— Я никогда не говорила, что ты делал это намеренно.

Его ответ был быстрым и резким.

— Они, черт возьми, настроили тебя против меня. Ты клялась, что никто и никогда не встанет между нами, но ты солгала.

— О, не смей вымещать это на мне. Это ты не в своем уме, — тихо прошипела я на него, тыча пальцем в воздух и подходя на шаг ближе. — Это ты убедил пятнадцатилетнюю девочку сбежать с тобой. Это было безрассудно и безответственно, и тебе лучше признать это.

— Мне не нужно ни в чем признаваться. Я уже извинился. Тебе, с другой стороны, промыли мозги, а ты даже не подозреваешь об этом. — В глазах Соломона горел огонь, и он стоял на своем, когда мой палец ткнул его в грудь.

— Это нелепо. Я взрослый человек, у которого было достаточно времени, чтобы обдумать случившееся. Я имею полное право злиться на тебя. — Моя голова откинулась назад, и я смотрела ему в глаза. А потом что-то изменилось. Глаза Соло расширились, и он сделал глубокий вдох.

— Что? — Мне потребовалась секунда, чтобы осознать, что рука с моим указательным пальцем теперь покоится у него на груди, но в тот же миг я отдернула ее. — Ты же знаешь, я кинестетик. Прикосновения для меня естественны. Это ничего не значит.

Я должна отодвинуться.

Он должен отодвинуться.

И все же ни один из нас не пошевелил ни единым мускулом. Мы просто стояли друг напротив друга, его грудь быстро вздымалась и опускалась, а у меня кружилась голова.

— Для тебя.

— Извини? — Я моргнула, не понимая, что он имеет в виду.

— Прикосновение для тебя ничего не значит.

— Я прикасалась к тебе миллион раз. Это была просто рука на твоей груди. — Я хотела, чтобы мои слова прозвучали уверенно и беспечно, но мне пришлось отвести взгляд, иначе он увидел бы противоречивые эмоции в моих глазах.

— Тебе лучше сейчас же пойти в свою комнату.

Почему его тон звучит почти как предупреждение?

Опустив взгляд, я увидела, как его руки сжались в кулаки, а тело напряглось.

— Тебе не терпится избавиться от меня, не так ли?

Он не ответил, но прошел мимо меня в комнату, которую делил с остальными.

— Иди внутрь, Уиллоу.

— Перестань мной командовать, — ответила я, но к тому времени он уже закрыл за собой дверь, заставив меня почувствовать себя большой идиоткой.

Глава 15

Тристан и Хантер

Соломон

Конфронтация была неизбежна.

Как только Тристан узнал, что я работаю в службе безопасности, он рассказал Хантеру, и к вечеру они оба явились, требуя, чтобы меня убрали.

— Я не позволю своей сестре участвовать в этом туре, если он будет здесь, — пригрозил Хантер Бену, который позвонил Лео.

Мы переехали в город Уайтривер и в настоящее время находились за сценой, которая была построена специально для этого мероприятия. Ни один театр в городе не был достаточно большим, чтобы вместить такое количество желающих. Решением было создать площадку на открытом воздухе, где зрители сидели бы на пологом холме, а сцена была бы установлена под ним.

— Более тысячи человек ожидают начала шоу. Разве мы не можем разобраться с этим позже? — спросил Бен дипломатичным тоном.

Хантер посмотрел через плечо Бена на Уиллоу. Она стояла на некотором расстоянии от нас с Сальмой, которая, казалось, испугалась громких голосов.

— Ты не понимаешь. Соло уже однажды похитил мою сестру. Я, черт возьми, больше не подпущу его к ней.

Глаза Бена расширились, и он прижал обе руки к груди, поворачиваясь ко мне.

— Это правда?

Я закатил глаза.

— Конечно, нет.

— Лжец. — Хантер налетел на меня и прижал меня обеими руками к груди. Это вызвало взрыв тестостерона в моем мозгу, и я оттолкнулся достаточно сильно, чтобы Хантер упал.

— Эй, эй, — Лео встал передо мной, и Етти поднял Хантера на ноги.

— Твоя сестра под моей защитой. — Етти положил ладонь Хантеру на грудь, используя свое тело как стену, чтобы помешать Хантеру добраться до меня. — Посмотри на меня. Верно. Меня зовут Етти, и я здесь, чтобы защитить Уиллоу, Сальму и остальных. Даю тебе слово, что Соло не будет связываться с Уиллоу.

— Ты его не знаешь! — прошипел Хантер.

— Вообще-то, знаю. Мы оба в команде «Отряд смерти», я его напарник.

Хантер скривил лицо.

— Верно. Это не мой выбор, но, эй, у нас все получится.

Я нахмурился. Какого черта, мы с Етти были лучшими друзьями, а теперь он встал на сторону Хантера.

Бен немного повысил голос и для сосунка с Родины выглядел очень расстроенным.

— Джентльмены, я вынужден попросить вас говорить потише. Вы пугаете наших артистов, а они должны выйти на сцену через несколько минут. Это недопустимо.

