Се Юнь разозлился не на шутку. Позвал слуг и велел запереть меня, но уже не в моей комнате, а в своей. По его приказу в помещении заколотили все окна. Но и этого было мало. Се Юнь расставил дополнительную стражу и слуг, чтобы следить за мной.

Три дня я сидела в его комнате без возможности увидеть солнечный свет. Я расстроилась. Обиделась. И каждый раз, когда Се Юнь приходил, всем своим видом показывала, что общаться с ним и видеть его не хочу.

Сначала он молча терпел, когда я отворачивалась или игнорировала его. Затем начинал что-то говорить – ровным, спокойным голосом, будто мое молчание было для него лишь легким капризом, который он снисходительно терпел. Но я держалась. Не могла позволить ему победить и сломить меня.

Окажись рядом мама, моя настоящая мама из реального мира, она бы сказала: «Будь мудрее. Используй любовь Се Юня, чтобы успокоить его и получить желаемое». Но я ничего не могла с собой поделать. Мне говорили «нет», и я хотела сделать все наперекор.

– Ты долго будешь злиться? – спросил Се Юнь в конце третьего дня, когда я вновь проигнорировала его. Он вошел в комнату с подносом с едой в руках, но я даже не взглянула на него.

Я не ответила. Продолжала сидеть спиной к Се Юню и теребила края рукавов.

– Хорошо. Если ты не хочешь говорить, мне это не мешает. – Я услышала, как он ставит поднос на стол. – Я принес еду. Тебе нужно поесть.

Последние дни я упрямо отказывалась от еды.

– Иначе останешься совсем без сил, – помягче сказал Се Юнь. А я закатила глаза. Разве не этого он хотел? Чтобы я была слабой и стояла в сторонке. – Сегодня повар постарался, приготовил твои любимые блюда.

Он открыл крышку, и я почувствовала аромат тушеной свинины. Слюнки собрались во рту. Я быстренько сглотнула. Вкусненько… Но даже ради еды я не поддамся! Есть хотелось, но проигрывать – нет.

– Я и твои любимые пирожные принес. – Я услышала, как Се Юнь поставил тарелочку на стол. Пирожные? С османтусом? Я поджала губы. Негодяй! Вот, значит, как он решил меня терзать? Не сдамся! Даже пирожные не заставят!

Я упрямо смотрела перед собой и не повернула головы. Се Юнь молчал несколько минут, ждал от меня хоть какую-то реакцию. Потом тихо вздохнул и подошел ближе.

– А-Нян, ты ведь знаешь, что я не причиню тебе вреда.

Я не ответила.

– Но ты ведешь себя так, будто я твой враг.

Я даже не шевельнулась. А разве он не враг? Или думает, вот так поступая со мной, он будет мне другом?

– Твое молчание и отказ от еды – не выход. Хуже делаешь только себе.

Он сел рядом. Я напряглась, но не отодвинулась, просто продолжала смотреть перед собой. Се Юнь наклонился ко мне.

– Если ты будешь меня игнорировать, – его голос стал тише, перейдя в шепот, – мне придется придумать другой способ привлечь твое внимание.

Я почувствовала его дыхание на своей коже и поежилась. Что он собрался делать? Покосилась на него, пытаясь понять, что он замышляет.

Уголки губ Се Юня чуть приподнялись.

Он кончиками пальцев поймал выбившуюся прядь волос и заправил за мое ухо. Его прикосновение было легким, почти невесомым, но оно заставило меня задержать дыхание.

– Ты ведь совсем не обращаешь на меня внимания. Поэтому что, если я сделаю вот так? – Его губы коснулись моего виска, и я вздрогнула.

Я резко повернулась к Се Юню, но он не отстранился, наоборот, приблизился еще плотнее. Его глаза потемнели, в них мелькал огонь, от которого у меня пересохло в горле.

– Ты… – начала я, но он тут же приложил палец к моим губам, прерывая меня.

– Тише, А-Нян, – его голос звучал низко, завораживающе, – не прогоняй меня.

