Эйдан выглядел умопомрачительно. Красный костюм, напоминающий мундир, сверху плащ того же тона с белой оторочкой… Он был почти готов к представлению на балу Йоля. Огневик поднял на меня взгляд и улыбнулся.

— Я был прав, когда вновь обратился к услугам госпожи Поммель. Как же тебе идет это платье, — с придыханием добавил он.

Я глянула на себя в зеркало. Удивительно, последние месяцы у меня не было даже времени, чтобы рассмотреть себя как следует, зато теперь я разглядывала каждую деталь своего образа. Эйдан вновь подарил мне наряд на бал, только на сей раз он не скрывался. Голубое платье с длинными рукавами и открытыми плечами по линии декольте украшала белая меховая оторочка, которая удачно подчеркивала мои ключицы. Узоры на ткани из серебристой нити можно было рассматривать часами. Они напоминали изморозь на окне. Уверена, настоящая Снегурочка, если бы она существовала, отдала бы половину своего ледяного царства за это платье.

Невольно я перевела взгляд на Эйдана. Он тоже любовался мной через зеркало. Его глаза искрились любовью и радостью. Он обнял меня сзади.

— Как же ты… Прекрасна, — прошептал он мне на ушко, от чего по спине пробежали мурашки. — Я не могу найти слов, чтобы передать все мои чувства.

Мои щеки мигом зарумянились. Под толстым слоем пудры это было не сильно заметно, и все же…

— Кстати, чуть не забыл, — Эйдан прикоснулся к моему животу. Внезапно мне стало жарко. — Это платье волшебное. Вот здесь, где нарисована снежинка, вшит небольшой зачарованный камень. Коснешься его — платье начнет греть тебя. Коснешься еще раз — перестанет.

Я нажала на небольшую снежинку в районе пупка. Жар прекратился.

— Теперь ты можешь выйти на улицу в любой момент и не бояться простуды, — улыбнулся он.

— Ого, о таких платьях я еще не слышала, — сказала я. — Как же восхитительно!

— О да, — Эйдан улыбнулся. — Я не знаток женской моды, но Агния говорила, что такие платья уже вовсю шьют для королевского двора. А во всей академии такие есть только у тебя и моей сестры.

Я улыбнулась.

— Не думала, что твоей сестре нужен подогрев.

— Мне кажется, ей нужно было просто утереть нос однокурсницам.

Мы засмеялись.

— А еще тут есть потайные карманы, — сказал Эйдан и скользнул ладонью в мою юбку.

— Да, я уже догадалась…

Эйдан выудил небольшой свиток оттуда.

— Что это?

Я нахмурилась.

— Ничего особенного.

Эйдан проницательно глянул на меня.

— Я не люблю сюрпризы.

— Не надо, не порть себе настроение…

Поздно. Огневик раскрыл свиток и принялся читать. Он поджал губы.

— Тайный поклонник, значит… И давно он тебе пишет?

— Не особо… — Я замялась. — Зимой начал.

Эйдан ухмыльнулся. Я переживала, что эта записка может его расстроить. В последнее время тайный поклонник зачастил в своих признаниях и стенаниях, присылая мне любовные письма чуть ли не каждые два дня. Я не хотела говорить об этом Эйдану — не знала, как он отреагирует. Но огневик ничего не сказал. Он скомкал свиток, подкинул его и выстрелил пламенем из пальца, попав прямо в цель. Пепел медленно осел на пол, точно снег.

— Ты моя. Только моя.

От пронзительного взгляда Эйдана по моему телу разлилось тепло, хоть я и не нажимала на греющий камень. Огневик взял мою руку и прикоснулся горячими губами к тыльной стороне ладони.

— Я скучал, — тихо сказал он.

— Я тоже, — шепотом ответила я.

Декабрь вышел безумным. Дория назначила тренировки через день. Тритон же стал заниматься со мной магией дважды в неделю. И я знала, что для него это непросто — после наших встреч свет в его кабинете не выключался до полуночи. Невзирая на усталость, я засыпала плохо: мне мешали мысли о предстоящем испытании. Чуть меньше двух месяцев осталось до следующего этапа Игр четырех стихий, а я могла лишь бессистемно поглощать книги в библиотеке и терпеть одну неудачу за другой в попытках научиться новым трюкам у Тритона. Даже созерцание перестало мне даваться — тревожные мысли мешали сосредоточиться.

