Шум дождая перестал так давить на уши.

Я прислушался к ощущениям. Чувствую, что тропа по левую руку. Повернулся в нужную сторону и пошёл. Идти было тяжело. Весь промок. В обуви чавкало.

Когда вышел на открытый участок, обернулся. Следы оставались довольно чёткие, но дождь должен размыть, по идее.

Шёл и осознавал, что, если бы не умение «ориентирование в лабиринте», фиг бы я понял, куда идти. Хотя, казалось бы, где лабиринт, и где предгорье.

Я дошёл до склона, и было совершенно неясно, где подъём на тропу, левее или правее. Прислушался к себе. Вроде правее.

Мышцы балансиры уже устали.

Пошёл вдоль, и тут меня с ног сбил поток воды и грязи, небольшой размыв произошёл. Я вытер морду рукавом и побрёл дальше. Всё же обнаружил подъём. В грязи чётко видны были отпечатки и совсем не мои. Трольи. Неужели, тот здоровяк вернулся?

Я пошёл быстрее, но вверх под уклоном идти было тяжело. Я опирался на склон, но уцепиться на нём было не за что. Прямо передо мной на тропу упал камень, размыло основание, и он сорвался.

Я оперся на четвереньки и стал подниматься так, но тут в моменте поскользнулся и слетел к самому подножию. Был весь грязный и скользкий. Вытащил меч и копьё и начал взбираться с опорой на них.

Ноги стали постепенно наливаться свинцом, а следом и руки с каждым шагом становились всё тяжелее.

Вскоре услышал надсадное пыхтение тролля, но ещё не видел монстра. Дорога серая, капли как бы серые, и сам гигант такой же. Сделал ещё пару шагов, и разглядел очерченную дождём фигуру, это был другой тролль.

Он сделал осторожный шаг, увидел впереди левее большой камень, рванул к нему, чтобы ухватиться, поскользнулся, начал заваливаться, влетел в булыжник, уцепиться за него не смог, пальцы сорвались с мокрой поверхности, и тролль улетел со склона. Доехал до низа с ветерком.

Я неспеша поднимался, и тут мне в ноги влетел орк на щите. Он сбил меня с ног и унёсся дальше.

Нихрена себе парк аттракционов. Видимо, все хотели в пещере укрыться.

Я снова еле как поднялся и начал подъем. Дорогу всё сильнее размывало, но всё же поднялся до баррикады. Конечно, сверху никакого не было. Перекинул рюкзак. Начал вгонять колья в склон, чтобы хоть как-то перебраться.

С горем пополам оказался в лагере. Потоки воды стекали со склона. В пещеру не попадали благодаря небольшому валу. Ввалился внутрь, скинул рюкзак.

— Добрался всё же, — улыбнулась Аманда.

Я был совсем без сил, хотел прям тут и упасть.

— Иди, грязь смывай, — голосом вахтёрши заявила Элен. — Щас сюда это всё принесёшь.

Я отмылся под ливнем и одежду отстирал. Зашёл в пещерку, где горел костёр и было довольно тепло.

Софи дежурила на входе и, если поток воды норовил затечь в пещеру, она взмахом руки заставляла его передумать. Тадеуш сидел тут же. Смотрел на капли и осознавал свою участь. Элен его немного подлатала, завтра он нас покинет, и в следующий дождь ему уже негде будет укрыться.

Я подошёл к принесённым материалам. Взял подсушенную лозу, сплёл из неё и веток каркас широченной шляпы и перекрыл его листьями. Нацепил на голову, сделал крепление и завязал под подбородком. Получился эдакий зонтик, где вместо рукояти всё моё тело.

Ребята тихо переговаривались. Обсуждая у кого как и что болит, а так же прошедшую схватку с тремя предателями. Шептались, но я всё равно слышал. Обсуждали меня и мои способности. На фразе «да ксер он», я невольно улыбнулся.

— Не факт.

— Да чего гадать, давай спросим, — проговорил милый женский голосок.

Ко мне подошла Зоя. Цветные косички были мокрые. Глаза всё ещё были красные, потому в полумраке она походила на вампира.

— Анд, а ты, получается, ксер?

