Едва оказался в Пути, как увидел летящего на меня Михаила.

— У тебя проблема, Анд! — вцепился мне в плечи наставник, пристально глядя в глаза. — Дошёл слух, что некоторые тёмные пилигримы пришли в ярость от твоей выходки со спасением алари. Они десятилетия пытались их уничтожить, и, казалось, всё предусмотрели, на пятом и шестом осколке они лично стерегли портальные плиты, но ты обрушил все их планы.

— Я предполагал, что могу их там увидеть. Хотел сразиться с ними, но не получилось.

— Ты не понимаешь! — всплеснул руками учитель, говорил он куда быстрее и громче обычно. — Думаю, на тебя объявят охоту. За твою голову, скорее всего, назначат награду, сочинят легенду, про то, что ты злостный убийца пилигримов и множество простых путников ополчатся против тебя. Ты слишком рано поставил своё имя на карту, — обречённо произнёс он и уставился в чёрную пустоту, стоя боком ко мне. Михаил был просто разбит. Я никогда не видел его таким.

— Как они меня вычислят-то? — спросил я.

— О! Поверь, есть способы. Опросят всех местных, составят фоторобот всей вашей компашки.

— Вот дерьмо! Я и ребят подставил!

— В этом нет твоей вины.

— Я знаю, но они могут попасть под удар!

— Возможно. Но в первую очередь будут искать тебя. У них очень длинные руки, и, боюсь, если не получится поймать тебя в Пути, они попытаются сделать это в реальности.

— Ну пусть приходят, — рассмеялся я. — Их экспедиция за стены ближайшего полиса закончится очень быстро.

— Но ты же вернёшься.

— Надеюсь, что скоро.

— Ты должен быть незаметен.

Я прикинул свои шансы стать незаметным и захохотал как умалишенный. Да наши лица будут на каждом экране, билборде, в каждой газете. Не останется человека в коалиции полисов, которые бы не знали меня в лицо. Возможно, и красные коммунары через своих шпионов и даже дикие преды услышат эту историю.

— Я невероятно влип, Михаил, — уняв приступ нервного хохота, сказал я.

— Прошу, пока не проходи никакие испытания. Ты не должен мелькать, тебя не должны видеть. Быть может, энтузиазм первый поисков спадёт, а потом случиться что-то ещё, и они не станут так активно тебя разыскивать.

— Честно говоря, сил на новое испытание особо нет. Да и подарки от старого я ещё не все внедрил и освоил. Так что я с большим удовольствием отсижусь.

— Это верное решение.

— А погони в реале всё же можно избежать, ну подерусь с ними пару раз в Пути и что?

— И что? — фыркнул Михали. — И то, Анд. Есть оружие, ранив которым тебя тут, они нанесут урон телу в реальности. Остаётся лишь уповать, что его не доверят пилигриму, который может войти в твои начальные локации. Слишком рискованно.

— Сюрпризы у Пути когда-нибудь кончатся?

Вопрос был риторическим, так что наставник не ответил.

— Кстати, Эш не заходил? — спросил я.

— Нет. Он не попадёт сюда без тебя.

— Э-э, ну да, логично, — почесал я затылок.

— Потренируемся? — спросил учитель. Наверное, впервые сам предложил. Всё же сильно переживает, хочет хоть что-то мне ещё успеть дать, хоть как-то подготовить.

— Давай, только я сначала с даром поиграюсь, и когда устану, можно будет.

Я долго оттачивал мастерство сканирования предметов. Затем потренировался с наставником, отрабатывая новые элементы. И снова совершенствовал мастерство астрального копирования. Показалось даже, что запомнил, как делается игла. Проверю после пробуждения.

Закупил на ауке немного простой еды, которую можно будет выдать за мои находки в джунглях. Какой-то хлеб из очень грубых семян. И что-то вроде козинака из сушенных ягод, орехов и мёда.

Руана и Барти не выходили на связь, попасть к ним не удалось, вероятно, не в Пути. Но я должен их предупредить. Придётся днём заходить и пытаться выйти на связь.

Я ощутил прикосновение из реала.

— Мне пора, — положил я руку на плечо учителя. — Не переживай. И не такие метели в е…

Проснулся, не успев договорить. Меня растолкал Тай.

