Эту историю поведала мне одна женщина преклонного возраста. Пусть ее будут звать Натальей. Когда она была маленькой, то, как и многие дети из разных эпох, часто ездила в гости к своей бабушке в деревню. Там у нее почти не было друзей, и большую часть времени Наташа проводила в огороде за поеданием ягод и за игрой с бабушкиной кошкой. Воспоминания о тех временах у Натальи остались исключительно положительные. Пироги, блины со сметаной, игры в саду и бабушкины гости, соседки и другие жители деревни, которые иногда заглядывали к ним в дом на чай, а вместе с тем любовались внучкой и рассказывали ей всякие сказки.

Ей нравилось общаться с бабушкиными гостями. Они никогда не бывали строги к девочке, нередко приходили с каким-нибудь гостинцем и всегда одаривали множеством добрых и теплых слов. Также Наташе нравилось ходить с бабушкой ко двору, чтобы накормить кур и свиней. А еще ей нравилось наблюдать за тем, как ее бабушка разговаривала в клети с некоторыми их своих гостей. Она помнила, как бабушка уходила в коридор, открывала дверь в клеть и оттуда падал теплый ламповый свет, пронзающий мрак коридора. Из клети в такие моменты всегда пахло чем-то вкусным, и оттуда всегда раздавались веселые голоса. Но девочке было запрещено ходить в эту комнату, поэтому ей оставалось лишь наблюдать и ждать, когда бабушка вернется обратно. И та обязательно возвращалась с какими-нибудь вкусными подарками и говорила, что это ей передавали гости в награду за хорошее поведение.

Иногда Наташа пыталась расспросить бабушку, кто там к ней приходит и можно ли ей тоже посидеть с гостями. Но бабушка всегда настрого запрещала внучке даже приближаться к клети. Говорила, что там собираются взрослые для очень взрослых разговоров и детям там совсем не место. И если девочка будет себя хорошо вести, никуда не уходить и смиренно дожидаться, то она обязательно получит от гостей подарок. Обычно все именно так и случалось.

Но в один из дней, когда уже чуть подросшая Наташа вновь гостила у бабушки, ей вдруг почему-то стало страшно сидеть дома. Быть может, ей что-то привиделось. Возможно, ее еще детская фантазия что-то нарисовала или же один из этих подозрительных скрипов, которые издает любой старый дом, напугал девочку… Что именно там случилось, ее память не сохранила. Но вот что она точно запомнила, так это то, как выбежала в коридорную темноту и начала звать свою бабушку, однако в коридоре царила тишина. Лишь только луч света из избы падал на стену со множеством дверей, за одной из которых должна была сидеть бабушка с гостями. Но ни шума, ни запахов в этот раз девочка не заметила. Это ее сильно озадачило.

Она попыталась открыть одну из дверей, которая, по ее памяти, должна была вести в клеть, но за ней оказался лишь спуск во двор к скотине. Тогда она дернула соседнюю дверь, и ее взгляду открылась старая комната, в которой все было заставлено ненужными вещами. Отжившее свое сапоги, поломанные грабли и лопаты, старинные сундуки и паутина. Никакого намека на то, что здесь вообще когда-либо кто-то сидел и что-то праздновал. Ошеломленная Наташа не нашла ничего лучше, как просто смириться и вернуться в избу. Она просто решила дождаться возвращения пропавшей невесть куда бабушки, обдумывая то, что с ней произошло. Тем более что страх ее улетучился и на его место пришло непонимание и даже любопытство. Когда же бабушка вернулась и внучка начала расспрашивать ее о том, где она была, та лишь отмахнулась, мол, к соседям ходила.

– Ба, а почему в той комнате, где гости сидели, нет ничего?

– В какой комнате?

– Ну той, что в коридоре, где клеть! Ты еще мне всегда говорила, что туда нельзя ходить!

– И что же, ты туда ходила, что ли?

– Я хотела тебя позвать, мне страшно сделалось, а когда дверь нашла, то там и нет ничего, только сапоги старые и грабли!

– Да ты не ту дверь открыла просто, маленькая, совсем заблудилась!

– А там и нет другой двери.

– Конечно есть. Как это нет?

