Прошло два часа, а потайную дверь они так и не нашли.

— А вдруг здесь вообще ничего нет?! — разозлился Федор.

— Куда-то же делись те люди, по словам журналиста! Не в воздухе они растворились! — раздраженно парировала Мила.

Федор отошел, снова осмотрел тупик, но уже ища подсказку не на кирпичах, а на потолке, полу и боковых стенах. У него мелькнула идея добыть где-нибудь кувалду и разнести к чертовой матери эту стену. Но громкие звуки наверняка привлекут внимание, их с коллегами поймают… Короче говоря, мысль Мареев отбросил.

Давид стоял истуканом, но Мила знала: он пытается разрушить чужой магический барьер, чтобы впустить в здание своих призраков. Судя по все сильнее напрягающимся скулам мужчины, ничего не выходило. По его словам, с такой магией он столкнулся впервые.

Сама же Мила так и продолжала нажимать на кирпичи, изучая каждый под лучом фонаря. Она давно уже сняла перчатки: хотя в помещении было прохладно, от нервов и переживаний ладони у нее потели.

Перетрогав все кирпичи по двадцатому, наверное, разу, Ардо выпрямилась и подумала о том, что, по идее, дверь должна располагаться где-то в середине. Вспомнив размеры стандартных дверей, она мысленно вписала дверное полотно в кирпичную стену и еще раз ощупала поверхность.

А вообще странно. После двухчасового глажения стены руки почернели от грязи, но вот кирпичи за прошедшие десятилетия не потрескались и не рассыпались. Они выглядели новыми, словно стену заложили лишь вчера. А ведь в подвальном помещении условия так себе.

В какой-то момент Мила обнаружила, что в задумчивости гладит острый угол одного и того же кирпича. Перешла на соседний, но почему-то вернулась к прежнему. Поднялась выше.

Ее сердце забилось быстрее. Как она не заметила этого раньше?

— Федя, подойди, пожалуйста.

Мареев в мгновение ока появился рядом.

— Посмотри, мне кажется или этот ряд кирпичей чуть глубже?

Мареев склонился к стене так близко, что едва не уткнулся в нее носом. Посветил фонарем, изучая грани кирпичей, на которые указала Мила.

— Вроде как да, — пробормотал он. Прикоснулся пальцами, провел ими вверх, вбок. — А ведь правда! Если пройти по контуру кирпича дальше, то вырисовывается нехилый такой проем.

Мила проследила за его пальцем и тоже начала щупать стену, так оказалось легче найти несостыковки, чем на глаз. Прошлась по периметру предполагаемого проема и толкнула вырисовывающуюся дверь.

Ничего не произошло.

— Подожди-ка, я сейчас, — попросил Федор и умчался куда-то по коридору.

Он отсутствовал минуты две, а вернулся с небольшим металлическим прутом и камнем.

— Федя, ты что собираешься делать? — забеспокоилась Мила.

— Хочу попытаться выбить хотя бы один кирпич. Посвети!

— Нас могут услышать, — предупредила Мила, но все же направила луч фонаря на «дверь».

— А мы осторожно.

Мареев подошел к стене, вставил прут между кирпичами и со всего размаха ударил по нему камнем. Раздался глухой звук, на который тут же прибежал Давид.

— Вы рехнулись?! — зашипел он не хуже змея.

Федор и Мила с опаской прислушались. Не услышав постороннего шума, Федор еще раз ударил по пруту.

Спустя несколько ударов кирпич треснул, от него откололся большой кусок и упал на пол. Мила посветила фонарем в образовавшуюся дыру.

— Там коридор, — дрожащим от предвкушения голосом сообщила она.

— Отойди! — распорядился Мареев. Мила подчинилась, сделав пару шагов в сторону.

Федор, положив прут и камень на пол, попытался разломать треснувший кирпич, но безрезультатно. Тогда Мареев подобрал свой «инструмент» и снова принялся им орудовать. Наконец кирпич выпал полностью. Причем соседний тоже треснул, а затем и вовсе осыпался.

На этот раз в образовавшуюся дыру посветил своим фонарем Давид. Он даже сумел в нее заглянуть, осмотрев стену изнутри насколько хватило обзора. И заметил сантиметрах в десяти ниже металлический штырь.

— Мила, здесь рычаг. Сможешь дотянуться до него? У тебя рука тонкая.

Ардо кивнула, передавая Федору фонарь. Стянула куртку, отдала ее бывшему мужу, а фонарь забрала обратно и подошла к стене. Посветила в дыру, ища рычаг, который имел в виду Давид. Просунула руку в отверстие, нажала на штырь. Тот не поддался, и Мила на всякий случай попробовала его покрутить. Ничего.

— Никак, — призналась она раздосадованно.

— Попробуй надавить на него, а потом резко опустить, — посоветовал Давид.

