Не помню, как мы добежали до госпиталя. Не помню, чтобы я когда-либо бегала так быстро. Не помню, чтобы мое сердце так бешено колотилось. Казалось, еще чуть-чуть, и я полечу вслед за Мирой. Воздушница распахнула тяжелые двери госпиталя, и мы все вместе вихрем ворвались внутрь.

После полутьмы коридоров академии свет в палате казался ослепительным. Пришлось проморгаться, чтобы привыкнуть к нему. Эйдан лежал на кровати, но за спинами его не было видно. Агния сидела рядом со своим братом. Госпожа Мелита склонилась над пациентом. Эш стоял поодаль и нервно теребил пуговицу на рубашке.

Увидев нас, все трое обернулись. Лора ускорила шаг, обогнала меня и подошла к целительнице.

— Мне нужна твоя помощь, — сказала госпожа Мелита. — Моих сил оказалось недостаточно.

Я добралась до кровати. Эйдан лежал без сознания в тренировочной форме. Его лоб был мокрый от пота. Слезы подступили к моим глазам, но я сморгнула их.

Лора внимательно осмотрела Эйдана.

— Вы знаете, что с ним? — Спросила она.

Госпожа Мелита пожала плечами.

— Похоже на отравление. Но снадобья не помогают. Я его пыталась исцелить, но его состояние слишком тяжелое.

Агния всхлипнула. Я подняла на нее взгляд. Только сейчас заметила, что ее глаза покраснели и опухли. Мира с сочувствием положила руку ей на плечо.

Внезапно Эйдан дернул головой и тяжело задышал. Послышался стон. Из его горла доносились хрипы.

— Скорее, его надо перенести в воду! — Крикнула Мелита.

Эш тут же поднял Эйдана и переложил на носилки. Он помог целительнице дотащить друга до купели. Я отодвинула ширму, чтобы она не мешала Эшу. Огневик опустил Эйдана в купель бережно, так, чтобы тот не захлебнулся. Не успели мы отойти, как Лора и Мелита не сговариваясь одновременно окунули руки в воду и пустили в ход всю свою магию. Вода засверкала, будто в ней отразилось солнце.

Ничего. Эйдан все также хрипел, не приходя в себя.

— Не понимаю… — Лора посмотрела на свои руки. — Может, моих сил тоже не хватает?

Бедный Эйдан. Когда я попала в госпиталь год назад, тоже думала, что умру. И мне также было нечем дышать…

Минуточку.

— Это не отравление, — сказала я. — Это аллергия.

Лора уставилась на меня округленными глазами.

— С чего ты взяла?

Мелита подумала пару секунд, а затем достала из кармана своего халата деревянную палочку и раскрыла рот Эйдану. Ей пришлось немного повозиться, чтобы разглядеть все как следует.

— Горло и в самом деле отекло, — отметила целительница. — Оно и от ядов краснеет, но давай попробуем исцелять его от аллергии.

Лора кивнула. Целительницы опять опустили руки в купель и призвали магию. Вода засверкала. Эйдан перестал хрипеть и задышал ровно.

— Молодчина, Ирен, — сказала Мелита. — У тебя есть все шансы стать целительницей.

Я услышала за своей спиной всхлип. Агния вытирала глаза платком. Мелита тоже обратила внимание, что исцеление Эйдана превратилось в спектакль с кучей зрителей.

— Все в порядке, — сказала она. — Так что теперь все, кроме Лоры, покиньте помещение. Не мешайте нам работать.

— Я не брошу своего брата! — Крикнула Агния так резко, что Мира рядом с ней дернулась от неожиданности. Эш лишь покачал головой.

— Не надо драматизировать, — ответила Мелита тихо, но строго. — Эйдану нужен покой. А мне нужна сосредоточенность. И Лоре тоже. Так что уходите. Упрашивать вас не буду. Не уйдете по-хорошему — применю магию.

Мое сердце разрывалось на части. Я должна быть там, рядом с ним, следить, чтобы ему не стало хуже… Но я послушно направилась к выходу следом за Агнией, Мирой и Эшем. Когда я уже собиралась закрыть за собой дверь, услышала приглушенный голос целительницы:

— Лора, не старайся так сильно! Ты же без магии останешься!

