День заканчивался как-то бестолково. Разве что мы договорились с Зигмунтом на поставку тяглового скота для его фургонов. Оказалось, что найденные нами твари легко могут утянуть два фургона на жёсткой сцепке. Мы договорились следующим образом. Скотинка остаётся нашей, потому что Зигги честно признался, что не потянет покупку. Зигмунт берёт пойманных животных в аренду с возвратом. Либо продаёт на Ярмарке за свой процент, конечно. Я рассчитывал на вариант «продать на Ярмарке», потому что мне совершенно не нужно стадо псевдоносорогов в собственности.

Теперь нужно было сообразить, как их отловить. Завтра пообщаемся об этом с Ингваром. Старик умотал к старухе Раде и к вечеру так и не вернулся.

На ночь у нас были намечены визиты к местному резистансу. Думаю, акцию нужно назначать на следующий день. Если они, конечно, со всеми, кого хотели подтянуть, уже поговорили. Чего тянуть? Если даже цверг признал, что Лютый зарвался, его и его людей надо убирать как можно раньше.

Примерно так я рассуждал, сидя перед палаткой. Я как раз разобрал ружьё и чистил его маслом. Проблема была не в том, что я произвёл большой настрел. Просто это цвергское вундерваффе забивалось грязью, если носить его без чехла. Забивались затвор и ствол. И если ствол можно было заткнуть тряпкой, то затвор предохранить можно было только в чехле. Да уж. Не «Калашников».

Темнело, и я поставил на небольшой бочонок «вечную лампу».

Сверху, как призрак отца Гамлета из стены, из вечернего сумрака вынырнул Морт.

Он завис напротив меня на уровне лица, закрыв «объектив» искусственного глаза.

— Илья, надо посекретничать! — заорал он. — Я такое узн… мфф-мф.

Я закрыл ладонью зубастую пасть.

— Айвена, — позвал я. — Ты можешь обеспечить нам с этим упырем приват, как тем уголовникам. Чтобы нас не слышали? А то он сейчас опять по секрету всему свету растрезвонит.

— Сейчас, — отозвалась она. — Дай мне десяток капель времени. Поставлю купол. На ночь его точно хватит. Могу обеспечить, чтобы отрывки фраз, случайные, наружу прорывались. Не имеющие отношения к теме разговора.

— Отлично! Магия на грани фантастики. Кстати. На всякий случай. Не свети своими «дымом и зеркалами». Для всех вокруг ты некромант. Скорее всего из-за посоха так решили.

— Хорошо. Тем более что моя магия в тверди становится менее… эффективной. Здесь тяжело менять реальность.

— Я думал, иллюзии везде иллюзии.

— Моя магия не совсем иллюзии. Просто Зыбь проще менять не полностью, а как бы… частично. Но если нужно в Зыби, я могу проткнуть тебя одной из своих «иллюзий» насквозь. А здесь это почти невозможно. Впрочем, там много нюансов, тебе не интересных. Я начинаю, а то твой ксар сейчас лопнет.

Морт напыжился, сжал губы, глаза у него, включая искусственный, уже почти вылезли из орбит. Он крутился на одном месте волчком, вправо-влево и мычал. Вот не притворяется же, реально его распирает.

Айвена рассыпала вокруг нас с ксаром какой-то порошок, прошла по кругу, бормоча себе под нос на альвском наречии. Постепенно её голос отдалялся, пока не исчез окончательно. Она остановилась и махнула нам рукой.

— Вываливай, а то реально разорвёт тебя, лазутчик-узнаватель.

— Гля чо, гля чо! Караул, смерть и разорение!

— Морт, ипатий коловрат!

— Че я узнал, Илья. Купцы-то никакие не купцы. Лютый охренел в конец. Будет бойня, понял гля? Всё серьёзно!

Я закрыл глаза. Досчитал до десяти, потом обратно. Морт продолжал истерить. Я вздохнул и отвесил ему щелбан. Он дёрнулся в последний момент, но вперёд, так даже звонче получилось.

— А теперь медленно, бредогенератор ты наш, любезный. Медленно и последовательно.

