Когда через час я вывалился из банка, подписав контракт с десятком нумов на руках, голова уже почти не соображала. За контракт пришлось собачиться с помощником Розенкранца, цвергом по имени Цимендур. Сдержаться и не заржать, кстати, когда коротышки произносят свои имена, — отдельная проблема.

Воевать пришлось за каждый нум и за удаление из текста «мелкого шрифта», которого было до фига. В конце концов, утряся детали и урезав обоюдные хотелки, стороны расстались взаимно недовольные друг другом.

Летающую телегу мне обещали подогнать к воротам. Выход я планировал на утро, а день уже отчётливо клонился к вечеру.

В думах тяжких я зашёл в «Наливное яблочко» хлебнуть чего-нибудь безалкогольного. Ну и покушать заодно. Не успел я после заказа монументальной официантке Хельге погрузиться в былое и думы, как меня вырвал из размышлений гнусный смешок. Очень знакомый такой смешок. Я поднял голову.

На потолочной балке с удобством расположился Хидимба. Наглый волосатый лепрекон ухмылялся во все кривые зубы и махал ножкой, стряхивая на мой стол всякий скопившийся на балке мусор.

НАГЛЫЙ ВОЛОСАТЫЙ ЛЕПРЕКОН

Не вставая, карлик метнул мне в голову какой-то предмет. Я перехватил его перед самым лицом. Это оказался мой аскор, который я отдавал магу на определение. Он был завернут в бумажку, которую паскудная тварь не иначе в качестве носового платка использовала. И это я сейчас озвучил самый лучший вариант из всплывших в голове.

— Хозяин привет тебе передаёт. И напоминает про договор. О котором ты, Муромец, кажется, забыл!

— Да нет, не забыл, — я достал из подсумка коробочку для благовоний, в которой лежал амулет, и метнул её в зловредного придурка.

Тот аж чуть с балки не навернулся. Один-один, я считаю, в зачёт метания предметов.

— Просто договор истёк! — в этот момент я почувствовал, как будто какой-то узел внутри меня напрягся, а затем распустился. — Сроки обозначены не были. Я думаю, что обеспечил достаточное шоу шри Ананте за пустяковую услугу, которую он мне оказал. Дальше светить кому попало жизнью своего отряда я не собираюсь. Возвращаю имущество в целости и сохранности. Встретимся, когда я посру у чёрного камня, или как там было-то? Найду чёрный замОк?

— Ого! Ты решил, что достаточно подрос, чтобы показывать зубы? Обзавёлся собственным магом и теперь можешь кинуть моего хозяина? Нет, я-то не против, ты пойми! С удовольствием посмотрю на то, как вы друг друга убивать будете. Вернее, он тебя, но это уже мелочи.

— Если я кого-то кинул, Владыки Потока меня накажут. У нас же магический контракт был, помнишь, паскудина? А что касается шри Ананты — я его уважаю, но не боюсь. И говорить буду с ним, а не со слугой-имбецилом. Поручение хозяина выполнил? Вот и сгинь с глаз моих, уродина.

Глаза карлика вспыхнули такой злобой, что я даже немного откинулся на лавке.

— Не пожалей, провальщик! — прошипел он и исчез.

Кстати, что я про Владыку Потока там ляпнул? Начинаю отуземиваться понемногу. волей-неволей приходится весь этот местный фольклор учитывать в раскладах. Потому что это нифига не фольклор! И этот Хидимба, по ходу дела, нихрена не лепрекон. Горшочек с золотом он мне точно не принесёт. А жаль. Я бы не отказался. Что за вонь после него осталась, вообще? Как будто демоны напердели.

* * *

Из-под подошвы сапога отскочил в сторону камешек, разрушая легкомысленным побрякиванием заповедную тишину этого места. Вот уж действительно: «Здесь птицы не поют, деревья не растут и только мы…» — тащимся как бараны непонятно куда доставать трупы дохлых цвергов. И геройства геройствовать.

Граница обитания таинственного бодака была довольно явственно обозначена. Здесь не было даже мелких животных, а все многолетние кустарники почернели и засохли, будто были поражены какой-то болезнью. Единственное, что было повсюду, — неизменная ядовитая плесень, тоже чёрная, но, по уверению Шайи, вполне живая и здравствующая.