— Тихо всё? — спросил я.

— Нет. Кто-то мелкий ходит вокруг и скребётся. Возможно, ящерица или грызун.

Я кивнул.

— Отдыхай, завтра долгий переход.

Аманда положила мне с собой сушенные ягоды и листья, так что мы вчера чай в колбе кипятили, и я подмешал немного зелья лечения. Ребята должны восстановиться за ночь. Утром ещё добавлю для лучшего эффекта. Да они заметят странность, но, может, спишут на отложенный эффект лечения Элен.

А я буду изображать усталость. Хе-хе.

Так делать нельзя, но я закрыл глаза. Представил в сознании образ иголки. Всё как и говорил Олаф, или это его слова наложились и скорректировали работу воображения. Иголка была в сознании словно предмет в инвентаре, только я мог её прямо покрутить как угодно. Попробую воплотить.

Я почувствовал, как она буквально по молекуле медленно выстраивается в руке. Как хаос энергии упорядочивается и превращает маг частицы в предмет. Раскрыл глаза, и меж пальцев у меня был просто сгусток энергии, красная линия.

Блин, а так красиво в воображении смотрелось. Я вздохнул, встряхнул рукой и попробовал ещё раз. И ещё. И ещё. И так, пока первый рассветный луч не показался на горизонте. Ну всё последняя попытка.

Снова прикрыл глаза, а когда распахнул их, то меж пальцев у меня была зажата красная полупрозрачная астральная копия иглы. Она продавливала подушечки указательного и большого пальцев, немного колола их прямо как настоящая.

Получилось!

Я ксер! Ахахахах! Я настоящий ксер!

Радостно поднял ребят.

— Ты чего такой довольный? — спросил Тай, хмурясь спросонья.

— Так свалим скоро! Быстрее, поднимайтесь. Наш ждёт дорога!

Бета простонала, а Мэй рассмеялась.

Мы поднялись на самый пик. Отсюда с камня был виден силуэт нашего воздушного транспорта. Я не стал смотреть, передал бинокль ребятам. Вытащил малую радейку и вышел на связь с лагерем.

— Лагерь ответь Анду.

— Лагерь на связи.

— Как ты, Лиз? Как операция по наращиванию?

— Всё болит, тянет и ноет. Нужно разрабатывать и тыкать иголками. Просто ужасно, но я рада.

— Мбаку как?

— Тоже хорошо, хотя ему сложнее. Вы где сейчас?

— Мы на пике. Начинаем спуск. Потом связь, скорее всего пропадёт. Гора отсечёт сигнал.

— Принято. Удачи там.

— И вам. Будьте на чеку. А ты ешь побольше.

— Хорошо, — рассмеялась девушка.

Я отключился и повернулся к троице спутников.

— Ну что, как самочувствие?

— На удивление неплохо, — сказала Бета. — Думала, вообще не поднимусь.

— С чего бы? У тебя лучшая подруга целитель, к тому же ты игрок в КП.

Я осторожно спустился с камня на другую сторону. А затем, помог не расшибиться девушкам и Таю.

— Ты сам-то как? — спросила Мэй. — Движения какие-то скованные.

— Мне Элен уделяет меньше внимания, чем вам, так что неудивительно, — пожал я плечами и указал на вмятину в земле.

— Тут спрыгнул Тадеуш и пошёл дальше.

Впереди раскинулась узкая вершина длинной горы, она выглядела как перемычка между двумя горами побольше. Меня беспокоило, что мы тут как на ладони, но, с другой стороны, если что, можно будет попробовать спуститься налево или направо.

— Сколько нам идти? — спросила Бета.

Я глянул ещё раз в бинокль.

— Отсюда кажется, что километров пятнадцать. Но путь непрямой, так что даже не представляю, сколько он в итоге займёт. Подъёмы, спуски, зигзаги, наверняка и подземные переходы.

Я пялился по сторонам в оптический прибор. Внизу в долинах и ущельях с обоих сторон виделось движение, но различить объекты не получалось. Хорошо, что с рассветом вышли. Пока вокруг всё затенено ещё более-менее нас не видно издали.

— Стойте, — сказал я, почуяв запах гари. Слева, на склоне, в полутора метрах от тропы, под большим камнем обнаружил ямку, в ней давно остывшие угли и недогоревшие шкуры ящериц. — Кажется, тут наш изгнанник позавтракал.

