Один из открытых миров Весперия. Чёрный рынок.

— Никогда не слышал ни о том, ни о другом, — признался я.

— Это ты зря, Максим. Помнишь, я тебе рассказывал, что есть лорды, с которыми лучше не связываться? — напомнил Владыка Леон.

— Помню.

— Так вот, высший лорд Вермилион один из них. Ты себе даже не представляешь, какой властью он обладает. Стоит ему приказать — и наши головы подадут ему к завтраку. За ним стоит огромная сила. Если тебе интересно моё мнение, то я бы не стал объявлять ему войну из-за рабыни его помощника.

— Спасибо, что предупредил, вот только я и не собирался объявлять ему войну, я лишь хочу проучить его помощника, чтобы до него дошло, каково это, когда тебе дарят надежду, а потом этими же руками отбирают её.

— Я об этом и говорю. Это всё равно что объявить войну лорду Венту, потому что подобное обращение с его окружением он не оставит без внимания. Надеюсь, ты хотя бы не прямо сейчас решил этим заняться?

— Нет, конечно. Сейчас у нас с тобой другая миссия. Кстати, когда я увижу товар, за который мне захочется выложить круглую сумму монетами?

— Мы только зашли, а ты уже хочешь найти что-то ценное? Не торопись, нам предстоит много ходить сегодня.

— А вот я, кажется, уже нашёл. Хочу вон ту штуку, — сообщил молчавший до этого Скряга и указал куда-то в сторону.

Мы втроём повернулись туда, куда указывал монстр, только я так и не понял, что ему нужно.

— Не вижу, что конкретно ты хочешь? Раба? — удивился я, глядя на то, как один из покупателей осматривает нескольких бойцов, стоящих по стойке смирно.

— Совсем из ума выжил? Зачем мне люди-рабы, если я могу управлять монстрами? — ответил Скряга.

— Вот и мне интересно. Так что тебе нужно?

— Хочу то ожерелье, что висит на шее у работорговца.

— И зачем оно тебе? Неужели это что-то ценное?

— Для него вряд ли. Он это носит как украшение, а для моего вида оно имеет значение. Похоже, что его сняли с кого-то важного.

— Оно магическое?

— Не в том смысле, который ты вкладываешь в это слово. Оно не усиливает человеческую магию или навыки. Это ожерелье усиливает навык управления монстрами. Скажем так, если его правильно использовать, то расстояние, на котором я смогу контролировать монстров, увеличится.

— Намного?

— Зависит от силы самого носителя. В моём случае намного.

— Ну хорошо, пойдём попробуем выкупить, — согласился я.

— Ты куда? — спросил у меня Владыка Леон.

— Скряга захотел, чтобы я выкупил ему ожерелье. Попробую договориться. Мы ведь никуда не торопимся?

— Никуда. У нас времени вагон и маленькая тележка, — ответил мой приятель и отправился за мной.

— Подходите, господин. Желаете купить себе боевого раба? Если так, то вы обратились по адресу. У меня есть как бойцы, так и маги. Лучший товар на рынке. Сами убедитесь. Хотите, я устрою вам показательный бой? — залебезил передо мной работорговец, несмотря на то что предыдущий потенциальный покупатель всё ещё находился здесь и с недовольным видом осматривал живой товар.

— Нет, меня не интересуют твои доходяги. Хочу купить у тебя ожерелье. Оно мне понравилось.

— Вот это? — удивлённо спросил он, поддев ожерелье большим пальцем.

— Да, это.

— Оно не продаётся.

— Продаётся всё, просто цена у всего разная и не всегда измеряется в деньгах, но мы с тобой знаем, что это не тот случай. Поэтому вот, — я медленно одну за другой положил на стол перед работорговцем три монеты.

— Не продаётся, — повторил тот.

Я положил ещё одну монету, он покачал головой.

На стол легла пятая монета.

— Это ожерелье мне подарил близкий человек, и досталось оно ему очень нелегко, поэтому можете даже не стараться, господин, — вполне уверенным тоном сообщил работорговец, но при этом его взгляд не отрывался от монет, которые я продолжал выкладывать на его стол.

— Восемь монет за одно ожерелье. За эти деньги я могу купить у тебя раба.

— Можете, но далеко не самого лучшего.

— Ну так и ожерелье у тебя не артефактное.

— А для чего оно вам?

— Оно идеально подходит к наряду.

— Не продаётся, — непреклонно ответил тот, но взгляд его говорил о том, что он ждёт, когда на столе окажутся ещё монеты.

И я не стал его разочаровывать. Положив ещё две монеты, я остановился.

