Дети молчали и даже не ёрзали. Удивительные всё же существа эти алури.

В щели меж досок можно было оценить обстановку. По соседней канатной дороге назад уже запустили четыре кабинки, набитые вооруженными хоббитами. Это хорошо, значит, тут охраны не так уж и много осталось.

Пункт пересадки до следующего осколка находился ближе, чем наша остановка.

— А они не срубят трос? — шепотом спросила Руана.

— Не думаю. Прокинуть новый будет проблематично.

— Приготовьтесь спрыгнуть. Тут высота небольшая, Кафьян идёшь первым. Следом Барти. Дети. Руана и я.

Нас встречала вооруженная группа, пять полуросликов, двое из которых с носилками. Они держались расслабленно, ожидали, что там какой-то раненый, вот и не выглядывает.

Я наложил стрелу. Натянул тетиву и кивнул Руане. Мы синхронно поднялись над бортом и выстрелили. Раз, другой, третий. Весь комитет по встрече был перебит за две секунды.

Кафьян перемахнул через борт. Повис на руках и отпустил руки. С громким оханьем приземлился и сразу ушёл в перекат. Барти приземлился не столь удачно, сразу захромал и стал пить зелье лечения.

Я схватил Зефирку. Перегнулся через борт. Кабинка накренился, отчего остальные дети испуганно выдохнули. Руана ухватила меня за пояс. Я разжал руки, и с визгом девчонка упала на руки старику. Остальных перекинул так же быстро.

К нам уже неслись работники канатного порта, вооруженные дежурными комплектами оружия со стендов. Видимо, гарнизон станции весь отбыл.

— Быстрее! К платформе, — скомандовал я. Кошка выскочила, а я остался, прикрывать ребят сверху.

Взрослые закрывали детей щитами. По ним стреляли с разных сторон.

Я взял в прицел лучника, спрятавшегося за какими-то бочками. Он вынырнул из укрытия, натянул тетиву, и тут она лопнула, располосовав ему лицо. Я сразу же взял в фокус другого противника и выстрелил в арбалетчика. Он покатился по ступеням, сбив двух воинов.

В борт заколотили болты и стрелы. Я присел. Наложил новую стрелу. И выскочил уже целясь в то место, где последний раз видел арбалетчика, но его там уже не было, потратил секунду выискивая его. Он стоял дальше и пытался взвести арбалет, но дежурное оружие на то и дежурное, что не планировалось использоваться. Стрелок свалился с пробитой ногой и стал отползать, словно у меня есть время его добивать.

Снова спрятался. Убрал всё из рук в инвентарь, вынул оттуда щит, выданный мне Барти и сиганул вниз. Закрываясь, метнулся к кабинке. Там возникли какие-то трудности, ребята не могли тронуться.

Стрела ударила меня в спину, но не смогла пробить доспех, всё же дерьмо у них на стендах было. Болт врезался в щит, и щепки вонзились в лицо. Неожиданно один из хоббитов выскочил словно из ниоткуда с пожарным багром.

Я сделал круговое движение щитом, одновременно отбив атаку и ударив стальной кромкой по рукам полурослика. Багор выпал, а я огрел коротышку по лицу и добавил ногой в грудь. Хоббит пробил деревянное ограждение и улетел вниз.

Кабинка вдруг тронулась. На меня уставились испуганные глаза Руаны. Внутри все загомонили. Началась какая-то беспорядочная суета, но остановить её уже не могли.

Я рванул вперёд, на ходу расстёгивая ремень. Меч отправил в инвентарь. Накинул ремень на трос, оттолкнулся от бортика и поскользил вниз, следом за своими. Отпустился и влетел в кабинку, отчего она покачнулась, я чуть не вылетел назад через борт, но Руана ухватила меня за плечо, ещё и когти в броню всадив для лучшего контакта.

— Что вы тут устроили? — устало спросил я.

— Возникли трудности с механизмом, — пожаловался Кафьян.

Я шумно дышал, восстанавливая дыхание. Где-то тут мы должны сейчас пассажира подобрать.

