- Кто... кто в вас стрелял? Дайте я помогу. Мой телефон...
Дейн направился к столу, но старик двинулся перед ним, загораживая путь. По телу Дейна пробежал выброс адреналина, но снова - мужчина не казался угрожающим, только настойчивым.
- Мой телефон...
Покачивая головой, но все еще улыбаясь, мужчина указал на другую фотографию, лежащую на полу у ноги Дейна, которую Мэтти оставила при упаковке. Дейн посмотрел на нее и даже в темноте разглядел, что это было.
- Что? Фотография? Это... это мы с Мэтти на Рождество. Я не понимаю, и у меня нет времени...
Раненый мужчина, насколько мог, выразительно указал на фото снова - кровь капала с его руки на ковер - призывая Дейна взглянуть еще раз.
- Ладно, - Дейн нагнулся и поднял снимок.
Даже в тусклом лунном свете фотография выглядела так, как он ее помнил: веселый снимок, где они вдвоем держат пары носков, сделанный с автоспуском. Пока он смотрел на нее, с теплотой вспоминая тот день, палец с желтоватой кожей, испещренный кровью, постучал по стеклянной рамке.
Дейн проигнорировал это.
- Мне нужен мой телефон.
Палец снова постучал по стеклу, снова и снова в одно и то же место, оставляя медный отпечаток. Глядя на окровавленного мужчину, Дейн покачал головой, показывая свое замешательство.
Все еще спокойно улыбаясь, мужчина стер кровь со стекла и постучал снова.
Отпечаток появился опять в том же месте.
Мужчина придвинул фото ближе к лицу Дейна, словно говоря: "смотри внимательнее".
- Это безумие.
Растерянный и напуганный, Дейн сорвал заднюю крышку рамки и вытащил фотографию, стараясь не порвать ее. Это было хорошее воспоминание, и он хотел сохранить его в целости, особенно ввиду тех воспоминаний, которые потеряет уже завтра, когда отдаст ключи от дома новым владельцам. Он хорошо помнил то рождественское утро, как выглядела елка в гостиной, как они с Мэтти оба чувствовали, что дом наконец-то начинает становиться настоящим домом. Он помнил, как достал носки и заметил, как они им обоим нужны, смеясь, что теперь они официально взрослые, раз думают таким образом.
Там, где на стекле был кровавый отпечаток, на фотографии оказался блик.
Палец постучал по нему.
- Это? Камера... старая, такое бывает...
Окровавленный палец поднялся к первой фотографии - той, где Дейн и Мэтти в футбольных толстовках, - и прижался к ней.
Дейн нагнулся и поднял этот снимок. И снова обнаружил знакомый блик, который часто появлялся на многих их фотографиях. Он собирался купить новый фотоаппарат, но никогда не находил времени. Он положил фото на место. Другое фото рядом, сделанное на кухне в День благодарения, тоже имело блик.
А вот то, что под ним - нет. Оно было сделано в Диснейленде тем же аппаратом и было безупречным.
Желая доказать все, что задумал, мужчина указал на прихожую. Там у входной двери все еще висела, как знал Дейн, мультирамка с похожими фотографиями; ее еще не упаковали. Ее должны были засунуть в коробку, когда их потребность чувствовать друг друга взяла верх, увлекая их на лестницу, где они занялись любовью.
- Я должен помочь жене, я не могу...
Старик покачал головой - нет - и снова указал на прихожую.
Поспешно Дейн подошел к рамке в прихожей и посмотрел на нее. Даже в темноте комнаты он увидел в стекле позади себя отражение мужчины, лицо которого все еще было кровавой массой, указывающего на одно из фото в верхнем углу. Оно тоже было сделано на кухне - снимок Дейна, пьющего "Бадвайзер".
Блик.
Под ним - фото возле ночного клуба.
Нет блика.
Фото в спальне.
Блик.
Сверху, из спальни, голос Мэтти заполнил прихожую - все такой же быстрый и приглушенный:
- Он истекает кровью на ковре, на ковре, на ковре...
А затем, не сбивая темпа, рефрен изменился, заставив Дейна обернуться и взглянуть вверх на лестницу:
- Я застрелила его. Я не хотела, пистолет просто выстрелил. Пожалуйста, поторопитесь, я люблю его. Он истекает кровью на ковре...
Тембр был явно Мэтти, но звучало так, будто она пыталась кого-то передразнить. Она умела хорошо передразнивать. Иногда делала это на вечеринках. Могла изобразить Холли Голайтли лучше некуда. Но это была не игра. Это было что-то другое.
То, что разлилось по Дейну дальше, было не ужасом, не страхом, не паникой и даже не новым замешательством, как можно было ожидать, а неверием. Все части мозаики вставали на места, рисуя картину, которую трудно было переварить. В конце концов, он не верил в призраков.
Мужчина с простреленной головой, видя, что шестеренки в голове Дейна закрутились, начал одобрительно кивать. Он закрыл глаза, уголки его улыбки приподнялись, кровь теперь капала на паркет в прихожей. И когда печаль в его глазах внезапно обрела смысл для Дейна, он положил руку Дейну на плечо и ободряюще сжал.
