— Предлагаю перехватить его по пути из космопорта, — озвучил свои мысли Мишка. — Собираем ЭМИ-пушку, подлетаем поближе к флайеру Ковальчука — и бац…

«Чего бац⁈ Куда — бац?» — раскритиковал идею Санёк.

В отличие от нас, он мог общаться только текстом, так как остался следить за Алиной. И на задачу он вызвался сам, вполне логично рассудив, что в таком состоянии ей не стоит оставаться одной. Просто потому, что она могла попытаться решить проблему самостоятельно. Мало того, пока Мишка отправлял сообщение Ковальчуку-старшему, девушка передумала и даже предложила сдаться СОБу, чтобы не создавать проблемы брату. В обычной ситуации это решение выглядело правильным, но в наши планы оно не входило.

Пришлось убеждать её, что такой поступок создаст охраннику элитных персон ещё больше проблем. Ведь не просто так он каждый раз срывался с места, чтобы утрясти проблемы сестры в зародыше, до того, как они попали в систему. Да, в базах оно всё равно осталось, но это нужно целенаправленно искать. А если делу дадут ход, информация о бедовой сестре точно дойдёт до начальства. И на карьере Ковальчука можно будет смело ставить крест.

В итоге Алина согласилась с доводами Мишки, но на всякий случай Саню мы при ней всё-таки оставили.

— А что не так⁈ — возмутился Косой. — Уроним флайер…

«В черте города? — не унимался Саня. — Ты точно нормальный? Ладно, допустим, у нас получится и флайер рухнет в безлюдном месте. А что ты будешь делать со службой спасения, которую вызовет автоматика?»

— А как она её вызовет, если сгорят все системы? — резонно заметил Мишка.

«Ты точно механик⁈ — Даже через текст чувствовалась издёвка. — Давай-ка прикинем ситуацию: Ковальчук прилетает на другую планету. Как думаешь, где он возьмёт флайер?»

— Такси или каршеринг, — ответил Косой.

«Именно. И что сделает система, когда из базы маршрутов внезапно исчезнет один из юнитов компании?»

— Ладно, уел, — сдался Мишка. — Об этом я не подумал. И да, к сведению: эта херня не имеет никакого отношения к механике. Оно скорее по Дашкиной части.

— Я могу сменить маршрут флайера, — включилась в беседу Дашка. — Мы берём первую часть Мишиного плана, но вместо электромагнитного импульса используем вредонос. Я подключусь к системе навигации машины и заставлю её сесть в нужном для нас месте.

«А дальше что? — снова отбросил идею Санёк. — Внутри — не обычный клерк, а элитный боец ШОКа. По-вашему он ничего не поймёт? Так и будет сидеть в салоне, дожидаясь, пока за ним явится Грех?»

— Вот ты если такой умный, сам тогда предлагай! — возмутился Мишка, — Я тоже могу сидеть и отметать все варианты.

«А может, не стоит изобретать велосипед? — вспыхнула строчка в чате. — Виктор знает, что его сестре помогают. Она чётко сказала об этом в сообщении. Так давайте просто встретим его в космопорте и спокойно отвезём, куда нам надо».

— Думаешь, он поверит? — съязвил Косой, но как-то неуверенно.

— Саня прав, — определился я, выслушав все версии. — Его вариант самый логичный.

— И кто будет его встречать? — задал резонный вопрос Мишка.

— Ты, под личностью Кирилла, — ответил я. — Алина уже видела это лицо. Так что твоё появление подозрений не вызовет.

— Я согласна, — поддержала план Дашка.

— Принято, — утвердил я. — Теперь остаётся дождаться, когда он прибудет. Даш, следи за рейсами. Как только Ковальчук зарегистрируется, готовим встречу. Впереди у нас минимум три дня, но это не значит, что мы можем расслабляться. Санёк занят, так что, Мих, задача для тебя: разведай обстановку на Таргоне, поищи нужных людей. Нам нужны те, кто может создать документы и достать оружие.

— Понял, займусь.

«Не накосячь только», — вставил своё слово Санёк.

— Думаешь, ты один у нас умеешь языком трепать? — В голосе Мишки послышалась усмешка. — Справлюсь, не маленький.

— Всё, отбой, — закончил брифинг я и отключился.

Но буквально в ту же секунду вспыхнуло окно личного чата с Дашкой.

— Кость, нужно поговорить.

— Что-то случилось?

— Да. Карина так и не объявилась.

— Что с остальными? Ты говорила, кто-то ещё задержался.