— Гля чо, больно же! Плюнуть бы в тебя. Ладно, ладно, Илюшенька. Признаю, был взволнован. Короче. Лютый затеял беспредел. Грабануть поселение и свалить, разорять-насиловать. Он с самого начала что-то такое планировал. Ждал только, когда дружки его из наёмников прибудут, гля чо. В фургонах у купцов знаешь какой «товар»? Человек тридцать в доспехах с железом! Снаружи ещё есть, не знаю сколько, я их не нашёл. Им ночью должны ворота открыть, понял чо? Короче всё пропало, бежать надо! Бежать-улепетывать! Они с кем-то из совета в доле. Но не с цвергом. Цверга и его банк они хотят того, распотрошить, гля.

ПЛЮНУТЬ БЫ В ТЕБЯ!

Вот чего Лютый такой радостный был. Кажется, мы опоздали. И что теперь делать? Тридцать человек меняют расклад или нет? Ладно, сейчас позову друзей.

— Так, Морт. Мы никуда не побежим. А вот предупредить союзников о будущей заварушке нужно. В первую очередь Ингвара. Затем Медведя. После те две команды охотников, которые мы сегодня встретили. Их явно хотели под стеной без защиты достать. Подворье оборонять проще. Добромира попробуй предупредить. Последним оповести цверга — нашу старуху-процентщицу. Пусть баррикадируется в своей ссудной лавке, я не знаю, если не хочет топор по классике в череп словить. Сам в общем решит, что делать, не маленький… в переносном смысле. Всё. Одно ухо здесь, другое там. Метнулся раненым ксарчиком.

— Ну ты псих, гля. Я-то всегда упорхну-свалю. Решил героем стать, пилить-строгать? Ладно, ладно. Лечу, аки голубь почтовый, с любовным письмом. Покедова, смертник. Знакомство было коротким, но приятным.

Ага. Мели, Емеля. Свалит-упорхнет он как же. А как же желание в обмен на деньги? А как же доля в добыче? Чтобы этот жлоб свои бабки оставил на растерзание? Не бывать тому. Он сейчас, пока летает, вспомнит про нумы. Никуда не денется.

Как только ксар исчез, я собрал остатки команды. Выходило печально. Со мной были Шор, Шайя с питомцами и Айвена. Проф так и не вернулся из храма, полагаю, он там до рассвета, минимум. Ингвар сидит дома. Кстати, не факт, что ксар сможет вломиться к старухе Раде в подворье, там мощная защита. Так что на Ингвара не рассчитываем.

Коротко изложил своим ситуацию. Придётся действовать по обстановке, без поддержки союзников. У нас прямо под боком тридцать рыл тяжело вооружённых наёмников. За воротами ещё сколько-то. «Гвардия» посёлка вся под Лютым. Наверняка «купцы» хотя бы частично пойдут сразу ломать Зигмунта и его дохлую охрану. Торговцев распотрошить сами Владыки Потока велели. Резюмировал я свою политинформацию так:

— Уходить не вариант. Только спровоцируем выступление раньше срока, я уверен. Да и не готов я Рубежное этим нетрадиционно ориентированным отдать. Я вижу главную проблему в новеньких. Их дохрена, и они, судя по всему, профессиональные головорезы, не просто бандиты, а солдаты удачи. И за забором их ещё сколько-то, а ворота их, даже если мы не дадим их открыть, долго не удержат. Надо понять, как действовать.

— Нападать первыми на ближайших, однозначно, — заявил Шор. — У Лютого наверняка есть план, но если здесь начнётся шум чуть раньше, он, скорее всего, некоторое время будет думать, что всё в порядке. Наша задача не просто их завалить. Нам нужно никого не упустить. Те две группы охотников, которые сегодня с нами заходили, нужно однозначно ставить на ворота. С задачей отстреливать всю мразоту, которая попытается попасть внутрь поселения.

— Тридцать человек… нас маловато. Нет, я понимаю, что вариантов нет, но нужны козыри. Мы конечно мегакрутые перцы, но стрела в башку есть стрела в башку.

— Во-первых, однозначно нужно привлекать охрану Зигги. Они здесь. Их восемь человек боеспособных ребят. Пусть стреляют. Во-вторых, я уже сказал тех охотников, ребят Кривого Петро и Красавчика, — это ещё пятнадцать человек. Охотники, конечно, не воины, но что-то могут.

Шор крут. Запомнил имена, знает сколько охраны у Зигги. Я вот всё это продолбал. Стратег, ипатий.

— Насчёт козырей, Илья, — Айвена, лапочка. Я надеялся, что она нам подкатит что-то вроде артиллерии. — Есть несколько вариантов. Для начала я могу усыпить часть потенциальных противников.