Прикосновение было очень слабым, заметил Дейн - словно кто-то погладил его перышком. Но оно было ледяным, почти обжигающим.
Вслед за этим старик помахал рукой - красноречивый жест, который говорил: "было приятно". И с этим развернулся и направился через дверь в гостиную.
Сжатие, взмах, поворот... это был безошибочный вселенский жест.
Прощается, - понял Дейн. - Он прощается.
Лампочки мигнули раз и зажглись. Дейн бросился в гостиную, но мужчина исчез - вот так просто, забрав с собой и кровавые пятна. Ковер был таким же чистым, как до того, как он лег спать.
Все было тихо.
Ничего не лежало не на месте. Коробки, мусорные мешки, стопки вещей, ожидающих упаковки - все было точно так, как они оставили. Он сел на коробку с книгами, которые упаковал всего несколько часов назад - полную хоррор-романов Мэтти, - и огляделся в поисках ответов. Неужели это только что произошло на самом деле? У него кружилась голова, немного мутилось. То, что он только что видел, было реальностью или плодом воображения?
Он коснулся коробки, думая о ее содержимом и о том, что только что пережил. Ужасы. Сверхъестественное. Призраки. Все это чушь. Мэтти шутила, что читает такие книги для подстраховки - Эд Ли, Джек Кетчам и куча других имен, которые ему ни о чем не говорили, - читает, чтобы знать, что делать, если когда-нибудь столкнется нос к носу с демоном. Однажды она заметила, что, возможно, она экстрасенс. Сказала, что похожа на персонажа из одной из таких книг. Чушь, ответил он, это дерьмо тебе мозги выносит. Экстрасенсы - просто мошенники, которые охотятся за деньгами. Это не по-настоящему.
Верно?
- Дейн? Ты где?
О, Боже, - понял он, - Мэтти проснулась!
Он взбежал по лестнице, перепрыгивая через ступеньку, на этот раз сбив коробку с безделушками, и ворвался в спальню. Мэтти сидела, протирая глаза, ощупывая пустое место рядом с собой. Все было в порядке, ее лицо снова стало нормального цвета.
- Чем ты занимаешься? - спросила она. - Сейчас почти четыре утра, черт возьми. Я же сказала, закончим собирать вещи завтра. Грузовик придет только в полдень. Хватит паниковать.
- Да, детка, - сказал он, целуя ее в голову и гладя по волосам, чувствуя, насколько она необходимая часть его жизни. - Просто... эм... ты говорила во сне.
- О, пожалуйста, только не снова. Что я на этот раз сказала?
- Эм... ну... ничего. Скажу утром.
- Хорошо. Я вымотана, - Мэтти перевернулась на бок и свернулась калачиком, нащупала одного из маленьких мишек, обитавших возле подушки, и притянула его к себе. - Иди обними меня, - сказала она.
- Эй, детка? - Дейн обхватил ее рукой и плотно прижался грудью к ее спине.
Мэтти издала недовольное урчание.
- Мы ведь так и не узнали историю этого дома, до того как въехали, да?
Еще одно урчание.
- Я люблю этот дом, знаешь. Мне всегда почему-то было здесь уютно. В смысле, здесь никогда ничего не шло не так. Все всегда работало, я всегда чувствовал себя в безопасности, я никогда не чувствовал себя... одиноким здесь. Ты никогда этого не чувствовала?
- Мммм.
Минута прошла, Дейн легко проводил рукой по теплой спине жены, переосмысливая свое отношение к неизведанному. Когда ее дыхание перешло в ровный ритм сна, он тихо спросил - столько же для себя, сколько для Мэтти или кого-то еще, кто мог слушать:
- Ты когда-нибудь думала, что есть люди в этом мире, которые просто счастливы находиться рядом с другими? Довольны тем, что молча наблюдают за тем, что происходит вокруг? Просто не мешаются. Как думаешь, им становится грустно, когда их бросают?
Мэтти успела выдавить последний комментарий, прежде чем начала храпеть:
- Не знаю, Дейн. Я устала. Какая разница?
Он дал ей погрузиться в сны, прежде чем ответить:
- Вообще-то да. Кажется, я только что встретил одного.
Внизу, на кухне, запищал телефон - линия ожила.
Взглянув на часы, он подумал: два часа до того, как вставать.
Все, кто жил на Хилл-Драйв, стояли у входа в Коттонвудский парк и стрекотали как белки. Полицейские автомобили были припаркованы как попало - на бордюрах, перегораживая улицу, пытаясь создать подобие ограждений. Даже при дневном свете их проблесковые маячки играли на кронах близлежащих деревьев. Собаки на задних дворах соседних домов бегали кругами и лаяли.
Джордж тяжело вздохнул и провел свой неприметный седан сквозь толпу зевак, бормоча проклятия под нос.
- Дорогу, идиот. Не видишь, что ли, чертова машина тебя сейчас переедет.