— Вернулись все, кроме группы Карины. Почти всех уже расквартировали в разных системах. Некоторые, как и мы, уже отправились на очередное задание.

— Хрень какая-то. Ты пробовала что-нибудь выяснить?

— Ну так, на уровне слухов, — ответила подруга. — Никто ничего не знает.

— Возможно, у неё просто долгосрочное задание.

— Нет, Кость. С ней что-то не так. Я бы не стала тебя беспокоить по пустякам. Дело в том, что прямо перед самым вылетом мне пришло сообщение от Михеева.

— Можешь переслать?

— Нет, оно исчезло, как только я его прослушала. В общем, майор интересовался, не выходила ли Ибрагимова с нами на связь? Это всё.

— Ясно, — буркнул я, хотя внутри всё сжалось в нехорошем предчувствии. — Даш, попробуй выяснить, какая задача была поставлена группе Карины.

— Я уже пыталась. Базу Монолита не вскрыть. Это нереально. Они сами учили нас, как взломать любую систему, а потому точно знают, как будет действовать хакер. Защита там просто непробиваемая. Единственное, что мне удалось выяснить, — что заказчиком была корпорация «Био-Фарм».

— Фармацевты? — удивился я.

— Именно.

— Чем они связаны с «Заслоном»?

— Без понятия, Кость. Может, совместный научный проект или очередная секретная разработка. В «Заслон» часто обращаются с подобными заказами.

— Я понимаю, но при чём здесь мы? В смысле, наши агенты… Короче, ты поняла, о чём я.

— Поняла, но ответа у меня нет.

— Постарайся выяснить ещё что-то. Мы не можем работать только с названием корпорации. Нужны хоть какие-то детали.

— Может, стоит прямо спросить у Михеева?

— Нет, — отрезал я. — У нас своя работа. Не думаю, что нам нужно лезть на глаза майору.

— Но ведь он…

— Даш, весь Монолит видел, что мы дружили с Кариной. Это нормальная реакция. Если бы он хотел сказать что-то ещё или о чём-то попросить, он бы это сделал. Теперь мы знаем, что командование в курсе нештатной ситуации, а значит, они будут разбираться. И я не хочу фигурировать в деле как потенциальный подозреваемый. Мы не знаем, с чем связано её исчезновение. Может, там фигурирует подстава, или ещё хуже — предательство.

— Я поняла.

— Хорошо. Действуй осторожно и постарайся не засветить наш интерес. Просто собери слухи и выясни всё, что получится. Как закончим работу по Лебедеву, проверим все версии.

— А вдруг она в беде?

— Даш, вот уж кто-кто, а Карина может о себе позаботиться. И если бы ей была нужна наша помощь, она бы нашла способ выйти с нами на связь. Честно говоря, я вообще не уверен, что она ещё жива.

— Я тоже об этом думала.

— Других объяснений у меня нет. Разве что она находится в таком месте, где глушат всю связь. Или сама не хочет, чтобы кто-нибудь знал о том, где она. И оба варианта не предвещают ничего хорошего.

* * *

Потянулись бесконечные дни ожидания. Каждый из нас готовился к встрече с Ковальчуком по-своему. Дашка писала скрипты, которые позволят ей взломать визор брата Алины. Информация, что там хранилась, была очень ценной. С её помощью мы могли узнать точное расположение постов на острове Лебедева. Как проходят смены, в каких условиях живут охранники и чем занимаются в свободное время. Какие-то разговоры, сплетни в курилке и так далее. Всё это записывалось на визор. Естественно, не вся жизнь, а только последние четырнадцать суток. Но и этого нам хватит с запасом.

Санёк тоже времени даром не терял и плотно «сидел на ушах» у Алины. Помимо того, что ему периодически приходилось отвлекать девушку от мрачных и нежелательных мыслей, он вытягивал из неё информацию о брате. Много мы и так уже знали из сухих сводок, которые Дашка раздобыла в открытом доступе в базе Монолита. Но Алина — его сестра, и знает о нём такое, что никогда не попадёт ни в один отчёт.

Впрочем, Санёк даже особо не напрягался: девушка сама с огромным удовольствием рассказывала о себе и брате. Истории и случаи из жизни, черты характера, какие-то триггеры, — всё это вылетало из её рта с лёгкостью. К тому же Саня заметил, что эти беседы её успокаивают, а потому не боялся задавать вопросы.

Но самое интересное принёс Мишка, притом в первый же день:

— Кость, ты меня слышишь? Ты там живой вообще?