— И нам бы пора, — подал голос Тай.

Я сделал вид, что не заметил.

— Обратите внимание, костей нет. Их кто-то все сожрал, а они должны были остаться в больших количествах.

Мы шли с каким-то предвкушением. Не, понятно, что под горку всегда веселее, но всё же скрытый в горной дымке силуэт воздушного шара манил нас как свет маяка заблудшие в море корабли.

Иногда я замирал, чтобы разрыть руками грунт, сдвинуть камень или заглянуть под куст колючей акации, ведь то и дело попадались отполированные ветрами кости, ржавые металлические заклёпки, сгнившие ремни.

— А тропка-то нахоженная, — заметил я. — Веками, я бы сказал.

— Дорога мертвецов, — тихо прошептал Тай.

— Не нагнетай, — обернулся я на него. — Лучше следи за дыханием.

Настрой у девчонок хороший, не стоит его сбивать.

— Это пугает, — опасливо оглянулась Бета.

Я нагнулся и поднялся сухое посеревшее древко от какого-то оружия. Сломал об колено и сунул в рюкзак.

— Если найдёте достаточно толстое дерево, берите с собой. Пригодится ночью. А то, не факт, что найдём его там, где придётся спать.

— Глядите, — Мэй шла первая и указала на следы исполинских когтей у подъёма на тропу.

— Похоже, тут наш изгнанник спускался за чем-то или банально слетел с тропы или его сбросили. Но чтобы не улететь и не разбиться, превратился в оборотня. Вот как всё просто, всего лишь смертельная опасность и детские блоки слетают.

— Может, это ты ему психику поломал? — предположила Бета.

Я пожал плечами и внимательнее вгляделся. Следов крови на склоне нет.

— А вот и страж тропы, — задумчиво проговорил я. — Вот что заставило Тадеуша упасть.

Косматое существо издали напоминало снежного человека или обезьяну, если бы не костяные наросты и всего один глаз по центру лба.

— Мэй, Бета, встаньте в линию, выставьте копья. Тай, приготовься ударить землёй.

— Почему ты так спокоен? — спросила немного подрагивающим голосом Бета.

Я вынул меч и крутанул в руке.

— Сама подумай. Тропа хоженая, это мы уже знаем. Возможно, он, как и грифон, регулярно берёт с путников плату. Только вот нам нечего ему дать.

Существо замерло и стала по-обезьяньи прыгать на месте и скалить клыки. На плече я заметил сокрытый шерстью неглубокий тройной шрам. Если Тадеуш полоснул его лапой, то, получается, где-то за сутки тварь отрегенила разрез пять-семь сантиметров в глубину. Жутковато.

Одноглазый рычал и прыгал, пуская пену изо рта. Еды у нас не было, и я решил нанести удар первым. Резко махнул мечом, но монстр спел закрыться лапой как щитом. Клинок пробил шкуру и застрял, дойдя до кости, но едва выскочил из раны, как она начала затягиваться на глазах.

Я попятился, понимая, что мы влипли, и на узкой тропе, мне не хватит ловкости и силы с ним совладать. И в этот миг Тай ударил. Земля просто подпрыгнула под ногами монстра, буквально выстрелила им в сторону.

Тварь слетела, цепляясь когтями за склон. А-а-а-а, так это не лапы Тадеуша оставили те следы. Это хозяин тропы.

— Бежим! — крикнул, и мы рванули.

— Я хорош только пять минут! — напомнил Тай.

— Надо семь, приятель! Минимум семь.

Монстр быстро забрался обратно и припустил за нами. Казалось, он неуклюже переваливается с ноги на ногу, но каким-то боком даже так быстро догонял нас.

Мы пробежали мимо его норы в склоне. Эх, порыться бы там. Наверняка, есть что-то интересное.

Существо, вопреки ожиданиям, не выдыхалось. Мы добежали до подъёма. Тай дышал так, будто сейчас сдохнет. До ближайшего уступа было метров семь.

— Тай, ступени из земли. Быстро!

— Щас, — выдохнул он, вяло махнул рукой, упал на колени и стал пытаться соорудить лестницу из земляных блоков.

