Когда трапеза закончилась, я поднялась, чтобы вернуться к Се Юню.

– Хун Нян, останься, пожалуйста. – Старшая госпожа поместья остановила меня, когда я, поклонившись, собралась уходить. – Я бы хотела еще немного с тобой поговорить.

Она сама поднялась из-за стола и указала мне на смежную комнату.

– Матушка, а мне можно с вами? – Сяо Лань с любопытством смотрела на меня и свекровь. Думаю, ей не хотелось уходить.

– Тебе нужно идти учиться, Лан-эр[6], – покачала головой старшая госпожа. – В первую очередь ты должна думать о муже. С сестрой еще успеешь наговориться.

– Хорошо, – с грустью сказала Сяо Лань и, печально вздохнув, пошла к выходу.

– Лан-эр милая девушка, но она еще слишком молода и неопытна, – произнесла мать Се Юня, глядя, как ее младшая невестка уходит. – Она искренне старается всем угодить, но часто забывает о своих обязанностях.

– Со временем она всему научится. – Я пошла следом за старшей госпожой в смежную комнату.

Она была не так богато украшена, как передняя, предназначенная для встречи гостей. Строгая и без излишеств. Но мебель была здесь добротная, а несколько картин, висевших на стене, говорили о хорошем вкусе хозяев.

– Ты права, Лан-эр все быстро схватывает, она может стать достойной госпожой этого дома.

Я нахмурилась. Почему она мне это говорит? И зачем попросила остаться? Мы ведь уже беседовали в саду. Правда, я была немного груба с ней, но она сама меня вынудила так говорить. Обычно я уважаю старших, однако случившееся в саду было возмутительным.

Старшая госпожа подошла к деревянной скамейке, обшитой плотной тканью, и указала мне на соседнюю.

– Садись, давай поговорим.

– Мы ведь уже разговаривали. – Я села, но держалась настороженно, не до конца понимая ее намерений. Старшая госпожа внимательно посмотрела на меня.

– Да, мы уже говорили, – спокойно согласилась она, складывая руки на коленях. – К сожалению, наше знакомство сразу не задалось. Я не была готова к таким новостям. Никогда не думала, что мой сын… женится.

Я вопросительно приподняла брови. Конечно, ведь ты, матушка, сделала все возможное, чтобы такого не случилось.

– Я имею в виду, Се Юнь никогда не думал о женитьбе. Еще при жизни мой муж, старший господин Се, хотел, чтобы он женился. Мы даже искали ему невесту, но… не получилось.

Мать Се Юня опустила взгляд в пол. Словно пыталась спрятать свои настоящие эмоции.

– Се Юнь необычный ребенок… человек. И непростой. Не знаю, насколько хорошо ты его изучила, но есть многое, что тебе, скорее всего, неизвестно о нашей семье.

– Так вы хотите поговорить о сыне?

– Нет. – Ли Цзяйи покачала головой. – Я хочу поговорить о тебе. О твоей семье, о том, что привело тебя сюда. И как ты познакомилась с моим сыном.

Я слегка удивилась, но старалась не показывать этого. Почему вдруг ее заинтересовало мое прошлое?

– О себе я могу рассказать. – Я слегка прикусила губу, думая о том, с чего начать. – Я из рода Хун, что живут на Лисьей горе. Моя мать Хун Ши – глава семьи. А я ее наследница. Уже много поколений в нашей семье царит матриархат. Он был закреплен указом третьего императора Лян как традиция рода Хун. Это дает нам право самим определять судьбу семьи, в том числе вопросы браков и наследования.

Старшая госпожа чуть приподняла бровь, услышав о матриархате, но ничего не сказала, лишь молча слушала.

– Мы живем на Лисьей горе, ближайший к нам город, Сюэшан, находится под покровительством рода Хун, – продолжила я. – Моя семья занимается военным делом и готовит солдат. Однако в войнах уже многие годы не участвует.

– Значит, ваш род обладает военной мощью, но предпочитает сохранять нейтралитет? – Ли Цзяйи задумчиво провела пальцами по краю рукава, словно обдумывая услышанное.