Собственно, план, как извести животину, у нас был. Днём её под солнце не вытащить, а сражаться с ней ночью, по словам Ингвара, — это устроить аллес-капут. Поэтому мы собирались сперва дезомбировать трупы карликов, а затем призвать магическую тьму и вытащить наружу тварюгу в принудительном порядке. А там уже и изничтожить.

Цверг Розенкранц оказался мстительным говном и уничтожение нежити поставил в контракте обязательным условием для выплаты второй части гонорара. Причём непонятно, кому он мстил: мне, выманившему у него такую кучу золота, или же бодаку, убившему собратьев.

Как бы то ни было, мои соратники твердо вознамерились получить всю сумму за контракт, хотя я бы просто вытащил трупы днём и отступил.

Особенно разорялся, понятно кто, — Морт, кто бы мог подумать. Он сетовал на свою сиротскую долю, кричал про «беднеть-разоряться» и вообще жутко действовал всем на нервы, засранец летающий. Сейчас же, в предвкушении большой добычи, он мельтешил над руинами, неожиданно появлялся в проёмах зданий с криком: «Веселей шагайте, улитки беременные, гля чо!» — и вообще, кажется, отрывался на полную катушку. Я иногда завидовал гибкости его психики и безбашенности. Мне с моим «а фигли» было до ксара далеко.

— Слушай, Шор, — сказал я, разрушая мертвящую тишину. — Я здесь видел у цвергов что-то подозрительно похожее на ружья. Вопрос тогда: почему огнестрел из моего мира здесь не пашет? И почему мы как дураки арбалетами и пращами пользуемся?

— Это два вопроса, — педантично заметил Шор. — Мой бластер тебя уже, значит, не удивляет?

Я пожал плечами. Ну да, привык как-то к этим его космическим приблудам. Воспринимаю как должное. Это же Шор! У него есть бластер. Никакого когнитивного диссонанса.

— Патроны там на эстели работают. У вас, наверняка, на принципе сгорания метательного заряда всё основано, а здесь это ваше вещество не горит. Или горит, но без нужного эффекта. А эстель — это дорого. Цверги ни с кем своими технологиями не делятся. И на продажу не выставляют. Так что купить такое ружьё практически нереально. Чтобы завладеть таким оружием, надо прямо «другом цвергов стать». Ну или быть отмороженным придурком, который его с трупа снял и последствий не боится.

Ну да, в принципе мог бы и сам допетрить, что там какая-нибудь ядрёная алхимия в основе своей. Всё-таки ружьецо хочется. Прямо вот чувствую острую нехватку огнестрельного оружия. Для доставки аргументов в организм противника. Спрашивать, пытались ли драксы расковырять ружья цвергов, я не стал. И так понятно: для них эти пукалки дикарей — позапрошлый век. Смысл копаться с конструкцией и зарядами, если твои технологии лучше?

— Ладно, тогда такой вопрос знатокам. Мне здесь аскор вернули, помните, который я из большой обезьяны достал. Это что-то вроде звукового удара, помните, как он стражников размазал? Ну вот такой же, только хуже и другой. Слабее будет. Тарелки там фарфоровые бить на званом ужине, кровь чтобы из задницы у врага пошла. Кому его отдать? Мне такое счастье и с деньгами не надь, и задаром не надь. Вообще не представляю, кому такое может понадобиться. Артефакт с ним зачётный можно сделать, наверное? Или продаём?

Наступило недолгое молчание, а затем Шор в очередной раз меня удивил:

— Точно не продавать. Можно и артефакт сделать, почему нет. Но я бы посоветовал Морту предложить. Он единственный, кто сможет реализовать потенциал аскора.

— О как! А его самого не порвёт, как нашу корову? — спросил я, подняв брови. — И вообще, поганец и так невыносим. А если его ещё прокачать, это вообще жуть начнётся.

— Ты к нему несправедлив, Илья. Он, конечно, тот ещё… паразит. Но разве он хоть раз плюнул кислотой в члена команды или причинил ему вред? Он куда умнее, чем желает предстать. С точки зрения распределения боевых качеств в команде это хорошее решение. Артефакт тоже хорошее решение, но второе, как мне кажется, по приоритетности.

— Поддерживаю дракса, паря, — вмешался Ингвар. — Предложить Морту — хороший вариант. Паскудник вовсе не ссыкло. Просто, что он может?