Еще и преподаватели по другим предметам завалили домашними заданиями — все-таки после каникул будет сессия. Удивительно, как быстро пролетает время, когда суета уносит тебя в своем водовороте.

И во всей этой кутерьме я не могла толком пообщаться с Эйданом. Лишь короткие записки, переглядывания на парах по алхимии и редкие репетиции поддерживали наши отношения. Только сейчас, прямо перед представлением на балу Йоля, я наконец могла по-настоящему побыть с ним рядом. Из-за своей занятости я порой забывала, как сильно скучаю по нему. Эх, если бы мы могли просто сбежать от пар, сессии, Игр и просто быть рядом… Несбыточные мечты.

Я не проронила ни слова, но, кажется, Эйдан все понял.

— Пойдем, — он потянул меня в сторону шторы, которая отделяла кладовку от остальной подсобки бального зала. Я не стала сопротивляться, отдавшись его воле как сильному течению реки.

Мы оказались в тесной комнатушке, заставленной стульями, швабрами и боги его знают чем. Эйдан занавесил штору и приблизился ко мне. Я едва видела его силуэт от тусклого света, что пробивался из-за занавески. Огневик прижал меня к себе. Я почувствовала его горячие губы на моих. Он целовался жадно, будто это наш последний раз. Эйдан пытался насытиться нашей любовью, что недополучил за все эти дни. А я лишь тонула в бездне чувств, теряя мысли по пути на самую глубину той страсти, что внезапно разгорелась во мне. Мои руки блуждали по его лицу, шее, груди, обнимали талию и вцеплялись в волосы. Когда Эйдан поцеловал мое ухо и впился в шею, я поддалась этому иступляющему безумию и прикрыла глаза, наслаждаясь каждым моментом.

— Да как ты посмел!

Свет ударил мне в глаза. Я отвернулась, прежде чем их открыть. Оказалось, занавеску отдернул король Падуб собственной персоной. Седая борода почти полностью закрывала красную шубу с белой оторочкой, а корона из остролиста едва держалась на светлом парике.

— Дед Мороз, негоже так с внучкой обращаться, — улыбнулся король Падуб.

— Эш, я тебя убью, — процедил сквозь зубы Эйдан после того, как оторвался от меня.

— Ты мне еще спасибо за это скажешь, приятель, — Эш подмигнул. — Уж лучше я, чем Ветрослав, который через пару минут уже будет здесь. Хотите получить нагоняй от него? Аварис вас здесь не прикроет.

Мы с Эйданом нехотя отстранились друг от друга. Именно Эша взяли на замену Гебу играть короля Падуба. Мне нравился друг Эйдана ровно до того момента, пока он не начал нас подкалывать. Однако играл он отменно, еще и фонтанировал отличными идеями, как улучшить постановку, так что я решила немного перетерпеть его выходки.

Стоило нам выйти из кладовки, как в комнату влетел Ветрослав в голубом парадном мундире.

— Актеры мои, все по местам! Эйдан, где шапка и борода? И посох, не забудь посох!

— Да, профессор, — Эйдан нехотя полез за зеркало, куда закинул реквизит.

Я помогла ему натянуть бороду, и мы направились к выходу из подсобки, который выходил как раз на помост, прикрытый ледяными скульптурами и елкой. Мое сердце забилось чаще. Каждый доклад у доски был для меня испытанием, а тут — сцена! Эйдан взял меня за руку.

— Волнуешься? — Шепотом спросил он.

— Немного, — соврала я.

Эйдан улыбнулся.

— Я рядом. Не переживай.

Я улыбнулась ему в ответ. И правда, благодаря ему стало спокойнее. Почему-то вспомнила, как мне было неловко смотреть на предыдущие выступления студентов. Оказалось, участвовать в них еще более неловко. Но да, любительские постановки — это традиция на Йоль, что уж тут поделаешь. Увы, никто из нас не может похвастаться невероятным актерским мастерством или удивительным даром рассказчика. Но чем мы точно впечатлим всех — так это костюмами. О да, мы все выглядим эффектно. Посмотрим, как толпа отреагирует на нас.

