Чудово выглядело практически так же, как и во время нашего прошлого посещения. Разве что на улицах фронтирного города стало ещё больше людей с оружием.

На нашу колонну смотрели с подозрением. С помощью поискового заклинания, которое я держал активированным, я ощущал дыхание людей вблизи главной дороги, в разных точках. В ближайших дворах, за бронированными окнами домов, в припаркованных броневиках…

Даже под землёй! За нами следили откуда-то из скрытых убежищ.

Как ни крути, а пять боярских родов, управляющих городом и окрестными территориями, явно не рады нашему прибытию. Напряжение буквально витает в воздухе. Кажется, будто и имперские солдаты, подвластные своим командирам из местных бояр, и ратники этих боярских родов — все подняты в ружьё и готовы в любой момент сойтись в бою с нежданными гостями.

То есть с нами.

Однако, несмотря на всё это, кроме инцидента у ворот, никакой агрессии по отношению к нам внешне город не выказывал.

Да и ситуация с лейтенантом Андрющенко на открытую агрессию уж точно не тянет.

С другой стороны, неизвестно, как бы местные себя повели, если бы наша колонна сейчас останавливалась посреди улицы. Ведь так-то мы просто ехали сквозь город за тремя броневиками подполковника Шалимова, да никого не трогали.

В итоге спокойно выехали через северные ворота и двинулись дальше. Я испытал лёгкое чувство дежавю, когда, вновь оказавшись за городом, увидел едущие впереди вездеходы на гигантских колёсах — те самые, на фоне которых наши «Уралы» казались малютками для покатушек по ровной дороге.

— Будь у нас такие зверюги, нам бы не пришлось пилить через город, — озвучил общую мысль Архонт.

— Это если бы вся наша колонна ехала на чём-то подобном, — возразил ему Защитник. — Потому что иначе всё равно в колонне нашлись бы машины, на которых мы не смогли бы проехать вокруг города.

Архонт посмотрел на него, не скрывая скепсиса, и, хмыкнув, произнес:

— Ты так говоришь, потому что не удирал с нами через леса в прошлый раз. И на своей техники справились. Хотя не без нюансов, да…

Защитник после его слов задумался и почесал затылок.

— Саш, — внезапно позвал меня Артем.

Я повернулся к другу и он удивленно произнес:

— Чё за лицо у тебя такое? Страшное… задумчивое?

— О чём ты? — Не понял я.

Артем удивленно хлопнул глазами и выпалил:

— Ты что же, прямо сейчас думаешь о том, как эти мощные вездеходы сделать нашими?

Все присутствующие удивлённо уставились на меня.

Ну, я что… Я лишь пожал плечами и улыбнулся.

Мы продолжили следовать за нашими сопровождающими. И в какой-то момент я заметил, что едем мы не по той дороге, которую мы разведывали в прошлый раз. Да, направление то же… Но чуть дальше.

Казалось, нас специально стараются провести как можно дальше от спасенной нами деревни — той, что сейчас находится на землях Инейских и называется Лёдово.

Хотя её истинное имя — Огнёвка.

— Не нравится мне всё это, — хмуро произнёс Иван Фёдорович, переводя взгляд с одного окна машины на другое.

— Что именно? — спросил я.

Мой камерир нахмурился, будто подбирая слова, а затем основательно ответил:

— Мы делаем крюк, господин. Вряд ли нас хотят расположить с противоположной стороны от главного входа в Проклятые Земли. Не может такого быть, учитывая все формальности, которые пытаются внешне соблюсти… — он поморщился и недовольно произнес: — Чудовские. А раз так, то стоило ехать другой дорогой, — Наумов покосился туда, где вдали располагалась деревня.

— Согласен, — кивнул я.

Мой камерир нахмурился ещё сильнее. Я ощутил его волнение и колыхание маны в Источнике.

— Всё будет хорошо, Иван Фёдорович, — как можно мягче произнес я, глядя в глаза старику. — Если враги хотят что‑то скрыть от нас в Огнёвке, мы это в любом случае обнаружим.

Я добродушно улыбнулся.

— Ну вот, опять эта улыбка! — усмехнулась Агата, внимательно смотревшая на меня и камерира. — Кажется, мысленно ты уже раздираешь врагов на кусочки.

— Уверен, так и есть, — поддержал её Телец.

Ответить я не успел — запиликал телефон. По мелодии я уже понял, кто звонит.