Работорговец взглянул на меня с недоумением, и я пояснил:

— Это максимум, что я готов заплатить за эту безделушку. Если ты откажешься продавать, я поищу что-нибудь другое на рынке. Уверен, что какое-нибудь ожерелье или амулет подойдут по цветовой гамме к тому наряду. Что скажешь, оно до сих пор не продаётся? — поинтересовался я, показывая, что торг окончен.

Торговец живым товаром уставился на меня, явно разочарованный тем, что монеты на его столе перестали прибывать.

Я выждал несколько секунд, а затем принялся не торопясь собирать монеты. Медленно, одну за другой. Это и стало триггером. Работорговец не мог смотреть, как деньги, которые он уже считал своими, исчезают в карманах другого человека.

— Я согласен, — выпалил он.

— Ты продашь мне своё ожерелье за десять монет? — равнодушным тоном уточнил я.

— Продам, — подтвердил работорговец, снимая ожерелье.

Я вернул десять монет на стол, забрал украшение, и мы вчетвером отправились дальше.

— Круто ты его развёл. Я думал, он действительно не продаст, — восхитился моими торговыми навыками Владыка Леон, когда мы отошли на почтительное расстояние.

— По нему видно, что за деньги он продаст что угодно. Нужно было лишь дать ему их почувствовать, а затем отобрать. Такие, как он, очень не любят терять деньги, а монеты, которые я положил на его стол, он уже начал считать своими.

— А сколько на самом деле стоит это ожерелье? — спросил мой приятель у Скряги.

Тот на некоторое время задумался, явно что-то подсчитывая, а затем ответил:

— Около ста пятидесяти монет.

После его слов у меня не брови, а глаза полезли на лоб.

— Что он сказал? — тут же спросил Владыка Леон.

Я ответил. В этот раз удивился не только он, но и Диана, которая тоже слушала наш разговор.

— Получается, что этот работорговец понятия не имел, какой ценностью обладал, — догадался мой приятель.

— Выходит, что так, — ответил я.

— Это сколько же монет ты сэкономил⁈ Что тут скажешь? Ты крут.

— Около ста сорока, — пошутил я и отдал ожерелье Скряге.

Тот надел его на шею, и оно тут же исчезло под его густой шерстью.

— Ну как, ощущаешь прилив сил? — поинтересовался я.

— Это ведь не артефакт, чтобы сразу ощутить всю его мощь. На то, чтобы ожерелье подстроилось под своего хозяина, требуется много времени. И чем оно сильнее, тем больше времени нужно.

— А это ожерелье сильное?

— Очень. Поэтому и стоит так дорого. Главное, что оно теперь у меня, а зарядить я его сам успею.

— Будем надеяться, что зарядишь ты его вовремя.

— А что, ты собрался отправиться в ловушку?

— Да. Другого варианта сохранить своих сторонников в ордене охотников я не нахожу.

— А если всё это подстроено, чтобы заманить тебя в ловушку? — забеспокоился Владыка Леон.

— Значит, мне придётся из неё выбраться. Нужно только придумать как, — ответил я, но план в моей голове созрел уже давно.

Для начала нужно сделать что-то, на что не рассчитывали аналитики ордена. Что-то такое же из ряда вон выходящее, как мои ленты. Я уверен, что моё тело не ограничивается теми возможностями, которые я уже раскрыл, и должно быть что-то, чем я смогу удивить не только членов ордена, но и себя.

Судя по информации, которую я получил от первого владельца моего тела, ему позволили сбежать именно потому, что в лабораторных условиях он не развивался. Первый достиг потолка, и ему требовались условия для того, чтобы стать ещё сильнее.

Все последующие владельцы были энергетическими наркоманами, а это значит, что их больше интересовало количество накопленной энергии, чем развитие навыков и открытия новых секретов тела, если они не были связаны с её добычей.

Я уже набросал в голове несколько вариантов, которыми мог бы себя усилить и с помощью которых смог бы выбраться из ловушки, но на практике их ещё не опробовал.

Первое и самое главное, что я задумал, — это объединить использование навыков и различных свойств в одном теле одновременно. Теоретически это возможно, поскольку я выращиваю на концах лент лапы богомола.

А что, если я обернусь в пепельную жабу и при этом буду поглощать энергию с помощью навыка горкала? Или наоборот — обернувшись ящером-хамелеоном, сумею пользоваться навыком пепельной жабы? Насколько это осуществимо на практике, мне ещё предстоит выяснить.

