- На какой вопрос?

Так трудно сосредоточиться, когда он смотрит на нее так пронзительно.

- Вы были близки?

- Нет, нисколько. Ну, мы немного общались до выпускных экзаменов - он казался мне довольно милым, хоть и странноватым. Но к колледжу у нас уже были разные компании, разные предметы, мы практически вообще не пересекались.

- То есть, хочешь сказать, у него не было друзей, а ты не хотела, чтобы он тащил тебя вниз по социальной лестнице.

- Ты выставляешь меня стервой.

- Прости. Не хотел. Я просто имел в виду, что он был реально странным. Честно говоря, он мне никогда не нравился.

- Удивительно, что ты вообще его помнишь. Логично, что он помнит тебя, но не наоборот.

- Мы оба сдавали выпускную математику.

- А, ну да.

Она решила не упоминать, что Марк предостерегал ее на счет Уэйна.

И еще она решила, что лучше не упоминать Тот Поцелуй. Господи, о чем она вообще думала? Ну да, тогдашний парень ее бросил, и она впервые легально наклюкалась в настоящем, ей-богу, пабе - ей как раз исполнилось восемнадцать, - но все равно было стыдно. Глупо, конечно, она ведь была почти ребенком, а сам поцелуй длился не больше минуты рядом с музыкальным автоматом...

- О чем задумалась?

Уэйн смотрел на нее с приподнятой бровью, глаза блестели от любопытства.

- Да так, ни о чем, правда. Прости, не хочу, чтобы мы весь вечер говорили о каком-то придурке, которого знали в юности. И ты так и не рассказал толком, чем занимался в Нью-Йорке все эти годы.

- Рассказывал. Я работал на бирже.

- Да, но ты никогда не вдавался в детали. Это звучит так шикарно, я бы хотела узнать побольше.

- Меня больше волнует этот Марк.

- Я не хочу, чтобы он испортил нам вечер, - сказала она, искренне желая сменить тему. - Ты говорил, твои родители переехали в Шотландию, пока ты был в Америке. Ты часто их видишь? А как сейчас с работой? Планируешь вернуться в Штаты?

Внезапно она осознала, что знает об Уэйне до обидного мало - их разговоры на прошлых двух свиданиях оставались довольно нейтральными. Она даже не знала, где он живет, и только сейчас это показалось ей странным. Он говорил что-то о том, что снимает жилье где-то рядом с Кентербери, что он сейчас в подвешенном состоянии в плане важных жизненных решений. И она не настаивала, не желая спугнуть его. Но теперь ей стало как-то не по себе.

Я вообще ничего не знаю об этом парне. Конечно, они учились в одном колледже пятнадцать лет назад, но они тогда не общались, и она только тайно вздыхала по нему издалека.

По сути, он был незнакомцем. И сейчас незнакомец в ее доме. Она отогнала нарастающую тревогу.

- У меня нет планов сразу возвращаться в Нью-Йорк. Не знаю вообще вернусь ли я туда. Мне захотелось перемен, просто потянуло обратно в Кент, понимаешь? А насчет родителей - мы не близки. Они купили какое-то поместье в горах, я с ними почти не общаюсь.

Его ответы были довольно размытыми, но она опять не стала давить.

- Мне жаль, что вы не близки с родителями. Я ужасно скучаю по своим.

- Да, ты теперь совсем одна на свете, так?

Она резко повернулась к нему - это прозвучало откровенно язвительно. Но в выражении его лица не было ни капли злобы. И все же какое-то странное, неуютное чувство скрутилось внутри.

- Наверное, так, - ответила она нейтрально.

Уэйн расплылся в широкой улыбке, и Джейн отмахнулась от странного ощущения. Ничего злого в его словах не было, просто неудачный выбор формулировок, и все.

- Да. Наверное, так.

Опять его странные слова задели ее. Создавалось впечатление, что он нарочно пытается ее задеть.

Джейн допила остатки из бокала, тоскливо глядя на почти полную бутылку шампанского в ведерке.

Плевать, - подумала она, потянувшись к бутылке.

- Ты сочтешь меня ужасно невоспитанной, если я налью еще? Ты, как я понимаю, не будешь составлять компанию, так что сможешь выпить за ужином в ресторане.

- Должен сказать, это с твоей стороны великодушно.

В этот раз невозможно было не заметить, что он вел себя как откровенный мудак. Рука дрогнула в середине разлива, и шампанское плеснуло на стеклянную столешницу.

- Прости?

Уэйн откинулся на спинку дивана и сложил руки за своей красивой золотистой головой. В этот миг он казался не мужчиной, а хищником - львом, нежащимся на солнце, обманчиво расслабленным.

- Я сказал: Великодушно. Почему люди всегда говорят "прости", когда на самом деле хотят сказать: "Не верю, что ты мне это сказал"?

Джейн чувствовала, как у нее отвисла челюсть, и поспешно закрыла рот.

- Почему ты со мной так разговариваешь?

