Бо медленно опустился в кресло, придерживая Настю так, чтобы она сама сползла к нему на колени.

Тело девушки было совершенно расслабленным, и хатт приобнял его, чтобы не свалилось, а голову уложил к себе на грудь, сформировав на компрессионке валик.

В целом Настя казалась вполне здоровой. Пульс — глубокий и наполненный, дыхание ровное. Почему же алкоголь подействовал на неё парадоксально, вызвав опьянение и релакс только тогда, когда Настя уже успокоилась сама?

Видимо, девушки и в плане спиртного отличались от парней. Бо ни разу не наблюдал, чтобы алкоголь то действовал, то не действовал на пилотов.

Среди его друзей были и те, кто пьянел моментально (Итон), и носители гена, заставляющего печень очень быстро утилизировать лишнее (Рос). Но чтобы пьянеть вот так, по желанию?..

И что теперь делать? Срочно приводить Настю в трезвое состояние или дать ей отоспаться как следует?

Бо тщательно просканировал безвольное тело девушки и взялся за анализ полученных данных. Он использовал для этого базу медкластера спецбраслета, но, к сожалению, и она была сориентирована на мужской организм.

В базе данных имелись только упоминания, что у женщин обычно ниже активность некоторых ферментов печени (цитохром P450), что замедляет метаболизм лекарственных препаратов. И было бы логично, если бы Настя опьянела от первого же стакана, но…

Бо с сомнением посмотрел на сладко посапывающую девушку, потом на пустую бутылку. Пол-литра крепкого алкоголя — это не шутки…

Ну уж нет, он не станет будить эту странную девушку. Пусть она лучше поспит, а её организм выведет продукты разложения сам. Неизвестно, как подействует на Настю обычный для пилотов «отрезвляющий коктейль».

И вообще: человек хрупок, ему легко причинить вред. Стоит ли рисковать на неизученном женском организме?

Да и пользы-то от этой Насти в поисках Потапа? Она сама сказала, что ничего толком не знает. А бродить с ней по кабакам и задавать вопросы сейчас рискованно. Кто б сосчитал, сколько ещё алайцев бродит по Лагуне?

У них на Настю компромат, подтверждённый головидеофайлом. Так что пусть она отдыхает, а Бо попробует сам разобраться с поисками и обороной. Ну её, эту спутницу.

Хатт понял вдруг, что устал от Насти. Устал постоянно анализировать химию её тела, моторику, поведение, фразы на незнакомом языке.

Ну и что из того, что он скачал базу этого языка из местной Сети и аккуратно перешёл с имперского логичного стандарта на это древнее крипточудо? Настя, вон, даже не заметила перемены. Её чип подстроился к собеседнику сам.

Но скачать языковую базу — совсем не значит, употреблять её правильно. В значениях слов и идиоматических выражений разных языков всегда есть тонкие отличия. Бо мог правильно деконструировать чужую речь, но не понимать её до конца.

Может, он и с водой-водкой чего-то не уловил? Почему эти напитки называются так похоже? А что если жидкость в бутылке была налита изолированными слоями: часть слоёв — вода, часть — водка? А Настя сначала пила воду, а потом водку, потому и опьянела так странно?

Интересная гипотеза. Но мало реальная: плотности жидкостей сопоставимы, они легко смешиваются. А бутылка — самая обычная.

Хатт повертел в руках бутылку, ища в ней подвох, потом оба стакана, но ничего подозрительного не обнаружил. А вот отпечатки Настиных пальцев на стаканах были явно лишние, у людей они индивидуальны.

Уничтожив следы Насти на стаканах и бутылке, Бо вздохнул с облегчением — ну хоть что-то полезное сделал.

Ему даже не понадобилось имитировать эту человеческую реакцию — само вырвалось. Хатт был в недоумении и плохо понимал, что делать следующим шагом.

Приоритетных действий было два: найти Потапа и найти Дерена. Совместить поиски было сложно — слишком разные параметры у субъектов.