Мы все посмотрели на Сальму, которая стояла, уткнувшись лицом в плечо Уиллоу. Уиллоу бросала на меня неодДинательные взгляды, но не я был причиной неприятностей, и она, черт возьми, прекрасно это знала.

— Я успокою ее, — сказал Тристан и подошел к женщинам. Я не сомневался, что он справится. Тристан всегда был обаятельным и веселым, у него был природный дар заставлять людей расслабиться рядом с ним. Со мной все было наоборот, и это было чертовым проклятием. Моей работой было бороться за женщин в Северных землях и заставлять их чувствовать себя в безопасности, но одна женщина, которую я хотел защитить больше всего, не чувствовала себя в безопасности со мной. Она хотела Тристана. Мое сердце все еще колотилось от нападения Хантера, но я отпрянул от Лео, который все еще наблюдал за мной.

Етти удалось немного успокоить Хантера.

— Как насчет того, чтобы посмотреть шоу с другой стороны? Ты сможешь посмотреть на это со стороны. Твоя сестра феноменальна, но я уверен, что ты уже знаешь это.

Хантер облизал потрескавшиеся губы и немного расслабился.

— Да, хорошо.

Как и накануне вечером, хор вышел на сцену первым. Они держались подальше от сцены, разыгравшейся за кулисами, и на их лицах сияли широкие улыбки. Участники оркестра расположились по другую сторону сцены от того места, где я стоял. Некоторые из них отошли в сторону, когда Етти и Хантер присоединились к ним, чтобы посмотреть шоу с той стороны.

— Привет. — Одна из женщин нервно улыбнулась Хантеру и быстро опустила глаза. Это немного смягчило его, и он ответил на ее приветствие. Етти отпустил какую-то шутку, которую я не мог расслышать со своего места по другую сторону кулис, но я заметил, что симпатичная музыкантша улыбнулась.

Бен пошел помочь Тристану успокоить Сальму Роуз.

— Так это ты похитил Уиллоу, да? — Лео бросил на меня острый взгляд.

— Не говори глупостей. Меня бы не было в живых, если бы я похитил ее.

— Хантер, кажется, думает, что это сделал ты.

— Мы сбежали вместе. Уиллоу хотела этого так же сильно, как и я.

— Послушай, просто ответь мне на этот вопрос: ты можешь выполнять свою работу или ты слишком рассеян?

Я обиженно фыркнул.

— Я когда-нибудь не выполнял свою работу?

— Нет. Но сейчас ситуация иная, и ты это знаешь.

— Я выполняю приказы, вот и все.

Лео окинул меня долгим изучающим взглядом.

— Скажи, что мне не о чем беспокоиться.

— Тебе не о чем беспокоиться. — Я перевел взгляд на хор на сцене. — Тристан сейчас здесь. Он позаботится об Уиллоу. Я собираюсь сосредоточиться на Сальме.

— Что вообще случилось с Уиллоу и Тристаном? Они женаты?

— Пока нет.

— Почему, черт возьми, нет?

— Я не знаю.

Лео скрестил руки на груди.

— Какой мужчина не заключит сделку сразу?

— Тристан рос на Родине, пока ему не исполнилось пятнадцать.

— Ааа. — Лео кивнул. — Это все объясняет.

— Он… хороший парень. — Я выталкивал слова так, словно они были утыканы шипами, от которых у меня в горле шла кровь. Было бы так легко возненавидеть человека, который занял мое место в жизни Уиллоу, и часть меня действительно ненавидела Тристана.

Я отвернулся, сделав каменное лицо, чтобы скрыть эмоции, от которых у меня все болело внутри.

Лео похлопал меня по плечу.

— Раз ты так говоришь, это должно быть доказательством того, что ты забыл ее.

— Ага. Прошло семь лет, и она уже не та, кого я знал.

— Присмотри за Сальмой, я проверю, как там брат Уиллоу.

Я оглянулся и увидел, что Тристан развлекает Сальму, когда Уиллоу готовилась выйти на сцену. Певчая птичка больше не выглядела испуганной, а слушала с полным вниманием, время от времени кивая и улыбаясь. Мне было больно от того, как легко ему удавалось заставить людей чувствовать себя непринужденно.

Я отступил назад, давая возможность хору покинуть сцену, и наблюдал, как опускается темнота перед выходом Уиллоу. Как и вчера, я наблюдал за каждой частью драматического танца Уиллоу. Она была великолепна, и семь лет назад я бы сказал ей об этом.

И снова сегодня зрители сходили с ума, топали ногами и свистели от возбуждения. Уиллоу быстро поклонилась и побежала в ту сторону, где стояли Хантер и Етти. Скрытые от зрителей, но видимые мне, они втроем рассмеялись, и Хантер заключил ее в крепкие объятия.

Темноволосая музыкантша, которая болтала с Хантером и Етти, тепло улыбнулась им, прежде чем выйти на сцену с остальными участниками своего ансамбля.