— Часть, это сколько? — деловито осведомился Шор.

Альва пожала обнажённым плечиком.

— Я не знаю. Ручаться могу за пять человек. Это если усыпить с гарантией. Тридцать — точно нет. Даже десять сомнительно. Чем больше целей, тем слабее чары. Всё наёмники носят защитные амулеты, могут иметь частичные иммунитеты к менталке… В общем, я гарантирую пятерых. С помощью посоха могу убить… как получится. Зарядов на десять убойных чар его хватит. Но там нужно попадать. Ну и по мелочи, во время боя. На большее вам лучше не рассчитывать. В рукопашной я скорее боец поддержки. Да и доспеха нет.

— Я тебя прикрою, — заявил Шор. — Постарайся выдать максимальную эффективность, альва.

— Давайте тогда так, — я решил не тянуть кота за дорогое. Мы не ждём, когда наёмники разделятся. Даю час на то, чтобы скоординироваться с остальными. Затем начинаем. Альва кидает свой сон. Шайя с питомцами режет тех часовых, которые снаружи сидят, открыто. Без трусов мы их не застанем, но дистанционное оружие надо по максимуму использовать. У нас с тобой на двоих десять выстрелов без перезарядки, Шор. Нужно уложить восьмерых, минимум. Часовых четверо, пять усыпит альва, мы с тобой, допустим, восемь пристрелим… уже почти половина. Есть шансы. Сколько-то охранники каравана подранят… Если мы эту тридцатку здесь накроем, дальше дело техники.

— Хорошо. Хотя уверен, у Лютого есть козыри в рукаве. Не стоит думать, что он идиот. Кто-то из совета на его стороне? Это очень плохо. Если это не цверг… Тимофей так и так под ними, и он бесполезен. Речь не о нём. И у нас остаются Добромир, Рада и Ананта. Три владеющих силами. Если это Рада, то Ингвар точно будет не на нашей стороне. Что ты так смотришь, Илья? Не подумал и предупредил их? Сейчас уже ничего не изменить.

— Да уж. Я честно говоря, про Тимофея подумал.

— А зачем о нём говорить, мол он на нашей стороне? Что он может? Его, скорее всего, одним из первых под нож и пустят. У него наверняка можно нормально поживиться. Ладно, пойду с Зигмунтом говорить. Готовьтесь.

Как только Шор вышел из круга тишины, Айвена неохотно обратилась к Шайе.

— Могу помочь стать ещё незаметнее. На время. Тебе и зверюге твоей полосатой.

— Будет очень кстати, Авена. Благодар-рю.

— Это несложно, — высокомерно отрезала альва. — А эффективность вашу повысит. Кстати, всем сделаю теневые плащи.

— Эт чего за штука такая?

— Это размытие силуэта. Ночью работает отлично. Легче прятаться. В тебя намного сложнее попасть из метательного оружия, даже если противник знает, где ты. И даже в рукопашной, если против тебя не мастер-воин, эта чара даёт преимущество.

— Всех обеспечишь?

— Да, всех твоих людей, кто сейчас здесь.

— Вот и ладушки, — я с лязгом вогнал пять патронов в магазин штуцера, вращая механизм затвора. — Сейчас Шор вернётся, и погнали. Шайя, красотка, помоги доспехи натянуть. И сама пакуйся. Всё. Готовность ноль. Цигель-цигель.

Последний щелчок, и пятый спецпатрон из красной коробки встал на место. Сегодня не мелочимся. Трофеями расходы отобьём.

* * *

Мгла окутала… что-то там про прокуратора. В общем, на рыночной площади стало темно, хоть глаз выколи. Правда, не для тех, кто принял зелье ночного зрения. А я принял. Оно недорогое, и запас небольшой у нас был. Так что мы снабдили им всех имеющихся бойцов, которые не видели в темноте. Восемь парней Зигги и я. У Шора, как обычно, какие-то свои приблуды, ему зелье не понадобилось. У охотников, которые обещали присоединиться к веселью, наверное, было своё.

Надо сказать, Рубежное не переставало меня удивлять. Например, шесть центральных улиц и площадь освещали «вечные» светильники. Не «огни большого города», конечно, но это ведь посёлок на краю Зыби! Но рыночная площадь утопала в темноте. Тускло светили фонари на фургонах Зигмунта, делая окружающую ночь еще темнее.

Мы сидели в засаде, наблюдая, как четверо часовых бродят вокруг фургонов, звеня железом.