Ну не разорваться же Бо пополам, в самом деле? Логичнее продолжить взламывать Сеть. Обладая полным доступом ко всем здешним тайнам, проще будет найти следы обоих мужчин.

Хатт огляделся по сторонам. Посетители никак не реагировали на поведение Насти. Значит, они не находили ничего удивительного в том, что девушки пьют водку и засыпают прямо за столиком. Хорошо.

Он позвал официанта, нажав на кнопку в столешнице.

К счастью, бар был не автоматизирован. Автомат трудно расспросить, если ответ на вопрос не зашит в нём заранее.

Однако вместо официанта, которого Бо скрупулёзно занёс в базу данных, у столика появился совсем другой человек: толстенький, невысокий и краснолицый. На нём был костюм в цветах заведения, как у официанта. А вот фартука не было.

Бо просканировал его чип. Вся его возня с Настей, недоумение и растерянность не мешали ему работать с базой универсальной Сети, которая объединяла пространство астероидов Карусели. Хатт ещё не понимал, можно ли установить связь с имперскими маяками или взломать хранилище личных данных местных жителей, но внутри сети действовал уже довольно уверенно.

Толстяк оказался управляющим и владельцем заведения, неким Маркусом Козлаукасом. Чип фиксировал повышение кортизола в его крови — толстяк был испуган.

— В вашем баре есть отдельная комната, которую можно получить мне и моей девушке? — спросил его Бо.

Он знал, что при ресторанах и кафе иногда имеются и гостиницы. Может, и здесь в ходу такая услуга?

— Конечно-конечно, — нервно заулыбался толстяк. — Но это будет стоить вам десятку за моё молчание. Баба ваша совсем пьяна. Откуда я знаю, что вы не затащили её сюда против воли?

— Откуда затащил? — удивился Бо. — И куда?

Он ещё только собирался затащить куда-нибудь Настю. Раньше она вполне успешно передвигалась сама. А про пункт отправления толстяку вообще лучше было не знать. Капитан велел не упоминать на Карусели о «Персефоне».

— Ну, что вы, что вы… — засуетился толстяк. — Это я фигурально. Откуда-то же вы прилетели? Наверное, издалека, да? Но, может быть, вы привезли эту девушку в мой бар силой или под психотропами? Ваш костюм — он очень нездешний, вы понимаете? Но я — могила! Да! Я — просто могила!

Толстяк вёл себя неестественно. Он потел, суетился, врал.

Бо решил, что за ними, скорее всего, следят, иначе почему этот хомо так нервничает?

Если бы следили алайцы — они бы уже напали, их бойцы не умеют терпеть. Тогда кто? Местные бандиты? Но что их насторожило?

Толстяк не мог прочесть в прессе, что Бо только что уничтожил троих алайцев. В прессу пока ещё ничего не просочилось. Значит, у него есть информаторы в ангаре?

Толстяк застыл с открытым ртом под сканирующим взглядом хатта. Он понял, что провал близок, и кортизола в его крови стало ещё больше.

Разоблачать его хатт пока не собирался. Хотя ему очень хотелось спросить этого странного человека, почему он не снизит вес, если позволяет себе так нервничать? Неужели его геном не очищен от гена набора веса, который в древние времена отвечал за накопление жира на случай голода?

И кровяное давление толстяк почему-то не регулирует. Цвет лица у него нездоровый, красный, пульс критически учащён, давление повышено на сорок пунктов.

А может — это интеллектуально дефектная особь?

Бо, подумав, удержался от вопросов. Это было нерациональное использование времени. Лучше побыстрее уложить Настю в постель.

— Так есть у вас комната? — переспросил он.

— Да-да, — закивал толстяк. — Пойдёмте со мной. Не тяжело вам? Придётся подняться на третий этаж!

Бо мотнул головой и встал.

Толстяк вытаращился: лёгкость, с которой хатт перехватил поудобнее девушку и выбрался с ней на руках из-за столика, крепко его удивила.