К слову, не только я — Наумов‑старший тоже уставился на мой карман, в котором лежал смартфон. По‑любому камерир сейчас опасается, что раз звонит начальник нашей СБ, то в Москве случилось что‑то неприятное…

Я тихо цыкнул, поняв, что сам я именно так и думаю. Быстро достав трубку, я коротко спросил:

— Что‑то срочное?

— Прошу прощения, что отвлекаю, Александр Ярославович, — по‑деловому начал Бородин. — Мы получили предупреждение, адресованное вам.

— О как, — удивлённо хмыкнул я. — И что же там? О чём нас предупреждают?

— О том, что вам не стоит им верить, и что они ведут вас в ловушку, — предельно серьёзно проговорил Бородин. — Предупреждение пришло сразу на электронную почту Марины Яновны, мою и Кабана.

Хм….

В принципе, тем, кто за мной следит, известно, что Бородин и Секачёв — как минимум мои союзники. Я даже подписал договора о союзе со «своими» дворянами. И отдельные договоры с Распутиными и Резановыми.

С Варзухиными у нас пока, к слову, только договор о сотрудничестве на время похода.

Но не о них речь. Узнать, что Марина и вовсе официально служит мне — вообще не проблема. Найти почту для предложений ее, Кабана и Бородина — еще легче.

Учитывая, что отправитель написал сразу троим, он не был уверен, какая почта работает и кто сможет сразу же со мной связаться.

— Что‑то ещё есть? — спросил я.

— Нет, Александр Ярославович, — проворчал Бородин глухо. — Я уже связался с Коптером — он попробует определить отправителя, но не факт, что получится быстро.

— Понял. Что ж, хорошо. Спасибо, что сообщил. Если будут ещё какие‑то известия от неизвестного доброжелателя — сразу давай знать.

— Принял, — отозвался Бородин.

Закончив разговор, я задумчиво посмотрел на своих попутчиков.

— Мы едем в ловушку, — коротко произнёс я.

— Что будем делать? — тут же подобрался Леонид.

— Ехать дальше, разумеется, — пожал я плечами. А затем уже серьезным тоном добавил: — Будьте начеку. Суету не наводите — всем бойцам знать детали ненужно. Но проследите, чтобы они не шибко расслаблялись этим вечером.

— Принято, — первым ответил Защитник.

Остальные сосредоточенно закивали.

Я же мысленно потянулся к своему Воздушному Близнецу, чтобы собрать данные и отдать ему новый приказ. Через пару секунд мне в грудь ударил мощный сгусток невидимой энергии. Я едва сдержался, чтобы не выдохнуть и не скривиться — нечего привлекать к себе лишнее внимания товарищей.

Оставаясь внешне спокойным и невозмутимым, я приступил к анализу, полученной от своих шпионов информации.

Что ж…

Теперь понятно, почему нас повели как можно дальше от деревни.

Потянувшись к своему Источнику, я воссоздал заклинание и снова выпустил Близнеца.

Работаем дальше.

Да уж… Мы ещё даже до места не доехали, а я уже потратил немало энергии…

Словно почувствовав мои мысли на огромном расстоянии, мне написал Коптер и спросил, нужна ли разведка с воздуха.

«Пока нет», — ответил я.

Время близилось к вечеру, постепенно начинало смеркаться, но небо всё ещё было довольно чистым. Я всегда держал в голове, что даже птичек нашего барона Прозорова могут заметить враги. Да, вероятность этого — крайне мала! Но прямо сейчас мне необходимо до последнего делать вид, что я спокойно иду на убой в приготовленную врагами ловушку, и не рисковать.

К тому же незаметно выпустить дрона, когда нас сопровождает Шалимов, довольно сложно.

Минут через тридцать неспешной езды колонна начала замедляться. Из первой машины доложили, что мы прибыли на место.

Я выглянул в окно: просторное поле, то тут, то там виднелись островки кустарников да мелкие деревья. Для бамперов военной техники растительность проблем не представляла, так что кататься может здесь свободно.

— Сразу к Шалимову, — приказал я водителю.

Наш вездеход выехал из колонны и по поросшему травой полю двинулся вперёд. Не скажу, что я погорячился, но всё‑таки, когда мы ехали по накатанной дороге, боевая машина скрипела меньше.

Я продублировал свой приказ по личным каналам другим лидерам, и ещё три машины выехали из общей колонны.