Я закрыла дверь, и голос стих. Надо же. Лора не доверяет Эйдану, но выкладывается на все сто, чтобы спасти ему жизнь. Я этого никогда не забуду. Буду благодарна ей до конца дней своих. А если учесть мой уровень подготовки к Играм четырех стихий, возможно, конец моих дней наступит раньше, чем хотелось бы.

— Ты тоже это слышала? — Спросила у меня Агния, наморщив лоб. — Почему Мелита мешает Лоре? Они бы уже его исцелили до конца, зачем тянуть?

— Не все так просто, — сказала я, припоминая книги по целительству, которые читала в библиотеке в тщетной попытке добиться четвертого уровня. — Магу нужно вовремя прекратить, чтобы восстановиться. Если целитель это не сделает, то лишится магии. Такие случаи бывали, и довольно часто.

Агния нахмурилась еще сильнее и скрестила руки на груди.

— Я понимаю. Просто я в шоке.

— Я тоже, — сказал Эш.

Он прислонился спиной к стене, руки спрятал в карманы. Его тело было напряжено, будто он готов сорваться в любой момент, чтобы спасти друга. Голос прозвучал хрипло:

— Все было нормально. Мы ржали у себя в комнате, он достал свою дозу противоядия от приворотов, выпил и… Упал. Я его еле дотащил до госпиталя. Думал, что не успею.

Я часто заморгала, чтобы смахнуть слезы.

— Ты молодец, Эш. Ты спас его.

Огневик улыбнулся, но его глаза оставались грустными.

— Это ты его спасла. Я все слышал. Аллергия… Это многое объясняет.

Я нахмурилась.

— Он что, поменял противоядие? Раньше же все было нормально.

Эш покачал головой.

— Значит, — продолжила я, — кто-то ему подлил аллерген.

— Какая интересная теория.

Я вздрогнула от старческого голоса и обернулась.

— Господин Мориус!

— Извини, Ирен, не хотел тебя пугать, — глаза ректора лучились сочувствием. — Я хотел добраться на подмогу к госпоже Мелите как можно скорее. Вы уж простите, что так долго, возраст дает о себе знать.

Я тут же замахала руками. Агния из-за моего плеча сказала:

— Что вы, профессор, вы как раз вовремя…

— По пути я получил записку, что все наладилось, — сказал ректор. — И все же я должен разобраться. Участник Игр едва не погиб незадолго до испытания. В этом много трагичного, но много и подозрительного.

Из-за угла показался Аварис. Он запыхался от бега. Декан факультета огня оперся рукой о стену, пытаясь отдышаться.

— Господин… Мориус… — Сказал он и закашлял.

— Господин Аварис! Очень рад тебя видеть в столь нерадостный час.

— Я думал, вы уже в госпитале, — сказал декан, отдышавшись.

— Целительницы справляются и без меня. Жизни господина Фламмеля ничего не угрожает.

Аварис выдохнул медленно с видным облегчением.

— Поверить не могу… Как это вообще возможно? Он же пьет противоядия…

— Потому что это не яд, — сказала я. — Это аллергия.

Аварис переглянулся с Тритоном. Увидев спокойствие на лице ректора, он принялся меня допрашивать.

— Как ты это поняла?

— Эйдан задыхался также, как и я год назад.

Слова едва не застряли в моем горле. Я вновь почувствовала то омерзительное удушье, что чуть не отправило меня в мир иной. Так, спокойно. Вдох, выдох. Бедный Эйдан, он тоже это пережил! Нет, плакать я не буду. Только не при Аварисе.

Декан терпеливо ждал, когда я справлюсь с эмоциями. Выглядел он злобным, но было понятно, что злость явно адресована не мне.

— Я займусь расследованием, — сказал Аварис. — Виновник будет наказан. Госпожа Белаква, есть ли у вас кто-то в подозреваемых?

— Дело в том, что Эйдан — не единственный, кто пострадал сегодня вечером.

Аварис вопросительно приподнял бровь. У Тритона округлились глаза.

— Ирен! — Сказал он.

— Все в порядке, — я улыбнулась. — Лора спасла мне жизнь. От порчи.

Ректор и декан обеспокоенно переглянулись. “Да ладно!” — Услышала я голос Миры за спиной.

— Так что логично, — продолжила я, — что это сделал кто-то из земников.

