Аурелия

— Возможно, мы ошиблись той ночью, Лия, — говорит Минни, ее глаза покраснели. — Возможно, мне не стоило убивать Тиберия.

Карантин окончен, и мы сидим с Ракель в ее палате. Генри и Юджин сидят на ногах волчьего анима, глядя на ее лицо. Это не первый раз, когда Минни говорит мне эти слова. — Сомневаться в себе после убийства — это нормально, Мин, — мягко говорю я. — Но ты поступила правильно.

Она не уверена в себе. Но я уверена. Особенно после того, как я увидела состояние медицинского крыла с количеством отравленных пациентов, которые все еще здесь, включая Стэйси. Место все еще в хаосе, и нехватка персонала является такой большой проблемой, что я веду записи Ракель для них, пока мы здесь. Мы помогли помыть Стэйси сегодня утром и благополучно уложили ее обратно в постель отдыхать, чтобы медсестры могли позаботиться о более тяжелых пациентах.

Тиберий был ответственен не только за них, но и за разрушение Института Лили *и* смерть Кассиуса Клосон, и по тому, как Сабрина смотрит на меня, она думает точно так же: Клосоны должны были быть уничтожены. — Ты переживешь это, Мин, — мрачно говорит Сабрина. — Блэр и Блейд говорят, что привыкаешь убивать зверей после некоторого времени. — Мудрость от ассасинов не помогает Минни в ее переживаниях.

— Я никогда не была так в чем-то уверена, — говорю я. Моя лучшая подруга смотрит на меня так, будто не уверена, что я в порядке. — Я понимаю, ты думаешь, что я могу быть предвзятой, — ровно говорю я. — Но новая политическая позиция моего отца только подтвердила мою правоту. Он означает... — Я не хочу пугать своих друзей. Мне не нужно, чтобы они боялись больше, чем уже боятся. Но они не знают Мейса Нага за закрытыми дверями. Они не знают уровня его амбиций и того, на что он способен пойти. Насколько он готов зайти, он планировал еще до того, как стал лидером змеиного суда. Я делаю глубокий вдох. — Я просто скажу, что все признаки указывают мне на это. Нам нужно действовать.

— Как, Лия? — выдыхает Минни.

— Мне нужны мои парные, — твердо говорю я. — Это первое.

Юджин согласно клохчет, и я даю ему чернику. Генри понял, что в последнее время я нуждалась в пространстве. Что Стэйси, Ракель и Сабрина нуждались во мне больше, чем он. Но он поворачивается ко мне сейчас, его огромные, блестящие черные глаза влажны. Я протягиваю руку, и он чирикает в знак приветствия, левитируя себя, чтобы устроиться на моей ладони. Я подношу его к лицу, и он облизывает меня по носу.

— Ты хорошо справляешься, — шепчу я ему. — Ты такой хороший нимпин. — Он закрывает глаза и слегка покачивается, наслаждаясь моим голосом. Моя рука дрожит. Поспешно я опускаю его на матрас. Генри пытается найти источник моего гнева в моих глазах. Я боюсь, что если он будет смотреть слишком долго, он найдет его. — Такое маленькое существо не должно нести такие большие бремена. Оставь это большим, злым зверям.

— Оставь это большой босс-стерве, — тянет Сабрина. — Главе предприятий Харкороуса. — Почему мое сердце сжимается каждый раз, когда она говорит это? *Потому что это значит, что его нет здесь, чтобы присматривать за делами. Это значит, что его акульи глаза не появятся за тем углом и не пронзят мою душу.*

В глазах Генри я вижу доверие. Я вижу то же самое в глазах Сабрины. Даже Минни, несмотря на ее текущие терзания по поводу Клосонов, доверяет мне безоговорочно. Я осознаю это со всей силой удара битой по голове. Я знаю, что Ракель тоже доверилась бы мне. Именно поэтому они пришли той ночью, когда Дикарь попросил их помочь связаться со мной в поместье Дракос.