– Именно так, – кивнула я. – Мы фокусируемся на обучении и поддержании порядка в нашем регионе. Это позволяет нам оставаться независимыми и избегать лишних конфликтов.

– Интересный подход, – протянула она. – Он очень отличается от того, как ведут дела в семье Се. Но Хун Нян, как же ты, благородная наследница, согласилась стать женой Се Юня?

Мне показалось, что старшая госпожа думала, будто Се Юнь каким-то образом заставил меня выйти за него замуж. Я хитро улыбнулась. Может, немного подшутить над ней?

– Мы познакомились в Сюэшане, Се Юнь возвращался домой, чтобы почтить память отца. Я увидела его в гостинице и потребовала брак.

Глаза Ли Цзяйи расширились от удивления.

– Потребовала? – переспросила она, явно не веря своим ушам.

Я кивнула, сдерживая улыбку.

– Да, потребовала. Это тоже традиция нашего рода. Наши женщины могут взять в мужья любого, кто им приглянется. Я увидела Се Юня и сразу поняла, что хочу, чтобы он стал моим мужем.

– И он согласился? – ее тон был недоверчивым, словно она не могла поверить, что ее сын мог по своей воле жениться.

– Как видите. – Я пожала плечами, стараясь выглядеть невозмутимой.

Старшая госпожа напряженно выдохнула.

– Но ты совсем не знаешь Се Юня. Как же ты решилась выйти за него?

– Я знаю достаточно, и этого хватит.

– Похоже, это судьба… – пробормотала она. – Во благо ли?

– Вы не рады?

– Если это сделает моего сына счастливым, могу ли я не радоваться?

Я шла к покоям Се Юня, размышляя о словах его матушки. Эта женщина меня немного озадачила. Она будто пыталась отговорить меня от брака. Словно не верила, что… Се Юня можно любить.

Это было странно. Что вообще творится в головах людей в этом поместье?

Двор Се Юня стоял на ушах. Когда я пришла туда, слегка нахмурилась, глядя на толпу слуг, возглавляемых Муяном. Что происходит? Разве Се Юня не должны были переселить в место получше?

Я вошла через лунные ворота и встала на пороге, уперев руки в бока. Слуги носились по двору, наводя порядок.

– Госпожа! – Ко мне подбежал управляющий Муян. Он остановился рядом и, запыхавшись, сообщил: – Как хорошо, что вы уже пришли! Старший господин Се…

– Что с ним? – Мои брови взметнулись вверх. Я, даже не дослушав Муяна, кинулась в дом. Влетела в комнату и застыла как вкопанная. Се Юнь сидел на кровати архата[7] и… читал?

Стоило мне войти, как он поднял голову.

– А-Нян. – Его губы дрогнули в полуулыбке. – Ты вернулась.

Я, хмурясь, подошла к нему и, не обращая ни на что внимания, положила руку ему на лоб.

– Что ты делаешь? – удивленно спросил он, пытаясь отодвинуться.

– Почему ты все еще здесь? – Я обернулась к Муяну, который следовал за мной. – Разве я не велела предоставить нам новые покои?

Сердито глядя на управляющего, я скрестила руки на груди.

– Почему мой приказ еще не выполнен?

Муян, увидев мой свирепый взгляд, упал на колени.

– Прошу прощения, госпожа! Этот слуга заслуживает наказания! Я сделал все что мог, но пока мы не можем переселить старшего господина в другой двор.

Я поглубже вздохнула.

– Отчего же? Такое большое поместье, а переселить некуда?

– Молодая госпожа. – Муян едва не ударился головой об пол, так сильно согнулся. – Простите! Поместье правда большое, но не все ладно в его стенах.

– Что? О чем ты говоришь?

Муян замялся, не зная, как объясниться. Он нервничал. Странно.

– Да говори уже наконец! Что происходит в поместье?

– А-Нян, – мягко позвал меня Се Юнь. Я обернулась.