- Тебя заводит причинять боль мужчинам, Джейн? Тебя это возбуждает? Этот бедный ублюдок Марк Джонсон, скорее всего, был влюблен в тебя еще со школы, он наверняка поступил в колледж Тане только потому, что знал, что ты там будешь, а ты продолжаешь разбивать ему сердце, да? Наверняка ты была груба с ним в мессенджере, просто отмахнулась, даже не подумав, когда появилось что-то получше. Когда появился я. Ай-яй-яй, Джейн, это так жестоко с твоей стороны.

Джейн могла только смотреть на него в полном неверии, страх начинал смешиваться с растерянностью. Где-то по ходу дела она случайно забрела в сумеречную зону.

Она нашла в себе силы заговорить:

- Это шутка?

Уэйн откинул голову и расхохотался, глядя в потолок, все так же расслабленно сидя на месте.

- Это не шутка как таковая, но я нахожу все это довольно забавным. Я уже делал это раньше, понимаешь, в Нью-Йорке. Много раз, если на то пошло. А теперь я сделаю это здесь, в Великобритании - ты будешь моей первой. Твое тело останется здесь, никто не найдет его несколько дней. Может, даже недель. Я не собираюсь торчать в Рамсгите дольше сегодняшней ночи - сяду в свою маленькую арендованную машину и уеду в закат. Я умею исчезать, когда нужно, - oн щелкнул пальцами. - Просто - пуф! - и меня нет. Я думаю пожить немного в Корнуолле. Может, подцеплю себе сексапильную серфингистку. А после этого - не знаю. Наверное, куда ветер подует.

Она смотрела на него в замешательстве, не до конца понимая, о чем он говорит. Что значит “делал это раньше”? Что мое тело останется здесь, и его никто не найдет?

- Я думаю, ты прекрасно понимаешь, что я имею в виду. Мне нужно разжевать для тебя? Ты настолько тупая?

У Джейн сердце забилось с пугающей скоростью. Почему он такой жестокий?

- Ты угрожаешь убить меня? - спросила она с недоверием.

- Нет, я не угрожаю. Я скорее из тех, кто делает.

Часть ее думала, что он разыгрывает ее, что это просто дурацкая шутка и что через секунду он скажет что-нибудь вроде "Ну что, как я тебя разыграл, а?".

- Я бы хотела, чтобы ты ушел, - сказала она чопорно, выпрямившись как струна.

- Уверен, что хотела бы. Но, к сожалению, этого не случится. Ты умрешь сегодня ночью.

Он говорил так небрежно, что чувство нереальности только усилилось. Ее взгляд метнулся к смартфону, лежавшему на подушке, разделявшей их на диване. Все, что нужно было сделать - взять его и набрать 9-9-9. Она хотела этого. Хотела так сильно, но что-то ее останавливало. Потому что если она это сделает, он попытается ее остановить, и она только ускорит все то, что бы там не должно было случиться.

- Пожалуйста, уходи, - сказала Джейн, отказываясь смотреть ему в глаза и глядя на свои сцепленные руки на коленях. - Просто уйди. Я больше не хочу ни видеть, ни слышать тебя.

- Прости, не выйдет. Мы зашли так далеко, надо идти до конца.

Да и хер с ним, - подумала Джейн, вскакивая на ноги и хватая телефон.

Далеко она не ушла. В тот миг, как она вскочила, Уэйн тоже поднялся и обхватил ее своими большими руками. Джейн закричала и забилась в его хватке, но он держал крепко, зажав ей рот ладонью. Его пальцы пахли пряно, чуть остро. К горлу подступила тошнота.

Уэйн заговорил тихо ей на ухо:

- Знаешь, ирония в том, что я разыскал тебя только из-за прихоти, раз уж оказался в этих краях. Я просто сидел в "Фейсбуке", и выскочило твое имя и твоя мордашка. Хотя, надо сказать, ты мне никогда особо и не нравилась в шестнадцать. Ты была какая-то сопливая, неразвитая, пубертатная. Я такое не люблю, я всегда предпочитал женщин постарше. Не слишком старых, но и не подростков. От ранних двадцати до поздних тридцати. Это все еще моя предпочтительная возрастная категория, если честно.

Затем, без предупреждения, он швырнул ее обратно на диван. Джейн оказалась почти в той же позе, что и до того, как встала, один раз подскочив на подушках от силы толчка.

Уэйн навис над ней в мгновение ока, оседлал ее и сжал большими руками ее шею. Сдавил. Где-то в процессе телефон выскользнул из ее пальцев, но теперь Джейн думала не об этом - она думала, что не может дышать. Она думала, как мозг распух и не помещается в черепе, мысли захлестнула невыносимая тяжесть от шеи и выше, от которой казалось, что голова вот-вот взорвется. Зрение затуманилось, потом померкло. Звон в ушах походил на бушующий океан, в котором она тонет.

