— Да, а ты?

Потянувшись, я села.

— Мне снились странные сны. Ты и Хантер танцевали со мной на сцене.

Тристан обернулся.

— У нас все получилось?

Я рассмеялась.

— Ты был лучше меня, и я не могла понять, как это произошло.

— Скрытые таланты. — Тристан ухмыльнулся и присел в изножье кровати. — Танцевать легко. Любой ребенок может это сделать.

Я толкнула его, и он ухмыльнулся.

— Что? Ты думала, что то, что ты делаешь на этой сцене, является чем-то особенным?

— Почему бы тебе не попробовать и не дать мне знать?

— Я дизайнер беспилотников. Мы можем сделать все, что угодно.

— Тогда как насчет того, чтобы станцевать прямо здесь и прямо сейчас?

Он улыбнулся.

— Я бы с удовольствием, но комната слишком маленькая, и я слишком беспокоюсь о своих яичках.

Указывая на него пальцем, я рассмеялась.

— Ты только что признался, что не можешь этого сделать?

Тристан кивнул.

— Возможно, я преувеличил свой талант к танцам, но я имел в виду то, что сказал прошлым вечером.

Я вытянула ноги перед собой и провела рукой по своим непослушным утренним волосам.

— Я тоже. Ты замечательный друг, Тристан, но ты мне не нравишься в этом смысле.

— Это отстой. — Он опустил глаза.

— Если ты не хочешь быть моим прикрытием для Соломона, я пойму.

Тристан покачал головой и положил свою руку поверх моей.

— Пока ты этого хочешь, я с гордостью буду прикрывать тебя.

— Тогда, может, ты побудешь здесь еще немного?

— Конечно.

— Отлично.

Выбравшись из постели, я вышла за дверь и, перегнувшись через перила, посмотрела вниз, на большую общую зону на первом этаже. Шесть комнат располагались здесь, на втором этаже, и большинство дверей все еще были закрыты.

— Ах, как вкусно пахнет, — я оглянулась на Тристана, который все еще находился в комнате, где мы спали. — Повар готовит для нас завтрак.

— Я знаю, я чувствую запах свежего хлеба. — Тристан улыбнулся.

— Ты уже принял душ?

— Ага. В конце коридора есть хорошая ванная. Я бы поторопился, пока остальные не проснулись и не образовалась очередь.

— Все в порядке, у меня урчит в животе. Сначала я поем.

Полчаса спустя я была сыта, наевшись фруктов и теплого хлеба. Хантер, сонно зевая, вышел из комнаты внизу со спутанными волосами.

— Черт, ты такой уродливый по утрам, — поддразнил его Етти и указал на ближайшую ванную. — Иди, приведи себя в порядок, чтобы выглядеть как знаменитость, которую мы все знаем.

Хантер медленно поднял руку и показал Етти средний палец.

— Это что, утреннее приветствие? — спросила Сальма, сидевшая рядом со мной. Жители Родины не показывают пальцы, и я узнала, что это значит, только когда приехала сюда.

— Да. — Тристан улыбнулся ей. — Это простой способ сказать, что я желаю вам приятного дня.

— О, как мило. — Сальма отхлебнула чаю и рассказала о том, как весело прошел вчерашний вечер. — Мне нравятся эти домики. Я не думала, что мне понравится общаться с таким количеством новых людей, но я не помню, чтобы когда-нибудь так много смеялась.

— Да, Тристан так действует на людей, — прокомментировала я.

Етти поднял голову, его рот был набит хлебом с сыром.

— Не стоит ставить ему это в заслугу. Я тоже рассмешил Сальму.

— Конечно, тебе это удалось, — согласилась она и повернулась на стуле, когда Бен спустился, чтобы присоединиться к нам за завтраком.

— Бен, посмотри, что я только что узнала. — Сальма с теплой улыбкой подняла средний палец. — Это местный способ пожелать тебе хорошего дня.

— О. — Бен показал мне палец в ответ и улыбнулся. — Что ж, и тебе того же, дорогая.

— Чему еще ты можешь нас научить? — спросила она Тристана, который сохранял непроницаемое выражение лица.

— Ну, мы, мужчины севера, можем быть немного странными.

— Но я думала, что ты с Родины. Уиллоу сказала, что ты там родился.

— Так и есть. Просто я так долго жил в Северных землях, что считаю себя северянином. Но, думаю, я и тот, и другой. В любом случае, когда кто-то хвалит наши уши, у нас внутри все замирает.

Сальма моргнула.

— Твои уши?

— Да… у нас даже проводятся конкурсы ушей, чтобы определить, у кого самые красивые уши. Здесь это очень важно. Уши и носы.

Сальма и Бен обменялись взглядами, когда он сел за наш столик с тарелкой еды и чашкой кофе.

— Я никогда не обращала особого внимания на чужие уши.

Тристан возился с ними, и, хотя это была невинная забава, я пихнула его локтем в знак предупреждения, которое Тристан проигнорировал.

— Что скажешь, Етти? А ты бы не растерялся, если бы женщина сказала тебе, что у тебя красивые уши?