– Что такое? Тебе плохо? – Я оглядела его с головы до ног.

– Нет, – покачал он головой. – Пожалуйста, не пугай Муяна. У него ноги трясутся. Пожалей старого слугу.

– Пф, – фыркнула я. – Как я могу кого-то напугать? Управляющий Муян, ты меня боишься?

Я посмотрела на мужчину. Тот отчаянно замотал головой.

– Нет-нет, конечно нет. – Он так горячо возражал, что у меня возникли сомнения. Неужели я правда так сильно его пугала?

Я закатила глаза и махнула рукой, веля Муяну подняться.

– Хватит этих драм. Вставай и объясни нормально, что происходит в поместье.

Муян медленно поднялся, но глаза его все еще избегали моего взгляда. Он выглядел как человек, которого вот-вот бросят в клетку с тигром.

– Молодая госпожа, – начал он осторожно, – после смерти генерала Се… поместье…

– Ну же, не тяни, – поторопила я.

– Доходы сократились, – наконец выдохнул Муян. – Генерал Се при жизни получал щедрое жалованье от двора, а также имел значительные военные контракты. С его смертью большая часть этих средств перестала поступать. Семье Се нечем содержать армию…

Я нахмурилась.

– Но семья Се – одна из самых знатных в регионе. Разве не осталось других источников дохода?

Муян опустил голову еще ниже.

– Некоторые земли были проданы для покрытия долгов, оставшихся после похорон старшего господина. Другие источники… иссякли. Положение семьи Се больше не такое сильное, как прежде.

Я перевела взгляд на Се Юня. Он, казалось, спокойно воспринял слова Муяна, будто все это было ему давно известно.

– Ты все знал?

Он кивнул.

– После смерти отца в семье настали непростые времена. Дядя нам помогает, но он не может нас содержать полностью. Он и так устроил Лэ Яня во дворец чиновником.

– Ты сказал дядя? – Я села рядом с Се Юнем. – У тебя есть дядя? Почему я не знала об этом?

– Ты не спрашивала, – ответил он.

– И кто он?

– Военный министр Се, – спокойно ответил Се Юнь. У меня дернулось нижнее веко. Он только что сказал «военный министр Се»? Ах. Я его помню. Он фигурировал в книге. Только в какой роли? Я задумалась. И почему я помню имя военного министра, но ничего не слышала про Се Юня? Как-то это странно. И с чем там был связан военный министр? Помнится, он что-то совершил. Позже вспомню об этом.

– А-Нян. – Се Юнь положил руку поверх моей. – Что-то не так?

– А? – Я отвлеклась от своих мыслей. – Нет-нет, я просто думала о положении семьи Се. Почему же все так плохо? Надо это исправлять.

– Тебе не стоит тревожиться об этом, – заверил меня Се Юнь. Я нахмурилась.

– Это почему? Ты – мой муж, а это – мой дом, – ответила я твердо. – Если есть проблемы, я должна знать о них.

Лицо Се Юня слегка напряглось, а брови сошлись на переносице. Но он быстро справился с эмоциями и улыбнулся.

– А-Нян, – произнес он, – спасибо, но нужно ли тебе встревать в это? Ты только приехала.

– Почему это не надо? Вдруг я правда смогу помочь? – сказала я, а потом, повернувшись к Муяну, велела: – Составь мне список всех доходов и расходов поместья. Я проверю их и подумаю, что сделать для увеличения средств.

– Но, госпожа… – Муян осторожно возразил: – Всеми книгами учета владеет старшая госпожа, я не могу принести вам их без ее разрешения.

Я вздохнула и поджала губы. Опять, что ли, идти к матери Се Юня? Что делать? Ах, может, попозже? Будет неудобно, если я встряну во все дела, едва заявившись в поместье.

– А-Нян, если хочешь посмотреть книги, я это устрою, – произнес Се Юнь спокойно. – Но сначала нужно почтить память отца.

