Она склонила голову набок.

— Мы могли бы устроить нашу собственную церемонию.

Я рассмеялся.

— Мы еще недостаточно взрослые, чтобы жениться.

Она с улыбкой приподняла бровь.

— Мне почти шестнадцать, и поскольку мы все равно не собираемся делать это официально, кто сказал, что мы должны ждать? — Уиллоу взяла меня за руку и пошла по воде, оглядываясь через плечо. — Пошли.

Я помог ей взобраться на скалы, чтобы вернуться к тому месту, где мы оставили наши рюкзаки. Там было полно полевых цветов, папоротников и высокой травы.

— Сюда. — Уиллоу провела меня через десять шагов к большому дубу, где земля была покрыта мягким слоем мха. — Это идеальное место.

Я не был уверен, что она собирается делать, поэтому последовал ее примеру. Когда она повернулась ко мне и подняла руки, я взял их.

— Начинай, — сказала она с серьезным выражением лица.

— Эээ… Я не уверен, что сказать.

— Что-нибудь торжественное.

— Хорошо. — Я на секунду задумался. — Уиллоу, я полюбил тебя с первого взгляда. Я бы жил где угодно в мире и питался бы только личинками и водой, если бы это означало, что я могу быть с тобой.

Она сморщила носик.

— Фу, это отвратительно.

— Да. Давай я попробую еще раз. — Я опустил взгляд, прикусив губу. — Хорошо, как насчет этого? Я достаточно силен, чтобы выиграть любой турнир, в котором захочу принять участие, но я бы в мгновение ока отдал миллион долларов и невесту-северянку, чтобы быть с тобой. Даже если для этого придется отказаться от всего остального в моей жизни. Уиллоу, мысль о жизни без тебя — самая гнетущая мысль. Я люблю тебя так сильно, что иногда это причиняет физическую боль.

Она улыбнулась и сжала мои руки.

— Вот это мне понравилось больше. Теперь моя очередь. — С задумчивым выражением лица она на секунду подняла лицо к небу, прежде чем заглянуть мне в глаза. — Там растут две ивы. Та, которая существует, и та, которая живет. Вторая по-настоящему раскрывается только рядом с тобой, Соло. Я знаю, потому что, когда ты ушел из школы, я почувствовала, что мне не хватает частички себя. Я могу быть окружена людьми и никогда не чувствовать себя по-настоящему счастливой. Ты моя родственная душа.

Я был тронут и наклонился, чтобы поцеловать ее.

— Ты тоже моя родственная душа.

Она тихонько рассмеялась.

— Конечно, глупыш. Невозможно быть родственными душами с кем-то, кто этого не чувствует.

Мгновение мы стояли, взявшись за руки, широко улыбаясь, а в глазах светилась бесконечная любовь.

— Уиллоу, ты выйдешь за меня замуж?

Она широко улыбнулась мне.

— Да, я выйду.

Я прошел несколько шагов и сорвал стебелек высокой травы.

— Вот, пусть это будет символом обязательства, которое мы сегодня даем друг другу. Отныне мы будем мужем и женой. — Я намотал травинку ей на палец и завязал узелок. Бабочки победно порхали у меня в животе.

Уиллоу подняла руку с кольцом, сделанным из травы.

— Мне оно нравится, это мой любимый цвет.

Я рассмеялся вместе с ней.

— Отлично, я выбрал его специально для тебя.

Крепко обняв меня, Уиллоу прошептала мне на ухо:

— Муж мой.

По моим рукам побежали мурашки, а голова взорвалась от эйфории, когда я сжал ее тело и произнес волшебное слово «жена».

— Помнишь, что ты мне сказал?

— О чем? — спросил я и поцеловал ее в подбородок.

— О том, что брак недействителен, пока он не завершен. — Уиллоу отстранилась и посмотрела на меня. — Я хочу, чтобы наш брак был настоящим.

Кадык у меня подкатил к горлу, и я едва мог дышать.

— Ты уверена в этом?

Она не двигалась, просто смотрела на меня широко раскрытыми глазами, словно ожидая, что я возьму инициативу в свои руки.

Дрожащими пальцами, с бешено колотящимся сердцем, я откинул ее волосы назад и опустился перед ней на колени, целуя ее живот и талию, в то время как мои руки лежали на ее бедрах.

Пальцы Уиллоу запутались в моих волосах, и когда я поднял глаза, чтобы встретиться с ней взглядом, она улыбнулась мне. Мысль о том, что мы вот-вот займемся сексом в первый раз, наполнила меня нервным возбуждением.

Моя рука скользнула вверх по ее талии к очертаниям правой груди, и мой рот скользнул вверх, чтобы лизнуть ее кожу. Стянув с нее майку через голову, я глубоко вздохнул, наслаждаясь видом обнаженной груди Уиллоу.

— Ты такая красивая!

— Ты так думаешь?

Я с трудом сглотнул, загипнотизированный двумя твердыми выпуклостями перед моими глазами, и особенно розовыми сосками, которые выделялись прямо, как маленькие светящиеся башни, ведущие меня домой.