— Вот, ваше сиятельство, прекрасное место, специально подготовленное для вашего лагеря! — залебезил Шалимов, когда мы все, выйдя из машин, подошли к нему и его охране.

— Прекрасное? — фыркнул граф Резанов, оглядываясь по сторонам. — Обычное место! Что вы тут так долго готовили⁈

Он холодно уставился на подполковника. Тот поёжился и невольно отступил на полшага.

— Эм… Но… — промямлил Шалимов. — Расчистили от травы! — он указал на достаточно крупный пятак поля, где в самом деле трава была скошена и убрана.

Однако же разместить всех нас на этом пятаке не представляется возможным.

— Постарались, ничего не скажешь, — фыркнул граф Резанов и пошёл в сторону расчищенного пятака, делая вид, что до Шалимова ему больше нет дела.

Ну а я ещё раз огляделся. С одной стороны — место как место. Равнина, в полукилометре виднеется туман «наших» Проклятых Земель, а если залезть на крышу машины и взять бинокль, то перед ними можно увидеть вышки и ДОТы имперских солдат.

Будто бы ничего необычного.

— Что ж, вы свою работу выполнили, подполковник, — сказал я Шалимову. — Можете возвращаться в город. Ну а мы будем отдыхать.

Он бросил на меня неприязненный взгляд. Явно хотел высказать всё, что думает о личном дворянине, посмевшем говорить в таком тоне с боярином, но всё же сдержался. Вместо этого он лишь мерзко ухмыльнулся и поочерёдно поклонился Распутину, а потом Варзухину. После чего загрузился в машину и уехал.

К этому моменту, сделав небольшой обход, к нам вернулся граф Резанов.

— Мне не нравится это место, Саша, — произнёс он в лоб. — Я чувствую, что здесь что-то не так, но не могу понять, что именно!

— Концентрация металла в некоторых точках завышена, — спокойно произнёс я.

Граф Резанов замер, хлопнув глазами, будто прислушиваясь к своим рецепторам, а затем грязно выругался. Остальные напряглись.

— Может быть, поясните? — спросил Велеслав Распутин.

— Мины, — фыркнул дед. — Но какие-то странные… Металла в них маловато.

— Ваше сиятельство, нам нельзя оставаться здесь, — быстро произнёс Паук, обращаясь ко Льву Варзухину.

— Это почему это? — удивился Лев.

— Потому что ваша безопасность для меня главнее всего, — прямо ответил Магистр.

— А, по-моему, для тебя главнее всего выполнять мои приказы, — спокойно произнёс Лев, даже не поворачиваясь в сторону ратника. — Я слышал, что именно сказал тебе отец перед началом нашего похода.

— Да, но тут опасно, и… — начал было Паук, однако Лев резким жестом прервал его.

— Ты забываешься, — холодно произнёс молодой граф.

Дважды одарённый Магистр побледнел, склонив голову, и быстро выпалил:

— Прошу прощения, господин. Вы правы.

Лев же извинился перед всеми нами за эту сцену.

— Ну что вы, волнение вашего ратника вполне понятно, — ответил ему граф Распутин, а затем повернулся ко мне: — Александр, мы выберем другое место, я правильно понял?

— Нет, — мотнул я головой.

— Ты предлагаешь разбить лагерь на заминированном поле? — хмыкнул дед, а затем хмыкнул и покачал головой. — Такое даже для меня кажется безумием.

Я медленно выдохнул, а затем решил пояснить свою мысль:

— Ты прав, это необычные мины. Полагаю, артефакты. И, скорее всего, просто так они не взорвутся. Мины — часть вражеского плана. Сама атака будет гораздо более масштабной.

Когда я замолчал, на поляне воцарилась тишина.

— И ты, как я понимаю, знаешь, что нужно делать, чтобы испортить врагу их праздник? — спустя несколько секунд нарушил её Лев.

— Знаю, — улыбнулся я.

Чего они опять так на меня смотрят? Снова слишком хищно улыбаюсь?

Дед со Львом вон тоже лыбятся, предвкушая потеху.

Лишь Велислав неодобрительно покачал головой. Однако именно он сказал:

— Ну что ж, тогда командуй, Близнец. Мы пойдём за тобой.

Управлять обустройством лагеря я оставил графа Резанова — опыт у него в этом огромный. Не настолько, как у меня, конечно, но для наших целей вполне достаточной.

Ну а сам я раздавал точечные приказы узкопрофильным специалистам и гулял по полю.