Я напряглась, внутренне борясь с той самой дрожью, которая пробежала по моему телу.

– Я не хочу тебя слушать, – упрямо сказала я, но даже мне самой мой голос показался слабым.

– Зато ты чувствуешь. – Се Юнь провел пальцами по моей щеке, заставляя меня невольно закрыть глаза. – Разве нет?

Я стиснула зубы. Чувствую… Конечно чувствую! Но разве он не понимает, что этим все только усложняет?

– Перестань, – прошептала я, но голос звучал скорее как просьба, чем как приказ. Когда его присутствие, его прикосновения сделали меня такой слабой? Почему я даже сопротивляться не могу его чарам? Что этот злодей сотворил со мной?

Почему мое тело жаждало его прикосновений?

От Се Юня не укрылось мое смятение. И он поспешил воспользоваться возможностью.

– А если я не хочу? – Он наклонился ближе, его дыхание обжигало мою кожу. – Ты моя жена, и я буду напоминать тебе об этом столько раз, сколько понадобится.

Его губы скользнули к моему уху, горячие, мягкие. Я вздрогнула, ощущая, как тепло растекается по телу, несмотря на то, что я изо всех сил пыталась сопротивляться.

– Се Юнь… – Я хотела сказать, что он перегибает палку, но в этот момент он накрыл мои пальцы своей ладонью.

Я ахнула, когда он медленно притянул меня ближе, так, что между нами почти не осталось пространства.

– Скажи мне, А-Нян, что ты сейчас чувствуешь? – его голос был бархатным, опасным.

Я медленно подняла голову, встретившись с ним взглядом. И правда, что я сейчас чувствовала?

– Я…

Но Се Юнь не дал мне закончить. Его губы накрыли мои, мягко, но настойчиво.

Я должна была оттолкнуть его. Должна была сопротивляться.

Но вместо этого моя рука предательски скользнула к его груди, ощущая, как под пальцами бешено стучит его сердце.

Пока длился поцелуй, я каждую секунду проклинала свою слабость. Но не могла заставить себя отстраниться. Се Юнь целовал меня жадно, неторопливо, смакуя каждое мгновение, словно хотел запомнить вкус моих губ. Его поцелуй был горячим, властным, но в то же время Се Юнь ждал, проверял границы, испытывал мое терпение и самообладание.

Я сжимала пальцы на его груди, намереваясь оттолкнуть, но вместо этого лишь сильнее вцеплялась в ткань. Мое тело предало меня.

Губы Се Юня двигались то настойчиво, то нежно, сводя меня с ума контрастом ощущений. Его язык осторожно провел по моим губам, требуя доступа, и я, даже не осознав, как это произошло, чуть приоткрыла рот.

Вкус… Он был теплым, терпким, с легкой горчинкой. Все внутри меня перевернулось, когда его язык проник внутрь, мягко исследуя, дразня, подчиняя.

Я знала, что должна сопротивляться. Должна оттолкнуть его, разорвать этот поцелуй, сказать, что ненавижу Се Юня… Но вместо этого я закрыла глаза и растворилась в ощущениях.

Теплая ладонь скользнула по моей щеке, затем вниз, к шее, а другой рукой Се Юнь прижал меня ближе, так что я почувствовала, как сильно стучит его сердце. Оно билось так же быстро, как и мое.

Я не могла дышать.

Он слишком близко.

Слишком… правильно.

В груди разгорался пожар, и я не знала, как его потушить.

Губы Се Юня оставили мои лишь для того, чтобы накрыть уголок рта, затем линию челюсти, нежный изгиб шеи. Я судорожно вдохнула, прерывисто, со стоном, которого не могла сдержать.

Нет, нет, так нельзя…

– Се Юнь, – мой голос был тихим, дрожащим, но он тут же уловил в нем нотку сомнения.

– Что? – Он прижался губами к моей ключице, оставляя огненный след.

– Мы не можем…

– Почему? – Он поднял голову, в его глазах пылало желание. – Ты уверена, что не хочешь этого?