— Гля чо! — тут как тут наше летающее бедствие. — А чо предложить Морту? Морт ни от чего не откажется, богатеть-накапливать! Давайте, колитесь уже, тихушники! Морт всё слышал. Ну, почти, гля.

— Да вот решили прокачать тебя в боевого ксара. Чтобы ты врагов на кусочки рвал, — я подкинул в руке аскор. — Есть вот такая штука, инфразвуковой генератор. Или ультразвуковой, я хрен его знает. Звуком хреначить конусом.

— О-о-о! — Ксар завис напротив меня, летя задом наперёд. — Мне ничего никогда не дарили, отбирать-жадничать! А что взамен, гля?

— Да нич… а! Ты простишь альве свою долю посоха. Эту штуку мы тоже командой добывали.

— Ну, ты всё-таки жлоб, Илья Николаич! Жлобяра, гля чо! Давай сюда аскор, подавитесь моими нумами, разорятся-помирать!

— А там операция какая-нибудь не нужна тебе, резать-вскрывать?

— Я разберусь, осваивать-плавить. Усвоение аскоров у нас, у ксаров, не так, как у гуманоидов сраных происходит! Мы же высшая раса, гля чо!

— Держи, гитлерюгенд недорезанный, — я бросил ему камень, который ксар немедленно проглотил.

Сделав сальто, а затем свечку, ксар устремился вверх с невнятным воплем:

— Вот еперь, а сем окажу, пилить-.убить! Всех рас. ачу!

Я вздохнул. Шор фыркнул. Каменная физиономия Ингвара пошла морщинами — он улыбался чуть ли не впервые за всё время нашего знакомства.

— Ну, чисто щенок. Р-ребёнку сладость подар-рили, — выразила общее мнение Шайя.

Только альва брезгливо проводила взглядом нашего паразита, а затем, заметив, что я на неё смотрю, мило мне улыбнулась.

* * *

Снаряжение мы подобрали себе «под нечисть» и для бодака взяли дополнительно специфическую алхимию. Его главным оружием, согласно мнению нашего эксперта — Ингвара, было умение погружать противников в сон. Или в апатию. Так что у нас всех было с собой «Зелье часового», блокирующее действие сонных чар. Недешёвая, надо сказать, баночка: два серебра за штуку. Учитывая, что зелье одноразовое, довольно дорого. Хорошо, что не из нашего бюджета.

Также у каждого был одноразовый амулет «защиты от зла». Он гарантированно гасил воздействие одного не самого сильного некромантского заклинания или последствия прикосновения неживой твари. Тоже дорогие и, главное, одноразовые штуки. Но я уже понял, что охотники такое покупали не скупясь, если шли на какого-то конкретного монстра с заранее известными свойствами. Жизнь и здоровье дороже стоят.

В остальном: я приобрёл золотые накладки на булаву, Шайе тоже сделали что-то вроде этого на её копьё. Ингвар заявил, что у него и так заговорённое старой Радой на нежить оружие есть. Шор тоже сказал, что с его оружием всё в порядке. В общем, мы были готовы, у нас был план, надёжный как рунированное древко. И поэтому я был абсолютно уверен, что в какой-то момент всё пойдёт по… незапланированному сценарию.

Я подошёл к альве и тихо, чтобы остальные не услышали, спросил:

— Я заметил, ты чем-то недовольна. Как-то странно на посох смотришь. Не удалось «подружиться»?

— Да в том-то и дело, что удалось, — заторможенно ответила Айвена. — Убойные заклятия в арсенале.

Она замолчала, и когда я уже собирался отойти в сторонку, неожиданно выдала:

— Он меня куда-то зовёт. И это странно. Я… я расскажу подробнее, когда разберусь сама, хорошо, Илия? Пока я не понимаю точно, что происходит.

Понятно, что как всегда ничего не понятно. Вокруг меня сплошные чудаки. Один звездит без умолку, другая с ветками разговаривает, третья вообще оборотень без погон. Сплошная дичь!

* * *

Демон появился, как обычно, с громким хлопком, распространяя вокруг себя удушающее зловоние. Ананта не верил, что это «природное проявление», как тот неоднократно заявлял. Просто пакостнику Хидимбе нравилось злить пожилого волшебника. Испытывать границы дозволенного. А запретишь прямо — придумает ещё какое-нибудь развлечение. Пусть уж лучше так. Ананта захлопнул кожаный фолиант, который держал в руках. Развеял мерзкий запах серы и болотной гнили заклинанием и спросил:

— Что ты видел, вонючее порождение адских глубин?