— Бета, лезь!

— Но тут только одна ступень.

— Лезь!

Она начала взбираться, и я подтолкнул. Затем закинул Мэй.

— Тай, залезай!

Здоровяк, кое-как заполз. Поставил вторую ступень. Третью. Девушки взбирались. Я запрыгнул на первую. Бета и Мэй оказались на уступе. Следом стихийник, и я.

Монстр в два прыжка оказался на третьей ступени, и тут они осыпались, увлекая его вниз. Тварь ещё долго махала руками и раскидывала землю, но за нами подняться не пыталась, хотя могла. Лапы вон какие длинные, только так бы взобралась по отвесной скале.

Мы залезли на очередную высоту, и сразу за ней был обрыв метров в десять.

— Я не уверен, что Аманда положила столько верёвки, — сказал я.

— А как вся группа будет тут потом спускаться? — спросил Тай.

— Нда. Задачка.

Я вытащил верёвку и подвязал к подходящему камню.

— Смотрите, чтобы не перетёрлась. Первым спущусь.

Осторожно стал слезать. Метра два верёвки не хватило. Отпустился и приземлился жестковато, под ногу камень попал, и она немного подвернулась.

— С приземлением аккуратно. Тут узко, можно слететь нахрен.

Я убрал камни, с того места, куда ребята будут спрыгивать, и отполз. Стянул обувь и стал разминать ногу, глядишь, отпустит.

— Руки обмотайте, — предупредил я.

Тай прикинул перспективы и послушался. Обвязал обе ладони самодельным бинтом и начал спуск. Метра за три до земли, камень из-под его ноги выскользнул, здоровяк проскользил по верёвке и грохнулся на землю, застонав.

— Жив? — поднялся я на одной ноге, с тревогой вглядываясь в лицо парня.

— Нормально, — поморщился он, кое-как перевёл себя в сидячее положение, а потом всё же смог встать.

Следующей пошла Мей, спустилась без проблем, а потом ещё и аккуратно, прыгнула прямо на руки здоровяка.

— Бета, хочешь я тебя так же поймаю? — весело бросил я, глядя на большую задницу девчонки, пока она спускалась.

— Спасибо, обойдусь без падений, — выдала она. Отпустила ноги, повиснув на верёвке, та выскользнула из рук, и девушка приземлилась на две ноги, раставив руки как чирлидерша после трюка. Только вот земля поехала со склона, девчонка вскрикнула, попыталась зацепиться, панически перебирая руками, но её несло вниз.

Тай прыгнул вперёд и поймал Бету за руку, но и его потащило. За него схватилась Мэй. Я за неё.

— Дар! Тай! Дар, чтоб тебя! — заорал я.

И парня вытолкнуло обратно на тропу, после чего вытащил Бету.

— Не было сил, — устало выдохнул он. — А ещё и по активной земле работать. Это вам не по обычной. Я чуть не сдох.

Я видел, как у него немного покраснели глаза от давления. Так что да, за пределы возможностей он сейчас вышел.

— Отдохни чуток. Бета, жива?

— Напугалась. Левое колено содрала и локти.

Я подполз к ней. Взял фляжку, промыл раны, пшикнул своей кустарной слабой лечилкой и перевязал.

— У тебя что с ногой? — спросила она.

— Немного подвернул. Скоро пройдёт.

— Дай замотаю.

— Не надо. Я сам.

— Дай! Я, между прочим, ассистент лекаря.

Девушка села рядом и вытащила всамделишный эластичный бинт.

— Ты где его взяла? — уставился я.

— У Элен. Мы вообще-то на игру летели.

Бета плотно замотала стопу и помогла мне встать.

— И как? — спросила девушка, внимательно глядя на мои ноги.

Я сделал осторожный шаг, попросил копьё у Тая, потом ещё шагнул, затем просто пошёл, немного прихрамывая, и стараясь больше давать нагрузку на древко копья и здоровую ногу. Думаю, до следующего привала, реген уже решит этот вопрос.

У Тая заурчал живот так, что на него могли откликнуться какие-то чудовища.

— Так. Жуйте на ходу, если что со вчера осталось.

— А ты? — спросила Мэй.

— Я пока не голоден. На привале перекушу вместе со всеми.