Аварис задумался.

— Уж не господина Бартема вы обвиняете?

— Не знаю, — честно призналась я. — Но даже если Геб и виновен, то он явно сделал это не один.

— Не стоит бросаться ложными обвинениями.

Голос тонкий, как лезвие, и холодный, как сталь. Ну конечно, как же без нее.

— Леди дю Мольер, — Тритон улыбнулся. — Чем обязаны столь поздним визитом?

Дафна подошла ближе. Аварис посмотрел на нее с негодованием.

— Леди, комендантский час для вас — пустой звук?

— Профессора, не прогоняйте ее, — сказала я, по большей части обращаясь к ректору. — Это она раскрыла преступление Эвра. И то, что на самом деле произошло со мной год назад.

Аварис собирался что-то возразить, но Тритон поднял руку, призывая того к молчанию. Декан нехотя повиновался.

— Я наслышан о ваших аналитических способностях, леди, — сказал ректор. — Но достаточно ли вы знакомы с делом?

— Если вы, профессора, позволите мне подробнее узнать о случившемся, я не разочарую вас, — сказала Дафна.

Как я раньше не замечала ее осанку? Ее плавные движения? Ее сдержанность, которая наверняка стала следствием ее воспитания? Настоящая аристократка. Я всегда относилась с недоверием к “сливкам общества”, потому что многие из них сторонятся нас, простых смертных. Но Дафна не такая. И, пожалуй, это качество я даже ценю в ней больше, чем превосходный ум.

Тритон немного подумал и кивнул. Аварис скрестил руки на груди и сморщился, будто вошел в стойло, которое не чистили пять лет. Я обратилась к Дафне:

— Как думаешь, кто из земников это сделал?

Дафна приподняла левую бровь.

— С чего ты взяла, что виноват маг земли?

— Это же очевидно, — сказала я. — Эйдан в больнице. На меня тоже напали. Мы оба — участники Игр. Значит, это сделал третий участник. Либо тот, кто поддерживает его.

Дафна пристально на меня посмотрела.

— Какая часть тела у тебя пострадала?

— Да, в общем-то, все…

Дафна подошла поближе.

— Твоя кожа на лице стала более здоровой и сияющей. Учитывая твое отсутствие интереса к косметическим процедурам, это явно исцеление. А значит, магическое воздействие было направлено на твое лицо.

А вот сейчас обидно было.

— Так что это порча на красоту, — сказала как отрезала Дафна. — Ты была бы обезображена, но уж точно смогла бы и дальше участвовать в Играх. Не стоит думать, что это кто-то из магов земли. У тебя есть и другие враги.

Кажется, до меня дошло.

— Но, чтобы подтвердить мою догадку, мне нужно знать, что с Эйданом.

— Все думали, что это отравление, — сказала я. — Но у него оказалась аллергия.

Уж не хочет ли она сказать…

— Думаешь, у него аллергия на приворотное зелье?

— Если быть точнее, на его компонент, — кивнула Дафна.

Тритон и Аварис переглянулись с непониманием.

— Это не Геб, — сказала я. — Это была Эмма Моро.

— Абсурд, — проскрипел Аварис. Было видно, что он готов раскричаться, но сдерживался перед ректором. — Вы не можете так голословно обвинять одну из моих студенток.

— Профессор, — сказала Дафна, — думаю, вы не будете отрицать: у нее был мотив. Эйдан ушел от нее к Ирен, и она хотела его вернуть. Заодно и отомстить сопернице.

— Она уже подливала приворотное зелье Эйдану, — сказала я. — Еще на Самайн. Но его случайно выпил Эш. Так мы и вычислили, что это она.

Аварис навис надо мной, как коршун в ожидании падали.

— Вы же понимаете, что такого рода обвинения серьезны? Для них нужны весомые доказательства, а не ваши хлипкие догадки.

Я стойко вытерпела его выпад. Дафна же как ни в чем не бывало подошла к Агнии и Эшу.

— Что он пил, прежде чем случился приступ?

— Вот это, — сказал огневик и протянул пузырек. — Там должен был быть антидот.

Дафна понюхала.

— Уверяю тебя, он там остался.

— Но как?.. — Эш почесал затылок.

Дафна повернулась к профессорам.