Стоило Миле сделать то, что он сказал, где-то сбоку щелкнуло, и стена с дырой, дернувшись, отошла назад.

Ардо вытащила руку и забрала у Федора куртку, а Давид толкнул дверь.

— За эти годы, кажется, петли заржавели, — сделал вывод он, не добившись эффекта. — Федя, помогай!

Они вдвоем навалились на кирпичную дверь, еле-еле сумев ее сдвинуть. К счастью, проем получился достаточным, чтобы в него протиснулись немаленькие, в общем-то, мужчины.

Радуясь, что они все же нашли и открыли замаскированную дверь, Мила вошла в потайной коридор следом за Давидом. За ней — Мареев.

На той стороне Ардо первым делом осветила дверь. Та выглядела как обычная кирпичная стена, по ее периметру располагался металлический механизм, он-то и помогал проходу открываться и закрываться.

Давид, мельком глянув на дверь, пошел вперед по коридору. За ним двинулась Мила, а замыкал процессию Федор. Вскоре коридор повернул направо, заставив троицу остановиться.

— И куда нам теперь? — растерянно спросила Мила, глядя на узкую лестницу, ведущую вверх и вниз.

— Если отталкиваться от планов здания, то комнаты на первом и втором этаже должны быть совсем маленькими, метра два в длину. Так что предлагаю сначала сходить туда и обследовать их, а уже после вниз. Думаю, там помещение куда больше.

— Согласна, — поддержала предложение бывшего мужа Ардо, а Давид просто молча стал подниматься по ступеням, светя фонариком вверх.

Как и предполагал Мареев, на первом этаже оказалась небольшая комната. Всю ее занимали стеллажи. В коробках, стоящих на них, обнаружился медицинский инструмент, одежда, запасы бумаги и сухпайка. Здесь было довольно прохладно, в воздухе витала пыль и неприятный запах сырости и плесени. На втором этаже находилась точно такая же по размерам комнатка, где стояли лишь стол и стул. По оставшимся на столе бумагам стало понятно, что это кабинет бухгалтера.

Ничего не найдя интересного, троица отправилась вниз, но теперь первым шел Федор. И чем ниже они спускались, тем сильнее нервничала Мила, ей даже дышать тяжелее стало. Сердце ощущалось в районе горла, пульс отдавался набатом в висках.

Не выдержав, Ардо остановилась. Уперлась рукой в стену и, опустив голову, задышала глубже.

Шедший позади Давид чудом не сбил ее с ног. Он обеспокоенно положил руку ей на плечо и легонько сжал.

— Что с тобой?

— Я не знаю, — прошептала Ардо.

— Что случилось? — уточнил ушедший вперед Федор, быстро поднявшись на несколько ступеней.

— У меня такое ощущение, что мы идем, — Мила гулко сглотнула, — на кладбище.

— И ты это чувствуешь? — тихо произнес Давид. Мила посмотрела на него вопросительно. — У меня тоже возникло подобное ощущение. Еще когда мы перешли в потайной коридор.

— А я, кроме странной вони, ничего не ощущаю, — заметил Федор.

Мила принюхалась. А ведь и правда. Она почувствовала этот запах еще на верхних этажах, но он был не слишком навязчивый, поэтому не вызвал особой неприязни. Но чем глубже они спускались, тем сильнее он становился. И Мила теперь даже поняла, что он ей напоминает. Аромат смерти. Сладковато-приторный.

— Так мы идем или?..

Федор посмотрел на Милу.

— Да, идем, — кивнула Ардо, отлипая от стены, и они продолжили спускаться.

Помещение, куда привела их лестница, было очень длинным. Настолько, что свет фонарика не доставал до противоположного конца. Оно делилось на две зоны. Слева располагались лабораторные столы, заставленные мониторами, колбами, какими-то баночками, а также стеллажи с коробками, микроскопами, центрифугами и чем-то еще, названия многих предметов Мила просто не знала. Направо длинным рядом уходили операционные со стеклянными стенами, а за операционными виднелись большие железные клетки. Но сильнее всего пугали валяющиеся на полу вещи вперемешку с битым стеклом и множество скелетов в медицинской одежде. На некогда белоснежной ткани виднелись засохшие бурые пятна.

— Бог ты мой… Что же здесь произошло?! — шокированно прошептал Федор. Шок был и в его взгляде, блуждающем по лаборатории.

Миле захотелось сбежать. В горле встал тошнотворный ком. Она отвернулась и заметила, что Давид куда-то пошел. Как выяснилось, к висящему на стене распределительному щитку. Открыв дверцу и наведя внутрь луч фонарика, Давид некоторое время стоял неподвижно, а затем нажал на какие-то рычажки. Послышался щелчок, лампы под потолком загорелись, ярче освещая творящийся в помещении хаос.

— И что нам тут искать среди трупов? — спросил Федор, поморщившись.