— Получается.

— Понятно, — улыбнулась она. — А чего не сказал раньше?

— Ну-у-у. Я не знал, что я ксер. Это мне уже потом умные люди объяснили.

Девушка ушла, и шушуканья вспыхнули с новой силой.

— Так, нефиг без дела сидеть, — сказал я.

Положил в костёр концы нескольких кольев и стал ещё раз показывать, как их затачивать обжигом. Работа несложная, но требующая терпения.

— Всё, вот сколько тут есть все чтобы заточили. Заодно согретесь.

Я и сам погрелся у костра и позвал Олафа:

— Можно тебя на минутку, — мотнул головой в сторону выхода.

Мы пошли на улицу, и дождь чудесным образом не стал нас мочить. Олаф удивленно завертелся, пытаясь понять, в чём подвох, я же благодарно кивнул Софи.

— Расскажи про наш дар, — сказал я ксеру. — Как им овладеть?

— Всё одновременно просто и сложно. Я уже говорил, нужно пройти три основных этапа.

— Так-так-так. Я весь внимание. Только давай кратко.

Он кивнул и начал вещать.

— Первый — насыщение. Ты учишься «разгонять» дар по всему телу, хотя на самом деле ты просто учишься осязать его во всём теле.

— Погоди, так я его не разжигаю внутри груди? Нет никакого источника?

Парень снова кивнул и продолжил.

— Второй этап — захват цели. Чтобы скопировать что-либо, нужно изучить это до винтиков. Научившись осязать дар во всём теле, ты без проблем вытолкнешь его за пределы. То есть ты охватываешь предмет своей энергией, сканируешь и так раз за разом, начиная с мелких и простых предметов, пока не научишься видеть этот предмет внутри себя… словно три дэ модель. При этом может возникнуть ложное ощущение «выученности» предмета. Тогда нужно поспать и проверить, если на следующее утро он остался в твоём сознании, тогда можно пытаться воплощать.

— Это третий этап будет?

— Да. Самый сложный. Многие на этом сыпятся. В одиночку не все выдерживают, поэтому есть даже группы и занятия с тренером.

— А ты как занимался?

— Я сам. У меня есть определённая предрасположенность, так что мне это даётся проще, чем остальным. Я и на компьютере проектированием занимаюсь, хотя многих других это ковыряние в модельках бесит. Отвлеклись. Так вот. Для первого воплощения берёшь односоставный простой маленький предмет. Иголку, например, ветку, лист, каплю воды, опять же, — он поймал её на палец и продемонстрировал мне. Каплю охватило свечение, а потом на руке их стало две, три, четыре, пять, они множились, пока не заполнили всю ладонь и не полились через край, Олаф стряхнул рукой. — Сначала будет получаться плохо, вещи даже если будут визуально похожи, функционально ничтожны. Если речь не про воду и еду, они будут утолять жажду и насыщать, но на вкус, скорее всего, выйдет полное дерьмо. И так постепенно развиваешь призыв разных предметов, учишься сканировать всё на свете. Но в активном доступе для призыва поначалу будет лишь один предмет. Я не просто так выбрал обрез. Конструкция элементарная: ствол, рукоять, два курка, две гильзы с начинкой. Кстати, сразу тебе лайфхак, можно сначала научиться копировать каждый элемент по отдельности, тогда всю конструкцию призвать будет проще.

— Спасибо за науку. Пойдём внутрь.

Я ещё раз поблагодарил Софи, заходя в пещеру.

Снова посидел, погрелся у костра, потом взял свою шляпу и направился на выход.

— Эй, — окликнула Элен. — Ты куда собрался?

— Наружу. В дождь могут прийти те, кто отсиживался в сухую погоду.

Одеваться не стал. Всё равно так или иначе промокну. Пояс только нацепил с ножнами и как был в одних трусах и шляпе, так и вышел. Выглядел словно какой-то донатный персонаж в Дигме.

Лук без лишней нужды доставать не стоит, тетива размокнет и придёт в негодность. Так что буду уповать на метательную трубку, немного дротиков есть.

Капли шумно били по шляпе, вода струями стекала, образуя своеобразную защитную стену, словно я водный стихийник. Если держать голову ровно, тело оставалось сухим.

