Трули

— Блэйк, — стону я.

Почему свет такой яркий?

— Трули, пожалуйста, открой для меня глаза, красавица, — в его голосе слышится тревога, и я с трудом приоткрываю веки.

— Что случилось, Мишка? — спрашиваю, когда он медленно появляется в поле зрения. Мне приходится несколько раз моргнуть. Увидев его в чёрном костюме, я сразу всё вспоминаю. Мы не дома, а на благотворительном мероприятии.

— Как ты себя чувствуешь?

— Моя мать, — хриплю я. — Она…

— С ней разобрались, — заканчивает он за меня.

— Она пыталась…

— Наговорить тебе лжи.

Я смотрю на него снизу вверх.

— Да, — именно это она и делала. Я поднимаю руку и касаюсь щеки Блэйка. — Что произошло? — на левой стороне краснеет след. Его красивое лицо озаряет медленная мальчишеская улыбка, возвращая меня во времена нашей юности.

— Видела бы ты второго парня.

Я начинаю смеяться, но понимаю, что он не шутит. Это становится ещё очевиднее, когда вдали раздаётся вой сирен.

— Что произошло?

Последнее, что я помню, это дамская комната, а потом голоса нескольких человек. Я знаю, что один принадлежал отцу, но двух других мужчин не узнала.

— Они пытались забрать тебя у меня, — лицо Блэйка становится напряжённым, и я вижу, что он всё ещё борется с гневом. Он всегда так хорошо скрывал свои эмоции, но теперь у него это получается не очень. По крайней мере, когда дело касается меня.

— Я бы вернулась, — успокаиваю я его.

Он немного расслабляется.

— Значит, ты не поверила тому, что они пытались тебе рассказать? — спрашивает он, но я не успеваю ответить.

Позади него внезапно появляется Лорен. И только тогда я понимаю, что лежу на заднем сиденье внедорожника.

— На вопросы не отвечаем, поняла?

— Лорен, — симпатичная брюнетка шлёпает её по плечу. — Сейчас не время включать режим адвоката, — говорит она ей.

— Для него всегда время.

— Что? — спрашиваю я Блэйка.

— Полиция. Лорен говорит, чтобы мы не разговаривали с полицейскими, а её невеста отчитывает её за то, что ты сейчас несёшь всякую чушь.

— Почему? Мы ведь ничего не сделали.

— Не имеет значения, — молниеносно отвечает Лорен.

— Ты помолвлена? — это совсем не тот вопрос, который мне следовало бы задать, но я задаю именно его.

— Ладно, для этого сейчас тоже не время, но да! — брюнетка поднимает руку, показывая кольцо.

— Как мило, — говорю я. — Нам стоит как-нибудь пообедать вместе. — От одной мысли о еде желудок скручивает.

— Да, возможно, пообедаем, когда со всем этим разберутся, — она кивает себе за спину, и Блэйк помогает мне сесть.

И тогда я вижу мать, стоящую метрах в трёх от нас. Её лицо белое, и не из-за света фонаря, льющегося на переулок. Знай она, что стоит при таком неудачном освещении, уже давно убрала бы оттуда свою задницу, так что она, должно быть, действительно потрясена.

Затем я замечаю стонущего отца. Мать наконец двигается с места и бросается к нему, помогая сесть. Из его носа и рассечённой левой брови капает кровь.

— Ты подрался с моим отцом? — спрашиваю я, касаясь отметины на его лице. Сирены звучат всё ближе.

— Да, но это не от него.

— Моя мать? — в шоке выдыхаю я.

— Если бы я не был так зол, то рассмеялся бы.

А, значит, это не от мамы. Невеста Лорен глазами указывает мне в сторону, и тогда я замечаю на земле ещё двух мужчин, одетых во всё чёрное. Одного из них я узнаю: он из охраны моего отца. Отец нечасто пользовался их услугами, и я думала, что, когда пользовался, это было лишь для вида. Похоже, я была права, потому что толку от них не оказалось.

— Это ты сделал? — Блэйк скованно кивает. — Даже горячо, — шепчу я, а затем прижимаю ладонь ко рту.

Невеста Лорен хихикает.

— Просто выпустила наружу одну из навязчивых мыслей, — она не ошибается.