Он всякое встречал в своей жизни, но такого ужаса ему видеть еще не приходилось. Здесь же самое настоящее кладбище, только тела не захоронены!

— То, что поможет узнать, остались ли живы оборотни. И если да, то кто они и как их найти, — с холодным равнодушием отозвался Давид.

Миле очень хотелось отсюда уйти, и решив, что чем быстрее они начнут, тем быстрее закончат, она подошла к операционным. Пройдя вдоль них, заметила прикрепленные к операционным столам цепи. Страшно подумать, для чего их использовали. Приковывали людей? Зачем? Обездвиживали животных? Так волк, которого она видела, не поместился бы на этот стол при всем желании.

Возле клеток с лежащими за толстыми металлическими решетками скелетами животных стало еще больше не по себе. Не в силах смотреть на этот ужас, Мила решила поискать информацию на столах, стоящих в ряд в самом конце помещения. Столов было пять, причем самый последний валялся на боку. Пол вокруг усыпали бумаги и канцелярия.

Подойдя к первому столу, Ардо по очереди выдвинула все три ящика. Один оказался пустым, а в двух лежали папки. Достав верхнюю, Мила пролистала несколько страниц, исписанных непонятными формулами. Похожие листы с записями валялись и на столешнице. Вернув папку в ящик, Мила перешла ко второму столу.

Здесь было куда интереснее: под столом стоял сейф с приоткрытой дверцей. Присев на корточки, Ардо заглянула внутрь. Там лежали две увесистые папки. Забрав их, Мила расчистила столешницу, положила на нее папки и, пододвинув стул, села.

— Что нашла? — раздался за спиной голос Федора. Он склонился над плечом Милы, и ее окутал аромат его одеколона.

— Не знаю. Посвети, пожалуйста.

На листах формата А4 в два столбика красивым каллиграфическим почерком были написаны имена.

— Смотри, за именами идут биографии. — Мила сравнила первое имя в списке и имя в первой биографии. Те совпадали. — Лузин Матвей Георгиевич. Двадцать семь лет. Шатен. Голубые глаза. Рост сто восемьдесят два сантиметра. Вес семьдесят два килограмма. Не женат. Вторая группа крови. Наследственных заболеваний нет, — прочитала она вслух. — Осмотр от пятнадцатого августа девяносто седьмого года. Артериальное давление сто пятнадцать на девяносто, температура тела тридцать шесть и восемь. На препарат формулы А89G7 отреагировал хорошо. Появились изменения в радужке глаз, цвет с голубого сменился на золотой. Испытания проходит успешно.

Мила запнулась, с ужасом глядя на лист перед собой.

— Это анкеты подопытных, — пришел к выводу Федор.

Мила перевернула страницу.

— Алмазова Галина Викторовна. Двадцать пять лет. Блондинка. Глаза карие. Рост сто пятьдесят один сантиметр. Вес пятьдесят два килограмма. Не замужем. Группа крови первая. Наследственных заболеваний нет. Испытания не прошла.

Ардо непонимающе посмотрела на Федора, и тот пояснил:

— То есть умерла.

Опустив голову, Мила перевела взгляд на следующую анкету.

— Федь, а тут еще и фото.

На фотографии улыбалась симпатичная девушка лет двадцати. Судя по записям, она, как и предыдущая, испытания не прошла.

— Нужно все это взять с собой, — решил Мареев. — Изучим в гостинице.

Мила согласилась, и Федор повернулся, собираясь отойти к соседнему столу, когда к ним подошел Давид с коробкой в руках.

— Смотрите, что я откопал. — Он поставил коробку на стол и снял крышку. — Это диктофон и кассеты. Каждая и них подписана.

Давид взял диктофон, лежащий сверху кассет, и нажал на кнопку. Послышалось шуршание, отдаленные голоса людей и наконец четкий мужской голос:

— Сегодня пятое ноября две тысячи первого года, на часах пять вечера. Меня зовут Семен Андреевич Бордуков, я доктор биологических наук. К сожалению, сыворотка А89G7 не прошла тесты, все испытуемые погибли спустя неделю из-за остановки сердца. До этого препарат показывал хорошие результаты: поменялся цвет глаз, увеличился рост волос и стало сильнее обоняние. Появилась злость, испытуемые начинали бросаться на людей, а их глаза наливались кровью. Отчет об испытании препарата А89G8. Испытуемый — мужчина тридцати двух лет, номер дела сто шестьдесят восемь аш. Три часа назад я ввел испытуемому препарат А89G8. Пока что самочувствие хорошее, изменений никаких нет. Отчет закончен. — Ученый вздохнул. — Надеюсь, мы все же найдем средство, которое поможет человеку принимать облик зверя.

Раздался щелчок, запись прервалась.

