Существует легенда о том, что в самой деревне Осиново находилась часовня. Некоторые утверждали, что часовня эта была весьма необычной и служила для небогоугодных дел. Другие же говорили, что это была самая обычная часовня, ничем не отличавшаяся от множества других часовен, которые обычно ставили в те времена в глухих деревушках. Так или иначе, несмотря на запреты от местного руководства о молении в этой часовне, ей удалось просуществовать достаточно много лет. А потом она сгорела при весьма подозрительных обстоятельствах.

Кто-то утверждал, что это было дело рук местного председателя правления, кто-то говорил, что ее сожгли колдуны, потому что она стояла прямо на небольшом кургане рядом с местным кладбищем и сильно мешала им творить свои черные дела. Кто-то даже рассказывал, что часовню эту спалил оставшийся без своей паствы, но верный своему делу поп, потому как часовня эта была неправильной и служила для черных дел, которыми промышлял народец, живший за болотами. Что из этого правда, а что вымысел, не так уж и важно для этой былички, потому что речь в ней пойдет о колоколе с этой часовни. Утверждалось, что он был закопан после ее сожжения прямо на том месте, где она стояла. Но лишь до тех пор, пока один из любителей старины не решился на исходе двадцатого века откопать его. С этого-то момента и начинается еще одна удивительная история.

Энтузиаст, который этот колокол откопал, сначала отвез его к себе в дом, где довольно долго и тщательно работал над его восстановлением. Для удобства назовем этого человека Юрой. О том, что колокол вывезен из того самого Осинова, Юра никому не говорил. Об этом знали лишь его домашние, да и то вряд ли они знали всю правду. Колокол и колокол. Нашел где-то. Юра часто привозил домой старинные вещи, которые скупал у стариков или находил в заброшенных деревнях, будь то старинные ткацкие станки или кованые сельскохозяйственные инструменты. Однако отправной точкой послужил тот день, когда колокол был вывешен на задней части двора его хозяйства. Именно в тот день Юра решил проверить результат своей работы и забил в колокол. По деревне сразу же разнесся гулкий и низкий звук, заставший замолчать даже птиц. А уже через полчаса у дома Юрия объявились старушки, которые с ходу начали вопрошать:

– Ты чего это, Юрка, неужто колокол откопал?

– Какой еще колокол?

– Ну чего ты думаешь, мы совсем дураки, что ли? Я этот звон ни с чем не перепутаю!

– Да вам, наверное, померещилось, баб Мань!

– Юрка, кончай чудить, ты беду накликаешь. Закопай его там, где взял. Он осиновский, ты и знать не знаешь ничего, пошто он нужен!

– А я, между прочим, тоже осиновский так-то, баб Мань.

– Да ты и сроду не знал ничего, осиновский он! Если бы матушка твоя жива была, она бы тебе уши оторвала бы!

– Не знаю, про что вы говорите!

– Да ты хоть знаешь, для чего этот колокол нужен был? Им покойничков по задушным дням[17] на вечерню звали. Юрка, опомнись, верни колокол в землю, пока беды не случилось!

После этих слов Юрий оставил своих собеседниц без ответа и скрылся у себя дома. Суеверным он никогда не был, однако после слов этих по спине его пробежал холодок. «Да ну, глупости», – подумал он про себя. В конце концов, осиновское колдовство, даже если и существует, то оно для других опасно. А он самый настоящий потомок жителей Осинова. Ему точно ничего не сделается. Да и сказки это все.

И все же, немного поразмыслив, Юра решил убрать колокол обратно в свою мастерскую, пока никто его не увидел. Убрав колокол уже под вечер и спокойно ужиная с домашними за столом, Юра начал ощущать, что на душе у него неспокойно. Однако рассказывать своим о разговоре со старушками он все же не стал. Чего попросту нервировать. И самому немного не по себе, а если и они узнают, точно испугаются, скандал поднимут.