Водители патрульных машин делали все возможное, чтобы контролировать небольшую толпу местных, но копов было слишком мало, чтобы перекрыть все входы в парк, то есть две мили неогороженной лесополосы по периметру. Он припарковался рядом с машиной Теда Ньюкомба, взял с соседнего сиденья пистолет и кобуру и вышел. Группа детей на великах обсуждала, как пробраться в лес с боковой улицы. Джордж ткнул в них пальцем:
- Если найду вас там, возле места происшествия - арестую, - oн застегнул наплечную кобуру, подчеркивая угрозу. Они не выглядели слишком испуганными. Сволочи. - Пошли, убирайтесь отсюда.
Они уехали, но без сомнений все еще были полны решимости осуществить свой план.
Четкой тропинки в лес не было (такие вещи никогда не случаются на открытых местах у качелей и горок), но постоянный поток полицейских, входящих и выходящих из-за деревьев, указывал дорогу к месту преступления. Он вошел в лес, раздвигая ветки. Рации шипели и трещали, отражаясь от стволов, становясь громче по мере того, как он продвигался глубже. Он вышел на небольшую открытую поляну и увидел Теда Ньюкомба, который приказывал полицейскому в форме огородить территорию желтой лентой.
- Хэй, Тед.
- Джордж. Ты слышал вызов?
- Когда я забирал свой пончик, как хороший коп. Ну и что у нас? Я слышал что-то про крыс?
- О, у нас есть крысы. Много крыс. Посмотри вон в ту большую яму.
Джордж шагнул за ограждение из полицейской ленты и услышал доносящееся из ямы пищание раньше, чем увидел источник. Яма была десять на десять футов в ширину и около восьми-девяти футов в глубину. Искусственная. Джордж не знал, что тревожит больше: то, что кто-то вырыл могилу в районном парке, или то, как шевелилось дно. Яму заполняло кишащее море крыс - сотни, они в панике сновали друг по другу, визжали и отчаянно пытались вскарабкаться по стенам. Те, что не пытались сбежать, были заняты кое-чем другим: женским трупом, наполовину съеденным, раздутым и серым, блестящим от разложения. Джордж наблюдал, как одна из обезумевших крыс отгрызает кусок кожи с верхней части головы трупа, и почувствовал, как желудок переворачивается. Он поднял камень и запустил его в крысу, но промахнулся. Бейсбол был не его стихией. Несомненно, Мэнди выберет софтбол, просто чтобы позлить его. Он повернулся к Теду.
- Господи. Я неделю не смогу есть пончики.
- Отлично, тебе не помешает сбросить вес.
- Да я серьезно, это пиздец, как мерзко. Где эксперт?
- Вон тот, - Тед указал на молодого офицера, который выглядел только что из академии, - сказал, что уже в пути. Служба по контролю за животными тоже едет.
- Он сюда первым приехал? - Джордж кивнул на того же молодого копа.
- Нет, другой наряд. Они сейчас на улице.
- Они с тобой говорили?
- Ага. Сказали, какие-то дети...
- Дети?
- Ага, дети, двенадцать-тринадцать лет... они еще считаются детьми в наше время?
- Черт, надеюсь, что да. Мэнди только десять. Я еще не готов к внукам. Эти крысы могут выбраться оттуда?
- Ну, пока не выбрались. Не то чтобы они не старались изо всех сил.
- Кто-то это сделал. Посадил крыс туда. Как думаешь?
- Вполне вероятная теория, - Тед кивнул, выковыривая что-то из зубов. - Набил яму крысами и бросил туда эту женщину. Позволил им сожрать ее заживо.
- Убийство. Пытается что-то скрыть?
- Адский геморрой ради того, чтобы избавиться от трупа.
Джордж ненавидел свою следующую мысль, но все равно озвучил ее:
- Заживо. Она была еще жива? Пытка?
- Мир сошел с ума.
- Мир сошел с ума. Погоди, а что насчет детей?
Тед закончил ковырять в зубах, вытер руки о пиджак.
- Дети жгли здесь петарды. Нашли эту яму, прикрытую бревнами. Вон теми, - ряд рухнувших стволов кольцом окружал импровизированную могилу. Вокруг них стояли оранжевые конусы, обозначая, что это улики. - Услышали писк из-под бревен. Решили, что там животное, сдвинули бревно и заглянули. Увидели крыс. Увидели...
- Увидели труп и убежали. Ладно, я понял. Где они сейчас, эти дети?
- Сидят в одной из патрульных машин, ждут родителей, чтобы дать показания.
- Отлично. Обожаю, когда родители вмешиваются. В итоге только путают собственных детей.
- Не знаю, у моего брата сын ест кошачий корм. Не хотел бы я, чтобы он был свидетелем на моем процессе. Еще и в носу ковыряется постоянно...
- Они видели кого-нибудь еще поблизости? Людей не из района?
- Насколько я знаю, нет. Преступник мог прийти откуда угодно. Парк официально кончается примерно в миле в ту сторону, но лес тянется до реки, где находится щелочной завод. Так что тип мог припарковаться у завода и пройти через лес аж сюда. Мы проверяем список сотрудников, но я не надеюсь на чудо.