— Единственное приворотное зелье, которое не перебьет антидот — это то, что сделано на основе цветка папоротника.

Тритон терпеливо слушал, сложив руки на выпирающем животе. Аварис нахмурился.

— Ваши познания в приворотных зельях весьма подозрительны, — съязвил он.

— Случай с Ирен, который вы бросили на самотек, вдохновил меня в дипломной работе также указать на риски аллергических реакций, вызванных компонентами приворотных зелий, — парировала Дафна.

Аварис хотел поднять на нее голос, но встретился с рассерженным взглядом ректора и осекся. Браво, Дафна! Мысленно тебе аплодирую. Аварису никогда ни до кого нет дела, если это не студенты факультета огня. Наконец-то он поплатится за свое пренебрежение.

Дафна продолжила:

— Эмма Моро давно у меня вызывала подозрения. Поэтому я организовала за ней слежку с помощью зеркал.

— Надеюсь, леди, вы в курсе, — перебил ее Аварис, — что использовать зеркала в академии запрещено.

— Насколько мне известно, запрет распространяется только на главный корпус. Что не мешает вам пренебрегать им.

Аварис едва не задохнулся от возмущения.

— Запрет касается только студентов! — Заявил он.

— Тогда пропишите это в правилах, чтобы в следующий раз не оказаться в неловком положении, — отрезала Дафна. — В любом случае, я разместила зеркала вне здания. С помощью слухов я выяснила, что студенты приобретают приворотные зелья и другие запрещенные снадобья через сухой дуб возле мужского общежития факультета воды.

— Глупости, — Аварис оскалился. — Я лично пролез чуть ли не всю территорию академии и нигде ничего не нашел!

— Дерево заколдовано, — сказала Дафна. — Товар можно получить только с помощью специального заклинания, которое меняется под каждого клиента. И да, Эмма Моро попала в поле зрения моего зеркала.

Я не сдержалась и вклинилась в разговор.

— И что, она взяла оттуда зелье?

— Нет.

У меня все внутри упало. Так мы не докажем ее вину! Аварис же приободрился. Дафна огляделся всех нас.

— Она приносила туда зелья.

Такого поворота даже я не ожидала. Аварис раскрыл рот и тут же его закрыл. Тритон погладил бороду.

— Блестяще, — сказал он. — Кажется, вы только что убили двух зайцев, сами о том не подозревая.

— Спасибо, господин Мориус, — ответила Дафна, склонив голову, — но я прекрасно осведомлена о том, что вы ищите не только виновника покушений, но и тех, кто занимается контрабандой.

Ректор нахмурился.

— Скажите честно, откуда вы узнали?

— Кто-то вас подслушивал за дверью в начале года, — сказала Дафна. — Я не стала выяснять, кто это был. А слухи по академии разлетаются быстро.

— Ясно, — сказал ректор. — Самое время починить двери.

Я вспомнила, как подслушивала преподавателей после бала Мабона, и невольно улыбнулась.

Тритон тем временем повернулся к Аварису.

— Приведите госпожу Моро мне в кабинет. А вы, Дафна, принесите зеркало туда же. Нам предстоит серьезный разговор.

Аварис тяжело вздохнул и направился к выходу. Дафна склонила голову.

— Благодарю вас, профессор, за оказанное доверие.

— Это я должен благодарить вас, леди, — сказал Тритон с улыбкой. — Вы выручили меня. Да что там — всех нас! А теперь поторопитесь!

— Я помогу, — сказала Мира. — Где лежит это зеркало?

— В левом нижнем ящике стола, — сухо ответила Дафна.

— Я мигом.

Мира исчезла — видимо, телепортировалась в комнату Дафны. Не прошло и полминуты, как воздушница снова стояла в коридоре неподалеку от нас.

— Я уж и забыл, что вы маг третьего уровня, — улыбнулся Тритон. Мира улыбнулась в ответ и протянула Дафне зеркало. Та взяла его с тихим “спасибо”.

— Нам пора, — сказал Тритон. — Все остальные идите спать. Не нужно мешать целительницам и стоять под дверьми госпиталя.

— До свидания, профессор, — сказала Агния.

Остальные тоже попрощались. Тритон направился к своему кабинету, Дафна следовала за ним, отставая буквально на пару шагов. Похоже, это такой этикет… Надо же, какие у нее манеры!