В каждом доме, бедном или богатом, было место, где почитали предков. Если дом маленький, то для предков выделяли небольшой угол. А в богатых домах имелись целые залы с табличками предков.

Поместье Се не стало исключением. Здесь был свой зал, в котором потомки почитали своих предшественников. На Лисьей горе я тоже приходила отдать дань уважения предкам рода Хун пару раз в неделю. А однажды провела в комнате с табличками несколько часов. Это был первый раз, когда меня наказала матушка Хун Ши. Так что у меня имелось представление о том, что надо или, наоборот, нельзя делать в зале предков.

Мы пришли сюда сразу после разговора с Муяном. Нас сопровождали одна из служанок и Ли Шию. Последний выглядел немного взволнованно. До того как мы покинули двор Се Юня, он куда-то уходил, а когда вернулся, сразу побежал шептаться с Се Юнем. Я не стала подслушивать их. Не мое дело.

Служанка открыла двери и впустила нас внутрь. Зал предков встретил нас тишиной и торжественным величием. Здесь было прохладно и темновато. Слабый аромат благовоний наполнял воздух. Медленно я и Се Юнь подошли к длинному столу с именными табличками, выстроенными в строгом порядке.

Се Юнь взял благовония и зажег их перед табличкой своего отца. А затем встал на колени и, закрыв глаза, зашептал благодарность отцу и всем предкам за то, что дали ему возможность вернуться в родной дом.

Пока он выполнял свой сыновний долг, я огляделась по сторонам. Зал был в порядке, но я заметила мелкие детали, которые говорили о том, что за ним давно не ухаживали как должно: углы покрылись пылью, а некоторые таблички стояли чуть наклонно.

– Здесь давно не убирались? – спросила я тихо, оборачиваясь к служанке.

Девушка покраснела и потупила взгляд.

– Простите, молодая госпожа, – робко ответила она. – Мы делаем все что можем, но…

Она замолчала, явно опасаясь сболтнуть лишнее.

– Я понял, что ты хочешь сказать, – вмешался Се Юнь, он закончил с благодарностями и поднялся на ноги. – Времена сейчас трудные, А-Нян. Даже у предков, кажется, нет покоя.

Я взглянула на него, и его мягкая улыбка, как всегда, слегка сбила меня с толку. Почему он не злится? Если бы он сейчас был здоров, семья Се не пришла бы в упадок.

– Трудные времена – не оправдание, чтобы забывать о тех, кто дал нам все, что у нас есть, – заметила я, чуть нахмурившись. – Нельзя это все так оставлять.

– Не переживай. – Се Юнь вздохнул. – Скоро должен прийти дядя. Я поговорю с ним и придумаю что-нибудь.

– Дядя? – Я прищурилась. – Ты про военного министра?

– Да, – кивнул муж. Я слегка поджала губы: так и не вспомнила, что он делал по сюжету. И чем больше думала об этом, тем сильнее у меня болела голова.

Хотя, может, это из-за усталости? Мы проделали такой длинный путь, а я с дороги даже отдохнуть не смогла. Дурацкое поместье Се! Надо поскорее найти яд и приготовить противоядие для Се Юня. Тогда в скором времени я смогу вернуться обратно на гору.

– Ты уверен, что он придет? – спросила я, глядя на Се Юня. Его спокойствие казалось непоколебимым, но я не могла избавиться от смутной тревоги.

– Дядя редко оставляет наши просьбы без внимания, – ответил он, не теряя своей сдержанной уверенности. – Пусть его характер порой сложен, но он всегда чтил семью.

Я кивнула, хотя мне что-то не давало покоя. Если военный министр так ценит родственные связи, то почему семья Се оказалась в таком положении? Почему после смерти генерала все пошло наперекосяк?

– Ну, посмотрим, что скажет твой дядя, – выдавила я, не желая продолжать этот разговор на глазах у служанки и Ли Шию.

Мы вышли из зала предков, и я оглянулась на тихое помещение. Даже после зажженных благовоний и высказанных слов благодарности казалось, что воздух там был тяжелым. Как будто сами стены говорили о трудных временах, настигших семью Се.