Я сжала губы, но Се Юнь снова провел пальцами по моей коже, заставляя меня задышать чаще.

– А-Нян… – его голос был низким, хрипловатым. – Я чувствую, что ты тоже…

Я резко отстранилась, упрямо глядя ему в глаза.

– Я не хочу этого, – соврала. И он тоже знал, что я вру. Но что будет, если я сдамся? Что, если я возненавижу себя?

Себя, а не его, потому что его я безумно люблю.

Скажи мне кто-то несколько месяцев назад, что я полюблю злодея, который внушает всем ужас, я бы рассмеялась и покрутила пальцем у виска. Но реальность оказалась такова, что контролировать свое сердце я не могла.

Ни сердце, ни тело.

– Не хочешь? – тихо и спокойно переспросил Се Юнь. Я кивнула. – Но секунды назад ты очень даже этого хотела.

– Не хотела, просто… – Я осеклась, не зная, как себя оправдать.

Се Юнь рассмеялся.

– Можешь не стараться. Тебе меня не обмануть, жена. Я все вижу и чувствую.

– Я не вру. – Я сердито надулась.

– Сегодня я, так и быть, ничего не буду делать, но, А-Нян, долго отталкивать меня ты не сможешь.

Се Юнь поднялся. Поправил свою одежду, а потом подошел к столу.

– Мне надо уйти ненадолго, вернусь ночью. Поешь, иначе совсем ослабнешь.

Он направился к выходу. Когда дверь за ним закрылась, я схватилась за сердце и начала отчаянно причитать о том, какая я глупая и легкомысленная. Как я могла допустить, что он получил надо мной полный контроль?

Не знаю, сколько я сидела и возмущалась, но, когда желудок заурчал, сдалась и пошла к столу.

Окинула взглядом уже остывшие закуски и мясо с рисом и, вздохнув, поела.

Силы мне и правда нужны. Надо попытаться сбежать отсюда…

…Побег не случился ни на следующий день, ни через несколько дней.

Каждый раз, когда я пыталась придумать способ выбраться, что-то мешало. Слуги и охрана не оставляли меня без присмотра, а выход из комнаты был под надежной защитой. К тому же я прекрасно осознавала, что если Се Юнь принял решение, то никто не сможет помешать ему достичь своей цели.

И все же меня раздражало не только это.

Се Юнь играл со мной.

Я не могла этого не заметить. Он словно дразнил меня, испытывал мое терпение, а вместе с ним и мою решимость держаться подальше от него.

Он стал чаще приходить ко мне и оставаться на ночь.

Будто специально заходил в комнату без лишней надобности, придумывая нелепые поводы – то принесет мне сладости, то возьмет книгу, которой, кажется, вовсе не собирался пользоваться.

А иногда он просто появлялся в дверях, молча наблюдал, а затем уходил, не сказав ни слова.

Больше всего меня тревожили моменты, когда он сокращал дистанцию.

Вчера он будто невзначай поправил ворот моего халата, пальцами скользнув по коже.

Позавчера, проходя мимо, чуть наклонился и выдохнул мне в ухо:

– Тебе не кажется, что в комнате слишком жарко?

Я вздрогнула тогда от неожиданности.

Но хуже всего было ночью.

Когда он возвращался, ложился спать рядом со мной. Я пыталась уйти, лечь в другом месте. Но стоило мне уснуть, и я оказывалась рядом с Се Юнем. В конце концов я почти смирилась с этим.

Ведь он просто ложился на свою половину кровати, даже не пытаясь прикоснуться ко мне.

Но на следующий день он сделал вид, что во сне случайно накрыл меня рукой.

А на третью ночь…

Я проснулась от ощущения тепла.

Сначала не поняла, что случилось, но затем осознала: его ладонь лежала на моей талии. И не просто лежала, а чуть двигалась, медленно, лениво, будто невзначай поглаживая. Мое сердце забилось чаще.

Я не знала, бодрствовал Се Юнь или гладил меня во сне, но то и другое было опасным.