Заиграла музыка невидимого оркестра. Скрипки пели бодрую мелодию, приправленную бубенчиками, виолончелью, флейтами и трубами. Пора.

Эш в костюме короля Падуба вышел на сцену. Его встретили бурными аплодисментами. Он поклонился и начал:

— Приветствую вас, студенты и преподаватели академии Квинтэссенция!

Толпа радостно загудела. Эх, жаль, что из-за кулис мне ничего не видно, кроме правого бока Эша.

— Раз в год я выхожу из лесу, чтобы одарить тех, кто вел себя достойно и благочестиво в этом году. Мой путь лежал сквозь чащи туманного Авалона. Наконец, я прибыл на своем олене, чтобы поздравить вас с наступающим Йолем! Отныне и до конца года я запрещаю вам работать и повелеваю лишь праздновать!

Зрители встретили приказ короля Падуба с воодушевлением. Бубенцы зазвенели необычайно громко. Теперь наша очередь выходить на сцену. Я медленно вдохнула и выдохнула, чтобы унять дрожь. Эйдан взял меня под руку, и мы отправились на сцену. Удивительно, как нас не было видно сквозь ледяные скульптуры. Тритон постарался на славу — фигуры из оленей были практически не прозрачные.

Мы обогнули огромную елку, украшенную красными лентами, свечами, деревянными игрушками и драгоценными камнями. Как же от нее невероятно пахнет! Обожаю еловый аромат. Он сразу придает мне сил. Перед зрителями я появилась с настоящей улыбкой. Эйдан взмахнул посохом и стукнул им. Король Падуб отпрянул и взглянул нас так, будто видел впервые.

— А вы еще кто?

— Я — Дед Мороз! Повелитель зимы, даритель подарков всем детям Ирия!

— А я — Снегурочка, его внучка и помощница.

Мой голос звучал бодро и громко. Народ поприветствовал нас аплодисментами. Я оглядела бальный зал: он был залит светом от волшебных рубинов, которые украшали гирлянды с красными бантами. Не меньше было гирлянд из ели и остролиста. Изысканно одетые гости толпились у помоста, и лишь немногие наблюдали за представлением издалека, поедая закуски у фуршета. Мой взгляд упал на Морти и Лору, которые помахали мне из толпы. Я улыбнулась им в ответ.

— Что вы здесь делаете? — Спросил король Падуб, как и полагается по сценарию.

— А ты что здесь делаешь? — Не унимался Эйдан в костюме Деда Мороза. — Ты должен праздновать на Авалоне, а не в Сагенее. У тебя не больше прав здесь, чем у нас!

Послышалась торжественная музыка. Мы с Эйданом отошли в сторону, чтобы пропустить Лира — водного мага со второго курса. Я особо с ним не общалась, но на эту роль его позвал сам Ветрослав, потому что Лир прекрасно понимал, кого он отыгрывает.

На сцену вышел старец в светлом хитоне. У него тоже была белая накладная борода, а парик украшал венец из ракушек и водорослей. Он опирался на посох из коралла.

— Приветствую вас, о старцы! — Сказал он. — Приветствую академию! Я Протей, мудрец моря и Атлантиды!

Толпа радостно загудела. Лир вздернул мускулистые руки к потолку. Выглядело странно, но, наверное, именно так и должно быть. Все-таки Лир приехал из Атлантиды, ему виднее. Насладившись аплодисментами, он продолжил:

— Мне ведомы ответы на все вопросы. В зимнее солнцестояние, в самую длинную ночь в году, я одариваю своей мудростью всех желающих, и советы эти гораздо ценнее подарков! Не только Атлантида, но и Сагеней должны напитаться моей мудростью!

Мы с Дедом Морозом изобразили возмущение.

— Ну уж нет! — Сказал Эйдан грозным голосом. Теперь моя реплика:

— Только Дед Мороз способен сотворить новогоднее чудо!

— Вам всем здесь не место! — Гулко крикнул король Падуб. — В Сагенее мне рады не меньше, чем на Авалоне! А о вас никто даже не слышал!