Оказался вблизи скрытой под землей мины, я смог полностью её изучить. Как я и подумал сразу — артефакт. Или точнее — часть единой артефактной системы — от каждой мины к двум ближайшим тянулись тонкие соединительные контуры.

Прежде чем заняться разминированием, я обошёл всё поле и убедился, что с внешним пространством соединена лишь одна мина. Правда, энергетический контур от неё идёт очень толстый.

Тихо выругавшись, я отправил Невидимого Близнеца пройтись вдоль энергетической нити и посмотреть, куда она ведёт. Сам я тем временем начал снова ходить от мины к мине. Моих навыков вполне хватало, чтобы едва заметным потоком ветра, в котором была сконцентрирована куча маны, резать соединительные контуры.

Таким образом, цепь мин была нарушена. Я оставил целыми только три контура, идущих от одной мины — тот, что связывал ее с внешним миром, и те, что соединяли с соседними минами.

Над каждой из мин я создал максимально плотный воздушный купол, в котором опустил уровень кислорода до нуля процентов.

На всякий случай я создал по аналогичному куполу вообще над всеми минами — меня несколько напрягало то, что активирующая линия всего одна и нет никаких запасных вариантов. Учитывая, что денег на эту минную ловушку вложено немало, явно должно быть что-то ещё.

Размышляя об этом, я направился в центр лагеря. Благодаря своим сенсорным способностям, я знал, что за нами не следили. Но всё же, находясь на периферии лагеря, я не делал ничего подозрительного — даже к минам не подходил близко. Я просто шатался из стороны в сторону, периодически тыкаясь в телефон и делая вид, что фотографирую местность.

А вот сейчас, оказавшись в центре лагеря, я мог позволить себе сделать нечто крайне странное для того, кто весь день провел в дороге, а не сражениях, а сейчас просто отдыхает в условно безопасной зоне.

Я достал зелье восстановления маны и выпил поочерёдно три флакона первой ступени.

Жить стало заметно легче.

Именно в этот момент ко мне сзади подошёл дед.

— Ну что, когда выкапывать-то будем? — тихо буркнул он.

— Не торопись, — ответил я. — Овен.

— Я — «Резак», — прорычал дед.

— Когда никого рядом нет — ты Овен, — улыбнулся я.

Он открыл было рот, чтобы возразить, да вдруг выставил передо мной руку: мол, тихо. А потом приложил эту руку к уху — там была мини-гарнитура.

— Ну а мне-то ты на хрена об этом докладываешь? — проворчал дед. — Кто тебя послал, тому и говори.

Я с интересом смотрел на него и видел тот момент, когда сеанс связи прекратился — дед расслабился и усмехнулся. А затем подошел ближе и еле слышно произнёс:

— Кот докладывает. Обнаружил вражескую артиллерию — установлена так, чтобы простреливать этот сектор.

— Вот оно что, — хмыкнул я. — Вот и основной активатор.

Дед удивленно уставился на меня. Я развил мысль:

— Когда они начнут стрелять, и первый же разряд попадёт по нашему лагерю, от взрыва по цепочке активируются все мины. Таков их план.

Дед нахмурился, а затем резко произнёс:

— Я отправлю ребят прикончить артиллеристов!

— Нет, тихо-тихо, — поспешил я его успокоить и даже схватил за руку. — Подумаешь, артиллерия. Куда так торопиться-то?

Он напряжённо уставился на меня, затем покачал головой:

— Я не до конца понимаю тебя, внук.

— Не понимаешь? — серьёзно произнёс я, а мысленно добавил:

«Как раз поэтому ты едва не угробил свой род».

Однако тыкать деда в это носом мне не хотелось, а потому я спокойно продолжил:

— Если мы первыми устроим беспредел, удержаться здесь будет сложно.

— Ой, да кто тут нам помешает? — состроил скептическую гримасу граф Резанов, затем самодовольно хмыкнул и тихо произнёс: — Не ты один налаживаешь мосты, внучок. Когда ты сказал, что с нами будет Варзухин, я таки позвонил Виноделу. Он ясно дал понять, что, если его роду будет угрожать опасность, в стороне он стоять не будет.

— Я в курсе, — ответил я.

Граф замер от такой наглости, удивлённо приоткрыв рот.