Етти поднял чашку с кофе и подавил смешок.

— Конечно.

— Но их трудно разглядеть, когда у тебя вот так распущены волосы, — заметила Сальма Етти, который решительно поставил свою чашку и откинул волосы назад.

— Что ты об этом думаешь?

— Они очень милые, — согласились Бен и Сальма, оба вежливые жители Родины.

— У тебя тоже красивые ушки, Уиллоу, — похвалил меня Бен. — Особенно, когда твои волосы собраны в такой пучок.

— Спасибо.

Лео зашел снаружи и подошел к Етти.

— Ты видел Соло?

Я выпрямилась.

Етти нахмурился.

— Он спит в одной из комнат, не так ли?

— Нет. Все уже встали, а я не могу его найти. — Лео посмотрел на свой браслет. — Уже почти восемь. Соло не мог проспать девять часов.

Я прочистила горло.

— Прошлой ночью он вышел на улицу с одеялом.

— Во сколько? — спросил Лео.

— Вскоре после того, как мы вернулись сюда. Где-то через полчаса. Мы тусовались внизу, и он ушел. — Я не сказала им, что всегда знала, когда Соло был в комнате, а когда нет. Мои чувства были настроены так, чтобы улавливать его энергию, и вчера я хотела спросить его, куда он направляется, но вместо этого сосредоточилась на своем обмане и придвинулась ближе к Тристану.

— Может быть, он спал в беспилотнике. — Етти встал. — Я пойду проверю.

— Я уже это сделал. Его там нет. — Лео подошел, чтобы налить себе чашку кофе. — Я звонил ему три раза, но он не брал трубку.

— Он же не стал бы делать глупостей, правда? — спросил Тристан.

— Например, что? — Сальма взяла клубнику. — Что ты имеешь в виду?

Тристан нахмурил брови как раз в тот момент, когда Хантер вышел из одной из ванных комнат со своей сумкой в руке.

— Хантер, ты не видел Соломона? — Лео сделал еще один глоток кофе.

— Да, мы только что вместе приняли душ. — Хантер сказал это таким тоном, будто говорил «а как ты думаешь». — А что?

— Он пропал, — сообщила ему Сальма.

— Стоит ли нам беспокоиться? — веселое настроение Тристана исчезло. — Я имею в виду, что ему, должно быть, нелегко думать, что мы с Уиллоу пара и все такое.

Я поджала губы, поняв раньше Тристана, что он только что раскрыл наше прикрытие.

Сальма покосилась на меня, но Лео и Етти никак не отреагировали, и я решила, что они не заметили ошибки Тристана.

— Может быть, он вышел на утреннюю пробежку, — предположил Етти.

Лео нахмурился.

— Тогда почему он не берет трубку, когда я ему звоню?

— Я не знаю. — Етти взъерошил волосы. — Это не похоже на Соло.

Пройдя на кухню, Хантер взял маффин и откусил кусочек. Когда вчерашняя симпатичная музыкантша вошла со своей пустой тарелкой, он поднял руку и помахал ей.

— Доброе утро, Дарлин.

— Ты видела Соло? — спросил ее Етти.

Дарлин остановилась.

— Кто такой Соло?

— Мой напарник. — Етти выпрямился во весь рост. — Он моего роста. У него серьезное выражение лица. Темно-русые волосы, короткая бородка, мускулистый.

— Ах, да, я знаю, о ком ты говоришь, но я не видела его со вчерашнего дня.

Хантер сказал с маффином во рту:

— Когда увидишь его, сделай мне одолжение, держись от него подальше.

Дарлин, которой на вид было чуть за тридцать, широко раскрыла глаза.

— Почему?

Это заставило Етти застонать и хмуро посмотреть на Хантера.

— Не говори ей такого дерьма. Она подумает, что Соло опасен или что-то в этом роде.

— Так и есть, — настаивал Хантер.

Етти покачал головой.

— Ты не знаешь, о чем говоришь. Возможно, ты знал Соло, когда он был импульсивным подростком, но я знаю, каким мужчиной он стал, и он никогда бы не причинил вреда женщине. Соло — мой друг. Я знаю его.

Хантер фыркнул.

— Я бы сказал то же самое о нем, когда он был моим другом. Пока он не причинил боль женщине. Моей сестре.

— Хантер… не надо. — Я попыталась дать понять, что сейчас неподходящее время.

— В любом случае, нам нужно найти Соломона. Мне не нравится, что он пропал. — Лео откинул голову назад и выпил содержимое своей кофейной чашки, отчего его темные волосы, собранные в пучок, растрепались больше обычного.

Тристан заерзал на стуле.

— Нам нужно поискать его в лесу. Я боюсь, что он мог пораниться.

Чувство вины заставило меня так сильно сжать стакан с соком, что побелели костяшки пальцев. Я наговорила Соло ужасных вещей. Что хотела бы, чтобы он умер. Что я ненавижу его. Что я бы сказала всем, что он прикасался ко мне. Все это было сказано в гневе, и теперь меня переполняли стыд и сожаление. Мое лицо вспыхнуло от моего ребяческого поведения позавчера, когда я толкнула его, спровоцировала и втянула Кэмерона в борьбу за власть между Соло и мной. Что, если бы с Соло что-то случилось? У меня внезапно пересохло в горле, и оно распухло.