Стало темно как ночью. Молния иногда освещала округу, а гром проверял нервы на прочность. После особо ярких вспышек из пещеры доносился дружные испуганные возгласы. Это тебе не в доме где-то сидеть. Здесь от гнева природы тебя ничего кроме удачи не защитит.

Я увидел, как молния ударила в соседнюю вершину, и отколола кусок скалы, который с грохотом полетел вниз.

Вау! Аж дух захватывает. Фух. Пришлось даже продышаться. Вроде и страшно, а улыбка с лица не сходит.

Я взобрался на баррикаду к верхней тропе. Там на кольях были насажены несколько гоблинов. Видимо, потоком принесло. Пару кольев вода уже вывернула. И глину потихоньку размывать начинает. Если дождь не прекратится, останутся одни камни и баррикада немного осядет, осыпется.

Постоял, покараулил. Попытался ощутить новую способность внутри себя. В груди загоралось тепло, старался разогнать его по всему телу. В стороны получалось лишь до плеч, вниз всего лишь до пупка. Тянуть сразу повсюду не выходило. Тогда изменил тактику зачерпнул тонкий луч тепла и повёл в голову, он начал подниматься вверх, даже закашлять захотелось, прошёл через горло, отчего оно зачесалось, и выше, нос зазудел, дальше к глазам, которые сразу защипало, и в самый мозг.

Ох! Я пошатнулся. Будто резко давление упало или, наоборот, скакнуло. Тепло мигом вернулось в грудь, словно испуганный зверь, убежавший в нору. Не так уж и просто это — освоить способность. Но я обрадовался, что не перевёл её на рельсы Пути. Почему-то сейчас казалось важным овладеть этим самому.

Я посидел ещё, вглядываясь в даль, но больше никаких сюрпризов не было. Пошёл до нижней баррикады. Тут всё тихо. Дождь немного пошутил, дважды почти прекратившись, но потом наваливал с новой силой. Громыхая так, что казалось даже горы вздрагивают.

Я оглянулся. Пещеру даже не видно отсюда, значит, и меня никто не разглядит. Достал артефакт, сделал бокен и стал отрабатывать удары, сбивая летящие капли словно маленькие хрустальные шары, разбивая их на множество крошечных капель.

Снова попробовал освоить «насыщение», как это назвал Олаф. Сначала прислушался к комку тепла внутри груди, а потом резко потянул его сразу во все стороны, он разошёлся на всю грудь и почти сразу отпрянул обратно. Тогда опять захватил тонкую стрелку и повёл в левую кисть, потом в правую, вызвал лёгкое свечение ладоней. Опомнился и выключил демаскировку.

Даже дыхание сбилось от этого, и испарина на лбу выступила. Нифига это не просто.

Я услышал странное чавканье. Словно исполинская лягушка скачет, но это оказался горный козёл.

— Ты откуда здесь, дружок? — крикнул я, перебивая шум стихии.

Животное уже выбилось из сил. В два прыжка добралось до баррикады. Прошло между кольев и прижалось к камням. Меня почему-то он не боялся. Попробовал заскочить наверх, но сорвался, чудом не напоровшись на колья, а упав так, что вывернул их из земли.

Я ухватил его за шкирку и вытянул наверх. Да можно было убить, но это как в засуху на водопое охотится. Я потом мясо добуду, сколько надо, а сейчас лучше помочь животине.

Протащил козла на руках под удивлённым взглядом Софи до следующей баррикады и отпустил. Там и земля твёрже и камней побольше. Там он уже поскакал вверх пободрее. То ли слетел откуда, то ли что, не знаю, но надеюсь доберётся, куда желает.

Посидел тут, помахал бокеном. Как же это приятно. Не в путевой комнате, а здесь в реальности. Сразу будто спина расправляется.

Вернулся в пещеру. Взял связку кольев и пошел на нижнюю баррикаду. Залез, уселся на стак кольев и подобрал под себя колени. И снова упражнялся с внутренней энергией. Вообще не шевелился, потому наверно, меня и не заметил невидимка, заскочивший на баррикаду.

