Дрейк

— Дрейк, я нашел ее, — разбудил меня рано утром голос Криса.

— Кого? — спросонья не понял я, выбираясь из постели и натягивая штаны.

— Как кого? Целительницу, — объяснил он. — Она ждет в гостиной.

Быстро одевшись и бросив взволнованный взгляд на жену, неподвижно лежащую в кровати, я вслед за другом спустился вниз.

— Это Ванда, — представил он невысокого роста хрупкую старушку.

Ее седые волосы были собраны в пучок, а на морщинистом, когда-то красивом лице выделялись карие глаза, в которых светились мудрость и доброта. И сейчас они внимательно смотрели на меня, словно пытаясь заглянуть прямо в душу.

— Заплачу, сколько скажешь, если вылечишь мою жену, — пообещал я, осматривая ее выцветшее бедное платье и стоптанные туфли.

— Мне не нужны твои деньги, — заявила она, гордо вскидывая голову и распрямляя узкие плечи. — Чем трепать здесь языком, лучше отведи меня к ней.

— Да, конечно, — ответил, растерявшись от ее дерзости, ведь никто не осмеливался так со мной разговаривать.

— Так похожа на бабушку, — пробормотала Ванда, подходя к кровати и глядя на девушку, которая все еще не проснулась.

Откинув одеяло, целительница положила ладонь на ее грудь и закрыла глаза, что-то тихо шепча себе под нос. Через несколько минут убрала руку и повернулась ко мне.

— Я не могу ей помочь, — сказала старуха.

— Как?! — в отчаянии воскликнул я, теряя последнюю надежду. — Что же теперь будет?

— Но, если она такая же, как мать, то может быть… — задумчиво пробормотала она, будто разговаривая сама с собой.

— Что? — спросил, теряя терпение.

— Подойди сюда, — велела целительница, обращаясь ко мне. — А теперь возьми ее за руку.

Когда я это сделал, Ванда накрыла ладонью наши руки и снова закрыла глаза, словно прислушиваясь к чему-то.

— Да, так и есть, — пробормотала, качая головой и все больше раздражая своим странным поведением.

— Ей поможет любовь, — добавила старуха, еще больше меня обескураживая.

— Что? — повторил, вообще уже ничего не понимая.

— Ты меня слышал, — сказала она, отходя в сторону, — ее спасет только твоя любовь.

— Что за чушь?! — выпалил я, отшатываясь от слов целительницы, словно от удара. — И я ее вовсе не люблю!

— Можешь мне не верить, — спокойно проговорила Ванда, не обращая внимания на мою реакцию, — но, если ты не откроешь свое сердце, то вскоре потеряешь жену.

С этими словами она, еще раз бросив печальный взгляд на Дарину, покинула спальню. Выйдя из ступора, в который повергла меня последняя брошенная ею фраза, я схватился за голову и упал в кресло.

— Как все прошло? — поинтересовался Крис, заглядывая в дверь.

— Это просто чушь! — повторил я. — А она — сумасшедшая старуха. Найди другую целительницу, — велел другу, который удивленно переводил взгляд с меня на жену.

— Хорошо, успокойся, дружище, я отправлюсь сейчас же, — сказал он, понимая, что объяснений от меня не добьется.

Когда Крис ушел, я подошел к окну и, вглядываясь в далекий горизонт, снова и снова прокручивал в голове то, что сказала Ванда.

— Нет, этого не может быть. Это просто бред, — пробормотал, словно пытаясь убедить самого себя.

Повернувшись, снова посмотрел на неподвижную и хрупкую фигуру девушки, еле заметную в моей большой кровати.

— Птичка, проснись, — позвал я, подходя к ней, но ни один мускул не дрогнул на прекрасном и будто застывшем лице. — Дарина, — еще раз позвал, только сейчас заметив, что ее губы начали синеть.