И вот, когда Джейн уже решила, что больше не выдержит, давление ослабло. Она повалилась на бок, слабая и перепуганная, хватая ртом воздух.

Смех Уэйна доносился до нее сверху - теперь слышный, потому что высокий визг, похожий на свист закипающего чайника на плите, немного стих.

- Открой глаза, Джейн. Посмотри на меня.

Она не хотела. Если она пролежит так достаточно долго с закрытыми глазами, может быть случится так, что этого вообще не происходит. Боль взорвалась в правой груди, и глаза распахнулись.

Она неверяще смотрела на него сквозь пелену слез. Ублюдок засунул руку под ее черное платье, в бюстгальтер, схватил грудь и так сильно вывернул, что перед глазами вспыхнули звезды.

Уэйн отдернул руку, когда она слабо попыталась его оцарапать. Он засмеялся.

- Ты удивлялась, почему я не целовал тебя, Джейн, на наших скучных свиданиях? Вот почему. Меня не заводят обычные прикосновения, я люблю вещи пожестче.

С этими словами он вытащил нож, заткнутый за пояс его джинсов сзади и скрытый свободными полами рубашки. Лезвие было сантиметров двенадцать, и выглядело как обычный кухонный нож.

- Пожалуйста, - разревелась Джейн. - Просто уйди.

Говорить было больно, и она рыдала от ужаса. Уэйн засмеялся и расстегнул молнию на джинсах. Так и стоял перед ней - нож в одной руке, твердый член в другой.

- Блядь! - вскрикнула она, съехав по дивану и вскакивая на ноги.

- Нет, Джейн, даже не надейся.

Весь его вес обрушился на нее со спины, и она упала лицом в диван. Ее резко дернули назад за длинные волосы, и Джейн вскрикнула от боли.

Потом его руки были повсюду, и чем сильнее она извивалась, тем грубее он становился. Звук рвущейся ткани платья отдался эхом в голове - звук, от которого хотелось заорать. И Джейн заорала, но крик оборвался взрывом боли в голове - Уэйн ударил кулаком.

Джейн рухнула на диван, конечности стали ватными, не слушались приказов мозга. Она лежала на животе, лицом в подушку, с ужасом ощущая, как он ползает по ней сверху. Голова кружилась от боли, когда Джейн поняла, что основное его внимание сосредоточено на ее заднице. Ноги раздвинули, и она почувствовала, как пальцы ощупывают голые ягодицы, а затем лезут между ними.

- Нет, - закричала она в подушку, но вышло невнятно и глухо, не в последнюю очередь от того, что голова шла кругом от пережитого удушения и удара.

Когда Джейн почувствовала, как пальцы тычутся в ее анус, она снова задергалась, но Уэйн прижал ее за шею к дивану.

- Нам понадобится смазка.

Давление между ягодицами на секунду ослабло, и она услышала, как он плюнул себе в руку. Внутри нее все сжалось от ужаса.

Через несколько секунд Уэйн грубо вогнал свой влажный от слюны член сквозь сжатый сфинктер ее ануса. Боль была взрывной - анал никогда не был и не мог быть в ее списке сексуальных предпочтений, и казалось, что ее разрывают изнутри. Уэйн вонзался в нее беспощадно, с беззаботной жестокостью молотя по внутренностям. Она кричала в подушку, не веря, что это происходит с ней.

Еще не зная, насколько хуже все может стать.

* * *

Марк притаился в палисаднике, прижавшись спиной к кирпичной стене под эркером дома Джейн. Благодаря высоким хвойным кустам в дальнем конце просторного сада он был полностью скрыт от основной дороги. Между шторой и краем окна оставалась узкая щель, позволявшая ему заглядывать внутрь - та самая щель, в которую она сама подглядывала, когда провожала его взглядом.

Ага. Вот уж теперь она, наверное, жалеет, что не пустила меня.

Дом был хорошо звукоизолирован - стеклопакеты работали как надо, потому что ее крики снаружи доносились едва слышно. Он смотрел, как Уэйн насилует ее. Она была так прекрасна. Член Марка наполовину встал, пока он подглядывал. Ему нравилось видеть ее боль и унижение, но он не был уверен, что хочет ее смерти. Марк знал, что Уэйн - тот еще тип - у него был нюх на таких, - но такого он не ожидал.

Полный психопат, - подумал Марк с невольным уважением.

- Я же говорил, что он плохой, Джейн. Надо было меня слушать. Никто меня не слушает, - пробормотал он себе под нос.

Уэйн вытащил свой большой член из ануса Джейн. Хер Уэйна был залит кровью - оттого что он порвал ее изнутри. Марк не видел ее лица - оно было уткнуто в подушки дивана, - но ее задница была прекрасна. Если бы только она выбрала его, а не этого психопата.

Но она не выбрала. Она это заслужила.

Его эрекция еще немного спала, когда Уэйн срезал остатки разорванного черного платья с ее спины и начал вонзать в нее нож снова и снова.