Пол затрясся. Я едва удержала равновесие. Если бы не Эйдан — точно бы упала. Мы переглянулись. Зрители беспокойно загалдели. Они даже не представляли, что их ждет.

Прямиком на сцену ворвался мужчина. Огромные рога украшали косматую темную шевелюру. Вся кожа его была черной. Набедренная повязка едва скрывала козлиные ноги. За спиной он нес черный мешок. Мужчина глянул исподлобья на зал. Толпа ахнула.

Вот он — наш козырь.

Геб выглядел эффектно. Какой же классный ему нанесли грим! А черная краска подчеркивала каждую мышцу на его теле. Широкая грудь, мощные руки… Теперь я понимаю, почему столько девушек сохнет по Гебу. И все же, для меня он слишком большой.

Я невольно взглянула на Эйдана. Все-таки он гораздо красивее. Все в нем слаженно, гармонично, не чрезмерно. Но покорил он меня далеко не внешностью — его душу я ценю гораздо больше.

Король Падуб вышел вперед.

— А это Крампус, повелитель Йоля на далеком Севере, — сказал Эш низким голосом.

Геб не проронил ни слова. Но он так грозно посмотрел на короля Падуба, что все поняли: Крампус не рад такой компании. Это была идея Эша: раз Геб не может запомнить ни строчки, значит, он будет эффектно молчать. И это сработало. Похоже, Эш тоже впечатлился выходом Геба, поэтому не сразу вспомнил следующую реплику:

— Ты тоже не смеешь врываться в Сагеней вот так!

Крампус развернулся к королю Падубу и наклонил голову, готовый забодать его своими рогами.

Я сглотнула. Что ж, мой звездный час настал. Я вышла в центр сцены и сказала:

— Старцы, негоже браниться! Йоль, ли, Новый год ли, Святки ли, главное — это радость и любовь, что мы дарим!

Жаль, что Ветрослав отклонил все мои пожелания по поводу сценария. Все-таки постановщик из него далеко не гениальный. Приходится работать с тем, что есть.

Дед Мороз подошел ко мне и стукнул посохом.

— Сагеней — удивительная страна. Именно здесь сходятся четыре стихии воедино. А значит, и нас, Хозяинов зимы, тоже должно быть четыре! Что скажете?

Это Эйдан обратился к зрителям. Те радостно загудели и зааплодировали. Протей подошел к нам.

— Это мудрый шаг для всех нас! — Добавил он.

Король Падуб сделал вид, что сомневается, но наконец согласился:

— Я рад приветствовать вас всех на Йоле!

Мы синхронно посмотрели на Крампуса. Тот многозначительно кивнул. Король Падуб широко улыбнулся.

— Да начнется веселье, пир и танцы! Счастливого Йоля! Счастливых Святок! Счастливого Нового года!

Послышались аплодисменты. Я улыбнулась. От волнения я взмокла на сцене. Надеюсь, мой макияж не потек. Мы взялись за руки и вместе поклонились. Публика выглядела довольной. Это радует.

После яркого света зала моим глазам потребовалась пара секунд, чтобы привыкнуть к полумраку подсобки. Там нас уже ждал Ветрослав.

— Молодцы! Все здорово отыграли!

Неожиданно он приобнял меня и Эша. Возможно, потому что мы стояли ближе всех к нему. Я немного растерялась от внезапного порыва со стороны профессора, поэтому Эш поблагодарил его за нас двоих. Наконец, профессор нас отпустил.

— Эйдан, ты был хорош!

— Спасибо, профессор, — ответил огневик, стягивая бороду.

— И костюмы у вас отличные, — заметил Ветрослав, поворачиваясь ко мне. — Вы можете хоть прямо сейчас идти и танцевать с Ирен! Отлично придумано.

— Благодарю, — только и смогла ответить я. Похоже, он подумал, что это я занималась костюмами. Я уже думала все объяснить, но тут ко мне подошел Эйдан.

— Да, у Ирен отличный вкус, — только и сказал он.

Ох, зачем он врет! Только для того, чтобы Ветрослав стал относиться ко мне чуточку лучше? Я невольно покачала головой. Иногда мне трудно понять, что творится у Эйдана в голове. Маленькая ложь — все еще ложь.