— Нет! — воскликнул, хватая девушку и укачивая в своих трясущихся руках, не ощущая ни дыхания, ни биения сердца. — Нет, нет, ты не можешь оставить меня! Я люблю тебя! — еще громче закричал я, словно в агонии, а мой зверь начал рваться наружу, царапаясь прямо под кожей.

И стоило признанию сорваться с губ, почувствовал, как мое сердце расширяется в груди и бьется так сильно, что готово выпрыгнуть из нее. Задохнувшись от переполняющих чувств, я вдруг услышал, как сердце жены снова забилось, словно в ответ моему, и она сделала глубокий вдох. Едва сдерживая слезы, обнял ее крепче, целуя в макушку.

— Дрейк, я не могу дышать, — тихо пробормотала девушка.

Опомнившись, я ослабил хватку, немного отстраняясь, и посмотрел на Дарину, с облегчением заметив, что ее щеки и губы порозовели, а глаза удивленно взирают на меня.

— Как ты себя чувствуешь? — спросил, отводя взгляд.

— Хорошо, — ответила она, еле заметно улыбаясь.

Кивнув, я уложил девушку обратно в постель, вставая и направляясь к двери.

— Дрейк, — раздался сзади ее тихий голос, — что произошло?

— Неважно. Главное, что тебе лучше, — ответил, выходя из комнаты.

Оказавшись в коридоре, я положил руку на грудь, пытаясь унять колотящееся сердце, которое рвалось вернуться назад и никогда не отпускать из рук ту, что заставила его снова открыться. Но сейчас не мог и не хотел этого делать. Мне необходимо было все обдумать и осознать то, что произошло. С трудом взяв себя в руки, я спустился по лестнице и, приказав Руфине позаботиться о жене, выбежал во двор, где Крис как раз вскакивал на своего коня, собираясь умчаться по моему поручению.

— Стой! — громок крикнул. — Все отменяется.

— Почему? — удивился он, подходя ко мне.

— Дарине стало лучше.

— Но как?

— Неважно, — повторил я, не желая вдаваться в подробности.

— Эта же замечательная новость! — обрадовался друг. — Могу я ее навестить?

— Позже, — отрезал я. — Жду тебя и Альбана в кабинете.

Развернувшись, я быстро вернулся в замок. Заглянув по пути в приоткрытую дверь спальни, увидел экономку, которая суетилась вокруг жены, помогая той подняться с кровати.

— Я могу сама, — сказала девушка.

— Можешь, можешь, — пробурчала женщина, продолжая свое дело и провожая ее в ванную.

Убедившись, что Дарина в порядке, поднялся в кабинет, где уже ждали мужчины.

— Необходимо как можно скорее выследить и уничтожить Сюхкоатля, — сказал я, усаживаясь за стол. — И думаю, что он может прятаться только в одном месте…

— В Холодных землях, — одновременно со мной закончили мужчины.

— Да, но для того, чтобы его убить, нам понадобится сфера, — напомнил Крис.

— Я знаю, поэтому вы продолжите поиски последнего осколка, а я в это время изучу рукописи и присмотрю за женой, пока она окончательно не поправится.

— Да уж, любовь прежде всего, — с ухмылкой прокомментировал Крис.

Услышав это слово, я дернулся, словно от боли, и это не осталось им не замеченным.

— Что с тобой? — поинтересовался друг, внимательно глядя на меня.

— Все в порядке, — заверил я, хотя это было совсем не так.

— Ну, если ты так говоришь, — протянул он, явно мне не поверив, но я встал со своего места, давая понять, что разговор окончен.

Когда мужчины уехали, направился в спальню и, увидев, что Дарина сама одевает платье, нахмурился.

— А где Руфина?

— Я ее отпустила. У нее и так много дел, а тут еще приходится со мной возиться… — пробормотала девушка, застегивая пуговицы.

— Это входит в ее обязанности, — возразил я.

— Но я могу прекрасно справиться сама, — не согласилась она, обувая туфли.