Осторожно, чтобы не разбудить, я попыталась убрать его руку.

Но едва мои пальцы коснулись ладони Се Юня, как он вдруг сжал меня крепче и, не открывая глаз, пробормотал:

– Спи, А-Нян…

Я замерла.

А он, кажется, усмехнулся. Не отпуская, он чуть придвинулся, его дыхание коснулось моего виска. Я чувствовала, как его тело источает тепло, как ровно бьется его сердце.

И, что хуже всего, я не могла заставить себя отстраниться.

Слишком уютно.

Слишком правильно.

Слишком… опасно.

Я сжала губы, закрыла глаза и заставила себя успокоиться.

Но вскоре поняла: это не я поддаюсь ему.

Это он заставляет меня привыкнуть к нему.

Попытки Се Юня не заканчивались. Он терпеливо пытался заставить меня сдаться. Знал, что силой у него не получится это сделать, поэтому решил проявить нежность, заботу и любовь.

Соблазнение продвигалось медленно. Я старательно избегала его, хоть это и было трудно в моих обстоятельствах. Но и Се Юнь сдаваться не хотел. Однажды он вновь подловил меня.

Мое сердце чуть не выскочило из груди, когда он утром воспользовался тем, что я ослабила бдительность. Поцелуй, оставленный им на моей шее, словно горячее клеймо обжег мою кожу, заставляя меня вздрогнуть.

– Се Юнь! – Я резко обернулась, встретившись с его темными, полными скрытой насмешки глазами.

– Доброе утро, жена. – Он улыбнулся, но в этой улыбке было что-то опасное, завораживающее. – Ты так сладко спала, что я не удержался.

Я почувствовала, как щеки вспыхнули жаром.

– Ты… ты…

– Я? – Он наклонил голову, притворяясь невинным, хотя его пальцы лениво скользнули по моей руке. Я возмущенно оттолкнула его ладонь.

– Ты ведешь себя неподобающе.

– Разве? – Его губы изогнулись в едва заметной усмешке. – Разве мужу нельзя целовать свою жену?

– Наш брак…

– Он не фиктивный, и ты прекрасно об этом знаешь. Ведь мы закрепили его. Много раз. – Он широко улыбнулся. – Женушка, долго еще будешь сопротивляться?

– А ты долго еще будешь держать меня взаперти?

– Это для твоей же безопасности, – сказал Се Юнь. Он широко зевнул.

– Безопасности? Ты правда думаешь, что так я буду в безопасности? Или ты просто пытаешься меня удержать рядом с собой?

Се Юнь вздохнул.

– Я люблю тебя, А-Нян.

– И что? Это позволяет тебе держать меня взаперти?

– Совсем скоро я закончу все свои дела, и мы уедем отсюда.

– Какие дела? – Я отодвинулась от него и скрестила руки на груди. – Ты ничего не хочешь мне рассказывать. Но при этом от меня требуешь, чтобы я беспрекословно тебя слушалась и делала то, что ты хочешь.

– А разве ты разговаривала со мной все это время? По-моему, это ты играла в молчанку.

Я возмущенно надула губы. Это правда было так, но он ведь и сам не торопился объясниться со мной.

– А-Нян, – ласково произнес он мое имя, – я не хочу, чтобы тебе было плохо, но прямо сейчас у меня нет другого выхода. В ситуации, в которой мы оказались, нельзя действовать безрассудно.

– В какой ситуации?

Се Юнь тяжело вздохнул, будто у него на плечах лежали заботы обо всем мире.

– Дядюшка злится и пытается через императора повлиять на меня.

Услышав, что в дела семьи Се впутывают императора, я напряглась. У военного министра была власть, дарованная ему императором. А Се Юнь – просто генерал, которого легко сместить и отправить куда-нибудь на верную смерть. Сумеет ли Се Юнь что-то противопоставить военному министру? Может быть, мне…

– Видишь, ты уже начала переживать и думать, как помочь мне, – довольно точно заметил Се Юнь.