Голос Мишки ворвался в сознание как раз в тот момент, когда голографический противник пробил мне в челюсть. Голова дёрнулась, перед глазами вспыхнули красные маркеры, а интерфейс сигнализировал о пропущенном ударе.

— Живой, — буркнул я, уклоняясь от следующего выпада. — Что у тебя?

— Я тут с одним типом познакомился, из местных. Короче, ты сейчас упадёшь.

— Уже падаю. — Я пропустил прямой в корпус и отлетел к стене. Голограмма противника замерла, ожидая, пока я поднимусь. — Давай уже, не тяни.

— Короче. Помнишь, мы удивлялись, почему тут камеры через одну работают? Оказалось, это не бардак. Кость, так задумано.

— Кем? — Я поднялся и снова встал в стойку. Противник ожил.

— Всеми. Торговый союз закрывает глаза, как и местные власти. Да вообще все: патрульные, чиновники, операторы дронов. Здесь у каждого есть цена.

Я провёл серию ударов. Голограмма заблокировала два, от третьего ушла. Но на четвёртый всё же попалась.

— Конкретнее, — выдохнул я, мягко приземляясь на ноги.

— Таргон — главная контрабандная дыра в объединённых галактиках. Через неё идёт всё, что не должно идти по чистым накладным: оружие, технологии, люди и многое другое, что нельзя ввозить на другие планеты. Корпорации проворачивают здесь сделки, которые не хотят светить. Ты думаешь, почему «Заслон» и «Рудкофф» встречаются на нейтральных планетах? Потому что здесь они могут столкнуться якобы случайно. Например — в одном баре, за соседними столиками.

Противник провёл апперкот. Я ушёл, но недостаточно. Кулак скользнул по виску, заставив меня зашипеть. Интерфейс, ставший со мной одним целым, мог контролировать нервные окончания и вызывать болевые эффекты при попадании голограммы. Неприятно, зато очень близко к реальности.

— То есть система безопасности не сломана, — проговорил я, восстанавливая дыхание. — Она продана.

— Именно. Полицейский патруль не приедет на вызов, если ему заплатили, а дрон не зафиксирует перестрелку, если оператору отстегнули пару сотен корок. — Что там у тебя за звуки вообще? — спохватился Мишка. — Ты что, с кем-то дерёшься?

— Тренируюсь. Теперь понятно, почему та шпана в переулке даже не пыталась вызвать подмогу. Они знали, что никто не приедет.

— Какая шпана? — тут же проявил любопытство приятель.

— Уже неважно. Ладно, продолжай копать.

— Принял, не отвлекаю. Завтра доложу, если ещё что-нибудь разузнаю.

* * *

Второй день мало чем отличался от первого. Я вовсю навёрстывал упущенное время и тренировался до изнеможения.

Сейчас я снова стоял против голограммы. На этот раз интерфейс выставил двух противников. Они нападали по очереди, не давая передышки. Первый удар я заблокировал, второй пропустил и едва увернулся от третьего.

— Кость! — Голос Мишки ворвался в уши. — Ты даже не представляешь, что я нашёл.

— Ну так расскажи. — Я пригнулся, пропуская размашистый боковой, и контратаковал сокрушительным пинком в колено. Голограмма первого противника мигнула и погасла, зато активизировался второй.

— Это не планета, а чёртов супермаркет! Я тут каталог оружия раздобыл.

— Что ещё за каталог?

— От стандартных армейских стволов до прототипов, которые ещё на рынок не вышли. Помнишь «Скат-9»? Его должны презентовать через полгода на закрытой выставке. А здесь он уже в свободной продаже.

— Откуда? — Я провёл серию ударов, загоняя второго противника в угол.

— С завода, откуда же ещё? Похоже, кто-то слил партию налево. Здесь это норма. Оружие, взрывчатка, секретные протоколы, — купить можно всё, были бы деньги.

Второй противник провёл неожиданный выпад. Я не успел среагировать, и удар пришёлся в плечо. Рука тут же онемела, а голограмма замерла в победной позе. Вот же козлина, ещё и издевается…

— Что там у тебя? — встревожился Мишка.

— Плечо отбил. Да ерунда, не обращай внимания. Что по паспортам?

— Это ещё проще. Сюда слетелись лучшие специалисты по подделке. Хакеры, программисты и даже бывшие сотрудники паспортных столов. Можешь хоть завтра получить новую личность. Дорого, конечно, но документ уверенно пройдёт любую проверку.