— А есть что? — уточнил Тай.

— Хоббичий хлеб из диких сортов чего-то. Ну или не хоббичий. В сумке полурослика нашёл, а уж где он его добыл, не знаю.

Мы дошли до совсем отвесных скал. И тут можно было попытаться обойти слева и справа по склону. Тропы там были лишь едва обозначены.

— Таа-а-ак, тут и сделаем перерыв, — объявил я. — Я подремлю буквально пять минут, что-то слабость накрыла, потом перекусим и пойдём.

Я сунул руки в рюкзак и использовал Путеходец. Взял хлеб и псевдокозинак, и открыл глаза.

— Полегчало? — с беспокойством заглянула мне в лицо Мэй.

— Да. Просто, похоже, скачок давления из-за адреналина и перепадов высоты.

— Или глюкоза в крови просела вот и слабость, — сказал Тай.

— Ты никогда не устаешь напоминать, что голоден, да? — улыбнулся я. Вытащил из рюкзака завёрнутую в листья еду. Раздал всем по кусочку хлеба и разломал козинак на четыре части.

— А хлеб прям пожевать надо, — заметил Тай. — Прям зёрна-зёрна местами.

— Вполне ничего, — пожал я плечами.

— В какой-то степени даже вкусно.

— В какой-то, — опешил я. — Это лучше хлебцев из пайка под первым номером.

Доев, мы попили воды и направились дальше.

Я рассматривал отпечатки и хмурился.

— Тропу кто-то намеренно держал в непроходимом состоянии, — заметил я. — Тут следы инструментов.

— Я скольжу, — осторожно проговорила Бета.

Я бросил ей меч.

— Вонзай в склон и держись за него. Тай, поддерживай землей себя и Мэй.

Я цеплялся за сухую траву и редкие корни. Иногда за колючки, царапая и протыкая ладони, но выбора особо не было.

Мы обогнули неподъёмный скальный выступ, и снова оказались на широкой тропе. Тут спокойно четыре человека плечом к плечу встанут.

— Глядите! — указала вперёд Мэй. — Пещера, через гору.

Впереди действительно был искусственный горный тоннель. Ничего хорошего я от него не ждал.

— Будьте начеку.

Мы приблизились. Я даже дышать стал тише. Столько способов подсветить, но, похоже, придётся делать факел, чтобы осмотреть проход.

И тут от потолка отделились две тени, и словно не спрыгнули, а капнули вниз.

— Назад, — выдохнул я, заслоняя собой остальных.

Фигуры с криком выскочили на свет. Это были крупные гоблины, закованные в доспех, с двумя кривыми ржавыми железяками вместо оружия.

Я отбил неуклюжий удар первого, и ответным выпадом снёс ему башку. Второй сразу же развернулся, чтобы дать дёру, но я ударом по спине сбил его на землю. Наступил на спину и пронзил основание шеи.

Перевернул обоих, изучая. У одного нагрудник был вскрыт как консерва тройной полосой когтей.

— Тадеуш был тут, — удивилась Бета.

— Да он вообще монстр. Раньше, где была его мощь⁈ — возмутился я.

Стал осматривать всё вокруг. Грунт был перепахан. Тут и там виднелись следы крови гоблинской и человечьей. Нашёлся клок одежды и рванная верёвка, а потом следы человека исчезали, зато гоблинские стали более продавленными.

— Кажется, они утащили его, — озвучил я очевидное.

— Совсем недавно, — сказал Тай. — Гоблинская кровь спечённая, но не сказать, пересохшая.

— Надо его спасти! — воскликнула Бета.

— Ты в своём уме? — уставился я на неё. — Он изгнанник. Мне плевать на него.

— Но он человек, — сказала Мэй.

— Он псих.

— Но он человек, — настояла ищущая.

— А если там подземный город гоблинов, — сказал я.

— А если одна маленькая семейка зеленокожих, которая обгадится при виде тебя? — спросила Бета.

Я глянул на Тая.

— Ну хоть ты им скажи.

Парень мялся.

— Да, Тай, — добавила Бета. — Скажи, что бесчеловечно бросать его. Преступников тоже спасают. Вспомните хотя бы деблокаду городской тюрьмы во время прорыва лет восемь назад.

Все смотрели на Тая.