Тем временем Ветрослав переключился на Геба.

— Ты прекрасен! А спецэффекты! Я и сам перепугался, когда ты устроил это маленькое землетрясение.

— Эш сказал, что зрителям это понравится, — ответил Геб.

— И он был прав, — Ветрослав растянулся в довольной улыбке. — Что ж, переодевайтесь, и будем праздновать. Обещайте мне, что повеселитесь на балу как следует! Грустить и скучать в Йоль — плохая примета!

Эйдан взял меня за руку.

— Ну что, Снегурочка души моей, пойдем?

— Если бы я в самом деле была Снегурочкой, то давно бы растаяла от твоего тепла.

Эйдан усмехнулся. Мы выбрались в зал. Несколько студентов тут же окружили нас. Половины я и не знала, о других — лишь краем уха слышала: тут были и аристократы, и богатенькие дети известных и влиятельных родителей. В общем, типичная компания, в которой чаще всего проводил свое время Эйдан. По крайней мере до того, как стал участником Игр четырех стихий. Они поздравляли нас с удачным выступлением и хвалили наряды. Эйдан с ними болтал, а я лишь красиво улыбалась. Не люблю светские бессодержательные беседы, никогда не знаю, какая банальность будет более подходящая в эту минуту.

Лорелей подошла ко мне поближе.

— Ирен, дорогая! Прекрасный дебют на сцене! И платье просто бесподобное! Я имею в виду, ты в нем бесподобна!

— Спасибо, — я натянула улыбку. Чуть больше двух месяцев назад она шарахалась от меня, как от чумной, а теперь пытается примазаться с помощью комплиментов. Я подавила в себе желание послать ее за тридевять земель. В то же время выдавить из себя ответный комплимент так и не смогла, хотя лиловое платье на ней было милым.

Заиграл бодрый йольский вальс. Эйдан объявил:

— Друзья, позвольте нас простить, но музыка зовет!

Он вывел меня из толпы в самый центр бального зала, развернул к себе и одну руку положил на талию, а другую приподнял.

— Спасибо, что спас меня, — сказала я, положив свободную руку ему на плечо. Мы закружились в танце.

— Не любишь светское общество? — Спросил он.

— Скорее его фальшь, — я скривилась, вспомнив Лорелей.

— Увы, такова жизнь. Чем выше взбираешься, тем больше приходится лгать.

Эйдан улыбнулся, но в его глазах скрывалась грусть. Я крепче сжала его ладонь и случайно уперлась пальцами в его кольцо. Невольно отметила, что рубин на нем был холодный, а грани — острыми и гладкими.

— Неужели на вершине общества нет настоящей дружбы?

Эйдан покачал головой.

— Смотря что ты считаешь дружбой.

— А что тут считать? Поддержка и понимание — вот что главное.

Друзья. Мои друзья. Почему они не подошли к нам после постановки? Где Лора и Морти?

Вальс закончился. Похоже, Эйдан заметил беспокойство на моем лице. Он отвел меня в сторону и нежно обнял.

— Все в порядке?

— Господин Фламмель, извините, что прерываю…

Я отпрянула от Эйдана. Рядом с нами стоял Аварис. Непривычно его было видеть не в мантии, а в черном костюме-тройке и накрахмаленной белой рубашке. Галстук-бабочка бордового цвета выглядела на нем комично. Удивительно, но Аварис, похоже, совсем не осуждал нас за прилюдные нежности. Странно, ведь это он чаще других преподавателей гонял парочек по коридорам. Неужели Эйдан настолько у него в любимчиках, что он готов простить тому маленькие слабости?

— Есть разговор, — сказал Аварис с полной серьёзностью и выжидающе уставился на Эйдана. Тот кивнул в ответ.

— Извини, — сказал мне огневик. — Похоже, это надолго. Повеселись. Я найду тебя.

— Конечно.

Эйдан направился вслед за своим деканом в подсобку. Гости танцевали, беседовали, ели, и, казалось, совершенно не обращали на меня никакого внимания. Так странно чувствовать себя одинокой посередине роскошно разодетой толпы в этом сверкающем бальном зале. Не зная, чем себя занять, я отправилась к столам с закусками. Есть особо не хотелось, но как знать, может, кусочек шоколадного торта поднимет мне настроение.