– Другая дверь есть, она вниз ведет, во двор, а той нету.

– Ну она же прямо между ними. Ты просто в потемках не увидела ее.

Удовлетворившись этим ответом, Наташа успокоилась. В конце концов, она и правда не очень хорошо знала избу бабушки. Она гостила у нее всего раз в году и гуляла лишь в тех местах, где ей было позволено, а ни на чердак, ни в подпол, ни в другие места, куда ей было запрещено ходить, никогда и не думала залезать. А потому ей показалось совсем не удивительным, что в потемках она могла ошибиться дверью или даже не найти оную в той части избы, куда никогда не совалась.

Еще через пару лет, когда Наташа пошла в пятый класс и в значительной степени уже не считала себя ребенком, ей вновь удалось погостить в деревне у своей бабушки. Теперь, конечно, игры в саду ее привлекали намного меньше. А разговоры с бабушкиными подругами казались ужасно скучными. И очередным вечером, когда бабушка ушла из избы по своим делам, девочке стало вдруг интересно, куда это бабушка ходит. Какие у нее вообще могут быть дела, если все по хозяйству они старались выполнять вместе?

Странные обстоятельства пахли загадкой или, может быть, даже тайной, а подобные вещи не могут быть безразличны человеку столь юного возраста. Одним словом, Наташа решилась нарушить наказ бабушки сидеть дома и дожидаться ее возвращения. Вместо этого она решила украдкой выползти из избы, так чтобы дверь не издавала никаких скрипов, и внимательно, все так же тихо и без звуков, осмотреть все вокруг в поисках бабушки. Но едва она вошла во тьму коридора, как тут же наткнулась на давно знакомые шум и запах из клети. Из другой клети. Той, которая находилась между старой кладовкой и дверью во двор. Как раз именно эту дверь она, будучи совсем маленькой, не смогла найти в темноте прошлый раз. Кажется, за дверью и правда было застолье. Громкий смех, разговоры и ароматные запахи угощений. Странно, конечно: как это столько гостей прошли мимо нее, да так, что она и не слышала никого? И даже звука хлопающих дверей на крыльце не было. И топота в коридоре тоже не было. Может, они зашли с другой стороны? Со стороны двора или сеней? Но зачем? Между тем девочка приблизилась к двери и решила подслушать, чтобы понять, о чем говорят шумные голоса из кельи. Но едва она прислонила к двери ухо, как дверь тут же открылась. А басистый мужской голос в ту же секунду окликнул ее:

– Наташка! Ты чего там прячешься? Проходи, не стесняйся! Иди-ка у дядьки на коленях посиди. Я тебе пирога вкусного дам.

– А где бабушка?

– Бабушка? Да она отошла, вот минуту назад тут сидела. Проходи, давай, сейчас и бабушка вернется!

Немного смутившись, девочка все же еще раз попыталась разузнать, где именно ее бабушка и что здесь, собственно, происходит, но, поддавшись уговорам настойчивых и крайне веселых взрослых, Наташа уселась за стол вместе со всеми. Вокруг был теплый и приятный свет, в небольшой комнате был выставлен стол, а за столом сидело множество незнакомых дядек и теть. Но все они громко смеялись, пили, ели и были рады видеть девочку. «Наверное, какие-то родственники и бабушкины знакомые, лица которых я позабыла», – подумала про себя девочка и отдалась нахлынувшей неге.

Через некоторое время один из дядек достал карты и принялся учить девочку играть в дурака. Все вокруг продолжали смеяться, о чем-то разговаривать, есть и пить. Девочка также не отставала от остальных, уминая один пирог за другим и продолжая с искренним интересом играть в дурака. Потом дядька, учивший ее играть в карты, начал показывать фокусы, доставая все новые и новые козыри то из рукава, то из пирога, то и вовсе из нагрудного кармана на платье девочки. Что было дальше, она не помнила, помнила лишь, что бабушка долго и серьезно отчитывала девочку за то, что та без спроса пошла за стол к ее друзьям. Наташа не очень сильно понимала, что именно такого плохого она сделала, но на всякий случай со всеми соглашалась и даже пообещала больше никогда так не делать.