– А что ты предлагаешь? Сидеть здесь взаперти и ждать, пока ты что-то сделаешь?

– Просто положиться на меня, я сам могу все решить, – мягче сказал Се Юнь. Но потом его интонация изменилась. Он стал говорить тверже, увереннее. – А-Нян, мне не всегда нужна твоя помощь. В конце концов, я же не ребенок. Я взрослый мужчина.

Я даже засомневалась. Неужели я правда пытаюсь решить все, потому что подсознательно опекаю его?

Руки Се Юня легли мне на щеки, и до того, как я возмутилась, он запечатлел на моих губах поцелуй. Мои глаза чуть округлились от неожиданности. Я даже не сразу сообразила, что мне надо сопротивляться.

А Се Юнь не стал упускать момент и углубил поцелуй, властно прижимая меня к себе. Его губы были настойчивыми, горячими, проникающими в самую суть, разрушая мои попытки сопротивляться.

Я почувствовала, как его пальцы медленно скользнули вниз, по линии моей шеи, к плечу, вызывая предательскую дрожь во всем теле.

– Се Юнь… – я попыталась протестовать, но голос прозвучал слишком слабо, почти умоляюще.

Он чуть отстранился, но не убрал рук. Его теплые пальцы все еще касались моей кожи, а темные глаза пристально вглядывались в мое лицо.

– Хочешь, чтобы я перестал?

Я прикусила губу. И хочу, и не хочу. Сама себя не понимаю. Се Юнь глубоко вздохнул и улыбнулся.

– К сожалению, мне пора идти, но если хочешь, давай вечером погуляем?

Предложение вызвало у меня неподдельный интерес.

– Правда?

– Да. – Он с легкостью кивнул. Затем поднялся с кровати и быстро оделся. Он не стал завтракать в комнате. Видимо, у него и правда было много дел. – Увидимся вечером.

Он ушел, а я позволила себе еще немного полежать, прежде чем поднялась сама.

Умылась, переоделась в чистую одежду, тщательно расчесала длинные волосы. А потом принялась делать зарядку. Даже будучи взаперти, я старалась выполнять физические упражнения. Иначе от безделья можно и с ума сойти.

После завтрака я немного почитала. Еще раз потренировалась. Время тянулось как будто бесконечно. К вечеру я была вымотана от ожидания, но Се Юнь все не приходил. Вот уже на небе взошла полностью луна, а его все не было.

Я мерила шагами комнату, бросая нервные взгляды в сторону двери. Где же он?

Се Юнь обещал вернуться к вечеру, но ночь уже вступила в свои права, а муж еще не пришел. В груди нарастало беспокойство, смешанное с раздражением. Я устала гадать, где он и что делает.

Как раз в этот момент дверь слегка скрипнула, и я тут же повернулась, ожидая увидеть мужа. Но вместо Се Юня в комнату вошла Юй Синь. Я опешила, увидев подругу. Как она оказалась здесь? Се Юнь позволил ей прийти?

От неожиданности у меня выпал свиток из рук.

– А-Нян… – тихо произнесла она, переступая порог комнаты.

Я подскочила с места и бросилась к ней, схватила за руки и принялась осматривать.

– Где ты была? С тобой все в порядке? Ты цела? Я думала, с тобой что-то случилось! – выдохнула я, чувствуя, как раздражение уступает место облегчению. К счастью, она не была ранена.

Юй Синь виновато улыбнулась.

– Прости… Мне пришлось срочно отправиться кое-куда с Ли Шию.

Я нахмурилась.

– Куда?

Она нерешительно посмотрела на меня, а потом все же заговорила:

– Рядом со столицей есть небольшой городок, где собирают одну редкую траву. Мы отправились туда, чтобы купить ее, но немного задержались.

Мое сердце замерло.

– Зачем тебе понадобилась эта трава?

– Для противоядия. Разве господин Се Юнь не говорил тебе? Он узнал, каким ядом был отравлен. Я провела небольшое исследование, и это подтвердилось. Поэтому я сразу начала готовить противоядие. Но у нас были не все ингредиенты, и пришлось за ними поохотиться.

