Аурелия

На следующее утро я просыпаюсь с ощущением, что пустота зияет еще шире. Моя сила скребется под кожей, стремясь действовать. Но прежде чем мы отправимся в Особняк Клосон сегодня вечером, нужно сделать многое.

Мы встречаемся в палате Ракель в больнице. Мы все чувствовали их отсутствие, и я хочу, чтобы они чувствовали себя включенными, пока мы планируем. Наш волчий аним тихо дышит, и я наблюдаю за движением их ресниц.

*«Ракель»,* — мысленно зову я их. *«Теперь ты в безопасности. Вернись к нам».*

Вина сочится в моей груди, когда я встречаю молчание. Врачи говорят, что нам просто нужно ждать. Что это лишь вопрос времени, и разум Ракель просто должен отдохнуть от травмы, связанной с тем, что их так долго отделяли от тела. Это только делает меня более беспокойной. Это была моя вина с самого начала, и мне нужно быть умнее в своих попытках все исправить.

— Мы уже были в Особняке Клосон, — ровно говорит Минни. — И...

— И я была в их тюрьме, — заканчивает Сабрина из своего угла, Блэр и Блейд нависают над ее фигурой в капюшоне.

— Она не вернется туда, — твердо говорит Блэр, прежде чем посмотреть на Сабрину и добавить тише: — И тебе не обязательно говорить об этом, если ты не хочешь.

Блейд кивает и сжимает пакет с пирожными, который ей нравится. Мне приятно видеть, что они защищают ее. Она заслуживает этого.

Моя рука сжимает край простыни Ракель, свисающей с кровати. — Никто не делает ничего, чего не хочет, — говорю я низким голосом. — Но нам нужно немного ясности относительно того, что находится внутри поместья.

Мардук разворачивает плакат на столике-каталке. — У меня есть планы, леди Костеплет.

— Как ты добываешь такие вещи, я никогда не пойму, — бормочет под нос Минни. Это правда. Мардук каким-то образом смог найти планы и Особняка Нага, что должно было быть невозможно. Близнецы, Стэйси, Юджин, Генри, Йети и Минни толпятся вокруг стола, разглядывая дом. Клюв показывает мне вид с высоты птичьего полета, используя карты на своем телефоне, указывая на важные ориентиры по пути, чтобы я точно знала, где приземлиться.

— И ты сможешь укрыть всех нас? — спрашивает Йети.

Я киваю, игнорируя ползучее чувство, внезапно пробирающееся в мой желудок. Это напоминает мне время, когда мы с моими парными планировали пробраться в Особняк Нага, чтобы забрать мою мать. Я использовала пузырьковый щит, чтобы укрыть всех нас, пока мы не добрались до подземной части дома. Затем мы наткнулись на дядю Бена.

Я сжимаю руку Ракель. К счастью, она теплая. — Пока я вижу вас, — говорю я клану Деви, — вы будете под защитой. После этого вы сами по себе.

Мардук кивает, и в его темных глазах загорается новый свет.

Мы собираемся на крыше общежития анимусов, когда наступает ночь.

Я не уверена, привыкну ли я когда-нибудь превращаться в дракона. У меня нет Ксандера, чтобы спросить, но это странное ощущение. Нет другой формы, которая ощущалась бы как дым и огонь и в то же время имела бы чешую-оружие и крылья размером с самолет. Это ощущается как сила и мало что делает для утоления моей растущей жажды крови.

— Ты в порядке? — шепчет Минни, паря рядом с моей головой. — Ты была такой тихой сегодня.

*«Я хочу убивать людей, Мин»,* — отвечаю я ей в голову. Что-то похуже простого убийства, но я не буду упоминать об этом сейчас. *«Я должна сдерживать все это внутри, и это...»*

Она кивает, поглаживая мой лоб. — Сводит с ума.

*«Что-то вроде того».*

У меня такое чувство, что если бы Упырь не взял мой яд вчера, я была бы в очень плохом состоянии сегодня вечером. У него не было намерения «помогать» мне таким образом; это было для его собственной личной выгоды, конечно, но он невольно оказал мне и моей гиперактивной силе Костеплет услугу, пока мои парные не рядом. Тигры забираются на меня спереди, а Клюв занимает позицию сзади, прижимаясь к Мардуку.