Я увидел, как струи воды очерчивают силуэт. Это был гуманоид. Он соскочил вниз. Я всё же извлёк лук из инвентаря, всё равно под зонтом. Натянул тетиву и пальнул визитёру в спину.

Стрела торчала из пустоты, а с её наконечника дождь смывал кровь. Я спрятал лук в инвентарь, извлёк меч из ножен и прыгнул вперёд, занеся оружие над головой. Приземлился, разрубая невидимку.

Существо упало и проявилось в реальности. Это был вампир. Несмотря на то, что я разрубил ему ключицу и туловище до груди, он отползал, пытаясь сотворить какие-то чары. Густой красный туман формировался вокруг руки и снова рассеивался.

Я наступил ему на ногу, чтобы не уползал и вонзил меч в сердце, а потом отрубил голову. Фиг знает, что это за разновидность, поэтому потом лучше ещё и сжечь, а хотя, нафиг хворост тратить.

Ко мне выбежала Элен.

— Это кто? — спросила она, когда я волок тело к обрыву.

— Вампир. Подопни там его голову.

Она брезгливо взяла её за волосы и засеменила следом.

— Да нафига руками-то?

— Ну вот пну я ногой, попаду в зуб и сломаю его, потом кто-то босиком пойдёт, наступит, и ты уверен, что заражение не схватит? Я вот без понятия, способна ли я побороть вампиризм. Всё же я ещё никаких академий не заканчивала. А борьба с такими заражениями, это как бы высший пилотаж лекарского искусства.

— Ты иногда такая зануда, — сказал я. Мы дошли до края. Тело кинул в одну сторону. Голову поставил и влепил ногой со всей силы, она улетела в другую. Теперь хрен регенерирует после такого. Наверное.

Я повернулся к Элен, и еле сдержал каменное лицо. Девушка насквозь промокла и, похоже, совсем об этом не подумала. Ткань прилипла к телу, очертив все пикантные подробности, почти ничего не скрывая.

Я деликатно отвёл взгляд и сказал:

— Если не хочешь отбиваться от приставаний, советую сразу переодеться в сухое, как зайдешь в пещеру.

Она отвернулась и пошла назад. А я возвратился на пост. Немного покараулил и пошёл в пещеру, там занялся созданием кабинки у источника воды. Поставил четыре палки скрепил их поверху и понизу ещё шестью, буквой «п», одну сторону оставил свободной, это будет вход. Обшил листами, располагая их вертикально. Взял лозу и подцепил к ней ещё три широких листа — это будет шторка.

Дождик в принципе был не холодный, я выставил изобретение на улицу и люди пошли по одному мыться.

Я же отправился на очередной круг проверять баррикады, махать мечом и тренировать «насыщение». С высоты я видел поверх кабинки, но долбаный дождь прятал от меня всё самое интересное.

Когда белый шум дождя стал привычным фоном и начал убаюкивать, вернулся в пещеру и проверил как идут дела с кольями, а после занялся стрелами. Наконечников накопилось много, так что пополнил запасы болтов и стрел.

Затем опять ушёл в караул, до нового цикла засыпания. Вернулся. Немного подремал у входа в пещеру. Чуть подправил колья. Ушёл на дежурство. Дежурил, дремал, наточил оружие, тренировал дар. Дежурил, дремал, охранял Аманду, пока она мылась на улице, попутно болтая с ней. Дежурил, дремал, рыл траншею, чтобы отвести воду, когда «во дворе» образовалась ямка.

Дождь лил всю ночь, за время дежурства я убил ещё одиннадцать существ. Тифлинга, четыре неизвестных зверя, двух шипастых волков, трёх очень умных зомби и одного тупого скелета. Спугнул ещё семь неопознанных теней, одна из которых сама меня напугалась, когда запрыгнула на баррикаду, да так, что от испуга огласила округу диким воем и умчалась, только чудом не соскользнув с тропы.

Закончило поливать ближе к рассвету. Выглянуло солнце, и сразу такое теплое, словно мечтало взять у непогоды реванш и поскорее подсушить всё то, что дождь тут устроил.