— Куда ты собралась? — поинтересовался, хмурясь еще сильнее.

— Хочу немного прогуляться.

— Нет. Сейчас же возвращайся в кровать! — приказал я, надвигаясь на нее.

— Дрейк, пожалуйста! Я устала лежать в постели и уже задыхаюсь в четырех стенах. Мне нужен свежий воздух, — попросила девушка, глядя на меня своими большими, невинными глазами, в которых светились мольба и надежда.

— Ладно, — согласился, не в силах отказать, когда она так на меня смотрела. — Но я пойду с тобой.

В ответ жена вскинула в удивлении брови, но ничего не сказала. Взяв ее под локоть, я направился к двери.

— Я могу сама, — повторила она, смущенно опуская голову.

— Или так, или вообще никуда не пойдешь, — недовольно выпалил я, начиная раздражаться от ее упрямства и нежелания принимать мою помощь.

Дарина

Я почти ничего не помнила за последние дни, но точно знала, что мой конец уже близко. Мне, конечно, не хотелось покидать этот мир так рано, но, с другой стороны, может, это было к лучшему, ведь теперешняя жизнь была хуже смерти. И когда почувствовала, как тьма подступает, окутывая меня и не давая сделать следующий вдох, то готова была принять ее. И вдруг, после того, как сердце сделало последний удар, я ощутила, как в меня вливается чужая сила, вырывая из забвения.

Очнувшись и обнаружив, что нахожусь в крепких объятьях мужа, я была так поражена, что едва могла вымолвить и пару слов. А когда Дрейк выразил желание сопровождать меня на прогулке, вообще уже не знала, что и думать. Мне, конечно, было приятно его внимание, но оно было столь неожиданным, что вызывало сомнения и растерянность.

Идя рядом по тропинке в саду, старалась игнорировать тепло его руки на моей пояснице, от которого по коже бегали мурашки. В голове крутилось множество вопросов, но я не знала, как начать разговор. Погрузившись в свои мысли, и не заметила, как мы оказались в дальней части сада, где я еще не бывала. Сделав глубокий вдох, наконец, решилась заговорить, но, подняв голову, остановилась, пораженная великолепием, открывшемся передо мной.

С высокой скалы ниспадал мощный водопад, образуя величественный занавес, который словно сливался с густыми белыми облаками, окутывающими вершину. Вода падала с громким шумом, разбиваясь о скрытые под ней камни и создавая ажурную пелену брызг, мерцающих в солнечных лучах. Водный поток играл всеми оттенками радуги, словно сама природа решила показать свою неисчерпаемую палитру. Перед водопадом раскинулось небольшое озеро, чья водная гладь казалась живой, с легкой рябью, вызванной мягким ветром. На берегу, у подножия скалы, были разбросаны моховые кочки и гладкие камушки, на которых сверкали капли воды, будто крошечные лазурные алмазы, разбросанные вокруг.

Не в силах оторвать взгляд, я вдыхала свежий воздух, насыщенный ароматами дождя и растений, впитывая особую энергетику этого места. Постоянное движение воды, зеркало спокойного озера и игривое мерцание брызг создавали эффект живой симфонии природы.

— Какая красота! Я и не знала, что здесь есть такое прекрасное место!

В ответ муж лишь кивнул, вставая рядом со мной.

— Можно побыть здесь подольше? — спросила, получив в ответ еще один одобрительный кивок.

— Садись, — велел Дрейк, снимая свой камзол и кидая его на ярко-зеленую траву.

Я не стала сопротивляться, так как, действительно, немного устала. Когда герцог уселся рядом, я невольно напряглась, но постепенно, глядя на спокойную водную гладь, в которой, словно в зеркале, отражались горные вершины, напряжение ушло, сменяясь умиротворением. Я поймала себя на мысли, что это было в первый раз, когда мы проводили время вместе с мужем (кроме плотских утех в постели), и, как ни странно, чувствовала себя сейчас очень комфортно. Поэтому я решила оставить все вопросы на потом, не желая нарушать этот удивительный момент.