Ещё я хочу попробовать создавать своих собственных монстров. У меня огромная база данных самих монстров и их навыков. Почему бы мне не воспользоваться ими и не сотворить что-то своё, если получится реализовать использование способностей одних монстров в облике других?

Остальные мои задумки ещё более фантастические, но к ним я вернусь, когда воплощу в жизнь первые две. Точнее, если реализую первые две.

— Я так понимаю, мысли, как это сделать, у тебя уже имеются, но с реализацией возникли сложности? — догадался Скряга.

— Не скажу, что сложности, я ещё не брался за эксперименты, и пока это всё лишь теория в моей голове.

— И когда ты планируешь приступить к практике? — поинтересовался Владыка Леон. Он понял, о чём мы разговариваем, потому что я говорил на общем, а Скряга на своём, и по моим словам догадаться об общем смысле нетрудно.

— В ближайшее свободное время, — ответил я.

— А как скоро ты планируешь угодить в ловушку?

— Не раньше, чем смогу освоить то, что задумал, либо найти другой способ, как выбраться из персональной ловушки. Без подготовки я туда не сунусь.

— И это правильно, но вопрос в том, сколько у тебя времени? Не забывай, что Сириуса могут схватить за яйца, и тогда ты лишишься всей поддержки в ордене, потому что никто не захочет быть следующим.

— Ты прав, стоит заняться этим как можно раньше, — ответил я.

Мой взгляд упал на рабыню.

— А мы можем подыскать ей одежду? У неё ведь всего одно платье. Здесь есть что-нибудь обычное или только по запредельной цене за монеты? — спросил я.

— Оглянись вокруг, люди ведь ходят в обычной одежде. Конечно, есть. Причём недалеко отсюда. Заглянем? — предложил Владыка Леон.

— Разумеется, заглянем. Веди.

Это «недалеко» оказалось минутах в двадцати ходьбы.

Магазинчик, в который нас привёл мой приятель, был небольшим. Точнее, зал для посетителей был небольшой, но одежды здесь оказалось не просто много, а до хрена. Хозяин владел промышленными артефактами с пространственными карманами. Разумеется, внутрь нас никто не пустил, но девушки, которые набежали, принесли столько женской одежды, что она заняла четверть зала, в котором мы находились.

— Ну что, давай подберём тебе гардероб, — произнёс я, и девушка тут же скинула с себя платье, под которым ничего не было.

Как ни странно, но это действие не произвело никакого впечатления абсолютно ни на кого, кроме меня. Ну, разделась рабыня, что тут такого? Она же перед своим хозяином это сделала, значит, всё в порядке.

— Диана, будь добра, при мне не оголяйся, хорошо? — терпеливо попросил я.

— Ой, простите, я забыла, — ответила она и прикрылась.

— Примерочная там, — указал я на довольно большую ширму, и девушка тут же скрылась за ней.

Дальше мы два часа подбирали Диане гардероб. При этом она оказалась абсолютно неприхотливой, и ей нравилось всё, что предлагают. Пришлось полагаться на свой вкус и советы хозяина магазина. Много мы брать не стали. Для начала ей хватит и десяти нарядов.

К нужному месту, где продавали то, что должно было меня заинтересовать, мы добрались только к вечеру. Можно было бы сделать это значительно быстрее, доехав туда на такси, но я захотел осмотреть по дороге туда всё, чтобы не пропустить чего-нибудь интересного.

И не пропустил, правда, и не нашёл, но теперь я знаю, где купить многие полезные вещи, да ещё и в больших количествах.

А привёл меня Владыка Леон не куда-нибудь, а туда, где продают трофеи. И сделал он это не просто так. Возможно, он хотел, как-то помочь моей задумке, даже не зная о моих планах.

Он, сам того не понимая, действительно выручил меня. Нет, данных с мёртвых частей тела монстров, которые были убиты не мной, я не получу, но эти трофеи обладают определёнными свойствами, которые помогут мне понять природу моего тела и его возможности.

Экспериментировать со своим телом — это одно, а работать над чужеродным материалом — совершенно другое. Не думаю, что никто из предыдущих владельцев не додумался попытаться сделать то же, что и я. Рискну предположить, что кто-то экспериментировал, но они пытались сделать это напрямую и не смогли, иначе данные бы остались. Но что, если попытаться воздействовать определённым навыком на часть тела другого монстра? Наверняка я смогу получить какой-нибудь полезный эффект, а если повезёт, то пойму природу нового процесса.

В результате я оставил в этой части рынка целых две сотни монет, но зато довольный вернулся в гостиницу.

— За рабыню нужно доплатить, — предупредил хозяин трактира. Не знаю, как они все вычисляют, что она рабыня, но меня это начинает напрягать.