Я не могу сдержаться, честно. Это вырывается из меня — огонь, звук чистой животной ярости. Крики Минни тонут в нем, и я окутываю их защитным пузырем, прежде чем подпрыгнуть в воздух. Больше никаких укрытий. Больше никогда.

Я не взлетаю так быстро, как хочу, не с моей болящей ногой, когда я прыгаю. Но крыльев и силы, обеспечиваемой другими конечностями, достаточно, чтобы мы выровнялись в ночном небе над облаками.

Раздается орлиный крик, и я понимаю, что Клюв обратился и вцепился когтями в мою чешую. Он не может угнаться за драконьими крыльями, конечно, поэтому я замедляюсь достаточно, чтобы он смог взлететь по моему телу к моей шее, где он цепляется. Я думаю, он просто хочет увидеть вид, ощущение полета на такой скорости и высоте.

*«Это что-то невероятное, не так ли?»* — говорю я ему. *«Видеть облака одеялом под тобой и ничего, кроме звезд над головой».* — Он кричит в знак согласия.

Мы добираемся до Особняка Клосон через час, расположенного в богатом поместье состоятельных кошек. Кремовый и золотой кирпичный дом — король холма, окруженный изысканной золотой оградой. Когда-то этот дом принадлежал семье Абло Обона, пока он не продал его и не переехал в другой пригород. Никто точно не знает, был ли он шантажирован, чтобы переехать, или Тиберий предложил ему огромную сумму за красивое поместье. Я ставлю на первое. Мы уже знаем, что он любит играть грязно.

Я переключаю свой щит вокруг клана Деви на щит невидимости, прежде чем приземлиться как можно легче. Клюв первым спускается на землю и обращается, ловя сумку, которую бросает ему Мардук, и доставая одежду. Я не вижу их, но чувствую, как Минни, Мардук и Йети левитируют себя с моей спины. С этого момента мы должны действовать так, как будто их не существует.

Я обращаюсь в человеческую форму, и Клюв спешит ко мне с моей одеждой, его руки касаются моего бюстгальтера и трусиков. Я выхватываю их из его рук и быстро надеваю, прежде чем переодеться в профессиональную одежду. Сабрина помогала мне выбирать ее, конечно, и все мои друзья требовали, чтобы мы выбрали то, что они называют «шиком босса мафии».

Это не что иное, как силовой костюм. Темно-синий блейзер с белой отделкой, и соответствующие брюки с золотыми пуговицами. Клюв начинает орудовать моей расческой, и я сужаю на нем глаза. Он отступает, подняв руки вверх. Осторожно расчесав свои длинные пряди, я зачесываю их в высокий хвост, разглаживая бока.

Моя анима хочет носить что угодно, только не это. Она хочет быть голой, в чешуе и с клыками. — Как я выгляжу? — спрашиваю я рассеянно, теребя блейзер.

Когда Клюв не отвечает, я хмуро смотрю на него в темноте. Он мягко улыбается. — Ты выглядишь иначе, чем в тот день, когда я впервые встретил тебя.

Я смотрю на него. Как я могу забыть день, когда я встретила своих парных? Как я могу забыть день, когда моя жизнь изменилась навсегда? И он прав, тогда я была другим человеком.

Та Аурелия не знала, что случилось с ее матерью. Никогда не ломала кости. Никогда не превращалась в волка, акулу или дракона. Та Аурелия убегала, когда ей говорили. И у нее никогда не отбирали ее парных.

Я поворачиваюсь лицом к Особняку Клосон. — Та Аурелия ушла. — Потому что кто-то более темный занял ее место. Зверь, который жаждет плоти между зубами.

Минни фыркает где-то справа, и я киваю в ее сторону. Глубоко вздохнув, я расправляю плечи и начинаю подниматься по холму к воротам. Нас быстро и эффективно пропускают внутрь. Клюв говорит за меня так, как это делают звери боссов мафии, и когда огромные устрашающие тигры-охранники смотрят на меня, я отвечаю им безулыбчивым взглядом, позволяя своей силе распространяться беспрепятственно. Без извинений. Я знаю, что они чувствуют это по внезапной защитной напряженности их плеч.