Изображая официантское рвение, он забрал пустые стаканы и бутылку, сунул всё это подскочившему парнишке в фартуке официанта, прошипев, как он думал неслышно:

— Ко мне унеси!

И пошёл впереди, то и дело оглядываясь.

Бо понёс за ним Настю. Лишний вес его совершенно не напрягал, а вот поведение толстяка вызывало массу вопросов.

Хатт понял, что ему придётся принимать сейчас креативное решение, иначе выспаться девушка не сумеет.

* * *

Поселив странного гостя в лучшие апартаменты для новобрачных, толстяк Маркус Козлаукас, владелец бара «Лунная корова», спустился в логово под кухней.

Он жил в подвальном этаже своего трёхэтажного бара-особняка. Один, схоронив жену и двух дочек. Больше ему никого не хотелось впускать ни в своё жилище, ни в душу.

Вот и сейчас не пришлось никому объяснять, зачем официант принёс к дверям бутылку и пустые стаканы. И зачем нужно снимать с них отпечатки пальцев и потожировые следы.

Сканер заурчал, анализируя информацию. Но отпечатки на стекле обнаружились только Федькины, так звали официанта.

Маркус нахмурился и открыл в коммуникаторе зашифрованный чат. Вместо имён там были смайлики — один страшнее другого.

Маркус нажал на красную от злости рожицу.

«Незваный гость засел у меня в номерах», — написал он.

«Имя назвал?» — ответили ему, спустя пару минут.

'Некий Борис Бо. Банковская регистрация здесь, на Карусели. Создана сегодня.

Сердце у Маркуса колотилось, когда он спрашивал у чужака регистрацию, чтобы сформировать чек на оплату. Но имперец охотно выдал все положенные идентификаторы, словно и не он только что хладнокровно расстрелял трёх алайских боевиков и должен скрываться.

Толстяк знал, что камеры в ангаре не сработали, но там было достаточно дальнобойщиков, чтобы поснимать на личные коммуникаторы и слить снимки в закрытую сеть.

И ночь теперь у владельцев Лагуны будет бессонная. Ведь непонятно, как теперь утрясать всё это с алайцами?

«Проверил данные?» — напомнил о себе смайлик.

«Да вроде бы всё нормально. Платёжеспособен».

«Он что, начал посещение Карусели с банкинга, если сегодня зарегился? Кто он вообще?»

«Да я-то откуда знаю? Вроде вполне адекватный парень, хотя Федька видел, как он тоже пил водку. А баба его — в хлам».

'Ты проверил? Это точно Настя Небудина?

«Не сумел».

«Как так? А биосканер?»

«Да нет на стакане, из которого она пила, никаких биологических следов».

«Вообще? Так, может, она — кукла, подстава?»

«А водка? Роботы не упиваются в хлам»

«А этот Борис мог уничтожить её следы?»

«Думаю, мог. Технологически Империя превосходит нас сильно, могли придумать что-нибудь незаметное».

«Жаль… Вот же скотиняка какая…»

«Делать-то что?»

«Сиди тихо, жди дальнейших распоряжений. Главное — не спугни этих двоих».

«Понял».

Маркус вырубил контакт и уставился в пустой экран коммуникатора.

Вот же принесла нелёгкая этих странных гостей. И что теперь делать? Как бы не выйти ему виноватым за укрывательство.

Может, наплевать на местных братков и лететь в торгпредство на поклон к алайцам? Ссориться с алайцами — смерть для торговца.

Но что, если ящерицы явятся в бар, начнут пальбу и всё заведение разгромят? Кто будет тогда виноват, если не он сам?

Алайское торговое представительство было совсем недалеко от Лагуны. За пару часов можно было добраться. Вернее, за пару-тройку, если учесть очереди на шлюзование и возможные задержки в полёте. Астероидный пояс всё время подбрасывал сюрпризы для навигации.