— Сзади! — указал пальцем Погром. Ещё одна кабинка отстыковалась от станции и отправилась в погоню за нами.

Я глянул через левый борт. Лорд Роберт Мар отсалютовал нам мечом. Разбитая телега лежала рядом. Вокруг всё пространство было усеяно телами полуросликов и к месту спешил отряд на пони.

Мы могли его забрать. Если бы он пробежался и прыгнул, мы бы поймали его у края бездны или скинули бы верёвку, но лорд отказался.

— За Ниэлллорию! За алури! — услышали мы последний клич лорда.

Я обернулся назад. Кабина с хоббитами нагоняла нас. Я подошёл к рычагу, но он заклинил, не хотел ещё больше ослаблять тормозные ролики, чтобы мы ускорились. Я вдарил по нему со всей силы ногой, и рычаг резко с опасным хрустом провалился вперёд.

Кабина заскользила в два раза быстрее, меня швырнуло спиной в борт, в меня с хохотом прилетел Погром.

— Чё ты ржёшь? — поморщился я, ставя парня на ноги. Он подпрыгнул, уцепился за край и подтянулся, зацепившись локтями. Волосы его развивались на встречном ветру. Он обернулся, сияя белозубой улыбкой и снова так живо напомнив Пашку.

Я поднялся и посмотрел назад. Полурослики стремительно нас нагоняли. Похоже, у них ещё и суммарный вес больше нашего. Сколько же их туда набилось?

И снова болты и стрелы застучали в борт, пришлось пригнуться.

— Руана, есть разрывные накончники?

— Один остался, думаю, приберечь.

— Правильно думаешь. Огненные?

— Да.

— Давай. Жги!

Я взял щит, прикрыл её, и мы вместе поднялись. Девушка прицелилась, под стук стрел по доскам щита. Вот нервы стальные. Даже не вздрогнула и не моргнула.

Арбалет щёлкнул как-то особенно звонко. Горящий болт врезался в хоббичью кабину, и зачарование распалило огонь. Он вгрызся в доски, гонимый потоками встречного ветра словно кнутом надзирателя, огонёк пригибался к самым доскам, но грыз высушенное до предела дерево, грыз остервенело.

Хоббиты заметили пожар. Стали пытаться стесать верхний слой топорами, но не очень хорошо получалось. Ещё один огненный болт воткнулся в борт. И тогда полурослики стали ломать доски изнутри, а часть из них пошла на отчаянный шаг.

Я и Руана пытались их зацепить на дистанции, но и они отстреливались неплохо.

Под прикрытием товарищей, один их хоббитов вшагнул ногой в рукоять щита, его подкинули, он перехватился ремнём за трос, и его катнули. Я принялся палить, пытаясь сбить противинка. Но он вращал ногами, ловя стрелы и болты на щит.

И тут сзади хлопнула рогатка. Мензурка ударилась о щит полурослика, и он, обожжённый разлетевшейся кислотой, отпустился и улетел в пропасть.

Следом за ним к нам неслись уже другие. Вот ведь циркачи.

В руку скользнул кинжал, ибо с мечом в узкой кабинке не размахнуться. Я отразил брошенный в лицо щит и принял прыгнувшего полурослика на клинок. Только вот он был в кольчуге, лезвие проскользило по кольцам. Хоббит ударил меня в нос и ткнул пальцем в глаз.

Я заорал от боли и впечатал его в борт. Схватил за грудки и стал поднимать, чтобы вышвырнуть за борт. Он успел выхватить нож и всадить мне руку. Хватка разжалась, и мелкий гадёныш полетел.

Я обернулся к своим. Руана своими когтями затащила эту схватку. Три полурослика валялись на полу, остальные, видимо, улетели. Барти протёр рукавом залитое кровью лицо, стальные перчатки тоже все были в крови.

Кафьян устало выдохнул, опускаясь на одно колено, он закрыл собой детей и на стальных вставках его камзола теперь было множество царапин и вмятин.

— Все целы? — спросил я.