Етти фыркнул.

— Вы, жители Родины, понятия не имеете, кто такой Соломон. Глупо думать, что он мог причинить себе вред. Этого человека ненавидели больше, чем кого-либо другого в отряде охотников. Психологическое и физическое давление, которому он подвергся, сломило бы любого нормального человека, но не его.

— Тогда, возможно, это был его переломный момент, — пробормотал Хантер поверх чашки с кофе. — У каждого он бывает.

Етти подошел на шаг ближе к Хантеру.

— Может, ты и крутой футболист, но, поверь мне, тебе не сравниться с Соло. Мы, охотники, не валяем дурака. Мне было двадцать четыре, когда меня взяли в спецназ, и я много раз был близок к тому, чтобы сдаться. Соло было всего семнадцать, когда его передали охотникам, чтобы они присматривали за ним. Ребенком. Но все равно потребовалось целое гребаное подразделение элитных солдат, чтобы удержать его от преследования Уиллоу.

Сальма ахнула и широко раскрыла глаза, глядя на меня. У меня внутри вспыхнула искра энергии, а пульс участился, как будто я уже была на ногах и сама бежала искать Соло.

— Верно, — продолжил Етти. — Вы понимаете, как тяжело быть новичком в любом элитном подразделении? И это при обычных обстоятельствах. Соло провел первую неделю в больнице, потому что командир Магни избил его до полусмерти. Мы, охотники, гордые люди, и когда Соло выкинул этот трюк с Уиллоу, он связался не с теми людьми. Никто не может унизить целый батальон охотников, не заплатив высокую цену за свою ошибку. Есть истории о том, через что ему пришлось пройти. Я чертовски горжусь тем, что являюсь его партнером. Соло молод, но он опытный охотник и живая легенда среди нас.

Хантер выглядел невозмутимым.

— К чему ты клонишь?

— Я считаю, что лучше него никого не найти, так что не смей предполагать, что он может навредить себе.

— Нет, я думаю, ты недооцениваешь, как сильно Соломон любит мою сестру. Ты никогда не видел их вместе так, как мы. Увидеть Уиллоу с Тристаном было бы труднее, чем те тренировки в лесу, которым он подвергся семь лет назад.

— Ха! — фыркнул Етти и покачал головой. — Ты ни черта не представляешь, и ты ошибаешься насчет своей сестры. Я поговорил с ним о ней. Он говорит, что она уже не та женщина, которую он любил раньше. Соло двинулся дальше, и я думаю, вам, ребята, тоже пора двигаться.

Мои глаза остановились на крошках на столе передо мной. Соломон сказал мне то же самое, обвинив меня в том, что мне промыли мозги. Я теребила мочку уха, не зная, как реагировать.

— Это правда, — вставил Лео. — Он действительно пошел дальше. Соло даже сказал, что одобряет Тристана. Он назвал его хорошим парнем.

Тристан улыбнулся мне, но я не смогла пошевелить губами и ответить ему тем же. Соломон всегда проявлял заботу обо мне. Временами это раздражало, но я привыкла воспринимать это как знак его любви. То, что он сказал своим друзьям, что Тристан был хорошим парнем и что он одобрял то, что мы были вместе, не только шокировало меня, но и опечалило. Я никогда в жизни не чувствовала себя такой потерянной.

Остальные все еще обсуждали исчезновение Соло, пока Лео не вмешался.

— Может, мы поменьше будем болтать и больше будем искать?

— Я этим займусь. — Етти тяжелыми шагами направился к двери.

— Подожди, я пошлю с тобой кого-нибудь из своих людей, — крикнул Лео у него за спиной.

Направляясь к двери, Етти бросил ответ через плечо.

— Не беспокойся. Я лучший следопыт в Северных землях. Мне не нужна помощь, чтобы найти его.

Когда он ушел, Сальма заерзала на своем месте и обеспокоенно заговорила.

— Я надеюсь, Соло цел и невредим. Что, если на него напал медведь или какое-нибудь другое дикое животное?

Тристан начал объяснять, что все северяне воспитаны так, чтобы выживать в лесу, и что Сальме не о чем беспокоиться. Я отключилась, мое сердце и разум снова были в состоянии войны. Неделю назад все, что касалось Соло, было простым. Я ненавидела его! Вот и все, что нужно было сделать.

Теперь мне становилось все труднее видеть все в черно-белом свете. Наш разговор у озера на встрече выпускников заставил меня вспомнить то, что я забыла о нашем совместном времяпрепровождении. И то, что Соло игнорировал меня и уделял внимание Сальме, тоже что-то во мне перевернуло. Теперь, когда они заговорили о том, что Соло пострадал, мне захотелось плакать. Как я могла ненавидеть его и заботиться о нем одновременно?

— Куда ты идешь? — спросил Хантер, когда я встала со своего места.