— А можно ей отдельный номер? — спросил я, справедливо полагая, что хозяин удивится.

Но, похоже, здесь подобное не является чем-то редким. У каждого рабовладельца свои тараканы в голове.

— Можно, но скидки не будет.

— Господин, не нужно мне отдельный номер. Меня могут украсть, — заговорила со мной Диана.

— В смысле украсть? — не понял я.

— Твоя рабыня права. Ей будет безопаснее в номере с кем-то из вас, чем в отдельном. Она собственность, а значит, представляет ценность. С ней может произойти то же самое, что с рюкзаком, если вы снимете для него отдельный номер. Его кто-нибудь сопрёт.

— Ну, хотя бы кровать отдельную поставить можно? И ширму там какую-нибудь.

— Это без проблем, за дополнительную плату, — улыбаясь, ответил трактирщик.

— Сколько?

— Монета за три дня.

— Тогда с трёхразовым питанием, и таким же, как для остальных посетителей, — недовольно произнес я, понимая, что дольше, чем на три ночи мы здесь не задержимся.

— Само собой. Любой каприз за ваши деньги, — ответил мне хозяин и велел одному из своих работников поставить дополнительную кровать в мой номер и отгородить её.

Мы поднялись наверх, и вскоре нам принесли точно такую же кровать, на какой спал я, зато ширма оказалась довольно большой. Можно сказать, что у Дианы теперь есть своя небольшая комната.

— Тумбочку девушке принесите, — велел я.

— Да, господин, сейчас всё сделаем, — пообещал слуга и вскоре вернулся с довольно красивой тумбочкой, которая явно отличалась от моей. Парень украдкой посмотрел на меня, не стану ли я возмущаться, что у рабыни мебель красивее, и, убедившись, что я абсолютно нормально отреагировал, поставил её у кровати девушки. После чего тут же покинул мой номер.

— Вы чего-нибудь желаете, господин? — спросила Диана.

— Да. Я сейчас буду занят и хочу, чтобы меня не беспокоили.

— Понятно. Мне выйти?

— Не нужно. Просто не мешай мне, — ответил я и полез в свой рюкзак за трофеями, которых сегодня скупил достаточно много.

Итак, с чего бы начать?

Для начала я рассортировал трофеи от более дешёвых к более дорогим и редким. Разумеется, начал экспериментировать я на дешёвых.

Итак, моя задача — изменить свойства материала, лежащего передо мной, с помощью навыков или способностей других монстров. Возьму чешую короеда и попытаюсь воздействовать на неё слизью тарисольской медузы.

Согласно данным, хранящимся в моём теле, у чешуи короеда есть общие составляющие с веществом, которое соединяет пластины брони горкала. Вот я и подумал, что оно может размягчить чешую.

Для начала я слегка мазнул этой слизью, но ничего не произошло. Затем я накапал небольшую лужицу — не помогло.

Отрастив коготь горкала, я начал царапать чешую, надеясь, что эта жидкость попадёт во внутренние слои чешуи, но результат оставался прежним. Значит, слизь тарисольской медузы никак не воздействует на чешую короеда.

Ладно, пропустим несколько дешёвых трофеев и возьмём что-нибудь из среднего сегмента редкости. Например, хрящ бартолианского хряка. Я взял трофей и положил его перед собой, изучая информацию из базы данных.

Одно из физических свойств этого монстра заключается в том, что слой его щетины невозможно пробить холодным оружием. Можно даже сказать, что он не боится физических атак. Это не совсем правда, поскольку есть монстры, которые могут сожрать этого хряка и даже не заметят его брони, но обычные пули его не берут, как и мечи и копья, впрочем, как и другие колющие и режущие предметы.

Зато есть кое-что, чем его убивают. Я имею в виду определённый тип магии. Но я не стану ограничиваться только им, поскольку это общеизвестный факт. Я добавлю кое-что от себя.

Для начала я направил на трофей концентрированную магию ветра, и она тут же показала, на что способна. Маленькая часть трофея была уничтожена. Это говорит о том, что у меня слишком концентрированная мана. Необходимо её разбавить чем-то, что позволит размягчить хрящ. И это определённо не должна быть магия. Нужно воздействовать навыками других монстров.

Я внимательно прошерстил базу данных и нашёл кое-что, на мой взгляд, подходящие.

Я снова использовал магию ветра, но в этот раз не концентрированную и смешал её с пламенем шадорского дракона, предварительно обратив свою голову в его.

— Какого хрена тут происходит⁈ — подскочил я, когда эксперимент начал выходить из-под контроля.