Я почувствовала, как холод пробежал по спине. Про яд я уже и думать забыла. Се Юнь выглядел хорошо, поэтому я совсем не беспокоилась о лекарстве.

– Подожди… Ты уже приготовила ему противоядие?

Юй Синь кивнула.

– Вчера он принял его. Теперь его жизни ничего не угрожает, но…

Она не договорила, огляделась по сторонам и прислушалась к тому, что происходит за стеной.

– Кажется, уже уснули.

Она вернулась к двери и выглянула наружу.

– Кто уснул? – Я тоже подошла к двери и увидела трех стражников, которые лежали на земле без сознания. – Ты усыпила их?

Юй Синь кивнула.

– Я узнала кое-что про господина Се Юня.

Подруга слегка прикусила губу, словно не решалась сказать мне правду.

– Что именно?

Юй Синь тяжело вздохнула, а потом все же заговорила:

– Знаешь, как его называют? В его армии он известен под именем Бао Фэн Ю – Буря, что приносит гибель.

Юй Синь пристально посмотрела на меня. Словно прямо сейчас я должна была ужаснуться.

– А-Нян, он опасен. Мы должны покинуть поместье Се, пока не поздно. – Она схватила меня за руку.

– Я уже знаю, что он Бао Фэн Ю, – призналась я.

Юй Синь ахнула.

– Знаешь и все равно остаешься здесь?! Когда я поняла, что он запер тебя, я ужасно разозлилась. Почему ты не убежала?

– Как бы я убежала без тебя? – пожала я плечами. – Я не знала, где ты. Да и сбежать оказалось не так-то и просто. Ты видела, что Се Юнь сделал с поместьем?

– Но теперь я здесь. – Юй Синь улыбнулась.

– Хочешь бежать прямо сейчас?

– Да, господина не будет в поместье еще некоторое время. Стражу я усыпила, поэтому самое время уходить.

Я глубоко вздохнула.

– Хорошо. Давай сделаем это.

Юй Синь не теряла времени даром. Она все заранее подготовила и была твердо уверена, что я соглашусь бежать вместе с ней. Мы переоделись в простую одежду, спрятали волосы под платками и, убедившись, что никто не видит, выскользнули из комнаты.

Путь к выходу был продуман до мелочей. Охрана, которую усыпила Юй Синь, не должна была прийти в себя еще долго. Мы выбрались из личного двора и уже пересекли первый внутренний двор, когда нас окружили.

Это случилось внезапно, десяток стражников возникли будто из ниоткуда. Они не вынимали оружие, но были готовы его применить, если бы мы решили прорваться с боем.

– Куда это вы собрались?

От этого голоса у меня замерло дыхание.

Я медленно повернулась назад.

Прямо перед нами, скрестив руки на груди, стоял Се Юнь.

Он выглядел очень спокойно. Но его темные глаза сверкали так, что у меня по спине пробежали мурашки.

Я сжала кулаки. Все пропало. Побега не будет.

Несколько часов спустя я сидела вновь в комнате Се Юня и пыталась остановить поток слез. Я плакала от обиды. От злости.

– Женушка, почему ты плачешь? – сладкий, как приторный мед, голос Се Юня, заставил меня поежиться. Я вскинула голову и взглядом, полным ярости, посмотрела на вошедшего в спальню мужа.

– Будто ты не знаешь! Ты опять это сделал!

Он медленно подошел ко мне, сел рядом на кровать.

– Что сделал, женушка, расскажи? – Се Юнь притворился, будто не понимает, что происходит. Он положил голову мне на колени и ласково промурчал: – Что беспокоит мою любимую маленькую жену?

Хоть его голос и звучал мягко и нежно, во взгляде карих глаз не было и намека на тепло. Он наблюдал за мной, как хищник, готовый в любой момент наброситься и разодрать свою добычу.