Я мигом нашла нужный столик с десертами. Не успела я отправить кусок в рот, как рядом оказался Геб. Он уже избавился от грима. Удивительно, я думала, он потратит час на мытье, или так и будет расхаживать по залу с черной кожей и рогами. Но нет. Он набирал тарелку съестного абсолютно чистый, с аккуратно уложенными воском волосами и в строгом темно-зеленом костюме-тройке. Из нагрудного кармана пиджака торчала веточка остролиста с ягодами.

— Тебе очень идет этот костюм, — похвалила я Геба. — И Крампус из тебя вышел восхитительный.

Геб кивнул.

— Спасибо. Ты тоже красивая. В этом платье и без.

Мой рот мигом скривился. Я заметила, как до незамутненного интеллектом Геба дошло то, что он на самом деле сказал.

— Извини. Я не умею подбирать слова. Просто хотел сказать, что платье у тебя хорошее. И что ты хорошо выглядишь. В любой одежде.

Я тут же улыбнулась.

— Мне очень приятно это слышать.

Да, разговоры — не его конек. С другой стороны, я тоже не сильна в светской пустой болтовне, так что не буду на него дуться.

Геб немного помялся.

— Я давно тебе хотел сказать… Прости меня.

Было так странно видеть, как этот громила смущается. Грозный и угрюмый, сейчас он опустил взгляд в пол, как нашкодивший котенок.

— За что мне тебя прощать?

— Первое испытание. Да, правилами это не запрещалось. Но я сожалею. Не надо было ставить эту ловушку.

Ну конечно, а я уже и позабыла… Гнев и в то же время сочувствие к Эвру вытеснили воспоминания о подставе со стороны Геба. Все-таки я рада, что он беззлобный. Наверное, его просто кто-то подговорил так сделать.

— Все в порядке, — Я улыбнулась Гебу. — Уверена, на самом деле ты не хотел так поступать.

Увидев, что я не сержусь, он тоже улыбнулся в ответ.

— Да, Азалия меня заставила.

Я чуть не поперхнулась кусочком торта.

— Госпожа Сильвис? Твой декан?

Геб кивнул. От кого я не ожидала подставы, так это от нее. Буду знать, что от преподавательницы по метафизике нужно держаться подальше.

— Ты показала себя достойно в Играх, — сказал Геб. — И не только там. Я же видел, как к тебе относятся водники. Раньше относились.

Я кивнула.

— Все хорошо, — уверила его я. Даже не ожидала, что он так сочувствует мне.

— И тот случай, когда нам кольца вручали… Тебе, наверное, было неприятно. Хотя сапфир Тритона гораздо лучше выглядит, чем та жемчужина. Можно я ее осмотрю?

— Да, конечно.

Для меня это было странно, и все же я протянула ему левую руку. Геб взял мою ладонь аккуратно, будто она хрустальная, и принялся вертеть ее, рассматривая сапфир под разными углами.

— Да, так и есть, — Геб наконец опустил руку. — Сапфир Тритона из королевской коллекции Авалона. Необычно. Как он вообще попал к ректору?

— Ого, — только и смогла сказать я. Вот в чем дело. Все-таки Геб — маг земли, он наверняка смыслит в драгоценностях. Мой взгляд упал на кольцо Геба. А что, если..?

— Могу ли я рассмотреть твое кольцо?

Геб кивнул и протянул руку. Поразительно, его кисть в обхвате больше, чем две моих! На его фоне я кажусь феечкой. Так, ладно, не отвекаемся. Кольцо сияло в свете бального зала. Серебро казалось более ярким, чем у меня, а изумруд — массивнее. Я пощупала его обеими руками, просунула палец поближе к стыку с кольцом…

Да. Там тоже есть квадратная впадинка.

Дыхание перехватило. Я медленно опустила руки. Предупредить его? Но что именно я могу ему сказать?

— Твой изумруд очень красивый, — сказала я. — Он всегда меня завораживал.