В следующий раз Наташа побывала у бабушки, уже будучи взрослой девушкой. Она приехала вместе со своими родителями и другой родней на один из семейных праздников. Как-то раз невзначай Наташа упомянула о том самом случае, когда еще ребенком ей довелось нарушить наказ бабушки и погулять за столом с ее друзьями. Однако бабушка почему-то отнекивалась, предпочитая делать вид, что такого не было.

– Ты разве не помнишь? Я в пятом классе, наверное, была, ты меня одну оставила, и я тайком пошла тебя искать, а в итоге целую пирушку нашла!

– Да тебе приснилось, наверное!

– Да как это приснилось? Меня там дядька один в карты научил играть и фокусы всякие показывал!

– Не знаю, о чем ты, внученька. Где хоть ты видела это?

– Как где? В клети! Там целое застолье было!

– Ну да, застолье! Туда и шкаф-то не влезет, спутала ты что-то, не было такого.

Тогда Наташа не стала спорить с бабушкой. Мало ли, вдруг эта самая пирушка с ее друзьями была бабушкиным большим и личным секретом. Лишь сейчас, уже будучи взрослой, Наташа об этом задумалась. Что ж, не хочет признаваться, ну и пусть. Негоже портить праздник спором из-за такой мелочи.

Судя по всему, Наташа никогда не была особо близка с бабушкой, хоть у них и были весьма теплые отношения. То учеба, то личная жизнь, то работа… одним словом, в следующий раз Наталья прибыла в деревню, будучи взрослой женщиной, чтобы проводить свою бабушку в последний путь. На похоронах собралась вся семья, а также близкие и деревенские жители. Предаваясь воспоминаниям, Наташа ходила по участку и с ностальгией думала о том, как когда-то проводила здесь детство. Снова в памяти всплыл тот самый случай с застольем в клети, и Наташа решила осмотреть ее еще раз, чтобы получше запомнить детали. Каково же было ее удивление, когда она увидела, что клеть и правда мала собой и даже двум людям в ней было бы тесно. Слева же от двери в клеть была расположена дверь, ведущая в опустевший двор, в котором уже давно не было скотины. А между дверьми – лишь голые бревна сруба. Но ведь та самая клеть, другая, в которой она играла в карты, была как раз между спуском во двор и кладовкой, которую тоже почему-то все называли клетью. Разве можно такое спутать? Разве это могло ей привидеться? В поисках объяснений, уже на поминках, Наташа обратилась с этим вопросом к своей родне за столом, вкратце напомнив ей о своем приключении.

– Нет, Наташ, не было такого у мамы.

– Ну как не было-то? Ну что же мне и правда привиделась целая дверь и люди? Да я ведь там впервые играть в карты научилась!

– Я в этом доме выросла, Наташ, и мама твоя, ну ты чего? Мы здесь каждый уголок знаем. Не было там никогда никакой комнаты, и быть не могло. Тут лишь спуск во двор, а справа маленькая кладовка, клеть, вот и все, там и места-то нет для комнаты, за стеной ведь сени!

После этих слов присутствующие гости побелели. И лишь одна из дряхлых старух тихонько произнесла:

– Была у нее дверь, была та комната, это все знают.

– Ну чего вы такое говорите, баб Маш.

– А то, что все и так знают. Ваша матушка с Осинова была, а там все колдуны были. Все! И матушка ваша дверь такую имела! Вот так! Об этом многие знали!

– Ну что вы такое говорите? Какую дверь?

– А вот такую, которая к ним ведет!

– К кому к ним?

– А ты и сама знаешь. К тем самым. Ни к чему их поминать. А Наташка ваша, она тоже осиновская, кровь в ней та же. Вот она в ту дверь и вошла. Но бабушка не научила, ничего не передала! Вот, видать, и не войти тебе больше в ту дверь. И хорошо, крепче спать можно будет.

Еще долгое время Наташа расспрашивала свою родню о том, почему все осиновские были колдунами и ведьмами и правда ли их бабушка была такой же. Но родня в основном лишь отмахивалась, упоминая лишь какие-то обрывки преданий. «Суеверия, да и только», – говорили они. А потом и сама Наташа о деталях этих событий почти позабыла. «К чему мне было помнить не то сон, не то сказку?» – говорила она.

Очевидица событий