Давид, Федор и Мила еще какое-то время молча смотрели на диктофон, а потом Ардо произнесла:

— По этим клеткам, — она кивнула вперед, — и рассказам журналиста теперь становится понятно, что оборотней все же вывели. Как думаете, могли они вырваться и убить своих мучителей?

— Все возможно, — пожал плечами Давид и указал на папки, лежащие перед Милой: — Ты что-то нашла?

— Да. Как раз таки биографии испытуемых. Мы с Федей решили забрать их с собой и изучить.

— Хорошая идея. Кассеты тоже возьмем. Вдруг на них найдется что-то интересное.

Мила кивнула, встала и перешла к третьему столу, также заваленному бумагами. Давид вернулся к лабораторным столам, а Мареев подошел к столу, который валялся на боку. Поднял его и присел, принявшись перебирать разбросанные бумаги.

— Смотри, что я нашел! — позвал он Милу вскоре.

Ардо подошла и забрала из рук бывшего мужа деревянную фоторамку. Протерла треснутое стекло, разглядывая фото шестерых человек: двух женщин и четырех мужчин.

— Нужно будет выяснить, что это за люди. Вряд ли нам повезет застать их в живых, — предположил Федор. — Скорее всего, они лежат среди местных скелетов. Но, может, у них остались родственники, и тогда…

— Это же… Федь, это Ирина! — воскликнула Ардо, перебив Мареева.

— Ирина? — не понял тот и наклонился, тоже посмотрев на фото.

— Призрак, с которым я общалась в гостинице, — пояснила Мила. Шестеренки в ее голове закрутились с удвоенной скоростью. — Получается, она была из этих ученых?

— Видимо, так, — пожал плечами Федор. — А попроси Давида, чтобы он научил тебя вызывать призраков и общаться с ними. Вдруг, в отличие от него, у тебя получится призвать эту Ирину и выспросить у нее, что произошло в лаборатории?

Мила задумалась. Как бы нелепо ни звучало, но Федор прав: получить ответ у призрака было бы неплохо. Только вот Ардо сомневалась, что сможет общаться с загробным миром лучше, чем Давид, все же он обладал огромным опытом. Так что придется им самим искать отгадки, используя ручки и смекалку.

— Давай еще осмотримся? — предложила она. — Может, удастся еще что-то найти?

Федор не стал спорить, и они снова разошлись.

К сожалению, больше ничего интересного никто не нашел. Федор отправил фотографию Антону, чтобы он попробовал найти информацию об изображенных на ней шести людях, и, забрав папки с досье испытуемых, коробку с диктофонами и фото, троица направилась на выход.

— Помните приказ Громова? — спросил тихо Федор, остановившись на пороге лаборатории. Мила посмурнела. — Необходимо уничтожить все это. — Мареев обвел рукой помещение. — Тем самым мы сделаем два хороших дела сразу.

— И какие же? — недовольно буркнула Ардо.

— Во-первых, уничтожим все записи, и ни у кого не возникнет соблазна повторить то, что делали эти ученые. А во-вторых, похороним бедняг.

— Мареев прав, — поддержал Давид. Пошел к одному из лабораторных столов, покопался на нем и, взяв две колбы, вернулся к коллегам. Протянул колбу Федору. — Облей, насколько хватит раствора, с этой стороны. А я пройдусь в том конце, — он кивнул на столы, где они нашли личные дела.

Миле колбы не досталось, ей оставалось лишь смотреть, что делают мужчины. Как только они, закончив, подошли ближе, она спросила:

— Что было в колбах?

— Чистый спирт, — ответил Давид. Достал зажигалку. — А теперь уходим.

Он посторонился, пропуская Милу, дождался, когда пройдет Федор, и вышел сам. Остановившись у лестницы, окинул взглядом помещение. А затем чиркнул колесиком зажигалки и кинул ту на пол. Разбросанные бумаги тут же вспыхнули.

***

На выходе из здания пришлось подождать, пока начнется очередная пересменка. Благо всего десять минут, и вскоре они без проблем покинули территорию завода.

Оказавшись за забором, Мила обернулась. Заметив густой дым, поднимающийся в небо, и услышав обеспокоенные голоса охранников, она на миг прикрыла глаза. И без колебаний зашагала следом за мужчинами в темноту леса.

По приезде в гостиницу они решили остаток ночи отвести под сон, а с утра начать работу с новыми силами. Поэтому, поднявшись на второй этаж, разошлись по номерам.

У своей двери Мила задержалась, глядя на дверь номера напротив. У нее даже возникла идея постучать. А вдруг повезет, и призрак Ирины ей откроет?

Хмыкнув над этими ненормальными мыслями, Ардо вошла в свою комнату. За сегодняшний день она так устала, что не нашла сил принять душ. Умывшись, Мила скинула одежду и забралась под одеяло. А стоило закрыть глаза, тут же провалилась в сон.