— Ты останешься со мной, ясно?

— Конечно, — Блэйк помогает мне выбраться из машины, когда к нам подбегают полицейские.

Дальше всё проносится как вихрь. Меня осматривают в одной из машин скорой помощи, куда пытались погрузить одного из охранников, но Блэйк окончательно слетает с катушек, заявляя, что я пойду первой. На самом деле со мной всё в порядке, и специалист экстренной медицинской помощи сообщает, что моё давление немного понижено и, вероятно, именно это, вместе со стрессом, стало одной из причин, по которой я потеряла сознание.

Я ожидаю, что мне придётся разговаривать с полицией, но Лорен и Блэйк со всем разбираются, а Эмма, невеста Лорен, всё это время остаётся со мной. Я узнала, что она тоже из очень влиятельной семьи. У нас много общих друзей, и готова поспорить, эти двое станут моей любимой парой среди друзей.

Не знаю, откуда взялся мэр, но я наблюдаю, как он разговаривает с Лорен и Блэйком.

— Горячо смотреть на них в деле, правда? — Эмма мечтательно вздыхает, заставляя меня рассмеяться. — Но ты точно в порядке? — спрашивает она спустя мгновение. — Я имею в виду, я знаю, что наши родители из этого элитного общества могут быть сумасшедшими, но твои превзошли всех.

— Да, я в порядке.

Хотела бы я, чтобы всё закончилось именно так? Нет, но не думаю, что существовал другой вариант. Мои родители никогда не признали бы своих ошибок, а если бы и признали, то лишь перед очень узким кругом людей.

Так я хотя бы могу увидеть правду целиком. Не могу приукрасить её или надеяться, что они станут лучше. Это окончательный разрыв, и именно это я говорю Блэйку, когда мы наконец отправляемся домой.

— Ты уверена, что готова полностью вычеркнуть их из своей жизни? — он сжимает мою руку, и, хотя ему, возможно, не понравилась бы мысль о том, что я хочу поддерживать с ними отношения, я знаю, он поддержал бы моё решение. Уверена, это предполагало бы усиленную охрану, но он всё равно согласился бы. Такой уж Блэйк: он делает всё возможное, чтобы я была счастлива.

Он показывал мне это с тех пор, как мы всё друг другу открыли. Хотя нет: когда я увидела всё, что он делал ради нас, пока я была в колледже, и даже раньше, то поняла, что он всегда поступал именно так: заботился о нас и нашем совместном будущем. Тогда он не хотел меня отпускать, но убеждал себя, что это всего на пару лет и в итоге я всё равно буду с ним. Блэйк верил, что я сама хочу уехать учиться, поэтому и смирился с этим.

— Да, я не собираюсь общаться с теми, кто попытается отравить мои мысли, когда дело касается моего мужа.

— Что они пытались тебе внушить?

— Пытались убедить, что всё это спектакль. Что ты вовсе не собираешься уходить из бизнеса. Что ты пытаешься заделать мне ребёнка, чтобы я оказалась в ловушке, — Блэйк закрывает глаза и глубоко вдыхает. — Что ты женился на мне только потому, что этого хотел твой дед, — я продолжаю рассказывать ему обо всей лжи, которой родители пытались забить мне голову.

Глаза Блэйка резко распахиваются.

— Не всё, что они сказали, неправда, — говорит он мне. — Я действительно хочу, чтобы ты забеременела, и мой дед действительно хотел, чтобы однажды мы поженились.

— Значит, я ему нравилась? — поддразниваю я, отчего он немного расслабляется, но совсем чуть-чуть.

— Ему нравилось, как я о тебе говорил, — на его губах появляется кривая улыбка. — Думаю, он понял всё раньше меня. То есть я знал, но, когда был моложе, не понимал своих чувств.

— Мне это нравится.

— И я действительно отхожу от дел. Именно над этим я и работаю.

— Они сказали, что ты вкладываешь деньги и покупаешь другие компании.

Его брови сходятся на переносице.

— Я вложился в несколько компаний, которые впоследствии продал, — признаётся он. — С другими всё немного сложнее, но постепенно складывается. Я не хотел беспокоить тебя подробностями, пока у меня не будет полноценного плана. Я хочу убедиться, что сотрудникам найдутся подходящие должности, а некоторые проекты достанутся определённым людям.