Выпив немного холодной водки за ужином, чтобы успокоить нервы, Юра уселся перед телевизором, пока жена укладывала детей спать. Он и сам уже постепенно начинал клевать носом, пока его не разбудил неожиданный шум хлопнувшей двери. «Наверное, жена ходила в туалет и вернулась», – подумал про себя Юра. Следом раздался шум звенящего умывальника и звук проливающейся воды. «Ну точно, так и есть». Однако на душе опять стало неспокойно. Дурные и неприятные мысли безжалостно атаковали разум. Сразу после этого на кухне раздался звук отодвигающегося стула, затем послышался скрип и до боли знакомый вздох. Волосы на голове Юры встали дыбом. Все еще не веря своему предчувствию, он вышел на кухню и едва не потерял сознание. За столом сидела его покойная мать.

– Мама, ты чего? Мы же тебя похоронили…

– Чего мелешь? Ничего вы меня не хоронили. Живая я.

Следом на кухню выскочила жена Юры и, едва слышно взвизгнув, закрыла рот двумя руками. Старушка продолжала невозмутимо сидеть за столом и, немного помолчав, вновь обратилась к сыну:

– А чего на стол не накрыли?

– Зачем?

– Как это зачем? Скоро гости придут, вы чего хоть? Совсем никакого порядка нет!

Громко вскрикнув, Юра проснулся перед телевизором. На его крик прибежала жена и сразу же начала его расспрашивать о том, что случилось.

– Да сон приснился… страшный до одури и такой реальный… Меня до сих пор колотит!

– А что тебе приснилось?

– Да мама мертвая пришла.

– Ничего себе…

– Ну да, сначала дверь хлопнула, я думал, ты в туалет ходила и вернулась. А потом слышу, как она на кухне за столом села и вздыхает, как раньше вздыхала.

– Какой ужас.

– Ну я выхожу, говорю: «Ты чего? Мы же тебя похоронили». А она говорит: «Живая я. Чего на стол не накрыли? Сейчас гости придут». Я и проснулся от страха.

– Я тебе говорила, нечего перед сном в телик таращиться, особенно после водки.

– Тут еще это… баба Маня сегодня приходила. Ругалась.

– А чего она хотела?

– Да по поводу колокола.

– А какое ей дело до твоего колокола?

– Ну, тут такое дело… в общем, я его в Осинове выкопал. А она пришла, потому что звон его узнала. Говорит, что колоколом этих раньше покойничков на вечерню созывали.

– Юра, ты совсем больной?!

Устроив в ту же секунду скандал, жена Юры начала его отчитывать, попутно проклиная его, всю его осиновскую родню и их колокол, который она посоветовала им запихать во всем известное место. Однако их скандал был прерван навязчивым стуком в окно. Когда взволнованные супруги подошли к окошку, чтобы рассмотреть незваных ночных гостей, то никого не увидели.

– Так, Юра, прямо сейчас бери колокол и отправляйся в Осиново закапывать его обратно.

– Да не поеду я посреди ночи, страшно же!

Надавив на мужа еще сильнее всевозможными угрозами, она все же смогла его убедить отправиться в путь. К тому же, по их расчетам, к моменту, когда он должен был бы добраться до заброшенной деревни, уже начало бы рассветать.

Перепуганный мужчина решил смириться и действительно отправился паковать колокол в свой лесничий «козелок». Разбудив попутно своего приятеля по рыбалке и пообещав ему как следует «проставиться» за это ночное приключение, Юра отправился в путь. Пересказав по дороге все произошедшее своему приятелю, Юра не на шутку напугал его. Почти всю дорогу до заброшенной деревни в ночной тишине им мерещились какие-то тени и силуэты. И лишь добравшись до Осинова и закопав колокол в предрассветной тишине, мужчины свободно выдохнули. Немного переговорив между собой, они решили особенно сильно не распространяться о произошедшем, потому как боялись, что их попросту поднимут на смех. В конце концов, что они могли рассказать? Что после того, как один из них позвонил в проклятый колокол, ему приснился сон? А потом кто-то постучал ему в окно и, напугавшись до одури, он поднял своего приятеля, чтобы отвезти проклятый колокол обратно и закопать? Такое вряд ли кто-то воспримет всерьез. Но сами они надолго запомнили этот случай и оба зареклись о том, что никогда не возьмут из проклятого места даже ржавого гвоздя на память.