Геб убрал руку и кивнул. Пока земник жевал канапе, я переваривала мысли, роившиеся в моей голове. Старые подозрения всплыли со дна памяти и взволновали душу. Как я не хотела верить в происходящее, но страх сковал меня, точно льдом.

— Ирен! Вот ты где!

Лора подбежала ко мне, запыхавшись. Светло-желтое бальное платье восхитительно смотрелось на ее золотистой коже. Высокая прическа немного растрепалась, но легкая небрежность всегда делала мою подругу еще более обворожительной, чем обычно. Рядом с ней нарисовался обеспокоенный Морти. Я только сейчас заметила, что его темно-синий костюм был вообще-то в тонкую белую полоску.

— Надо поговорить, — строго сказала Лора.

— Извини, приятель, — Морти похлопал Геба по плечу. Рядом с ним он выглядел как пятилетний мальчик. — Мы украдем у тебя Ирен на минутку.

— Без проблем, — Геб кивнул и отошел в сторону за новыми закусками.

Друзья взяли меня под руки и потащили к выходу из бального зала.

— Что происходит? — Возмутилась я.

— Это ты нам сейчас и расскажешь, — заявила Лора.

Мы завернули в коридор, который вел на кафедру четырех стихий. Сейчас там было пусто. Похоже, мои друзья очень не хотят, чтобы нас кто-то услышал. Лора приблизилась ко мне и тихо, но грозно запричитала:

— Почему я ничего не знаю? Я с Морти не могла столько времени пересечься! Он мне все рассказал! Он — да, а ты — нет!

Я нахмурилась.

— О чем ты?

— О заколдованных украшениях! Об Играх! Об Эйдане!

Я вздохнула. Ну вот, опять слушать нотации.

— А что я должна была рассказать? Что у Морти был сон? Это ведь может быть и неправда. — Я повернулась к другу. — При всем к тебе уважении, ты не провидец. Ты вообще маг воды!

— Вещие сны могут кому угодно присниться, — ответил он. — Особенно если их посылают боги.

— Все равно ты должна была сказать! — Лора злилась все сильнее с каждым словом. — Я думала, между нами нет секретов!

— Проклятье! Ты только-только начала верить Эйдану! Ну не могла я после такого пересказывать тебе сомнения Морти.

— Но ведь они подтвердились! — Лора выглядела раздраженной, будто разжевывает трехлетке очевидное. — А я же тебе говорила, что Эйдану нельзя доверять! У тебя есть эта впадинка на жемчужине? Есть! Подарил это ожерелье кто? Эйдан!

Моя рука невольно потянулась к жемчужине. Да, я довольно быстро нащупала эту впадинку.

— А у Эйдана? Ты видела кольцо Эйдана? — Спросила Лора громче, чем следовало. К счастью, в коридоре не было никого, кроме нас.

— Его кольцо в полном порядке, — ответила я, стараясь сохранить спокойствие. — Нет там никакой впадины. У него абсолютно гладкий рубин.

— Но у Эвра-то есть! — Грозно прошипела Лора. — Это и навлекает подозрения! Вспомни, как Аварис засуетился, когда ты потеряла жемчужину для кольца! Что, если и она была проклята?

— Ирен, — встрял Морти. — Ты только что общалась с Гебом. Как думаешь, его кольцо в порядке?

Я сглотнула.

— Вообще-то… Там тоже есть эта квадратная впадина.

У меня опустились руки. Морти и Лора правы. Происходит что-то странное. Я не знаю, замешан ли в этом Эйдан, но и доверять ему на самом деле не стоит. Эти мысли разрывают мне сердце.

Похоже, Лора увидела, как сильно я расстроилась. Ее гнев тут же сменился сочувствием:

— Ирен, я все понимаю. Сердцу не прикажешь.

— Любовь зла, — добавил Морти, — полюбишь и… кхм, Эйдана.

— Послушайте, — я решила быть честной до конца с друзьями. — Да, вы правы. Что-то не так с кольцами. И, видимо, с этим ожерельем. Но я не уверена, что Эйдан виноват. Что, если он лишь пешка в чужой игре? Что, если он и сам ничего не знает? Или, может, его кто-то хочет подставить?

Морти закатил глаза. Лора же задумалась.