— Я понимаю, — Блэйк хочет поступить правильно по отношению к людям, которые этого заслуживают. — Думаю, они пытались сыграть на моей неуверенности, понимаешь? — пожимаю я плечами, ненавидя это. — На том, что для тебя я не на первом месте, — для своих родителей я тоже никогда не была на первом месте. — Они пытались убедить меня, что ты делаешь всё это только ради своего имиджа. Что отношения со мной идут ему на пользу, — я взмахиваю рукой.

— Ты для меня на первом месте, а мой имидж важен лишь в том, что касается тебя и того, каким ты меня видишь.

— Правда? — я теснее прижимаюсь к его боку, уже мечтая вернуться на склад.

— Я не хочу, чтобы все видели во мне безжалостного бизнесмена, способного заключить любую сделку. Я хочу, чтобы меня считали мужчиной, который будет защищать жену и семью любой ценой.

— Ты именно такой, Блэйк. Ты всегда был рядом со мной, даже когда я не знала об этом. К тому же кому теперь вообще не плевать, что о нас думают остальные? Мы знаем, кто мы. Знаем, что значим друг для друга. В конце концов, важно лишь это.

— В конце концов, для меня важна только ты. Пока мы вместе, всё остальное — лишь детали. Например, покупка дома за городом. Если дом тебе не понравится, можем вместо него попробовать пентхаус в Париже, — он действительно хочет убедиться, что я счастлива. И я хочу того же для него.

— Прости, что я вообще в тебе сомневалась.

— Эй, не надо, — он нежно целует меня в губы. — Не мучай себя. Твои родители обожают ебать людям мозги. Тяжело отдалиться от семьи, даже когда они мудаки.

Больше такой проблемы не возникнет. Я никогда не хочу ни разговаривать с ними, ни видеть кого-либо из них.

— Ты ударил моего отца, — я внезапно разражаюсь смехом.

— Твоей матери повезло, что я не попросил Лорен прижать её за меня.

Я смеюсь ещё сильнее.

— Мне даже немного жаль, что я этого не видела, — вместо этого я лежала в отключке.

— Лорен достанет записи с камер наблюдения.

— Для полиции? — спрашиваю я. Нас просто отпустили. Меня вообще не расспрашивали о случившемся.

— Нет, для собственного развлечения.

Мне очень нравятся Лорен и её невеста.

— Покажем запись на свадьбе.

Блэйк запрокидывает голову и смеётся, а я улыбаюсь, просто наблюдая за ним. Рассмешить этого мужчину — уже прелюдия. Однажды я действительно хочу устроить небольшую свадьбу, даже если на ней будем только мы с Блэйком.

— Как ты себя чувствуешь? Ты потеряла сознание, — он обхватывает моё лицо ладонями и внимательно всматривается в него.

— У меня всегда низкое давление. Думаю, слова матери о беременности заставили меня накрутить себя, — его брови взлетают вверх. — Не в плохом смысле. Я ещё раньше начала об этом задумываться.

— Поэтому ты не стала пить шампанское, — я киваю. — Думаешь, ты беременна? — беспокойство за меня проступает в его чертах.

— Почти уверена.

— У тебя не было месячных, хотя они должны были начаться уже некоторое время назад.

— Ты действительно знаешь, когда у меня должны быть месячные? — смотрю я на него.

— Я считаю своим делом знать такие вещи.

Честно говоря, меня это совсем не удивляет. Более того, возможно, даже возбуждает. За последние несколько месяцев я узнала о себе много нового.

— Мы сделаем остановку, — говорит Блэйк водителю Джеку. — У ближайшей аптеки.

— Прямо сейчас? — внутри меня трепещет восторг. Джек уже разворачивает машину.

— Да, прямо сейчас, — он заправляет прядь моих волос за ухо. — Мы можем делать всё, что захотим. Тебе нужно лишь попросить.

— Я люблю тебя, — говорю я ему. — Всегда любила.

— А я всегда принадлежал тебе, — Блэйк прижимается губами к моим.

Если Вселенная чему-то меня и научила, так это тому, что любовь всегда находит путь. Настоящая любовь.