Агния громко вздохнула и устало подняла глаза к потолку. Эш придержал ее за плечи.

— Я ее убью, — тихо сказала Агния.

— Если Аварис не сделает это раньше, — улыбнулся Эш.

— Всем пока, — Мира помахала ладонью и исчезла.

Агния посмотрела на меня с сочувствием.

— Ты идешь?

— Я… Подожду Лору.

Эш усмехнулся.

— Не геройствуй. Он поймет.

— Да не собираюсь я геройствовать. Просто дождусь Лору и помогу ей дойти до кровати. Она сегодня двух человек исцелила, наверняка сильно устала.

Агния улыбнулась мне.

— Спокойной ночи.

Эш направил сестру Эйдана к выходу, не выпуская ее из объятий. На секунду подумалось, что если они захотят сойтись, это будет странная, но очень красивая парочка.

* * *

Кажется, я задремала. Рука, на которую я оперла голову, соскользнула с тумбочки, и я плюхнулась на нее щекой. Всю ночь я сидела на стуле рядом с Эйданом. Госпожа Мелита сжалилась, когда увидела меня далеко за полночь стоящую возле двери госпиталя. Вообще это против правил, но я рада, что целительница пошла на уступки. Поначалу я не могла заснуть, потому что все еще переживала из-за состояния Эйдана. Но, похоже, усталость взяла свое.

Я посмотрела на Эйдана. Он был без сознания, но выглядел так, будто спал. Лишь бледность выдавала в нем пережитый ужас минувшего дня. Я взяла его руку в свои ладони. Огневик тут же зашевелился и открыл глаза.

— Эйдан! — Сказала я, не веря собственному счастью. Слезы брызнули из глаз. Я хотела быть сильной, но ничего не смогла поделать.

— Ирен, — огневик слабо улыбнулся. Он сморщился, а затем попытался сесть.

— Не надо, — сказала я. — В тебе еще мало сил.

Но Эйдан меня не послушал. Он приподнялся, оперся лопатками на спинку кровати и посмотрел на меня.

— Я так рад, что ты здесь.

— А я рада, что ты очнулся.

Слабый свет лампы едва освещал палату. Мелита ушла спать на кушетку неподалеку и попросила меня разбудить ее, если что-то случится с Эйданом. Но она выглядела такой замученной, что я решила не дергать ее лишний раз. Думаю, сейчас тоже не стоит. Пусть отоспится.

Эйдан нахмурился.

— Как ты? — Спросила я.

— Паршиво. — Он сморщился. — Что вообще произошло?

— О-о, — протянула я и смахнула слезы. — Тут целое расследование провели. Без Дафны не обошлось. В общем, это Эмма тебя пыталась приворожить.

— И почему я не удивлен, — тихо протянул Эйдан и усмехнулся.

— У тебя аллергия на цветок папоротника, — сказала я.

— Буду знать, — Эйдан посерьезнел. — А у тебя на мандрагору, верно?

Я кивнула.

— Как много у нас общего, — улыбнулся он. Губы сильно потрескались, и я увидела, как ему было больно от улыбки.

— Тебе нужно попить.

— Я сам…

Нет уж. Я взяла стакан на тумбочке и протянула его Эйдану. Ой! Кажется, я что-то задела рукой. О, это кулон! Золотая подвеска упала на кровать и раскрылась. Внутри оказался портрет девушки. Я приглянулась.

— Ты что, носишь с собой мой портрет?

Эйдан залпом осушил стакан и взял кулон.

— Нет, твой стоит у меня на столе. Это портрет мамы.

Он поднес его ближе к лицу, а затем посмотрел на меня.

— Хотя да, вы невероятно похожи.

Эйдан смотрел на меня так ласково, что мое сердце растаяло — нет, оно растворилось, как соль в море.

— Мне стало страшно, что потеряю тебя, — прошептала я.

Он опустил медальон. На его лице расцвела улыбка.

— Ты не представляешь, как мне важно это услышать.

Он притянул меня к себе и поцеловал в губы, а затем крепко обнял. Я не стала сопротивляться. Какой смысл в доводах рассудка, если в минуты между жизнью и смертью выбор делает именно сердце? А оно уже давно сделало свой выбор.