— Значит, мы не единственные, кто здесь работает под прикрытием?

— Именно. На Таргоне каждый второй — не тот, за кого себя выдаёт. Но всем насрать, ведь много вопросов — плохо для бизнеса. А бизнес здесь у всех один.

Я потёр плечо и снова встал в стойку.

— Что по нужным людям?

— Есть кое-какие контакты. Оружейник, документалист, ещё один тип. Говорит, что может достать информацию из закрытых баз. Если понадобится, он на связи, вот ай-ди его визора.

Я дождался карточки контакта и сохранил её в закладках.

— Отлично. Всё, можешь отдыхать. Завтра встреча с Ковальчуком.

— Понял. Кстати, ты там тоже поаккуратнее. — Мишка хохотнул. — А то к прилёту клиента станешь сплошным синяком.

— Ой, да завались ты… — огрызнулся я и активировал голограмму.

* * *

Утро выдалось пасмурным. Низкие тучи висели над городом, обещая дождь. Я проснулся за час до будильника, проверил снаряжение, ещё раз прокрутил в голове план.

Сюрпризов не ожидалось. Вряд ли Ковальчук заподозрит неладное, если его будет встречать человек от Алины. Ведь сама она выйти не может, так как находится в розыске. А брат понятия не имеет, где мы её прячем. Поэтому даже если у него и возникнут сомнения, до встречи с сестрой он точно буянить не станет.

За час до назначенного времени мы собрались в чате, чтобы осудить детали, которые и без того знали наизусть.

— Значит, так, — начал я. — Миха, ты берёшь флайер в каршеринге и дуешь в космопорт. Там встанешь у выхода из терминала и разворачиваешь голографический экран с именем Виктора Ковальчука.

— Принял, — кивнул он.

— Как только встретишь, вези сразу на склад, чтобы не нервничал. Мы с Дашкой подстрахуем с воздуха. Скорее всего, всё пройдёт гладко.

— Не вопрос. Всё сделаю как по написанному.

— Даш, мы с тобой берём ещё один флайер. Садимся на парковке у космопорта и наблюдаем. В воздух поднимаемся только после того, как Мишка заберёт Ковальчука.

— Хорошо.

— Вопросы?

— Да какие там… Всё ясно. Ладно, я погнал, — протараторил Мишка и отключился.

Я вышел из номера, привычно осмотрелся и направился к ближайшей точке каршеринга. На стоянке осталась только шестиместная капсула тёмно-серого цвета. Я смотрел её со всех сторон и остался доволен. Ничем не примечательная семейная машина. В потоке таких тысячи.

Разблокировав систему навигации, я сбросил координаты, и автопилот активировал флайер. Двигатели загудели, винты раскрылись веером, и машина плавно поднялась над парковкой.

Через десять минут в машину скользнула Дашка. Она тут же плюхнулась на водительское место и разблокировала ручное управление.

До космопорта долетели минут за двадцать. Дашка посадила флайер на стоянке для встречающих. Стандартная заасфальтированная площадка, разлинованная жёлтой разметкой. Десятки машин, среди которых наша ничем не выделялась.

Я откинулся в кресле и стал ждать. Дашка молча проверяла какие-то скрипты на визоре. Её пальцы едва заметно подрагивали, что говорило о том, что она не просто так убивает время, а реально работает. Я не лез. Когда нужно будет, сама скажет.

Стеклянные двери терминала то и дело разъезжались, выпуская очередную группу пассажиров. Кто-то сразу нырял в такси, другие попадали в объятия встречающих, некоторые растерянно озирались по сторонам, соображая, куда идти дальше. Самая обычная суета любого космопорта. Я провожал взглядом каждую группу, но ни Мишки, ни Ковальчука среди них пока не было.

— Слушай… — Я повернулся к Дашке. — Мишка вчера один любопытный контакт скинул. Местный тип, который торгует информацией.

Дашка оторвалась от своих скриптов и посмотрела на меня.

— И что за тип?

— Без понятия. Но у меня появилась одна мысль. Я тебе сейчас его отправлю…

Подруга моргнула, открывая файл. Несколько секунд изучала его, потом перевела взгляд на меня.

— И чего ты от него хочешь?

— Свяжись с ним. Хочу знать, зачем «Био-Фарм» искала наёмников. И какие у них в работе проекты в последнее время. В общем, всё, что можно выяснить. Возможно, это выведет нас на Карину.