— Да, такой вариант нельзя исключать. Но и наши догадки тоже, увы, могут оказаться правдой. Поэтому на всякий случай — не доверяй ему.

— Да, ты права.

Морти тяжело вздохнул.

— Давайте так: будем обходить его стороной, пока не выясним, в чем дело. Ирен, я съежу к родителям буквально на пару дней, а все остальные каникулы проведу с тобой. Будем искать информацию вместе. Наверняка мы что-то найдем.

— Я тоже приеду, — Лора улыбнулась. — Думаю, родители поймут. Не знаю, насколько я у них задержусь, но точно не на все каникулы.

Я улыбнулась.

— Ребята, я… Спасибо. Правда. Вы не должны жертвовать каникулами ради меня.

— Пустяки, — Морти отмахнулся. — Мы должны быть уверены, что ты в безопасности.

— Да, — Лора кивнула. — Мы будем рядом.

Я улыбнулась. Радость перемешалась с горечью, а на сердце будто лег тяжелый камень. Мои друзья со мной, и их поддержка неоценима. Но Эйдан… Я так хотела доверять ему. Увы, больше я не могу.

— Давайте вернемся в зал и повеселимся как следует, — предложила я.

— Давайте, — ответила Лора. — Но бдительность не теряем.

Пока мы шли обратно, Морти тихо сказал мне:

— Ты же понимаешь, что от него лучше держаться подальше. Боюсь, он будет пользоваться твоими чувствами, если узнает о подозрениях.

Я поджала губы. Прямо как Эйдан. Мне так хотелось возразить Морти, но упрямое сердце меня сгубит. Пора включать разум: Эйдан в любом случае — мой соперник. Моя победа не в его интересах.

Как только мы вошли в бальный зал, рядом со мной тут же появился Эйдан.

— Вот ты где! — Огневик обворожительно улыбнулся. Теперь мне физически больно смотреть на него. — Я тебя везде ищу! Аварис как всегда, не дает веселиться. Заставляет тренироваться все каникулы. Хорошо, хоть на Йоль даст отдохнуть… Все в порядке?

Я оглянулась. Эш о чем-то оживленно беседовал с Морти, а Агния болтала с Лорой. Им явно было не до нас. Я посмотрела на Эйдана. Такой заботливый, такой понимающий… А что, если это всего лишь игра? Что, если я влюбилась, как дурочка, а он просто использует меня ради победы?

Я сморгнула слезы и проглотила ком в горле. Спокойно. Держи себя в руках.

— Сними с меня ожерелье.

Эйдан удивился.

— Но Ирен, я же тебе говорил, что есть всего лишь один способ…

Я прикрыла глаза.

— Ясно. Все понятно.

Видеть его не хочу. Я отвернулась, прежде чем открыть глаза. Свежий воздух. Да. Мне нужно на улицу.

Я быстро направилась к выходу. В коридоре услышала за собой гулкие шаги. Не хочу оборачиваться. Я приподняла подол платья и выбежала на улицу. Площадку возле академии расчистили от снега, зато кругом высились сугробы. Холодно. Я коснулась камня на животе, и платье мигом согрело меня.

— Ирен, постой!

Ну конечно же он меня догнал. Я почувствовала его руки на своей талии. Нет! Если он меня обнимет и поцелует, я не смогу удержаться, я не смогу быть стойкой. Поэтому я вырвалась из его объятий.

— Эйдан, ты мой соперник. Не думаю, что ты уступишь мне победу. А она мне жизненно необходима. Мне нужно разобраться в чувствах. Давай немного отдохнем друг от друга.

Огневик выглядел так, будто я его закидала камнями.

— Ирен, не говори глупостей…

— Я все решила.

Мы просто смотрели друг на друга. Из его рта клубился пар. Ярость смешалась с отчаянием в его взгляде. Но в ответ он лишь кивнул.

— Остынь немного, — тихо сказал он. — Тебе просто нужно время.

Я развернулась и убежала в ближайшую рощу. Когда расчищенные и утоптанные тропинки закончились, я вспомнила, что у моих туфель нет подогрева. Ноги промокли в снегу. В глубине души мне хотелось, чтобы Эйдан догнал меня, нашел и переубедил. Но увы. За спиной никого не было.