— Нет никого прекраснее тебя, Уиллоу. — Я запрокинул голову, глядя на нее снизу вверх. Я усадил ее на мох под собой. Она следила за моими движениями, пока я целовал ее чуть выше края светло-голубых трусиков.

Когда я обхватил пальцами ее мягкие трусики с обеих сторон, Уиллоу слегка приподняла их сзади, чтобы мне было удобнее. Я буквально почувствовал, как у меня потекли слюнки, когда я медленно стягивал их с нее. Мы и раньше целовались, и за последние несколько дней мы перешли от того, чтобы я прикасался к ней только через одежду, к тому, чтобы она позволяла мне запускать руки ей в штаны. И все же, видеть ее обнаженной, с милейшим треугольничком волос, было невероятно волнующе. Я наклонился и прижался носом к области ее таза, вдыхая аромат Уиллоу.

— Прости за волосы.

Я поднял голову.

— Что ты имеешь в виду?

— Это нормально, когда в подростковом возрасте все волосы на теле удаляются навсегда. Я просто собиралась сохранить маленький треугольничек, как у моих знакомых женщин, но теперь, когда мы здесь, я думаю, это будет сложно.

— Я рад, что ты его не удалила. У тебя уже есть симпатичный треугольничек. — Я запечатлел поцелуй на ее сладких кудряшках и раздвинул ей ноги, продолжая целовать ниже.

— Ты собираешься это сделать?

Я улыбнулся ей. Сколько я себя помню, мы с Уиллоу всегда говорили о сексе. Она проявляла любопытство и задавала вопросы, на которые я отвечал в меру своих знаний, которые, честно говоря, были ограничены. После того, как мне исполнилось пятнадцать и я поступил в свою нынешнюю школу, мой доступ к секс-ботам и порно помог мне лучше разобраться в нюансах секса.

— Ты имеешь в виду оральный секс?

— Да.

Я опустил голову и, раздвинув пальцами ее складочки, ответил на ее вопрос, скользнув языком по ее нежной коже.

Уиллоу прикрыла глаза рукой и издала звук смущения.

— Я уже говорил тебе. Это меня возбуждает. — Я повторил то, что видел в старых порнофильмах, и позволил своему языку пощекотать маленькую розочку на ее прелестной киске.

Уиллоу дернулась и подняла голову с широко открытыми глазами.

Я сделал это снова, наслаждаясь тем, как ее тело выгибалось дугой, и она издавала стон каждый раз, когда мой язык поднимал ее на новый уровень наслаждения.

— Тебе это нравится? — спросил я, продолжая облизывать ее.

Ее пальцы нашли мои волосы, и она крепче сжала их.

— Да. Я не знала, что это будет так приятно. Когда ты об этом говорил, это звучало так отвратительно.

Я тихо рассмеялся и легонько прикусил внутреннюю поверхность ее бедра, отчего она взвизгнула.

— На твоем месте я бы не стала пользоваться зубами. У меня сильные мышцы ног, а у тебя голова находится в уязвимом месте. — Она обхватила ногами мою голову.

— О, да? — Мои руки легли на внутреннюю сторону ее колен, снова раздвигая ее ноги. Я победно улыбнулся ей. — Ты же не думала, что я слабый и беззащитный, не так ли?

— Нет. — Она потянулась ко мне, подавая знак подняться выше. Я придвинулся, чтобы оказаться с ней нос к носу. — Мне нравится, что ты сильный. — Ее руки скользнули по моим плечам и бицепсам.

Мы улыбались друг другу, а затем наши улыбки сменились более серьезными выражениями, мы оба знали, каким будет следующий шаг.

— Ты действительно уверена в этом? — я снова спросил ее.

Уиллоу кивнула, ее дыхание стало поверхностным и учащенным, когда я быстро снял трусы и она увидела мой член.

Ее руки обхватили меня за шею, когда я перекатился на нее.

— Я буду осторожен, — заверил я ее.

— Хорошо. — Она поджала губы, и между ее бровей пролегла морщинка.

— Раздвинь ноги пошире, — приказал я, и она подняла их и уперлась пятками мне в зад.

С бешено колотящимся сердцем я прижался членом к ее отверстию и проник внутрь.

Уиллоу застонала подо мной.

— Расслабься, детка. — Я попытался снова, страстно желая оказаться внутри нее, но она была слишком узкой, и это причинило ей боль. Немного отстранившись, я попытался слегка покачиваться, опираясь на предплечья, и целовать ее. — Ты должна расслабиться.

— Я пытаюсь, но это больно.

Прижавшись своим носом к ее носу, я прошептал:

— Уиллоу, я так сильно тебя люблю. Теперь ты моя жена, и я буду защищать тебя ценой своей жизни.

Ее руки опустились на мои плечи, и она со страстью ответила на мои поцелуи.

Мои легкие покачивания стали более глубокими, как будто я прокладывал себе путь внутрь. «Да. Да. Да, — мысленно повторял я. — Это происходит. Это происходит!»

— Ты вошел?

— Почти. — Головка вошла.

— Не думаю, что ты влезешь. Уже больно.