— Ну а что ты так на меня смотришь? — хмыкнул я. — Это было очевидно, что ты с ним свяжешься. А то, что он выступит на нашей стороне я тоже предполагал. Но даже так… Даже если три графских рода плюс я выступим против Чудово… Что тогда? Предположим, мы захватим город. Но что будет потом? — склонил я голову набок. — Чем больше грязи мы сотворим сами, тем больше рычагов давления будет у наших врагов. Не тех, кто здесь, а тех, кто выше.

Дед нахмурился. Вид у него был такой, будто он пытается прочитать мою мысль. Я помог ему и сказал прямо:

— С высокой долей вероятности Воронцовы подсуетились и помогли хозяевам Чудово нас встретить. То есть действовали примерно в том же ключе, что и в случае с Масловыми. Смекаешь?

— Твари! — прорычал дед и до белых пальцев сжал кулаки. — Если они всерьёз решат нам помешать — ты не сможешь здесь обосноваться…

— Смогу, — спокойно ответил я. — У меня тоже есть знакомства в высших кругах.

Я подмигнул опешившему деду, а затем резко ко мне как раз с каким-то вопросом спешил мой камерир.

Наумова интересовало, когда объявлять ужин и в каком формате его проводить. Для всех вместе? Или, например, по экипажам машин?

— Ты с такими вопросами ко мне лучше подходи, — проворчал из-за моей спины граф Резанов. — Александр попросил меня заняться организацией лагеря.

— Да, Иван Фёдорович, давайте к его сиятельству, — поддержал я деда и, оставив стариков в компании друг друга, быстро пошёл навстречу невидимому сгустку энергии.

Остановился спустя шагов десять.

— Господин, я обнаружила артиллерийский расчёт, — материализовавшись рядом со мной, тихо доложила Яга.

— Ты тоже? — удивился я.

— Кот? — поняла она меня без лишних слов.

Я кивнул.

Итого — два расчёта.

Мысленно я представил направления, в которых работали наши скрытники. Затем достал телефон и открыл карту местности.

— Проверь вот здесь, — ткнул я пальцем в точку пространства на юго-востоке.

Яга внимательно посмотрела на экран, затем кивнула и активировала заклинание скрытности.

Несмотря на то, что в идеале нам стоило отдохнуть перед походом в Проклятые земли, с каждым часом в лагере ощущалось всё более сильное напряжение. Доверенные ближники то и дело напоминали бойцам, чтобы те не расслаблялись.

Разумеется, на пользу это не шло.

Но и полностью мобилизировать своё войско я не мог — если враг заметит что-то странное, может отказаться от своего плана. А что тогда? Тогда он придумает что-нибудь новенькое, к чему мы можем быть менее готовы.

И, что важнее, придется действовать с бОльшей оглядкой на местную аристократию. А делать этого я не собирался — не стоит затягивать и откладывать поход в Проклятые Земли.

А между тем совсем стемнело. Бойцы расположились на ночлег: кто в походных палатках, кто в машинах. На ногах остались лишь часовые и те, кто был выбран для участия в ночной операции.

Час назад я сказал всем, что пошёл спать в свой броневик, а затем повторил тот же финт, что и вчера в усадьбе Кабана.

Прячась в тени кустарников, я смотрел на расположившуюся в небольшом укрытии артиллерийскую установку. Как ни крути, одним её выстрелом треть нашего лагеря не уничтожить, но даже его будет достаточно, чтобы проредить наши ряды.

А ведь по задумке врагов, этот выстрел активирует цепь мин…

И тогда от нашего лагеря не останется ни следа.

Зашуршала микрогарнитура.

— Близнец, мы готовы выдвигаться, — хмуро произнёс Архон.

— Чего такой недовольный? — хмыкнул я.

— Будто бы вы не догадываетесь, — отозвался бывший спецназовец.

— Почему же? Догадываюсь — передавай привет Крис.

— Обязательно?

— Обязательно. Но потом. А сейчас ждите моего сигнала. Полная боевая готовность.

Я оборвал связь и, плотнее окутав себя заклинанием скрытности, бесшумно скользнул в сторону артиллеристов — там как раз поднялась суета. Похоже, их работа идёт строго по часам.

Ровно полночь.

Бойцы в форме без знаков отличия сноровисто заряжали орудие…

Минуту спустя раздался оглушительный грохот — и пушка с рёвом выплюнула тяжёлый снаряд.

— Камера сняла, — хмыкнул я, вспомнив фразу Льва, а сам повернул смартфон в сторону нашего лагеря, запечатлев огненный след от снаряда.