На выходе я тихо спросила у мужа:

– С тобой все хорошо? Еще недавно ты был очень слаб. Может, не стоило никуда ходить?

Се Юнь взглянул на меня с легкой улыбкой, его глаза блеснули на миг серьезностью.

– Не волнуйся, выполнить сыновний долг – моя обязанность. Думаю, отец был рад, что я смог наконец прийти к нему. Когда-нибудь моя табличка тоже будет стоять в этом зале.

Услышав эти слова, я сердито покачала головой.

– Это случится еще не скоро.

– Хотел бы я быть в этом уверен так же, как и ты, – опустив голову, произнес Се Юнь. У меня немного засвербело в груди. Да почему он все время думает о том, чтобы помереть? Может, у него депрессия?

С этим надо что-то делать. Стоит ли поговорить об этом? Но развить тему я не успела.

– Господин, госпожа! – подбежал один из слуг. – Карета военного министра прибыла! Вас зовут поздороваться в главный дом.

Се Юнь посмотрел на меня.

– Пойдем. Пора встретить дядю.

Я хотела что-то возразить, сказать ему, чтобы шел сам. Но я же новая невестка. Надо представиться дяде. Тем более такой важной военной шишке.

Мы, не спеша, чтобы Се Юнь не устал, направились в главный дом. Возле него я с удивлением заметила нескольких стражников в черной форме. Они стояли по стойке смирно и не обратили на нас никакого внимания.

– Твой дядя хороший человек? – спросила я Се Юня, когда мы понимались по ступенькам, чтобы войти в дом.

– Сама скоро узнаешь, – ответил муженек. Ли Шию открыл нам двери, и мы вошли в тот же зал, где недавно была трапеза.

Там уже собрались и госпожа Ли Цзяйи, и ее младший сын с женой. Они покорно стояли по бокам, ожидая, пока все придут. А в центре помещения, на кровати архата преспокойно сидел мужчина лет пятидесяти, с острыми чертами лица и уверенной осанкой. Его строгая черная форма с золотыми шнурами и гербом военного министерства придавала ему величественный вид. Он, скрестив ноги, держал в руках чашу с чаем, словно находился у себя дома, и неторопливо потягивал напиток.

– Вот и вы, наконец, – его глубокий голос разрезал тишину, когда мы вошли. Мужчина поднял на нас оценивающий взгляд, и в его глазах сверкнуло что-то похожее на интерес.

Се Юнь слегка поклонился.

– Дядя. Рад видеть вас.

Я склонила голову в знак приветствия, стараясь не выглядеть ни слишком покорно, ни чересчур высокомерно.

– Невестка мне уже все рассказала. Ты вернулся домой с женой, – голос министра был сдержанным, в нем чувствовались строгость и… опасность? Его взгляд скользнул по мне, оценивая с головы до ног. – Значит, она барышня из рода Хун, что с Лисьей горы?

Я постаралась мило улыбнуться, но не уверена, что у меня получилось.

– Это так. Меня зовут Хун Нян, я дочь семьи Хун с Лисьей горы.

Губы мужчины дрогнули, будто он был счастлив, но вот взгляд не изменился, как был холодным, так и остался. Он точно хороший дядя, который помогает семье своего брата?

– Ты меня удивил, Се Юнь. Я такого чуда и не ждал. Когда твоя мать сообщила, что ты серьезно болен и отправился лечиться, я был сильно огорчен. Ведь мне ты не сказал ни слова. А теперь ты вернулся, да еще и с женой с Лисьей горы.

– Я умею удивлять свою семью, – с легкой улыбкой произнес Се Юнь.

– И правда. – Министр Се хлопнул по колену. – Ну хотя бы один из детей моего брата привел в дом подобающую нашей семье жену.

Я заметила, как дернулась щека у Се Лэ Яня. Похоже, он не был в любимчиках у дяди. Что до Се Юня… Тот подошел к дяде, и они вполне по-родственному заговорили, практически забыв про других членов семьи.