Одна вещь, которую нужно знать о кошках, — их телекинез дает им огромное преимущество перед другими орденами. Одной мыслью один из них может перевернуть вас и отправить в полет за дверь. В сочетании с мужским высокомерием это дает вам кучу придурков. Должен быть четкий сигнал о том, что я превосхожу их по силе. Это единственное, что кошки уважают — Клосоны, больше всего.

Минни, Мардук и Йети осторожно следуют за мной, когда нас ведут внутрь роскошного дома, золотые софиты заливают парадный холл обманчиво теплым светом. Место пахнет диким тигром-самцом, и из того, что я знаю об этом месте, Тиберий поощряет своих зверей бродить как дикие, а в некоторых случаях — как бешеные, как им нравится. В конце концов, Титус прибыл в академию полностью бешеным.

Нас проводят в формальную комнату для переговоров сразу за главным коридором, высокие потолки создают впечатление возвышенной важности. Справа стоит шкаф с алкоголем, а прямоугольный стол в центре занимает большую часть пространства. Он может вместить по четыре человека с каждой стороны, и когда Клюв отодвигает для меня средний стул, охранники уходят, чтобы призвать своего *благородного* лидера.

Они еще не пытались убить или искалечить меня, так что это выглядит многообещающе, но в воздухе витает слабый запах метящей мочи, так что я не совсем впечатлена. Это определенно от Титуса, я готова поспорить. Я представляю, как он поднимает ногу над столом, и мое настроение несколько улучшается. Клюв стоит справа от меня, а я чувствую, что Минни и Мардук расположились позади нас. Йети теперь сам по себе.

Они заставляют нас ждать, конечно. Проходит десять минут, затем пятнадцать, и я пытаюсь сдержать свое раздражение, когда девушка в красном белье, с подвязками, приносит нам чай в простых белых чашках. Как раз когда я думаю попросить Клюва избавить меня от страданий и налить мне виски, дверь открывается, и входит Тиберий, а за ним, сгорбившись и крадучись, Титус.

Я одариваю их обоих скучающим взглядом, который, вероятно, заставил бы другого анима отшатнуться. Они оба устрашающие самцы, массивные глыбы мышц, с темно-черными бородами и зачесанными волосами на загорелой коже. Тяжелые черные брови Титуса нахмурены над темными глазами, и он выглядит точно так же, как в последний раз, когда я видела его в «Жемчужине джунглей», когда у Ксандера там была встреча. И тогда я была голой.

Похоже, это свежо в памяти Титуса, когда он садится, ставя на стол ноутбук. Его новая стальная челюсть не может улыбаться — обнаженные металлические зубы создают свою собственную постоянную жуткую улыбку — но его глаза все еще могут хорошо разглядывать меня. — Приятно видеть тебя одетой, Лия, — говорит он этим новым, жестким, металлическим голосом.

Клюв вздрагивает от его фамильярности. *«Ни слова, Клювик»,* — говорю я орлу в его голове. Титусу же я говорю: — Ты сбежал в прошлый раз, когда мы встречались, не так ли? Я так рада, что ты благополучно добрался домой после того, как Ксандер чуть не убил всех.

— Ах, да. Ксандер Дракос, — говорит Титус. — Прозябает в одной из крошечных клеток Катерины. Его, наверное, уже трахают в задницу какие-нибудь звери, которые у нее там есть. Заплатил бы, чтобы увидеть это на видео. На самом деле... — Он достает телефон и делает вид, что печатает сообщение.

— Довольно одержим этим, не так ли? — парирую я, откидываясь на спинку стула.

Титус открывает рот, но его отец нетерпеливо машет рукой, садясь. — Достаточно. — В его голосе слышен намек на альфа-команду, которая царапает мою кожу, и его взгляд *тяжело* ложится на мой.

— Говорит братоубийца, — ровно отвечаю я.

Тиберий Клосон, такой же закаленный босс мафии, как и Коса, с каменным лицом. — Позволь мне говорить с тобой откровенно, девочка, — говорит он. — Ты уязвима. Без парных. Со многими врагами. На твоей спине огромная мишень, и ты ничего не можешь сделать, чтобы остановить темные силы мира от того, чтобы они делали с тобой, что хотят. — Я вспоминаю угрозы Коллекционера. Я знаю, что она бы со мной сделала. Тиберий хлопает в ладоши. — Мы обеспечим тебя и твоих анимусов защитой. Мы позаботимся о том, чтобы множество опасностей, которые охотятся на тебя, были сдерживаемы.