Я решил помочь светилу. Взял переднюю часть с дранного нагрудника прибитого потоком гоблина и стал ей вычерпывать воду из ям перед баррикадой. Потом вспомнил, что вообще-то тут есть одарённые.

Мбаку и Тай уже более-менее пришли в себя и могли применять свои силы, как и Софи.

Сначала с помощью них усовершенствовал дальнее укрепление у тропы наверх. Софи выбросила всю воду. Геомант углубил яму, силой мысли перемещал большие слои почвы. Мбаку кряхтел и телекинезом закидывал на баррикаду камни. Таким образом, мы подняли укрепление, и я замазал его толстенным слоем глины, как раз солнце сегодня в ударе, хорошо подсушит. А затем я установил внизу колья, только в этот раз их было много, плотным строем.

На баррикаде тоже выставил ещё один слой защиты — вертикальный частокол. Теперь смотрелось натурально как полноценное фортификационное сооружение. Большая часть народу ещё спала, так как ночь выдалась шумной, вот им будет сюрприз по пробуждению. Мы перешли на нижнюю баррикаду и повторили всё там. Тай ещё и трамбовал почву у кольев, чтобы они крепче держались.

— Так, ребят. Я могу забыть, так что напомните мне гениальную идею, которая только что пришла мне в голову.

— Что ты там выдумал? — спросил Мбаку.

— Сборный переносной форт. Я пока не придумал конструкцию, но будьте уверенны, чего-нибудь изобрету до того, как мы отправимся к воздушному шару или к реке, там как карта ляжет.

Когда закончили укрепление я сделал лестницы с внутренней стороны, чтобы можно было спокойно подниматься и длинную приставную, чтобы спускаться, не насилуя склон и не рискуя упасть жопой на колья.

— Распинайте там, Ликтора, он мне нужен, — скомандовал я и через две минуты раб в ошейнике и дранном балахоне с надписью «раб» с двух сторон, сонно моргал, пытаясь понять, что от него требуется.

Я сунул ему выкопанный вчера саженец и сказал:

— Вот этот терновник размножь и поверх кольев пусти как колючку на объектах в городе, и можно ещё внизу его сделать, пусть стелется как егоза от кола к колу. Понял?

Он кивнул.

— Всё. Занимайся. Аманде доложишься.

У поворота на наш лагерь я с помощью Тая сделал в склоне ступеньки. Вырыл там с ним гнездо. Укрепил его, чтобы не осыпалось. Теперь наблюдательный пост будет здесь. Отсюда заметить опасность можно сильно раньше. Более того, можно вести огонь, а потом убежать в лагерь. Ещё маскировку сделать потом, но это я кому-нибудь поручу.

По всей дороге мы стали делать ловушки. Банальные ямы с кольями, только вот, из-за Тая и Ликтора их можно было замаскировать так, что даже пилигрим с навыком обнаружения ловушек и то влетит.

Когда вернулись в лагерь все уже проснулись. Народ дивился изменениям, живо обсуждая увиденное. Кажется, мне удалось развеять ту чёрную хмарь безнадёги, что окутывала их последнее время.

Тадеуш сидел у дальней баррикады, ожидая изгнания. Хотя какая это теперь баррикада? Полноценная стена.

С собой у него был его рюкзак. Ещё ему дали трофейный орочий мех для сбора воды. Нормальные люди после орка пить не будут, а вот изгнаннику самое то. Ликтор и Лапа отказались от своей ныне урезанной утренней порции и вручили ему в дорогу похлёбку в бамбуковой таре. Так же выделили деревяное копьё с заточенным обжигом наконечником. Ну и кто-то сжалился подобрал два камня пригодных для высекания жирных искр, даже если ты полный неумеха.

Саманта смотрела ему в след, когда он осторожно взбирался по приставной лестнице. На стене он обернулся и ещё раз тихо сказал:

— Прости.

Начал спускаться по прокинутой через колья лестнице и чуть не навернулся. Всё же ещё был слаб после ранения. С горем пополам спустился на землю. Я забрал лестницу и хмуро проводил его взглядом. Обернулся на остальных.

— Вот и всё, ребята. За всё нужно платить.

— А мы, получается, его оставим, когда улетать будем? — спросила Саманта.