Я посмотрела на бледное, но при этом очень красивое лицо мужа. В последнее время он выглядел гораздо лучше, чем в тот день, когда я ворвалась в его комнату и принудила к свадьбе. Он окреп и возмужал. Я потратила бесчисленные часы, чтобы вылечить его, а он…

– А-Нян, – произнес Се Юнь почти шепотом, его голос стал еще ласковее. Но обманываться не стоило: даже в этом шепоте таилась угроза. – Неужели ты так несчастлива со мной? Разве я не заботливый муж?

– Мы ведь договаривались. – Я вытерла слезы и холодно посмотрела на него. – Я помогу тебе справиться с твоей семейкой и вылечу, а потом мы спокойно разведемся.

– Ты так хочешь покинуть меня? – Се Юнь приподнялся, в его глазах сверкнуло предостережение. Я поежилась. Мне пришлось заставить себя улыбнуться. Хотя сердце билось так сильно, что казалось, оно вот-вот выскочит из груди.

– Я хочу вернуться домой, – тихо ответила я, стараясь не выдать дрожь в голосе. – Ты ведь практически выздоровел. Никто больше не покушается на твою власть в семье. Я выполнила свое обещание. Давай разведемся.

– Ах вот оно что, ты хочешь вернуться домой… – Се Юнь пропустил последнюю часть моей речи мимо ушей. – Но что тебе делать на этой горе? Разве ты не говорила, что тебе там скучно?

– Там мой дом, – мягко сказала я. Да где угодно будет лучше, чем рядом с Се Юнем! Он в последнее время ведет себя как-то странно. Следит за мной и делает такие вещи… Может, он догадался, что я знаю его секрет?

Се Юнь не был простым человеком. Он происходил из влиятельной семьи, которая пользовалась большим уважением в империи. А он сам… Я опустила взгляд на деревянный пол. Се Юнь оказался главным злодеем романа, в который я попала по случайности. Приняв его за умирающего юнца, я помогла ему и вылечила, и теперь он, кажется, одержим мной.

– О чем ты задумалась, жена? – голос Се Юня вновь стал сладким. Он наклонился чуть ближе, и его дыхание коснулось моей щеки. – У тебя есть от меня секреты?

Его глаза сверкнули хищным огоньком. Неужели он узнал, что я в курсе его тайны?

– Нет никаких секретов. – Я отвела взгляд в сторону, чтобы не смотреть в чарующие темные глаза мужа.

Он провел пальцами по моей щеке. Мягко, едва касаясь, вызывая неконтролируемую дрожь в моем теле. Я знала, что он пытается сделать. Он своими словами и поступками строил для меня большую клетку. Се Юнь не желал со мной расставаться, но я уже не могла жить так.

Опустив глаза, постаралась скрыть от него свои мысли. Все больше я убеждалась в том, что в последнее время мой муж только притворялся слабым и больным. Но делала вид, будто не замечаю этого.

– А-Нян, разве ты не любишь меня? – вдруг спросил Се Юнь. Я не выдержала и посмотрела на него. До того, как узнала о его делах, он и правда мне нравился. Потому я яростно защищала его от всех, кто пытался ему навредить. Се Юнь казался мне мягким и нежным. Я и подумать не могла, что он окажется тем самым книжным злодеем, из-за которого оригинальная А-Нян умерла в страшных муках.

Но, узнав это, я начала смотреть на него по-другому. Увидела всю двусмысленность его слов и действий. И испугалась. Одно дело – читать о злодее, и совершенно другое – находиться рядом с ним.

Нужно было уходить раньше, а теперь он так одержим мной, что нас разлучить может только смерть.

Се Юню не был нужен ответ от меня. Он улыбнулся и коснулся губами моего лба.

– Пока ты любишь меня и остаешься рядом, все остальное неважно. – Муж склонил голову и, подняв мою руку, поцеловал пальцы.

Я попыталась ему улыбнуться. Пока я притворяюсь, он тоже притворяется, что нежен и добр.

Его глаза удовлетворенно сверкнули. Взяв веер, он начал тихо обмахивать себя, прогоняя душный воздух.