Четыре детских личика выглянули из-за ног старика. И я улыбнулся.

Мы вышвырнули тела за борт.

Вторая кабина всё ещё неслась за нами, только уже пустая. А далеко позади за ней была и третья. Вот ведь настырные.

— Руана, я отсюда вижу рычаг в той кабине. Сможешь попасть по нему и переключить?

Кошка-девочка, отпила зелья лечения и пожала плечами. Полила мне на руку и дала хлебнуть. Пока я исцелялся, она зарядила тупоносый болт. С третьей попытки переключила рычаг. Телега остановилась, и девушка выстрелила ещё раз огненным болтом прямо внутрь. Пламя занялось сразу же.

Жаль бинокль не взял, посмотрел бы сейчас на лица паникующих хоббитов в следующей кабине.

Грандиозный по размерам остров показался впереди. Отсюда он выглядел настоящим земляным ковчегом. Может это и есть огромные, покрытые землёй корабли?

— А кто там живёт? — спросил я Кафьяна. Старик распробовал зелье лечения, и теперь попивал его аккуратненькими глотками, будто всамделишное лекарство, а не быстродействующий отхил.

— Гвейлом. Осколок царства гномов. На лёгкую прогулку я бы не рассчитывал.

— Держи, — протянула мне Руана свиток.

— Оптический взор, — прочитал я. — Замечательно просто!

Я сломал печать и развернул его. В центре свитка имелась дырка, и можно было сквозь неё увеличивать изображение.

Воздушный порт гномов жил своей жизнью. Загружались и разгружались товары на неболёты. Кабинок никто не ждал, потому принимающий недовольно хмурился и спешно оттирал жирные руки о штаны, вся борода была в крошках.

Если пристыкуемся, фиг мы потом вообще отсюда вырвемся. Да, вижу загон со стероидными горными козлами и даже уже груженные повозки, но до них два лестничных пролёта. Не доберёмся. У гномов тут повсюду стреломёты и барабанные арбалеты.

— Кафьян, умеешь управлять неболётом?

— Когда-то приходилось, — осторожно выдал старик.

— Нам не пройти ещё три осколка порталами. Так или иначе нарвёмся. Мы угоним неболёт.

Все начали приглядываться к воздушным судам. Обычные с виду корабли. Только паруса находились ещё и снаружи и напоминали драконьи крылья. Имелся маневровый задний короткий парус. Сейчас почти у всех они были сложены.

Я же уже нашёл своего фаворита. Небольшой корабль, да вся команда была на судне, но до других ещё надо добежать успеть, а на этот мы прямо спрыгнем.

— Руана с левого корабля зайдешь. Барти, десантируешься первый и кинетикой бьёшь максимально сильно, чтобы всех дезориентировать, палуба как экран послужит. Кафьян, застопоришь кабину, когда зависнешь над мачтой. Дети, может случиться так, что спускаться вам придётся самим, но вы же алури. Должны справиться. Погром, в таком случае останешься за старшего и уйдёшь последним.

— Понял, — серьёзно кивнул пацан, доставая очередной бутылёк и рогатку.

Все пригнулись, мы входили на дистанцию, когда можно было что-то разглядеть и заподозрить неладное.

Корабль слева готовился к воздушному плаванью, команда только-только поменяла парус, расправила его, отчего корабль забился в швартовочном месте будто зверь в клетке.

Руана прыгнула раскинув руки и ноги. Вонзила когти в парус и, разрезая его, начала медленно спускаться под удивлённую брань гномов. Барти сиганул с другого борта на другое судно, повис на вантах и начал быстро слезать.

Гномы внизу ещё не поняли, что произошло и разглядывали парня.

— Ниэллорец, что ли?

И тут он прыгнул на палубу, и от него разошлась волна кинетической энергии, раскидывая всех.

Я прыгнул следом. Уцепился за канатную лестницу. Кабина замерла, Кафьян выжал стопор. Руана перемахнула на это же судно, и снизу завязался бой.

Я приземлился на голову лысого гнома. Едва оголил меч, как из каюты выскочил разъярённый капитан.