Откуда на Карусели торгпредство? Так это в Империю алайцам хода нет, разве что в наручниках или замороженными тушками для экспериментов Гендепа.

В Содружестве же алайские торговые представительства существуют вполне легально, особенно в пограничных к Империи мирах. Границы и алайцы — это вещи совместные.

А уж на Карусели, где царили клановые законы, похожие на алайские, ящерицам было просто маслом намазано — скользко, конечно, но как манит!

Маркус знал: ящерицы утверждали сейчас нового фатха, взамен недавно зарезанного — наглого и бестолкового Бариана Эки-Каяра, чтоб ему достался ад без гурий!

Фатх был не только формальным главой алайского торгпредства, но и неформальным босом всей диаспоры — и мирных торговцев, и бандитов.

Он же отвечал за общак — чёрную кассу диаспоры — и был судьёй в гражданских и бандитских разборках.

Звали новоприбывшего фатха Гиех Туль. Был он из тех самых Тулей, что уже 200 лет надзирали за крайним Югом.

Торговцы на Карусели радовались его назначению. Гиех Туль для разнообразия был не бандитом, а особистом, полковником службы государственной безопасности Э-лая. И это давало хоть какие-то надежды на справедливость.

Толстяк Маркус алайцев боялся больше, чем соплеменников. К тому же он пылал сейчас благородным негодованием. Кто виноват, что чужак выбрал именно его бар? И донос тут дело, скорей, благородное…

Но алайцы — скоры на расправу. И если пострадает здание бара, страховка уже не спасёт. Это будет уже третий раз за сезон, а страховка покрывает не больше двух.

Что же делать?

* * *

Проводив толстяка, Бо уложил Настю на двуспальную кровать, покрытую белым шёлковым покрывалом, и внимательно огляделся.

Апартаменты состояли из двух комнат, довольно уютных. Но и «насекомых» тут, разумеется, было немало.

Медленно обойдя обе комнаты по периметру, Бо обнаружил двух «жучков» и одну скрытую камеру, самую обычную, с головидеорежимом, как раз напротив кровати.

Это кому так интересно, чем гости занимаются в апартаментах для молодожёнов?

Бо задумался. Отключить трансляцию было несложно, но тогда толстяк сразу поймёт, что гости у него непростые.

Он, конечно, и так постарается продать местонахождение Насти и Бо кому-нибудь из бандитов. Но сейчас — не спешит особо, думает, что время до утра ещё есть.

Вот и хатту нужно это самое время. До утра. Чтобы девушка успела восстановить организм от деструктивного воздействия алкоголя.

Бо знал, что началась синхронизированная ночь. Так называют время, когда все жилые купола Карусели приглушают искусственное освещение, имитируя одновременное наступление ночи.

Люди должны отдыхать. Вот и Настя должна как следует отдохнуть.

Что же делать? Вырубить связь в куполе, чтобы толстяк не смог рассказать алайцам о странных гостях? Но это вызовет массу ненужных действий. Засуетятся не только бандиты, но и технические службы полиса. И тоже начнут мешать.

Нет, внимания привлекать нельзя. Напротив, пусть Маркус думает, что гости уснули. И пусть знает, что они не простые, но не всесильные.

Бо изобразил тщательные поиски, потом извлёк из стены один из «жучков» и с удовольствием разобрал на запчасти. Сделал вид, что больше его ничего не напрягает: содрал с кровати шёлковое покрывало, швырнул на камеру, выключил освещение и плюхнулся на кровать рядом с Настей.

Освещение ему и не требовалось. В темноте он собрал из «жучка» примитивный транслятор звуков, которые люди издают обычно во сне: громкое и тихое дыхание, повороты тела, храп…

Пусть толстяк наслаждается своей прослушкой.

Хатт улыбнулся, прислушался к дыханию Насти — вроде бы всё в порядке.

Он бесшумно скользнул к окну, открыл его, выглянул на тёмную пустую улочку. Вернулся к Насте, примерился и… стал обрастать гибкими суставчатыми конечностями.