— Нити стали гуще, господин маг, — сухо ответил Хидимба, явившийся для разнообразия в истинном облике. — А содержимое чернее. И оно ворочается. Куколка просыпается, хе-хе. В остальном — всё тот же неотёсанный деревенщина с дубиной. Иногда думаю, а не совпадение ли? Ну не может «Сокрушитель» быть таким… затрапезным.

— Это точно не совпадение. Уж после закрытия портала некроманта даже такая скудоумная скотина, как ты, смесок верблюда и осла, могла бы это понять, — маг взвесил в руке кожаный том «Точных и достоверных пророчеств госпожи Агнессы Психх». — Владыки Потока тоже имеют чувство юмора.

— Да уж, твари те ещё, эти Владыки, — скривился демон.

— Что за некромантка с ним? Ты разузнал? — Старик уселся на подушки, скрестив ноги.

— Альва! Маскируется под полукровку, но это чистокровная альва. Она меня почуяла на раз, я решил не рисковать. Близко не подходил.

— Альвы не очень успешны в магии смерти, — Ананта поднял бровь, набивая табак в чашу кальяна.

— Я и не говорил, что она некромант. Это ты почему-то так решил. Но посох у неё Шёпота, точно.

— Забавно. Что же учтем. Что он сказал, Хидимба? Не заставляй меня разозлиться по-настоящему. Твоё мнение по поводу несправедливого устройства мира меня не волнует.

— Да вот. Вернул цацку твою. Мол, старый хрыч сделал своё дело, хрыч может идти на хер.

И Хидимба небрежно бросил в подушки бездонную коробочку с амулетом.

— Да? Ну что ж. Следовало ожидать. Я почувствовал, как развязался узел Контракта. Он поразительно быстро осваивается.

— Как будто это имеет значение? — демон снова скривился. — Скоро пустота пожрёт его, так или иначе. В любом случае он не слуга Госпожи и даже не попутчик, маг, хоть и таскает её знак открыто.

— Может, пустота пожрёт его. А может, он преобразует пустоту в Форму, — маг зябко передёрнул плечами. — Может, он просто пешка на Её доске, а может, им движут разные игроки. Может, знак из глубин времён о чём-то говорит. Или это просто совпадение. Всё это, демон, не твоего скудного ума дело. Твоё дело — исправно выполнять мои поручения. А с этим у тебя в последнее время проблемы.

— Что вы, хозяин! Хидимба исправно выполнил всё, что хозяин приказывал. Аскор передал. Немного поугрожал…

— Об этом я не просил.

— Да? Ну, значит, от себя добавил чутка. Мелочи жизни, маг.

— Ты сказал ему, чтобы он не появлялся в Рубежном минимум неделю?

— Упс! Забыл! А что, прям обязательно было, хозяин?

Ананта закатил глаза. Досчитал до десяти, затем обратно до нуля. Наконец он снова перевёл взгляд на демона.

— Я был слишком мягок к тебе, адский выползень. Обычно твои выходки меня забавляют. Но здесь ты перешёл черту. Кажется, пришла пора тебе снова посидеть в клети. Подумать о своём поведении.

— Ты не посмеешь! — вокруг демона явственно проступила багровая аура.

— Да ладно? Я? Шри Ананта Падманабха Сомачандра Юлвей, не посмею? Не пыжься, раб! Отправляйся в Чёрную Клеть. Сроку — две недели.

Демон с душераздирающим воем исчез в распахнувшейся позади него чёрной дыре в пространстве, оставив напоследок после себя все тот же удушающий запах. Последнее, что видел маг, — горящие истинной ненавистью глаза демона и шевелящиеся губы. Однако в последнее мнгновение вщгляд изменился на торжествующий, а губы скривились в сардонической усмешке.

Ананта чихнул. Снова развеял демоническую вонь. И, вздохнув, пробормотал:

— Вот же тварь, а. Вывел из себя все-таки. Ладно-ладно. Если этот Илья — Сокрушитель, впереди у него большой путь. Неважно, предупредил его Хидимба или нет. Но лучше, бы, конечно, чтобы он пришёл обратно, когда всё, что грядёт в Рубежном, уже кончится. А если не он? Ну тогда умрет парень. Сколько их таких было?