В конце концов, я и мои мысли покидаем моих друзей и направляемся в библиотеку. Один Юджин следует за мной, как верная тень, пока я направляюсь к разделу о змеях. Должно быть, академия в какой-то момент спрятала книги, чтобы потом раскрыть их. Все, что мы смогли найти, я забрала в наше общежитие, и мы исчерпали запасы школы. Но я жажду большего. Поэтому я достаю телефон и звоню кому-то, с кем избегала разговаривать.

— Аурелия? — Мягкий голос нежен в моем ухе, но в нем есть новая сила, которую Селена Дракос теперь носит с собой.

— Извини, что не позвонила раньше, — говорю я. — Я... не знала—

— Я понимаю, — говорит она, и в фоновом режиме закрывается дверь. — Ты в порядке? Ты что-нибудь слышала? Я просматривала новости и социальные сети, но все тихо, и с маминой сокровищной дымкой нам приходится быть осторожными. Она не отпускает меня.

Я с тех пор узнала, что сокровищная дымка возникает из-за тяжело заработанных или потраченных предметов из времен, когда драконы жили в своих собственных горах золота и драгоценностей. Со временем она перешла к родителям и детям, а затем, между парными. Леди Дракос чуть не умерла в битве, чтобы убить Флореса, и она выиграла поместье Дракос. Будет невозможно приблизиться к этим землям, не навлекая на себя ее гнев.

— Леди замка в порядке? — спрашиваю я.

— Она одержима тем, чтобы кормить малышей и чистить их. Они думают, что это смешно, и притворяются, что впадают в сокровищную дымку из-за глупых вещей, например, шоколада и своих плюшевых игрушек. У нас все хорошо, нам просто нужно переждать это.

Успокоенная этим, я перехожу к делу. — Ты слышала об Особняке Клосон?

Я даю ей краткий пересказ и ожидаю, что меня отругают за это, но она, кажется, понимает мое возбужденное состояние, потому что все, что она говорит: — Хотела бы я быть там, чтобы помочь тебе.

— Я верну их, Селена, — говорю я.

Она говорит единственное, что может придать мне сил сейчас. — Я знаю, что вернешь.

— Ты можешь получить доступ к своей подземной библиотеке? — спрашиваю я. — Я исследую кое-что. — Мы говорим некоторое время после этого, и Селена говорит мне, что отсканирует несколько страниц и пришлет их мне по электронной почте, так как леди Дракос впускает в дом только курьеров с едой.

Во время моего патруля той ночью, во время моего трехчасового перерыва на крыше общежития анимусов, я обнаруживаю пять пропущенных звонков от Руфуса, моего нового советника. Выругавшись под нос, я перезваниваю ему. Он берет трубку с первого же звонка. — Леди Костеплет, вам нужно посмотреть это видео, которое сейчас распространяется по всем социальным сетям. Я сделал все возможное, чтобы удалить перепосты, но оно стало вирусным и распространяется быстро—

Я смотрю на экран, чтобы увидеть видео, которое он мне отправил, и чуть не роняю телефон. Под стробоскопическими огнями ночного клуба Катерина Крокодилус в сексуальном наряде, который больше похож на белье, развалилась на красной

кушетке в огороженной зоне. На ее руке тот злополучный серебряный браслет с цепями. Но на этот раз к ним прикованы четыре слишком знакомые фигуры.

Другие части моей души прикованы к ней, их головы опущены, их обнаженная кожа выставлена на всеобщее обозрение, цветные огни отражаются от них, как будто есть что праздновать. Только Коса одет, его фирменная черная рубашка безупречна, серебряные пряди идеальны. Коллекционер смеется через плечо, отвечая на что-то неразборчивое. — Девушка Костеплет может прийти и увидеть их, если захочет. Посмотреть, хотят ли они ее обратно. — Все вокруг смеются.

Все, что я вижу, — это красный цвет.

Я взрываюсь в драконьей форме и реву в ночь. Здание сотрясается подо мной. Где-то разбивается стекло. Изнутри доносятся крики. Вонзаясь в небо, я не что иное, как воплощение ужаса из мышц и сухожилий в темноте.