Дашка кивнула. А в следующую секунду уже разворачивала перед собой голографическую клавиатуру, когда вдруг остановилась и покосилась на меня с лёгкой усмешкой.

— А сам почему не связался?

— Потому что не понимаю в кодах и защите. А ты можешь создать безопасный канал и остаться инкогнито. Мы не знаем, кто он и кому может продать информацию о нас. Только ты сможешь сделать это тихо.

— Логично, — согласилась она, принимая завуалированную похвалу.

Её пальцы забегали по виртуальным клавишам, а я снова перевёл взгляд на терминал. Очередная группа пассажиров вышла из дверей, и снова среди них не обнаружилось тех, кто нам нужен. Я поймал себя на том, что барабаню пальцами по подлокотнику, и заставил себя остановиться. Ситуация с Кариной явно выбивала меня из колеи, но как я ни старался отвлечься, мысли постоянно к ней возвращались. И с этим нужно было что-то делать. Собственно, поэтому я и дал сейчас задание Дашке.

— Его зовут Йозеф Цукенг, — произнесла подруга через пару минут.

— Что говорит?

— Пока ничего. Просто назвал цену.

— Сколько?

Дашка помедлила. Потом подняла на меня глаза и произнесла ровно, без эмоций:

— Шестьдесят тысяч корп-койнов.

Я присвистнул. Шестьдесят тысяч. Почти столько же, сколько нам пообещали за Лебедева. И это всего лишь за информацию.

— Вот поэтому, Даш, Лебедев у нас сейчас в приоритете, — сказал я.

Она молча кивнула и свернула экран. Я видел, что ей это неприятно, но она молодец, всё понимает.

Некоторое время она следила за выходом из космопорта, видимо, переваривая информацию, а потом снова вернулась к своим скриптам.

Где-то там, за стеклянными дверями, Мишка уже должен был встретить Ковальчука. И от того, как пройдёт эта встреча, зависело всё.

Стеклянные двери терминала разъехались в очередной раз, и я машинально проводил взглядом вышедших пассажиров, как вдруг замер, зафиксировав взгляд на знакомой фигуре. Высокий, поджарый, с коротким ёжиком светлых волос. Обычные тёмные джинсы, лёгкая куртка. Плечи развёрнуты, спина прямая. Такую выправку не спрячешь ни под какой одеждой, как ни старайся. Этот парень точно военный.

Он остановился у выхода ровно на секунду. Не для того, чтобы осмотреться, как это делали остальные. Этот натурально сканировал пространство. Я видел, как его взгляд скользнул по толпе встречающих, выхватил голографический экран с фамилией, затем лицо Мишки.

Ковальчук не спешил, оценивал и взвешенно принимал решение. Но всё прошло так, как мы и планировали. Он уверенным, почти строевым шагом направился к Мишке.

В меш-сети тут же вспыхнул сигнал.

«Вижу его. Встретил».

— Даш, заводи.

Она кивнула и пробежалась пальцами по панели. Двигатели ожили, низкий гул заполнил кабину. Винты раскрылись веером, готовые к взлёту.

Я смотрел, как Мишка с Ковальчуком обменялись парой фраз. Ничего лишнего, обычное короткое приветствие, кивок и жест в сторону стоянки. Мишка развернулся и пошёл первым, показывая дорогу. Ковальчук двинулся за ним. Я заметил, что он держится чуть позади и сбоку. Типичная привычка прикрывать спину, выработанная годами службы. Даже сейчас, на Таргоне, в гражданской одежде, он не мог от неё избавиться.

Они скрылись за дверями, ведущими на парковку.

Я откинулся в кресле и принялся ждать. Дашка молчала, держа руки на штурвале. Винты вращались на холостых, готовые в любой момент поднять машину в воздух.

Наконец со стороны внутренней парковки поднялся флайер. Старенькая четырёхместная капсула, та самая, которую Мишка взял в каршеринге. Она выровнялась над площадкой, на секунду зависла и плавно встроилась в общий поток, направляясь в сторону промзоны.

— Вон они, — сказал я, хотя Дашка и без меня их заметила. — Давай за ними.

Подруга потянула штурвал на себя. Наш флайер оторвался от площадки и скользнул в поток. Я держал машину Мишки в поле зрения. Интерфейс тоже включился в работу и подхватил цель, подсвечивая её зелёным маркером. Мы висели на полсотни метров выше и на сотню позади. Достаточно далеко, чтобы не привлекать внимания, но и так, чтобы не потерять их из виду.