Мои брови поднимаются. — В обмен на что?

Титус щелкает своей металлической челюстью, его темные глаза сверкают. — На тебя. Я отказался от неподходящей Регины. Но я возьму тебя в парные. Это беспроигрышный вариант. — *Посей раздор, разбей нас.* — Мой желудок сжимается

от слов, которые ранят мою милую, лучшую подругу. Титус откидывается на спинку стула. — Минни постоянно говорила о тебе. — Он говорит высоким голосом: — «Лия добрая. Лия — *самый лучший* человек, которого я знаю. *Самая храбрая*».

Мое сердце сжимается. — Я верна своим друзьям, Титус. Я бы никогда не предала доверие Минни. — Мое лицо искажается от отвращения. — То, чего ты никогда не сможешь понять в этой жизни. Ты или твой родственник-убийца.

Тиберий рычит. — Ты не в своей тарелке, маленькая девочка. Ты не знаешь сил, с которыми играешь. *Смерть и нечто худшее* стучатся в твою дверь.

Я фыркаю через нос. — Ты забываешь одну важную вещь, Клосон.

— И что же это?

Я наклоняюсь вперед в своем кресле. — Эти силы. Тот змей, который вырастил меня, научил меня кое-чему, прежде чем изгнал. Ты мне не нужен.

Тиберий вздыхает и жестом указывает на Титуса. — Мы думали, что до этого дойдет.

Грубиян возбуждается, его движения быстры и нетерпеливы, когда он открывает ноутбук перед собой, нажимает несколько кнопок и разворачивает его так, чтобы я могла видеть экран.

Холодок пробегает по моему позвоночнику, когда я вижу сетку каналов с камер. Я узнаю это место мгновенно. — По крайней мере, Ксандер пригодился для пары вещей, когда перешел на нашу сторону, — замечает Титус. — Достал нам прямую трансляцию из Академии Анимус. Но смотри сюда — Он щелкает по одному из меньших каналов, увеличивая его, чтобы я могла видеть в ночном режиме, что это одна из пещер под зданием. Два студента-льва, которых я узнаю, стоят у больших труб, глядя в свои телефоны, их экраны освещают лица. Титус достает свой телефон и набирает номер. Мы смотрим, как лев, который повыше, отвечает на звонок.

— Сделай это, — рявкает Титус, прежде чем повесить трубку.

Анимус на камере засовывает телефон в карман и достает отвертку.

— Что вы делаете? — рявкаю я.

— Вмешиваемся в водоснабжение академии, — самодовольно говорит Титус.

Лев роняет отвертку и протягивает руку другому, который дает ему бутылку с чем-то, что он начинает впрыскивать в трубы.

— Старый добрый токсин, — говорит Тиберий. — Как и ты, мы учились у лучших.

Они имеют в виду моего отца. Яд всегда был оружием змей. Я качаю головой в изумлении. — Школа создана драконами. Она не позволит вам—

— Она не сможет очистить воду вовремя, — говорит Тиберий. — Не с тем количеством, которое мы вливаем в ее систему. О! Смотри, обед уже начался.

Титус переключает камеру на столовую, где студенты выстраиваются в очередь у шведского стола, и несколько из них стоят в очереди за лимонадом, который Тереза наливает из крана. Стэйси во главе очереди, с Герти и Генри на плечах и Юджином под мышкой. Она берет стакан лимонада и пьет. Я задерживаю дыхание. Ничего не происходит. Стэйси направляется к нашему обычному столу и садится. — В любую минуту, — тянет Титус.

И действительно, проходит всего минута, прежде чем другие студенты набирают себе кувшины и пьют из своих стаканов. Я могу только смотреть, как Стэйси застывает на месте, хватаясь за горло. Она качается, и вечно бдительные самцы за соседними столами хмурятся. Стэйси падает на пол одновременно с еще одним студентом позади нее. Минни издает сдавленный звук откуда-то сзади.

Я вскакиваю на ноги одновременно с Титусом. Но он рычит в сторону Минни. — Хрюшка!