— Что здесь происходи⁈

— Атака ниэллорцев! — крикнули ему.

Я рванул к борту. Мне преградил путь юный гном с коротенькой бородой. Я вспомнил навыки КП и влетел в него так, что он перемахнул через борт и улетел в бездну.

Я начал рубить швартовые.

— Остановите его! — заорал капитан, но тут Барт опять использовал свою фирменную абилку, и крикуна швырнуло обратно в каюту.

Я перескочил на пристань. Попытался поднять сходни, которые крепко вонзились в настил острыми зубами. Ничего не вышло. Увидел приставленный к стене специальный лом. Подцепил, крякнув всё же вырвал сходни и сбросил.

Корабль стал медленно дрейфовать в сторону. Я только собирался перескочить, когда с палубы в меня влетел гном, мы прокатились по настилу.

Я бросил панический взгляд, судно отдалялось. Дети в кабинке.

Я вскочил. Чернобородый гном с топором оскалился, он сделал обманку на удар, а сам крутанулся и сбил мне рукоять оружия под дых.

Ох!

Тут же обухом прилетело по шлему. Острие зацепило на ногу, и я грохнулся. Лягнул двумя ногами гнома, отталкивая ему. Выставив меч, поднялся. Корабль отходил всё дальше.

Да что б вас!

— Клятвопреступники! — выругался я. — Алари хотели восстановить ваши миры. А вы! — я ринулся на гнома, и он неожиданно отступил в сторону, я провалился с ударом, и чуть не улетел в пропасть, но противник поймал меня за пояс и дёрнул назад.

— Род Амуила никогда не предавал алари. Пусть от рода и осталось два человека, — сказал гном. — Беги, парень. Вон на столбе страховочная кошка. Она тебе поможет.

Я схватил кошку, раскрутил и метнул, уцепился тройником за борт. Обмотал вокруг столба свободный конец и завязал узел. Корабль вымотал слабину, канат опасливо натянулся, и судно потащило назад.

Я разбежался и перескочил на борт. Вся команда корабля уже была перебита. Кафьян был на палубе, так как ребята вдвоём не справлялись. Я обрубил швартовый.

Гном помахал нам топором. Его окружила охрана порта.

Дети уже спускались по канатам на мачте.

— Алари! — заорал кто-то с берега.

— Алари?

— Быть не может?

— Убейте их!

— За алари! — крикнул достойный сын Амуила и, ухватив за бороду стражника, выбросил его с пристани в пустоту бесконечного падения.

В порту вспыхнуло побоище. За алари была лишь горстка воинов, но зато каких.

Я подошёл к рычагам управления. Кнопки были помечены, так что всё оказалось интуитивно понятно. Кафьян нажал кнопку, и боковые крылья расправились.

— Надо расправить парус, — сказал старик. — Он уже поднят, так что только этого и ждёт.

Руана быстро прямо по мачте будто кошка на дерево заскочила на самый верх и рубанула по крепежу. Парус раскатался до низу, и тут мы уже действовали только по указке старика, ведь никто ничего не знал.

Кое-как закрепили парус, только Кафьян потом перевязывал узлы.

Я сверился с картой. Взялся за штурвал. Деревянные рукоятки легли в руки, словно всю жизнь только тут и стоял. Я развернул судно на курс. Хотелось залезть в трюм и разобраться, как это всё работает, но времени не было. Наверняка шестерни и противовесы. Это ведь гномы, мастера изобретать всякое.

— Погоня! — заорал откуда-то сверху Погром. Я задрал голову, он указывал пальцем назад, сидя в вороньем гнезде.

— А ну спускайся! — шикнул я на него.

Развернулся посмотреть, на что он указывал.

Да сколько можно-то?

Сил на очередную схватку, откровенно говоря, не было. Я измотался. Столько битв уже минуло.

Корабль гномов быстро нас нагонял, активно махая крыльями. На нос они выставили стреломёты и стали палить.

— Дети, укройтесь в трюме.

