся у него признания, навечно отпечатавшиеся в моей голове, я больше не могла доверить ему свое тело и душу. Ведь была уверена, что благосклонности мужчины хватит ненадолго, и вскоре ему надоест возиться со мной. И, хотя мое наивное сердце желало любви и заботы, я боялась, что он снова растопчет его, и не могла этого допустить.

— Пора вставать, птичка, — прервал мои напряженные думы голос виновника моих душевных метаний.

Вернувшись в реальность, я увидела его прямо перед собой с подносом в руках. Поставив его на кровать, он уселся рядом, беря крупную красную виноградину и поднося к моим губам.

— Ешь, — приказал муж, и я непроизвольно открыла рот.

— Я могу сама …

— Тсс, — прервал он, беря кусочек сыра.

Поняв по строгому тону, что противиться бесполезно, я позволила меня накормить. Когда почти все съела, он убрал поднос и напоил меня отваром.

— Ну что, готова слушать дальше? — поинтересовался Дрейк, устраиваясь на кровати рядом со мной и обнимая.

— Да, — ответила, кладя голову ему на плечо.

Несмотря на свои страхи, я решила насладиться этими мгновениями близости и подобия нормальных отношений, которые, скорее всего, скоро закончатся.

— Когда мы истребили огненных, вместо благодарности получили от людей лютую ненависть к нашему роду, которая не позволяла им понять, кто из нас хороший, а кто — плохой. И они обратились к самой сильной ведьме, чтобы она помогла всех нас уничтожить. Мы, конечно, легко могли ее убить, но поклялись никогда не причинять вреда людям. И она, воспользовавшись этим преимуществом, создала Ледяную сферу, заключая в ней нашу древнюю силу, а потом разбила ее и спрятала осколки в разных местах. И с этого момента наши звери оказались запертыми в человеческих телах, не в состоянии вырваться на свободу, а наши способности были запечатаны.

— Я видела его, твоего дракона, — прошептала я, вспоминая, как от страсти изменились его глаза.

— Да, видела, — подтвердил муж. — А он видел и принял тебя.

Я не понимала, о чем он говорит, но решила выяснить это позже, так как мне было интересно услышать продолжение истории.

— А что стало с остальными драконами?

— Не знаю, — ответил Дрейк. — Я всегда чувствовал их, так как между нами была тесная связь, но, когда ведьма разбила сферу, она порвалась. Мы очень долго их искали, но безрезультатно. Так что, думаю, что они все погибли.

— Мне очень жаль, — искренне посочувствовала, посмотрев на мужа и замечая неприкрытую боль в его глазах.

— Не плачь, птичка, — сказал он, стирая слезинку с моей щеки. — Все это дела давно ушедших дней, и теперь уже ничего не вернуть.

Я это понимала, но разделяла его боль, зная, каково это — потерять кого-то из семьи.

— А что стало с огненным драконом? Ты его убил? — спросила, не в состоянии скрыть дрожь в голосе.

— К сожалению, нет, но нанес смертельные раны, от которых он не сможет излечиться.

Услышав его ответ, я одновременно ощутила облегчение и сожаление, ведь, несмотря на понимание того, что это было необходимо, все равно не могла смириться с насилием и убийством.

— Ты осуждаешь меня? — спросил муж, словно читая мои мысли.

— Нет, конечно, нет, — возразила я, — просто все это слишком…

— Жестоко для твоего доброго и милосердного сердечка, — закончил он, крепче меня обнимая и целуя в лоб.

— Ох, голубки, не хотел вам мешать, — прервал наш разговор Крис, вошедший в комнату.

— А стучать тебя не учили? — недовольно рявкнул на него Дрейк, вставая с кровати.

— Виноват, друг, — поднял он руки, усмехаясь. — Я просто хотел убедится, что с нашей госпожой все в порядке.

— Убедился? А теперь проваливай, — приказал муж, вставая перед ним.

— Нам надо кое-что обсудить, — уже серьезно добавил мужчина, прежде чем удалиться.

— Я скоро вернусь, а ты пока отдыхай, — сказал Дрейк, направляясь вслед за другом.