Хантер, Етти и Уиллоу остались посмотреть, и Тристан и Сальма присоединились к ним.

Я стоял один в тени на своей стороне сцены, и мое настроение было мрачным при виде моего лучшего друга Етти, улыбающегося Хантеру, который когда-то был мне как брат. И Тристана, еще одного бывшего друга, обнимающего женщину, которую я когда-то считал своей второй половинкой. Рядом со мной было больше тысячи человек, но я никогда не чувствовал себя таким одиноким, как в тот момент.

«Тебе никто из них не нужен. Ты сильный!»

Мое лицо превратилось в бесстрастную маску, которую я научился надевать, чтобы скрывать свои истинные чувства. Если бы кто-нибудь увидел меня, он бы подумал, что я просто провожу очередной рабочий день. Я был Соломоном, названным в честь одного из самых могущественных, мудрых и богатых царей, которых когда-либо видел мир. Я бы не был раздавлен ревностью. Ну и что, если бы все люди, которых я любил, покинули меня? Я все равно в них не нуждался.

Лео вернулся и встал рядом со мной.

— Хантер пока спокоен.

— Хорошо.

— Как ты держишься?

— Что ты имеешь в виду? — Во мне поднялся гнев. Последнее, что мне было нужно, это его гребаная жалость.

— Ты не устал? Ты не спал прошлой ночью.

Я был чертовски измотан, но просто пожал плечами.

Лео похлопал меня по плечу.

— Сегодня мы с Етти выходим на смену. Тебе не нужно работать восемь часов подряд.

— Спасибо.

— Сегодня вечером мы разместимся в двух разных охотничьих домиках. Сальма, Уиллоу и оркестр будут в нашем домике. Хор и технический персонал отправятся в другой домик. Это в двадцати минутах езды от города, но мне сказали, что там полно комнат, так что, надеюсь, ты сможешь найти себе отдельную кровать.

— Мне все равно. Я могу спать в беспилотнике, если придется. Это было бы не в первый раз.

— Ты не будешь спать в долбаном беспилотнике, — сказал Лео и закатил глаза.

Он и представить себе не мог, что через два с половиной часа я отправлюсь спать в беспилотник. Сиденья можно было отрегулировать в положение лежа, и хотя это было не так удобно, как на кровати, это было намного лучше, чем спать в салоне, где проходила вечеринка.

Хижина была огромной, с двенадцатью комнатами приличного размера, в некоторых из них могло разместиться до четырех кроватей.

Тристан и Хантер присоединились к выступающим, и, казалось, никто, кроме меня, не спешил ложиться спать, потому что я не мог дождаться конца этого кошмарного дня.

Етти был на седьмом небе от счастья со всеми мамашами и своим кумиром Хантером. Он развлекал их историями и расспрашивал Хантера обо всех других известных спортивных звездах, которых тот знал.

Тристан был в ударе и отпускал шуточки, и когда я проходил мимо них с подушкой и одеялом под мышкой, они смеялись, и никто, казалось, не заметил меня, кроме Уиллоу, которая холодно посмотрела на меня и повернулась, чтобы прижаться к коленям Тристана.

Они были коллективом, а я — единицей.

Двое из тех, кто был там, ненавидели меня, и я был уверен, что Хантер и его сестра желали мне смерти.

Внутри беспилотника я лег и натянул на себя одеяло. Ночь была прохладной, и все же кто-то открыл несколько окон в хижине, позволяя звукам акустической гитары доноситься до меня. Женщина начала петь; я узнал чистый голос Сальмы. Они хорошо проводили время, пока я снова был здесь один.

В течение нескольких минут мой разум дразнил меня образами того, как было бы замечательно, если бы все было по-другому, если бы вместо того, чтобы быть нежеланным, я был частью всеобщего веселья. Я представил, как Уиллоу устраивается у меня на коленях, ее голова покоится на изгибе моей шеи, а я обнимаю ее руками с широкой улыбкой на лице. Если бы Хан не изменил возраст невест с восемнадцати до двадцати одного года, возможно, мы бы не сбежали. Что тогда? Как бы изменилась наша жизнь? Были бы мы с Уиллоу сейчас женаты? Остались бы Хантер и Тристан моими друзьями? Я позволил себе несколько счастливых мгновений, думая об альтернативной реальности, где все шло по-моему, прежде чем мой воображаемый райский уголок лопнул, и я снова остался один в беспилотнике. С глубокой печалью в груди я ворочался, пытаясь устроиться поудобнее. Я так сильно хотел уснуть и избавиться от вопросов, которые крутились у меня в голове. Например, где Тристан будет спать этой ночью и любила ли Уиллоу его больше, чем меня?

Глава 16

Где Соломон?

Уиллоу

— Доброе утро.

Звук чьих-то шагов по комнате заставил меня зевнуть и приоткрыть глаза.

— Доброе утро.

Тристан стоял у окна и смотрел на улицу.

— Сегодня прекрасный день. Мы должны отправиться в поход или еще куда-нибудь.

— Ты хорошо спал? — я спросила его.