Барабанные метатели шили парус и крылья, надеясь замедлить наш ход.

— Настигнут, — заметил Кафьян.

Я пустил пару стрел, продырявив их парус, но толку с такой дырки не было. Корабль противников разворачивался, чтобы дать боковой залп.

— Барти, сможешь отразить?

Парень осушал зелье маны.

— Сомневаюсь, — честно признался он. — Лучше поберечь силы на схватку.

Открылись бойницы и из них показались камнестрелы.

— Всем лечь! — заорал я.

Тетивы были спущены. Деревянные молотки долбанули по камням, отправляя идеально круглые булыжники в полёт.

По ушам ударил оглушающий треск, лопающихся досок и рвущихся парусов. После этого противники стали сближаться ещё быстрее.

— Послушайте, — сказал я. — Нам не уйти. Они забросят крюки. Вобьют сходни. И мы эти зубастые челюсти ничем не выковыряем. И всю команду нам не перебить. Мы измотаны.

— Что ты предлагаешь? — спросил Барти.

— Кафьян, бери детей и тайком спускайся за борт, который скрыт от глаз противников. Там висят сети. По ним обползай весь корпус, как только нас пойдут брать на абордаж, переползёшь на вражеское судно и отвезёшь детей в их новый дом.

Старик кивнул.

Мы вяло отстреливались. Ещё второй корабль приближался, будто нам одного мало.

— Руана, как только мы состыкуемся, я заклиню штурвал, а ты подожги там всё вокруг. Чтобы корабль нельзя было свернуть с курса.

— Что ты задумал?

— Когда нас возьмут на абордаж, мы направим судно на таран, чтобы и другой корабль сбить со следа.

Я выглянул из-за борта и пальнул в раскручивающего кошку гнома.

— Почему эти штуки зовут кошками? — фыркнула Руана.

Я усмехнулся.

— Приготовьтесь.

Из гарпунных пушек полетели гарпуны с верёвками. Они пробивали борта и вонзались в палубу. Следом полетели кошки с верёвками.

Я срубил три-четыре каната, когда корабли притянулись и шваркнулись друг об друга. Я устоял на ногах, а вот некоторые гномы покатились будто бочки.

Сходни упали, стальными когтями захватив наш корабль, будто орёл, уцепивший добычу.

Гномы с криком ринулись к нам на палубу. Я принял на копьё одного и сбросил в бездну. Достал щит и меч.

Ударил щитом бородача, который перелетал на верёвке. Встретил на меч отчаянного психа, который сиганул прям так, без страховки, надеясь на удачу.

И тут толпа ринулась по сходням.

Барти использовал коронку, разметав всех в стороны и обрекая на далёкий полёт. Арбалет Руаны щелкал как метроном, сбивая одного гнома за другим, но, похоже, в это судно весь порт загрузился.

Я влетел щитом в очередного противника, но оказался крепче меня. Толкнул в ответ, и ноги мои заскользили по палубе. Я ткнул мечом не глядя и попал. Клинок провалился в мягкую плоть.

Я отбросил коротышку в сторону и отступил, зазывая врагов на себя. Я уводил их направо, Барти налево, Руана отступала к дальнему борту по центру. Команда противника втягивалась к нам на корабль.

Я не столько бил, сколько уклонялся. Мана уже почти слетела в ноль. Противников было слишком много, приходилось частить с умениями.

И тут я услышал, как сходни проваливаются.

Последний рывок!

Я ударил щитом ближайшего. Махнул мечом, не позволяя перекрыть мне дорогу ещё одному. Уклонился от выпада топора. Перескочил взмах секиры. Размытым Рывком долетел до штурвала. Направил корабль на подходящее с другого края судно. Увернуться они уже не успеют. Вставил стопор и сиганул капитанского мостика. Почти сразу там вспыхнуло пламя и бежавшие туда гномы, отшатнулись прихлопывая рукой вспыхнувшие бороды.

Я успел ухватиться за трос, когда корабль влетел носом борт вражеского судна. Тряхнуло так, что все попадали. Корабль накренился. Все покатились и несколько гномов вылетели за борт. Остальные смогли уцепиться.