Альва возле меня, полуприкрыв глаза и отложив посох, завела тихий речитатив. До фургонов противника метров сто. Сильна. Я, конечно, всю информацию о магии черпал из компьютерных игр и книг, но, думаю, дистанция имеет значение.

На мгновение вокруг неё полыхнула фиолетовая аура. Айвена открыла глаза и прошептала:

— Готово. Шайя. Твой выход.

Всколыхнулись тени неподалёку. Даже с ночным зрением мне не удавалось различить силуэты наших диверсантов.

Я выглянул в бойницу, прорезанную в импровизированном щите, снятом со стенки фургона. И вложил в неё ствол ружья. Шор рядом повторил моё движение.

Секунды текли. Один из силуэтов часовых скрылся за фургоном. Второй подошёл к углу и внезапно осел бесформенной кучей.

— Курт? Че за херня? — крикнул третий, поворачиваясь в ту же сторону. Что-то его насторожило.

Тьма за его спиной ожила.

Удар!

Здоровенного мужика снесло с ног, раздалось глухое рычание.

Возня, звон. Там Машка, мужик не жилец.

Четвёртый, уже понимая, что происходит какая-то нездоровая ерунда, завопил:

— Тревога! Тревога, мать ва… хрраррр…

И завалился на спину. Минус четыре. Внутри фургонов началось какое-то шевеление. Скрип, скрежет, звон. Мы и не рассчитывали, что Шайя проделает всё совершенно беззвучно.

Шайя, пока наёмники раскачивались, должна была свалить подальше вместе с питомцами.

Дальнейшее меня немного ошарашило. Мы полагали, что наёмники будут выскакивать в двери, мешая друг другу и давая нам время прицелиться. Мы недооценили этих парней.

Стены фургонов с грохотом упали на землю рыночной площади. И наёмники хлынули потоком в нашем направлении.

Айвена, которая последние секунды что-то бормотала, выкрикнула: «Люс!» — и над фургонами повисло маленькое солнце. Мы оставались в тени, а противники оказались ярко освещены. И совсем немного, но замешкались от внезапной иллюминации.

Бац! Бац!

Мы с Шором выстрелили практически одновременно. Я красным патроном, он надрезанной пулей.

На груди крупного мужика, одетого в добротные доспехи, расцвёл огненный цветок. Он заорал благим матом и покатился кубарем.

Второго, в которого попал Шор, снесло с ног и впечатало в борт фургона.

Защёлкали тетивы арбалетов. Наверное, в кого-то наши стрелки попадали.

Но наёмники, несмотря на потери, неслись вперёд стальной волной.

Я сделал оставшиеся четыре выстрела. Кажется, попал всеми, но уже не успевал отслеживать результат. Просто быстро отстрелялся куда-то в ростовые силуэты. Полуавтоматика, даже такая топорная, рулит!

Лязгающая железом и истошно орущая толпа врагов были уже в нескольких метрах от наших хлипких импровизированных заграждений.

Пришла пора перейти в рукопашную.

Я раскрыл баклер и подхватил с темляка Погибель. Вспомнилось откуда-то: «На погибель ссукинсынам!» С этим воплем я и прыгнул вперёд, тупо сбивая с ног первого противника.

Второму я от души прописал Погибелью по кумполу.

На рефлексах отбил удар сбоку баклером, отхватил увесистую плюху в бочину.

Впрочем, моего обидчика тут же располосовал выскочивший сбоку Шор.

В начавшейся свалке было не до уроков дракса и не до фехтования. Я, яростно рыча, наносил и получал удары, которые сыпались на меня, казалось, со всех сторон. Слишком много наёмников до нас добежало. Я полностью потерял из вида союзников и перестал контролировать ситуацию. Оставалось надеяться на крепость доспехов и рассчитывать на убойность собственных ударов.

Свет над фургонами мигнул и погас.

Вокруг слышались маты, предсмертные хрипы, звон стали о сталь.

Пахло убоиной и дерьмом.

Я лупил врагов булавой, расчищая пространство вокруг себя. С моим весом, и силой второго удара чаще всего не требовалось, я почти каждой атакой выводил кого-то из строя.

Очередной удар откуда-то сбоку сдвинул шлем, частично перекрыв мне обзор. Я ответил с разворота почти вслепую. Попал, но сам не удержался на ногах, споткнувшись о чье-то тело, рухнул под ноги сражающимся.