— Все будет хорошо. Просто сделай глубокий вдох и сосредоточься на наших поцелуях.

Мы с Уиллоу были в самом разгаре страстного поцелуя, когда внезапный звук заставил нас обоих остановиться и повернуть головы.

Она напряглась подо мной.

— Что это было?

Я приподнялся на руках, все еще ощущая связь с ней от живота и ниже.

— Я не знаю.

Еще один шорох не оставил сомнений в том, что кто-то или что-то было поблизости. Я хотел, чтобы это был проходящий мимо олень, но мы не могли рисковать.

— Нам пора идти!

Как и я, Уиллоу встала и стала быстро одеваться.

— Держись за мной, — предупредил я ее, постоянно оглядываясь в направлении движений и звуков, которые мы слышали.

Не прошло и минуты, как мы оделись и попятились в ту сторону, откуда доносился шум. Бесшумно спустившись к реке, мы погрузили рюкзаки на плот, который я соорудил, и столкнули его в воду.

— Давай, — прошептал я, удерживая плот в сильном течении. Уиллоу поднялась, и в ту минуту, когда я тоже вскочил, чтобы сесть, плот понесся вниз по реке гораздо быстрее, чем мы могли бы бежать или идти пешком по суше.

— Так им будет трудно нас найти. Вода не оставляет следов, — Это была моя попытка успокоить Уиллоу.

Привязывая рюкзаки к плоту, я порадовался, что взял с собой непромокаемые.

— Как ты думаешь, это было животное? — Уиллоу смотрела в ту сторону, откуда мы пришли.

Я не сомневался, что преследующие нас люди в конце концов узнают, где мы начали наш сплав, но там, где мы закончили, это будет сложнее. Это был наш шанс раз и навсегда скрыться от преследующих нас взрослых.

— Да. Сегодня вечером у нас будет горячий ужин, — пообещал я ей с улыбкой. Но тут она ахнула, и я повернул голову, чтобы посмотреть, что она увидела. На том месте, где мы столкнули плот в воду, стояли трое мужчин с перепачканными грязью лицами и смотрели на нас. На них была форма егерей. Я знал это, потому что, сколько себя помню, всегда хотел вырасти и стать одним из них.

Я притянул Уиллоу поближе к себе.

— У них нет плота, и им потребуется время, чтобы его построить. Обещаю, они нас не поймают.

Она подняла на меня глаза как раз в тот момент, когда река сделала поворот и охотники больше не могли нас видеть.

— Ты видел выражение их лиц? Они убьют тебя, Соло, я знаю, что убьют.

— Тогда нам лучше не попадаться.

Два весла, которые я захватил с собой, помогли нам удержаться на середине реки. Вчерашний сильный дождь позволил нам развить скорость, необходимую для того, чтобы увеличить расстояние между нами и тремя охотниками, которых мы видели. Я продолжал смотреть вверх, ожидая увидеть беспилотник в любой момент. Они определили наше местоположение и знали, в каком направлении мы направляемся. С ресурсами егерей им не потребовалось бы много времени, чтобы выслать солдат, которые ждали бы нас дальше по реке, и я опасался, что большой красный беспилотник Магни скоро завис бы над нашими головами. Наш единственный способ спастись — это выбраться из воды и найти место, где можно спрятаться, пока не стемнеет настолько, чтобы нас не было видно сверху. Путешествовать ночью было опасно. Нам нужно было либо бежать как можно тише и быстрее, либо вернуться на плот и попытаться проскочить мимо них. Оба варианта казались мне рискованными, и теперь, когда я отвечал за безопасность Уиллоу, они мне не нравились. Если бы мы отправились на ночной сплав, нам пришлось бы держаться за плот и оставаться в воде, чтобы быть как можно незаметнее, когда мы будем пробираться мимо их постов. Это было бы физически утомительно и чертовски холодно. Мысленно я прикидывал, как бы мне обхватить Уиллоу руками или, может быть, привязать ее к себе. Мне пришлось бы держать нож наготове на случай, если они раскинут сеть.

— Соло, ты это слышишь?

Я был погружен в свои мысли и наклонил голову, чтобы лучше слышать.

— Приближается водопад.

Мы пробыли в воде всего около двадцати пяти минут, и даже при такой высокой скорости не могли удалиться более чем на четыре мили от того места, где провели ночь.

— Туда. — Я указал подбородком в направлении, куда, по моему мнению, мы должны были направить плот. — Нам придется вернуться на сушу, поднять плот и спрятать его.

— Нет, Соло, я не смогу его нести. Он слишком тяжелый.

— Мы сделаем это вместе.

Течение в ручье было сильным, и, хотя я греб, пока у меня не отваливались руки, мы подплывали все ближе и ближе к водопаду.

— Мне страшно, — закричала Уиллоу.

— Греби. — Я закричал, чтобы перекричать шум водопада, который становился все громче по мере того, как мы приближались.

Уиллоу плакала, но продолжала грести. Плот начало крутить от подводного течения, и в нас врезалось большое бревно, заставив ее закричать от страха.