— Пора возвращаться, — через некоторое время произнес Дрейк, вставая с земли.

Когда он протянул руку, чтобы помочь мне подняться, я замешкалась, но, заметив, как он сразу нахмурился, вложила свою ладонь в его, отчего вернулись мурашки, а к щекам прилила кровь. Так и не отпустив мою руку, муж проводил меня до своей спальни и, приказав ложиться в постель, удалился.

После обеда, который мне принесла Руфина, я решила немного почитать и направилась в библиотеку. Проходя мимо кабинета, услышала громкий удар, а затем смачное ругательство мужа.

— Что случилось? — спросила, осторожно открывая дверь.

А зайдя внутрь, увидела, что герцог сидит за своим столом, схватившись за голову, а перед ним разложены какие-то старинные свитки.

— Ничего, — коротко ответил он, склоняясь над одной из рукописей.

— Я могу чем-то помочь? — неуверенно предложила, подходя ближе.

— Если только ты знаешь древний язык, — усмехнулся он.

— Знаю, — подтвердила я, стараясь не обращать внимания на насмешливый и обидный тон.

В ответ Дрейк лишь удивленно поднял бровь, явно мне не веря.

— Меня научила мама, а ее — бабушка. Но если ты не хочешь…

С этими словами я развернулась, чтобы уйти, так как не собиралась унижаться и что-то ему доказывать, но сзади раздалось громкое «Стой!».

— Подойди сюда, — велел герцог, протягивая мне древний фолиант.

— Что надо делать? — поинтересовалась, аккуратно беря его и усаживаясь в кресло, стоящее напротив стола.

— Ищи любое упоминание о ледяной сфере.

Открыв книгу, я начала читать древние тексты, состоящие из изогнутых рун и символов, где каждый знак напоминал коготь, чешую или крыло и нес в себе скрытый смысл.

— Но это же все сказки, — удивленно сказала через некоторое время, обнаружив, что изучаю легенды, в которых говорилось о магии, драконах и многом другом, чего не существовало в реальном мире.

— В каждой сказке есть доля правды, — загадочно прокомментировал муж мое замечание. — Зачем твои предки изучали древний язык?

— Не знаю. Мама только однажды упомянула, что я должна его знать, чтобы исполнить то, что готовит мне судьба.

В ответ Дрейк промолчал, лишь смерив меня удивленным взглядом, и я не стала развивать эту тему, тем более, что все равно больше об этом ничего не знала. Раньше я не придала маминым словам значения, а теперь спросить было не у кого.

Мы работали до самого заката, но так ничего и не нашли. И хотя наши исследования пока не дали результатов, и во время них мы перекинулись лишь парой слов, я чувствовала, как общее занятие делает нас немного ближе друг к другу.

Так незаметно пролетело несколько однообразных дней — утром мы с Дрейком гуляли в саду, после обеда — погружались в чтение древних легенд, а ночами он согревал меня своим теплом, крепко обнимая и прижимаясь сзади большим, мускулистым телом. И, несмотря на то, что я ощущала его желание, мужчина не предпринимал никаких попыток, чтобы его утолить. Вместе с тем я чувствовала, что за это время между нами образовалась невидимая связь, которой раньше не было. Я узнала мужа совсем с другой стороны — не как властного и грубого тирана, а как человека, способного вместе со мной любоваться красотой природы и часами изучать рукописи, отвечая на мои многочисленные вопросы. Я, конечно, понимала, что все это лишь выдумки, но мне было очень интересно узнавать про драконов, о которых в них говорилось. А когда герцог рассказывал о том, как огненные драконы решили уничтожить человеческий род, мне казалось, что все это он не прочитал, а видел на самом деле. Разум твердил мне, что такого просто не может быть, но интуиция подсказывала, что все не так просто, как кажется…