Кафьян с детьми уже поднялся выше нас, и в надежде на наше спасение, скинул верёвку.

Я пополз по канату. Вся конструкция скрипела. Стонали раненные. Пожар как-то слишком быстро расходился. Невероятно быстро. Гномы переползали на протараненное судно, пока это окончательно не превратилось жаровню.

Я пополз по бантам на мачту. Кафьян пролетал над нами, и я уцепился за верёвку. Сил поднимать не было. Просто держался. На меня прыгнула Руана и быстро взобралась на палубу. Барти они скинули другую верёвку. А я дождался, когда меня просто поднимут.

Устало рухнул на настил. Зелье лечения сил не прибавило, как и таблетка маны.

— Мы сделали это, — улыбнулся Барти и пихнул меня кулаком в плечо.

— Ещё нет.

Я полежал минут пять-десять и поднялся.

— У нас проблемы, — подал голос Кафьян.

Ну что ещё?

— Флотилия орков. Гномы передали сигнал, смотри, они отправляются на перехват со своего острова. Команды будут едва ли половинные. Но гляди, сколько их.

Я надул щеки, медленно стравливая воздух.

Детишки сидели взявшись за руки. Паруса вдруг натянулись, и вряд ли это совпадение, учитывая, что вся четвёрка начала чуть окрашиваться в негативный кадр старой плёнки.

Корабль полетел быстрее. Только этого всё равно было мало. Нас настигали. Более того, у них было время выбрать как это сделать. Нас сразу брали в кольцо.

— Надо спустить парус, — сказал Кафьян. — Клюнем мордой вниз и оторвёмся. Они на такой манёвр не пойдут. Они сорвались в дикой спешке. Есть надежда, что у них не заправлены парашюты.

— Погоди, что? У нас есть парашюты?

— Ну конечно! А как ещё летать по небу?

Да откуда мне, блин, знать.

Я даже смотреть на этих орков не стал. Едва они сблизились, как мы спустили парус и чуть сложили крылья. Корабль полетел вниз с такой скоростью, что из-за ветра дышать было тяжело. Дети визжала от ужаса, только Погром хохотал.

Кафьян уцепился в штурвал, и, похоже, молился. Руана всадила когти в мачту и держалась за неё, а Барти себя и вовсе привязал канатом.

Мы стремительно неслись вниз. Я задрал голову. Ну да. Никто не решился нас преследовать.

Кафьян выправил крылья, и падение немного замедлилось.

Пред нами предстал седьмой осколок.

Небольшой остров был обвит силовыми нитями энергии, которые и отвечали за то, чтобы остальные шесть не разлетелись. Показалась портальная площадка, а вокруг неё стояло семь магов. Но это пол беды.

По отряду воинов от каждого осколка стояли аккуратными коробками по полсотни в каждой.

Маги вскинули посохи, ударили ими о землю, и островок окутало защитное поле.

— Теперь понятно, почему остальные попытки не увенчались успехом, — сказал я. — Кафьян. Сложи крылья. Давай-ка долбанём в это поле, всей массой корабля.

Корабль снова ринулся вниз. Я развернул оптический свиток, но такой скорости тяжело было различить детали. И всё же я видел, как маги нервно сжимают свои посохи. Переглядываются. Как идеально вымуштрованные воины начинают ёрзать.

Корабль влетел в барьер, по которому прошла вспышка, и поле погасло. Маги попадали, словив откат.

А мы попадали от вибрации при столкновении. Мачта накренилась. По полу пошли трещины. Ещё немного и корабль сломает пополам.

— Парашюты! — заорал я.

Кафьян всё ещё пребывающий в шоке от столкновения дёрнул рычаг, и вдоль борта вылетали четыре исполинских парашюта. Мы проскребли по дну сшибив и перетерев тех, кто не успел отбежать. Корабль замер.

Мы разобрали детей по рукам и спрыгнули, дойдя до портального круга без какого-либо сопротивления. Останавливать нас было некому.