Внизу проплывали кварталы Таргона. Жилые соты сменились рыночными площадями, потом снова серыми коробками складов. Движение в этом секторе стало реже. Только грузовые платформы и редкие флайеры спешили по своим делам.

Впереди уже показался знакомый тупик с ржавыми воротами. Мишка снизился и завис над промзоной, выбирая место для посадки. Старенькая капсула идеально вписывалась в пейзаж среди ржавых ангаров и заросших пустырей. Мишка посадил её аккуратно, почти беззвучно, прямо перед воротами склада. Винты сложились, двигатели затихли. Мастер, нечего сказать.

Дашка увела нашу машину в сторону и опустила за соседним ангаром. Посадка вышла совсем не такой, как у Мишки, хотя я видел, что подруга старается. Двигатели смолкли. В наступившей тишине стало слышно, как ветер шуршит сухим кустарником вдоль разбитой дороги.

— Дальше я сам, — сказал я, отстёгивая ремень. — Ты пока не высовывайся. Я позову, если всё пройдёт спокойно.

Дашка повернулась ко мне. В глазах мелькнуло что-то похожее на тревогу, но она быстро её спрятала.

— Удачи, — только и сказала она.

Я выбрался из кабины и быстрым шагом направился к воротам. Они оказались приоткрыты. Мишка не стал их запирать. Пока всё идёт чётко по плану.

Внутри горел свет. Тусклые лампы под потолком заливали складское помещение желтоватым, болезненным светом. Пустые стеллажи отбрасывали длинные тени.

Я прошёл через основной зал, стараясь не производить шума. Из каптёрки доносились голоса. Один из них — женский. Алина что-то тараторила, сбивчиво, будто одновременно плакала. Очень на неё похоже. Второй — мужской, незнакомый. В его интонациях читались успокаивающие нотки, а также чувствовалась уверенность.

Я остановился у двери и некоторое время прислушивался.

— … и я не знаю, что делать, Вить. Там этот нож, и кровь везде… И они сказали, что меня уже в розыск объявили…

— Тихо, тихо. — Голос Ковальчука звучал ровно. — Разберёмся. Мы со всем разберёмся. Главное, что ты жива. Ты всё правильно сделала.

— Это Даня помог, и потом Кирилл… — Алина всхлипнула, — Если бы не они…

Я толкнул дверь и вошёл.

Алина висела на шее у брата. Её пальцы вцепились в его куртку так, будто она боялась, что он сейчас исчезнет, растворится прямо в воздухе. Плечи вздрагивали, но она всё ещё пыталась говорить, отчего слова путались, налезали одно на другое, и получался сплошной поток, в котором не удавалось разобрать только отдельные обрывки: «…не знаю, кто это сделал…», «…клянусь, я не трогала его…», «…ты только не уезжай, пожалуйста…».

Ковальчук гладил её по голове. Большая, крепкая, широкая ладонь человека, который привык держать оружие, сейчас двигалась осторожно, почти нежно. Он что-то тихо говорил ей на ухо, но слов я уже не слышал. Зато видел, как постепенно, плечи Алины перестают вздрагивать.

Мишка стоял у стены, скрестив руки на груди. Саня сидел на стуле в углу. Оба молча косились на меня, ожидая дальнейших действий.

— Всё, комедия окончена, — громко произнёс я, заставляя парочку вздрогнуть.

Четыре глаза уставились на меня почти одновременно. Алина замерла. Она явно не понимала, что происходит. Ковальчук пока тоже, но он уже отстранил сестру, закрывая её своей грудью. Движение плавное, но чёткое, как на тренировке. Его взгляд мгновенно оценил и мою позу, и выражение лица.

— Тебя подставили специально, — сказал я, глядя прямо в глаза Алине. — Всё это ради того, чтобы вытащить твоего брата с Океании.

Ковальчук дёрнулся, но я оказался быстрее. В руку скользнул пистолет, который я прикупил за день до этих событий, воспользовавшись одним из контактов от Мишки. Ствол, направленный прямо в лоб Алине, быстро остудил пыл Ковальчука. Он замер буквально на полушаге.

— Умничка, — ухмыльнулся я. — Веди себя прилично, если не хочешь, чтобы кто-нибудь пострадал.

— Что тебе нужно⁈ — угрожающе сузив глаза, прошипел он. — Если хоть один волос с её головы…

— Витя, кажется, ты не в том положении, чтобы диктовать условия, — добавил я. — Успокойся, ничего с твоей сестрой не случится. Давай-ка отойдём на пару слов.